Диссертация Том 1 (1099511), страница 7
Текст из файла (страница 7)
Бахтин [20], обозначая эти два аспекта в проблеме ответственности, писал, чточеловек может пройти мимо смысла (приобщение) и может пронести смысл мимо бытия(осуществление).В концепции осуществления жизнь человека осмыслена постольку, посколькусуществуетинтегральнаясмысловаяилицелеваянаправленностьличности,генерализванная в ведущем жизненном смысле или смысле жизни. Вопрос, которыйобычно задают в этом контексте, звучит примерно так: к чему мне стремиться в своейжизни или какое стремление сделает мою жизнь достойной и в этом плане осмысленной?В литературе выделяются два аспекта этого подхода: а) бытийный, где смысл жизнирассматривается как задача или действие, несущие разрыв между наличным и возможным,смыслом и бытием (М.М. Бахтин [21], В.П.
Зинченко [68], Ж.П. Сартр [178], В. Франкл[205]); б) предметно-содержательный, где смысл жизни рассматривается как содержаниезадачи (образ цели) или как ведущий, смыслообразующий мотив (А. Адлер [3], Л.С.Выготский [49], В. Франкл [205], К.А. Абульханова [1]). В общем виде, смысл в данномподходе – цель (или проект), которая придает жизни единую направленность,осуществляющуюся в действии, несущим в себе разрыв между наличным и возможным,настоящим и будущим.
В. Франкл пишет: «… можно полагать, что душевное здоровьеосновывается на определенной степени напряжения, напряжения между тем, что человекуже достиг, и тем, что он еще должен осуществить; или тем, что он есть, и тем, чем ондолжен стать… Человеку на самом деле требуется не равновесие, но скорее стремление иборьба за цель, достойную его… Человек нуждается не в гомеостазисе, но в том, что яназываю «ноодинамикой», то есть духовной динамике в полярной области напряжения,где одним полюсом является смысл, подлежащий осуществлению, а другим – человек,который должен его осуществить» [204, с.
192]. То же самое отмечает А. Адлер: «душа, повидимому, состоит главным образом из силы, стремящейся к цели» [4, с. 21]. К.А.Абульханова определяет смысл жизни как «лежащий в основе жизненной позиции илинии ценностный способ обобщения, целеполагания в жизни» [1, с. 16]. Итак,жизненный смысл есть возможность перехода наличное – возможное, недостаточное –достаточное, незавершенное – завершенное.
Другими словами пространство смысла – этопространство осуществления (В. Франкл), пространство поступка (М.М. Бахтин),действия (Ж.П. Сартр), то есть в целом темпоральное пространство события, участие вкотором опосредовано сознательной активностью.Для представителей концепции приобщения индивидуальная жизнь человекаосмысленна постольку, поскольку она приобщена к иной, Божественной или вечной27жизни (Б.С. Братусь [27], С.Л.
Франк [203], К.Г. Юнг [227, 231]). Как отмечает С.Л. Франк«мы уже видели, что осмысленная жизнь неизбежно должна быть служением чему-тоиному, чем она сама, как замкнутая в себе личная жизнь, что лишь в исполнениипризвания, в осуществлении какой-либо сверхличной и самодовлеющей ценности человекможет найти самого себя, как разумное существо, требующее разумной, осмысленнойжизни» [203]. Смысл здесь рассматривается как связь индивидуальной жизни с еедуховными основаниями, вечной жизнью (С.Л. Франк), родовой сущностью (Б.С.Братусь), Самостью (К.Г. Юнг).
То есть смысл – это трансцендентная связьиндивидуальное – надындивидуальное, человеческое – божественное. В зарубежнойлитературе этот аспект проблемы смысла жизни отмечается такими авторами как P. Wong[268], E. Klinger [254], В. Франкл [204]. Если в предыдущем аспекте основной акцент врассмотрении проблемы делался на понятии «смысл» в его отношении к сознательнойактивности личности, то в данном случае авторы исходят из понятия «жизнь» и ставятвопрос о ее духовных основаниях.Различие между обозначенными подходами заключается в следующем. В первомслучае найти смысл жизни означает найти жизненную задачу, на решение которойчеловек направит все свои усилия.
В. Франкл в этой связи подчеркивал, что«единственный способ продлить жизнь – всегда иметь незавершенную задачу» [205]. К.Г. Юнготмечал: «Я не раз замечал, что целенаправленная жизнь в целом лучше, богаче издоровее, чем жизнь бесцельная, и что лучше двигаться вперед вместе с потоком времени,чем назад, против его течения» [238, с. 325]. Собственно основным терапевтическимупованием логотерапии было нахождение человеком в окружающем мире своей жизненнойзадачи. В «концепции приобщения» же отмечается, что задача и действие, на реализациюкоторых человек мог бы направить свои усилия не могут придавать жизни смысл по тойпростой причине, что они выступают конкретными формами жизни. То есть не действия и дажене деятельность выступает основой жизни, а жизнь является их основой.
