Диссертация Том 1 (1099511), страница 14
Текст из файла (страница 14)
Он лишь тогда свободен, когда начинает рассматривать этитребования в качестве своих возможностей, что означает рассмотрение их не какестественной необходимости, но как собственного выбора. В. Франкл отмечает: «Неусловия заставляют меня, а я определяю, и определяю, поддаться им или нет» [205, с.65]. Длянас в данном случае принципиальным является именно то, что человек сам для себяопределяет, решает, придает смысл ситуации, который ему и позволяет преодолеть ееестественную данность.
Другими словами, основанием свободы является сознание (Р. Декарт,М.М. Бахтин, Н.А. Бердяев, А. Бергсон, Л.С. Выготский, М.К. Мамардашвили, Ф. Ницше, А.М.Пятигорский, Ж.П. Сартр, М. Хайдеггер)) или точнее его смыслообразующая функция (Э.Гуссерль), наделяющая мир смыслом-значением (пока не будем различать эти понятия,рассматривая их в качестве содержаний медиатора (Л.С. Выготский [46], В.П.
Зинченко [71])),исходя из которого человек действует, преодолевая естественную данность или, как говорит51Ж.П. Сартр, фактичность ситуации. Смыслообразующая деятельность сознания является такжемеханизмом волевой регуляции (В. И. Иванников [76]).Человек как носитель сознания является той субъектной основой мира, котораявысвечивает его не в форме объективной данности, фактичности, но в качественезавершенности и имплицитнойзаданности, возможность воплощения которойпредполагает сознательное участие личности в со-бытии мира, позволяющее емусостояться (В.Ф.
Петренко). Поэтому, М.К. Мамардашвили и А.М. Пятигорскийподчеркивают: «В отношении сознания существование всегда "со-бытийно"» [132]. Вэтой связи многие авторы (М.М. Бахтин, Н.М. Бахтин, Л.С. Выготский, В.П. Зинченко, В.Франкл, Б.Д. Эльконин, К.Г. Юнг) отмечают, что напряжение между человеком и миромнеискоренимо, ведь участие делает мир неравным самому себе, то есть жизненным (А.Бергсон, М.К. Мамардашвили), порождая в нем самом напряжение. Так В.
Франкл пишет:«Фактически напряжение между бытием и смыслом неискоренимо в человеке. Оновнутренне присуще бытию человека и поэтому необходимо для ментального здоровья»[205, с. 19]. И далее: «… смысл не должен совпадать с бытием; смысл должен бытьвпереди бытия. Смысл задает темп для бытия. Бытие неполноценно и неустойчиво, еслине несет в себе стремление к чему-то, находящемуся за его пределами» [113, с.
21]. В.П.Зинченко обращал внимание на то же: «Блаженный Августин говорил о том, что толькочерез напряжение действия будущее может стать настоящим. Без напряжения действиябудущее навсегда останется там, где оно есть. Августин, конечно, имел в виду потребноебудущее: непотребное приходит само, становясь жалким настоящим» [68, с. 42]. Обратимвнимание, что напряжение «относится» не к пространству между человеком и миром, но кпространству со-бытия человека и мира, к пространству неравенства мира самому себе,которое высвечивается человеком, его действием (Ж.П. Сартр, Б.Д. Эльконин), поступком(М.М.
Бахтин, Н.М. Бахтин).Таким образом, именно в возможности действенного участия, предполагающегоосознание человеком своего уникального места в со-бытии мира («неалиби в бытии»(М.М. Бахтин)), сам этот жизненный мир и действие человека приобретают смысл.Собственно жизнь человека является осмысленной в том случае, если он осознает ее вкачестве ответ-ственного участия в со-бытии мира. По нашему мнению, эту идею пыталсявыразить, опять же, В.
Франкл в следующей цитате: «Не человек должен задавать вопросо смысле жизни, скорее наоборот, спрашивают самого человека; человек сам вынужденотвечать; он должен давать ответы на вопросы, которые постоянно задает ему жизнь; итолько такой ответ есть всегда ответ «в деле». Только действуя можно по-настоящемуответить на «вопросы жизни» – результатом ответа на них является Ответ-ственность52нашего существования» [204, с.
223].В основе же ответственности, которая, по В.Франклу, в буквальном смысле означает ответ человека на вопрос о смысле (причемочевидно, что этот ответ – действие), лежит смыслообразующая активность сознания,конституирующая смысл для воплощения. Мы хотим подчеркнуть последний момент, таккак он зачастую и выпадал из области теоретического осмысления авторов и брался какуже свершившийся факт смыслообразования, хотя очевидно, что именно сам процессстоит во главе угла. У В.
Франкла из-за выпадения из теоретической картины самогопроцесса смыслобразования смысл превращается в объективную структуру жизненногомира, а ответственность в долженствование перед этим смыслом: «Декларируя, чточеловек – существо ответственное и что он должен актуализировать потенциальныйсмысл его жизни, я хотел бы подчеркнуть, что подлинный смысл жизни должен бытьнайден в окружающем мире скорее, нежели в самом человеке или его собственнойпсихике, как если бы она была замкнутой системой» [204, с.
