Диссертация (1140736), страница 15

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 15)

Приглашена на беседу. Одета опрятно, на лицетщательный макияж. В начале беседы с трудом подбирает слова, но впоследствииговорит много. Жалуется на затруднение при засыпании, "часами ворочаюсьсбоку на бок". Просыпается рано, поэтому ощущает хроническую усталость. Вповедении несколько наиграна, активно жестикулирует. Эмоциональны фоннеустойчивый: вспомнив гибель брата, начала плакать «у меня столько горя вжизни было… вы даже представить себе не можете…это не каждый выдержит,вот там и выпила немного…». Настроение часто подавленное, не видит смысла всвоём существовании.

Говорит, что после развода «потеряла опору», хотяотношения с мужем были плохими. Вечерами подолгу сидит у телевизора,частенько выпивает. Считает себя незаслуженно обиженной, склонна кдраматизации событий. Очень много рассуждает о своих чувствах, отсутствииперспектив, однако ни разу не упомянула о дочери, матери. Об алкогольныхпроблемах говорит с неохотой, преуменьшает размеры алкоголизации, отрицаетналичие недельного запоя, утверждая, что просто «расшатались нервы».В отделении ведет себя демонстративно, собирает возле себя больных,настраивает их против лечения. Требует немедленной выписки, шантажируетврача «если вы меня не отпустите, я примеру меры…».

При встрече сродственниками начинает плакать, говорит, что ее не лечат, приводитвсевозможные доводы отсутствия смысла нахождения ее в наркодиспансере.Помощь от родных принимает как должное, не реагирует на горе других.Демонстративна, артистична, заявляет: «я не могу здесь находиться, мне нуженсвежий воздух…».3.1.5. Депрессивно – ипохондрический вариантВ первой группе наблюдался у 16 пациенток, во второй группе у 8пациенток.Ипохондрияопределяетсякакпатологическипреувеличенное84опасение за состояние своего здоровья, сопровождающееся предположениями(или уверенностью) в наличии у себя какого – либо заболевания. В данномварианте депрессивным проявлениям сопутствовали ипохондрические в видемногочисленных, малофиксированных, преходящих жалоб на состояние здоровьябез истинной вовлеченности.

Исходно повышенное внимание к себе сочеталосьс недостаточной способностью контролировать свои эмоции; обнаруживаласьсклонность к жалобам, больные были постоянно озабочены своим физическимсостоянием, не верили в успех, были пессимистичны, особенно в отношениимедицинской помощи. Такие пациенты постоянно строили мрачные догадки ипредположения по поводу своих болезненных ощущений. Они активно искалипомощи, обращались в различные медицинские учреждения, перечитывали массумедицинской информации, на приёме у врача часто пытались проверить егокомпетентность, при малейшем подозрении сразу меняли врача.

На прием такиебольные приходили с папкой анализов и обследований с разных медицинскихцентров.Собственноесоматическоесостояниепревращалосьвобъекттщательного изучения.Характерно, что при этом варианте не отмечалось двигательной, идеаторнойзаторможенности, пациентки, не уставая, ходили на консультации, обследование,результаты полученных анализов быстро сопоставлялись с прочитанным, спредыдущими анализами и трактовались особым образом.В случаях ипохондрической депрессии подавленность сочеталась счувством безнадежности, убежденностью в наличии тяжелого недуга, страхомсмерти. Наблюдалось сниженное настроение в сочетании с повышеннойтревожностью относительно состояния своего здоровья, навязчивые мыслиналичия тяжелого заболевания или развития его осложнений.

Также, еслипациентки жили одни, часто возникал навязчивый страх, что если внезапновозникнет какое – то состояние, требующее немедленной медицинской помощи,то ее не успеют оказать.При легкой степени тяжести пациентки были адаптированы: ходили наработу, вели хозяйство, но в разговоре акцент ставился на тематику здоровья.

При85более тяжелых стадиях увольнялись с работы, требовали от родных помощи,агрессивно реагировали на отказ.Пациентки предъявляли жалобы на боли и неприятные ощущения в разныхчастях тела, в области того или иного органа, тяжесть, тошноту, головокружениеи истолковывали это как признаки тяжелого заболевания. Свою алкоголизациюбольные объясняли желанием уменьшить соматические симптомы. Убеждаливрача, что не хотят пить, но без этого состояние ухудшается, и они вынужденыприбегать к употреблению алкоголя. Поводом для появления ипохондрическихидей могло стать незначительное соматическое заболевание, вегетативныенарушения после алкогольной интоксикации, а также особый склад личности.Предъявляемые пациентками жалобы, не доходили до определенной нозологии иносили непостоянный характер.

Даже если первоначально поглощенность своимфизическим состоянием связывалась с реально существующей соматическойпатологией, дальнейшее развитие состояния характеризовалось длительным,тщательным самонаблюдением и формированием объясняющей концепции своегозаболевания. В этих случаях соматическое неблагополучие, в результатеаффективной насыщенности переживания, становилось источником длительнойидеаторной переработки.У больных, наряду с депрессивным состоянием, возникали мысли о том, чтоони тяжело больны, наступала убежденность, хотя и временная, в своем тяжеломсостоянии.