Поэтому если самажизнь бессмысленна, то и любая деятельность, как ее конкретная форма, будет таковой. Этупозицию отстаивал С.Л. Франк: «… хотя смысл жизни - если он есть! - и осмысливаетчеловеческие дела, и может вдохновлять человека на истинно великие дела, но, наоборот,никакое дело не может осмыслить само по себе человеческой жизни. Искатьнедостающего смысла жизни в каком-либо деле, в свершении чего-то, значит впадать виллюзию…» [203].
Другими словами жизнь придает смысл действиям, а не действияжизни. Отсюда вопрос о смысле жизни предполагает обращение мысли за пределы жизни(а не просто за пределы сознания индивида, как в предыдущем случае), ктрансцендентным основам, божественным по своей природе, что связывает проблему28смысла жизни с проблемой духовности, а психологию с религией. В этой связи В.П.Зинченко отмечает: «действительную эвристическую пользу психологии может принестилишь серьезное погружение в теологию, осмысление ее богатейшего опыта в познаниичеловеческого духа» [69, с. 9]. Таким образом, искать осмысленности жизни нужно не всамой жизни и задачах, которые ставятся в ее рамках, а за ее пределами, втрансцендентной духовности, несущей атрибут божественной сакральности, то есть в«ином» мире (а не просто в мире).Наличиеособогопотустороннегомираиегоосновополагающуюисмыслообразующую роль в жизни человека подчеркивали многие мыслители.
У К.Г.Юнга [232] – это пространство коллективного бессознательного, для В. Франкла [204] –это духовное бессознательное, для М.К. Мамардашвили [131] – вертикальное измерениебытия, для С. Московичи [142] – сакральное, для Л. Леви-Брюля [96] – коллективныепредставления, для К. Леви-Строса [97] – миф. М.К. Мамардашвили в этом ключеподчеркивал, что «это не пространство и время нашей обыденной практической жизни.Но, только выйдя в него, и вернувшись из него сюда, мы рождаемся, а, как известно, людирождаются только вторым рождением» [131].
Проблема отчужденности и потеряосмысленности жизни современного человека связывается именно с игнорированием этойстороны человеческой природы (С. Московичи [142], Э Фромм [210], В. Франкл [204],К.Г. Юнг [230]). То есть обессмысливание жизни возникает, когда человек перестаетчувствовать в ней сакральную, скрытую сторону, превращая себя и свою жизнь впрозрачный и отчужденный предмет знания. В. Франкл отмечает, что невроз «происходитименно там, где религиозное чувство приносится в жертву самовластному разуму,технизированному рассудку» [204, с.
264]. В аналитической психологии К.Г. Юнга по тусторонний мир с соответствующими Божественными сущностями представляет собойколлективное бессознательное с его архетипами, которые и выступают сакральнымисмыслообразующими структурами жизни человека: «Я сознаю, что «манна», «демон»,«Бог» - это синонимы бессознательного на языке мифа; о них мы знаем столько же,сколько и о нем» [227, с. 345].С позиции «концепции приобщения» по ту сторонний мир является человеку врелигиозных символах, приобщение к которым осуществляется в ритуальном действе имифах, раскрывающих его тайный смысл только для посвященных, испытавшихрелигиозное переживание на себе.
Опыт религиозного переживания содержит в себе идеюдвух миров. Описания переживания двух миров в ритуале приводит С. Московичи:«Принимая участие в церемониале, каждый одновременно является самим собой идругим, он живет в двух мирах: священном и профаном» [142, с. 94]. Эта идея ярко29обнаруживается и в первобытных мифах и в производных от них современных волшебныхсказках (К.Г. Юнг [228], В.Я. Пропп [164], Л.-М.
фон Франц [207]). С.Л. Франк в этойсвязи говорил о вечной жизни, к которой человек должен приобщиться через религиознуюдеятельность, в результате чего его жизнь наполнится смыслом, а К.Г. Юнг онеобходимости найти дорогу к исконному человеку в себе, к своему архаичному истоку,своим первоосновам. Аналогичные идеи можно встретить у В.П. Зинченко [69], М.К.Мамардашвили [131], А.А. Пузырея [167], Э. Фромма [210].Говоря о религиозном чувстве или переживании важно отметить, что не оноявляется той первичной причиной (и в этом плане неким натуральным чувствомсакральной божественности), которая заставляет человека обратиться к религии.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