197].Несмотря на отмеченные отличия, между онтоцентрической (М. Хайдеггер, М. Босс,К. Дюркхайм) и антропоцентрической (Л. Бинсвангер, Ж.П. Сартр) позициями, имеетсяобщее, заключающееся в том, что в обоих случаях предметом осмысления являютсясмысловые структуры целостного жизненного мира человека, выступающие основаниемего бытия-в-мире. Как отмечает В.В. Летуновский «их близость заключается в подходе кконкретному индивидуальному способу существования своих пациентов. И тот и другойна базе феноменологического анализа, выделяют целостные структуры существованиясвоих пациентов, стержневыми элементами которых являются самые существенные дляих бытия-в-мире характеристики и свойства» [110]. Отметим в этой связи, что, например,при работе со сновидениями М. Босс, что К. Джендлин [61] приписывает ему в качествезаслуги, ставил своей целью обращать интерпретацию к реальным жизненнымотношениям человека (в мире с другими людьми), а не его внутриличностной динамике,как это делали З.
Фрейд и К.Г. Юнг: «Интерпретативные понятия, которые использовалБосс,вбольшеймереописываютвзаимодействие,чемвнутрипсихическиехарактеристики. Фрейд, Юнг и другие интерпретируют сновидения в терминахсубъективности. Человек понимается как существо в кожаной оболочке, и еговзаимодействие с другими людьми рассматривается как следствие, проистекающее изособенностей его внутренней, личностной структуры. Для Босса же, напротив,человеческая жизнь в своем существе и есть взаимодействие: «Мы есть не что иное, каквосприимчивая, чуткая раскрываемость миру”» [61, с.
131].Для решения задач, стоящих перед нашим исследованием, более «подходящим»является антропоцентрическая позиция, производная от феноменологии Э. Гуссерля. Это53объясняется тем, что для нас (как и для Э. Гуссерля, но только в отношении эмпириисознания), исходной точкой исследования является ситуация, когда человек, приходя кпсихотерапевту со своим страданием, не может понять что с ним происходит, не можетзаглянуть за поверхность переживаемой жизненной ситуации и задачей психотерапевтаявляется развернуть его от эмпирической поверхности переживания к смыслообразующейдинамике личности (по Л. Бинсвангеру к сущностным основаниям его бытия),происходящей в переживании, то есть к жизни сознания.
Именно этот разворот нас иинтересует, хотя, безусловно, важным остается то, что в его процессе человек открываетсяполноте своего бытия. Но для нас эта полнота выступает не исходной основой жизни вмире, «проявителем» возможностей которой был бы психолог (М. Босс [146, 246]), атрансцендентнойбессознательнойосновой(самобытием)личностиклиента,выступающей для него как «зов глубин» (К.Г. Юнг [232]), зов неизвестной Родины (М.К.Мамардашвили [131]), «услышать» который (постоянно вслушиваться) психолог долженему помочь.Важно отметить, что в мироцентрическом аспекте сам жизненный мир обладаетпервичной бытийной основой, в то время как субъект вводится в качестве участвующегоили открывающегося бытию в мире, но сам этим бытием не обладающий (хотя в случаеЖ.П. Сартра в качестве такого бытия субъекта утверждается свобода, но она - Ничто). Иесли в случае антропоцентрического подхода за субъектом признается активность вотношении бытия, то в случае отнтоцентрического подхода субъектностью обладает самобытие Dasein.
Но, так или иначе, субъект осмысливается в отношении к внеположенномуему миру, но не в отношении самобытия, носителем которого он мог бы являться. Дляпсихологии это различение имеет принципиальное значение, ведь будет ли человек искатьсебя в мире или он будет искать мир в себе – это совершено разные ситуации,предполагающиене толькоразличныетеоретические концепты,но иметодыисследования, то есть пути, на которых мы будем искать интересующую нас реальность.Отсюда исходят две различные концепции смысла жизни: а) В. Франкла (сюда же можноотнести и А.
Адлера), утверждающего, что смысл есть объективная структура и поэтомуего необходимо искать в мире, но не в самом себе; соответственно единицей смысловогоакта выступает действие (задача в мире); б) К.Г. Юнга (сюда же можно отнести М.К.Мамардашвили), для которого смысл жизни – судьба, предназначение, выступающиезовомглубинбессознательного,выражающегосамобытиеличности;единицейсмыслового акта здесь выступает понимание происходящего с собой (рефлексия).Зададимся теперь вопросом: что представляет собой субъект или какой субъектконституируется в мироцентрическом аспекте? Из проделанного выше анализа очевидно,54что это субъект деятельности (по крайней мере в антропоцентрическом подходе, так как вонтоцентрическом субъектом выступает само бытие).
Именно такой субъект представленв онтологической картине отечественной психологии. Базовая его характеристиказаключается в том, что свою бытийную укорененность он получает через отношения сокружающим его миром (предметным или социальным). В качестве единицы егосуществования выделается деятельность в мире, а смысловая сфера выступает в качествеее мотивационной структуры, в связи с чем А.Н. Леонтьев [100] определял личность черезиерархию мотивов. Основным предметом исследования психологии личности в этомслучае является то, как ребенок (или взрослый), включаясь в ту или иную деятельность, вте или иные социальные отношения, начинает изменять отношение к себе и миру.Другими словами как специфика деятельности определяет содержание личностныхсмыслов человека и, в конце концов, смысловую структуру его личности (Л.И. Божович[26], А.Г.
Асмолов [14], Д.А. Леонтьев [102]). Сами же смыслы понимались и понимаютсякак субъективное представительноство объективных связей между людьми, которые быливычерпаны в деятельности. Проблематизируя эту позицию, Л.И. Божович отмечала:«Почему-то в нашей психологии получила признание и разработку лишь одна сторонавзаимодействия субъекта с миром, сторона «присвоения», но осталась за бортом другая еёсторона, сторона кристаллизации психической деятельности в тех самых её продуктах,которые затем становятся источником формирования индивидуальной психологии» [26, с.141]. В.П.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