Никакие доводы, анализы не способны были убедить больных в том,что у них нет тяжелой соматической патологии, и что они нуждаются в лечениидепрессии. Данное состоянии существовало до тех пор, пока существоваладепрессия. Более того, при лечении депрессии соматические жалобы исчезаливместе с улучшением аффективного состояния.При экспериментально – психологическом исследовании на профилеMMPI отмечалось увеличение оценочной шкалы «HS» (ипохондрии) – 74,71 ±2,79 балла и по шкале «D» (депрессии) 72,53 ± 3,47 балла.Данное сочетание говорило о том, что снижению настроения, затруднениюв социальных контактах сопутствуют раздражительность и тревога за состояние86своего здоровья. В соматических жалобах преломлялось ощущение угрозы инедостаточностивниманиясостороныокружающих,неудовлетвореннаясимбиотическая тенденция.

Значимость этих жалоб подчеркивается связью сжизненно важными функциями (кардиальные ощущения, ощущения нехваткивоздуха, потеря аппетита, сна), где тревога относится субъектом относительносвоего физического здоровья и отражает выраженность ипохондрическойтенденции.Для данного профиля характерно пассивное отношение к конфликтам, уход отрешения проблем, "бегство в болезнь". У относительно здоровых самооценкачастонесоответствуетоценкедругих,отсутствуетсамокритичность,недостаточный общий самоконтроль и общая незрелость суждений. При данномтипе профиля наблюдался смешанный тип реагирования, свойственный лицам спсихосоматической предиспозицией, т.е.

со склонностью к трансформацииэмоциональной напряженности в болезненные реакции всего организма илиотдельныхорганов.Приизбыточнойэмоциональнойнапряженностизатрудненная дезадаптация проявляется повышенной сосредоточенностью наотклонениях от нормы, как в плане межличностных отношений, так и в сфересамочувствия, где чрезмерное внимание к функциям собственного организмаможет перерасти в ипохондричность.Клиническая иллюстрация №5.Пациентка А., 38 лет.Родилась в семье рабочих, единственным ребенком в семье.

Росла иразвивалась соответственно возрасту. Мать больной была мнительной, все времяпереживала за дочь. Учась в школе, терялась, когда ее вызывали к доске, не моглаответить на вопрос, получала оценки ниже, чем заслуживала, из – за чего оченьпереживала. В школьном возрасте беспокоили тяжелые, тревожные предчувствия(«может случиться что – то нехорошее»), характерные впоследствии для нее напротяжении всей жизни. В 17 лет, после смерти отца впервые почувствовалаголовные боли, сопровождающиеся тревожными опасениями за свое здоровье.87Обратилась с этими жалобами к неврологу, который поставил ей диагноз: «Вегето–сосудистая дистония». В 18 лет поступила в Педагогический институт. Навечеринках стала часто употреблять алкоголь с одногруппниками, чтобы«преодолеть свою стеснительность».

В 19 лет вышла замуж. Муж по характерубыл веселый, любил гулять, различные застолья. Выпивая дома, частенькопривлекал к этому жену. Больная никогда не перечила мужу, старалась во всемему угодить, не могла отказать ему. В 22 года, во время беременности,испытывала страхи о том, что ее ребенок будет «ненормальным». После рожденияребенка отношения с мужем испортились: стал гулять, часто выпивал с друзьями.Вскоре больная узнала об измене мужа.

Несмотря на сильное потрясение, не сталаразводиться, хотела сохранить семью. В повседневной жизни все чащеиспытывала тревогу, беспокойство, на работе не справлялась со своимиобязанностями. С различными жалобами обращалась к специалистам, т.к.казалось, что у нее серьезное заболевание. В течение года муж подал на развод.После этого появилось чувство недовольства собой с тягостным переживаниемсвоей неполноценности, стало трудно выходить на работу, уволилась. В тотпериод была направлена в дневной стационар клиники неврозов.

Выписавшисьбольную не покидало чувство тревоги, чувствовала себя одинокой. Оставшисьодна (дочь смотрела тетя больной) стала вечерами выпивать. Абстинентныйсиндром протекал тяжело, казалось, что «может умереть». Обратилась с просьбойо госпитализации.Психический статус. Приглашена на беседу. Сидит, ссутулившись настуле. Голос тихий, монотонный.

Отвечает в плане заданного вопроса, кратко, натемы ее не интересующие. Алкогольные проблемы отрицает, переключается насостояние своего здоровья. Отмечает, что с каждым месяцем ее состояниеухудшается, но не знает «причины» этого, в связи с чем многократнообследовалась в больницах «вот придет моя дочь, она принесет заключенияврачей… ». Говорит, что алкогольной зависимости нет «я пью, потому что у менятревога, позвоночник болит, не могу спать, руки трясутся, а врачи не могутпомочь…мне вообще алкоголь не интересен…».

Характеристики

Список файлов диссертации