_2015. Билеты (1116432), страница 22
Текст из файла (страница 22)
У него нет никакой жесткой программы, он вообщепротив всяких программ. Свои цепи он выбирает под влиянием логического рассуждения,настроения, скуки, желая произвести на кого-нибудь впечатление и т.п. Для достиженияизбранной цели он действует в одиночку, но может примкнуть к какой-нибудь группе, если этопокажется ему выгодным. При этом он использует разум и эмоции, иронию и деятельнуюсерьезность, словом, все средства, которые может придумать человеческая изобретательность. "Несуществует убеждения, - сколь бы "абсолютным" или "аморальным" оно ни было, - которое онотказался бы критически обсуждать, и нет метода, который бы он объявил совершеннонеприемлемым. Единственное, против чего он выступает вполне определенно и твердо, - этоуниверсальные нормы, универсальные законы, универсальные идеи, такие как "Истина", "Разум","Справедливость", "Любовь", и поведение, обусловленное этими нормами".Билет 50: Методология герменевтики.ГЕРМЕНЕВТИКА(греч.
, от — разъясняю, истолковываю), искусство и теория истолкования текстов. В др.греч. философии и филологии— искусство понимания, толкования (иносказаний, многозначныхсимволов и т. д.); у неоплатоников — интерпретация произв. древних поэтов, прежде всегоГомера. У христ. писателей — искусство толкования Библии. Особое значение приобрела упротестантских теологов (как искусство «истинной» интерпретации священных текстов) в ихполемике с католич.
богословами, считавшими невозможным правильное истолкованиеСвященного писания в отрыве от традиции, церк. предания. С началом формирования в эпохуВозрождения классич. филологии, независимой от теологии, Г. выступает как искусство переводапамятников прошлой антич. культуры на язык живой, совр.культуры. Общефилое. проблема Г.была поставлена в раннем нем. романтизме Ф.
Шлегелем и разработана Шлейермахером, которыйбыл протестантским теологом и филологом-классиком одновременно.У Шлейермахера Г. мыслится прежде всего как искусство понимания чужойиндивидуальности, «другого», предметом Г. выступает прежде всего аспект выражения, а несодержания, ибо именно выражение есть воплощение индивидуальности. Поэтому Шлейермахеротличал Г., с одной стороны, от диалектики, позволяющей раскрыть предметное содержаниепроизведения, а с другой — от грамматики, которая не выявляет индиви-дуально-стилистич.манеры произведения.Как метод собственно историч.
интерпретации Г. разрабатывалась далее в т. н. историч.школе (Л. Ранке, И. Г. Дройзен, особенно В. Дильтей). Дильтей определяет Г. как «искусствопонимания письменно фиксированных жизненных проявлений» . Основой Г. Дильтей считаетпонимающую психологию — не-посредств. постижение целостности душевно-духовной жизни.Однако при психологич. подходе к реальности душевной жизни индивидуальности предстают какизолированные миры, и взаимопроникновение их невозможно.
В этой связи осн. проблема Г.формулируется Дильтеем так: «Как может индивидуальность сделать предметом общезначимогообъективного познания чувственно данное проявление чужой индивидуальной жизни?» .Необходимость общезначимости познания требует выхода за пре-делы психологич. трактовкииндивидуальности, и по этому пути пошла феноменология. Анализируя «чистое сознание»,Гуссерль выделил в нём несознаваемый фон интенциональных актов сознания , тот «нетематич.горизонт», который даёт некоторое «предварит. знание» о предмете.
Горизонты отд. предметовсливаются в единый тотальный горизонт, который Гуссерль впоследствии назвал «жизненныммиром» и который делает возможным взаимопонимание индивидов; при любом исследованиидалёкой от нас культуры необходимо прежде всего реконструировать «горизонт», «жизненныймир» этой культуры, в соотнесении с которым мы только и можем понять смысл отд. еёпамятников.Хайдеггер истолковал реальность «жизненного мира» как языковую реальность попреимуществу.
В своих поздних работах, во многом определивших последующее развитиеГ. (особенно в ФРГ), Хайдеггер попытался освободиться от психологизма и субъективизма впонимании сущности языка. Язык как историч. горизонт понимания определяет судьбу бытия; немы говорим языком, а скорее язык «говорит нами», язык — это «дом бытия», В результате Г. изискусства истолкования историч. текстов, каким она была у Шлейермахера и Дильтея, становится«свершением бытия». Бытие говорит прежде всего через поэтов, слово которых всегдамногозначно; истолковать его призвана герменевтич. философия.Разработка филос.
Г. как направления совр. бурж. философии была начата итал. историкомправа Э. Бетти и нем. философом Гадамером. В «Герменевтич. манифесте» и «Общей теориипонимания» Бетти связывает Г. с методологией историч. и гуманитарных наук, обращаясь ктрадиции нем.
романтизма и классич. идеализма. Вслед за Дильтеем Бетти видит гл. задачу враскрытии историч. текстов, в «перемещении в чужую субъективность». Гадамер, ученикХайдеггера, понимает Г. не просто как метод гуманитарных наук, но как учение о бытии, каконтологию. Однако в отличие от Хайдеггера Гадамер не отвергает «метафизич.» традиции отПлатона до Декарта, он хочет связать хайдегеровскую Г. с гегелевским мышлением, объединить вповом синтезе «речь» и «логос», Г. и диалектику.
Он стремится «больше следовать Гегелю, чемШлейерма-херу» Если Бетти требует максимальной актуализации субъективного начала, личностиисследователя, который должен заново оживить в себе историч. прошлое, воплотившееся впродуктах культуры, то Гадамер, напротив, считает такую актуализацию лишь помехой дляисторич.
понимания: только отмирание всех актуальных связей с историч. явлением позволяетвыявить его подлинную ценность. Здесь Гадамер выступает как критик не только философииПросвещения, но и романтизма и историч. школы вплоть до Дильтея. Согласно Гадамеру, основуисторич. познания всегда составляет «предварит. понимание», заданное традицией, в рамкахкоторой только и можно жить и мыслить; «предпонимание» можно исправлять, корректировать,но полностью освободиться от него нельзя, это необходимая предпосылка всякого понимания.Беспредпосылочное мышление — это, по Гадамеру, фикция рационализма, не учитывающегоконечности человеч. опыта, т.
е. его историчности. Носителем понимания, традиции является, поГадамеру, язык. Критикуя позитивистское отождествление слова естеств. языка со знаком,Гадамер видит заслугу В. Гумбольдта в том, что он «раскрыл сущность языкового понимания какмиропонимания, положив тем самым начало герменевтич. направлению в лингвистике. Развиваяхайдеггеровскую концепцию языка, Гадамер определяет его как игру: «играет сама игра, втягиваяв себя игроков...» , язык, а не говорящий индивид, является субъектом речи.
Т. к. история, поГадамеру, подобно произведению искусства, есть своего рода игра в стихии языка, именно Г.оказывается у него самым адекватным средством если не постижения её, то участия в ней. Этоэстетически-игровое отношение к истине, «эстетич. необязательность» (Гадамер), находящая своёвыражение в «двусмысленности оракула»,— один из источников свойственных филос. Г.скептицизма, субъективизма и релятивизма..















