Диссертация (1100614), страница 5
Текст из файла (страница 5)
Посвоейприродестилистическаямаркированность не сводится к элементарным триплетам наподобие “child – infant– kid” и даже к известным со времен античности классификациям тропов и фигурречи. Для стилистики на лексическом уровне основополагающими являютсяпонятия ингерентной и адгерентной коннотативности в противоположностьнейтральности. Для прочих уровней организации языка нейтральность определитьнамного сложнее, но тем не менее факты фонетического, морфологического,21 синтаксического, просодического уровня также подлежат стилистическойинтерпретациипоуточнениитого,чтовкаждомконкретномслучаевоспринимается как норма и что, соответственно, как отступление от нее.В развитие мысли о роли и значимости стилистически маркированныхединиц проблема лингвопоэтики художественного приема также подлежит болееподробному обсуждению.
Лингвопоэтика художественного приема можетрассматриваться в описательном и несистематичном плане: например, можноговорить о чередовании стиха и прозы в произведениях Шекспира [9] иутверждать, что в пьесах Шекспира с помощью стихотворной речи передается вобщем и целом серьезное содержание, в то время как речь прозаическаяиспользуется либо в шутовских сценах, либо для компактной передачи значимойдля действия информации в виде писем, либо в «сценах безумия» персонажей.Приведенное наблюдение адекватно отражает специфику шекспировских текстовна уровне чередования стихотворной и поэтической речи, но это функция скореетематического плана, и объем реализации языковыми единицами своих свойств вкаждом случае остается идентичным или, по крайней мере, не обсуждаетсяспециально.
Анализ ограничивается констатацией того, для чего применяетсяпрозаическая речь, но в такого рода исследованиях не уточняется, меняется лисам характер прозаической речи.Понятно, что в шутовских сценах, видимо, будут содержаться лексическиеединицы сниженного характера, а в письменных описаниях неких былых событийможет использоваться лексика либо нейтральная, либо возвышенного плана, ноэто уже вторичный продукт такого рода исследований, и значимой здесьоказывается тематическая сторона, а не особенности реализации языковымиединицами их потенциальных свойств.При рассмотрении данного вопроса в систематическом плане выясняется,что одна и та же языковая (или речевая) единица в разных контекстуальныхусловияхможетреализовыватьразныйобъемсвоихсемантическихиметасемиотических свойств. Это становится очевидным даже просто при22 обращении к обычной нехудожественной речи.
К примеру, прилагательные“terrible” и “horrible” имеют свой спектр значений и отличаются друг от друга посемантике, но в усилительных конструкциях (“oh, it’s terrible”, “oh, it’s horrible”)они становятся практически полными синонимами и утрачивают все оттенкизначений кроме своей способности на синонимическом уровне передаватьзначение слова “bad”. То есть в общеязыковом и речевом плане, даже необращаясь к поэтической речи, можно заметить, что в определенныхконтекстуальных условиях слова способны терять свою семантику.
Именно на этосреди прочего указывает теория лингвопоэтики художественного приема, наограничиваясь выявлением чисто тематических функций употребления тех илииных языковых единиц.Так, например, анализ атрибутивных словосочетаний, использующихся вдраматических произведениях Уильяма Шекспира [84: 179-263], показывает, что вопределенных контекстуальных условиях стилистически маркированные единицымогут либо по смыслу оставаться равными себе, либо терять некоторый объемсобственного значения и выступать в роли простых усилителей, либо же,наоборот, вступать в более сложные контекстуальные связи с окружающими ихдругими языковыми единицами и, таким образом, реализовывать больший объемзначений, чем им это свойственно в чисто словарном плане на семантическомуровне. В свое время это свойство языковых единиц было отмечено еще членамиПражского лингвистического кружка, которые называли его либо “актуализациейпотенциальных свойств языковых единиц”, либо английским эквивалентом этоготермина (“foregrounding”) [104; 105], однако данное понятие было включено всистематическоеописаниелингвопоэтическихсвойствстилистическимаркированных языковых единиц только в работах представителей школы О.С.Ахмановой [84; 88 и др].
Способность стилистически маркированных единицдемонстрироватьтакогородаварьированиенасемантическомиметасемиотическом уровне в работах А.А. Липгарта получило название«лингвопоэтическая значимость» [84], и три выявленных ее варианта (от23 частичной утраты свойств до сохранения их или даже увеличения их) былиназваныспомощьютерминов“автоматизация”,“лингвопоэтическаяполноценность” и “актуализация потенциальных свойств” [84].Степеньреализациисемантическихиметасемиотическихсвойствстилистически маркированных языковых единиц будет оказывать влияние на то,какое общее впечатление эти единицы будут производить на читателя вконтексте, какие свойства они будут сообщать контексту в силу своегоиспользования в его рамках [84].
При частичной утрате стилистическимаркированными языковыми единицами своих экспрессивных эмоциональнооценочных свойств их функция будет сводиться к простому усилению, и поэтомуих использование в контексте будет приводить лишь к появлению в немдополнительной экспрессии. Следовательно, функция такого рода единиц будет, восновном, экспрессивной.Наличие в тексте стилистически маркированных единиц, в полной меререализующихсвоезначение,можетпридаватьповествованиюобщуюабстрактность, если оно по сути своей направлено на размышление илипобуждение, и функция языковых единиц в этой ситуации будет гномической.[84] Если же полноценное по своей семантике сочетание употреблено вконтекстах описательного характера, то их использование может и не произвестина читателя никакого особого воздействия, просто потому что динамика текста непозволяет сосредоточиться на свойствах конкретных единиц, и тогда, несмотря наполноценность употребления, функция этих сочетаний в контексте будетэкспрессивной.
Таким образом, лингвопоэтически полноценное употреблениестилистически маркированных единиц в зависимости от повествовательнойориентации текста может придавать последнему либо экспрессивность, либонекоторую абстрактность, то есть выполнять в нем гномическую функцию.Ситуация актуализации потенциальных свойств связана с тем, что вопределенных случаях (в контекстах «неописательного» характера) читательможетпочувствоватьпобуждениекразвитиюнекихдополнительных24 ассоциативныхрядов,итогдафункция,выполняемаястилистическимаркированной языковой единицей, будет ассоциативной. Если же текст имеетболее описательную направленность, то в нем по аналогии с предыдущимслучаем тоже будет наблюдаться «понижение функции» от ассоциативной догномической.При всей сложности этой терминологии она отражает действительныесвойства художественных текстов и позволяет понять природу стилистического илингвопоэтическоговарьированиявиспользованииязыковыхединицвлитературных произведениях, которое в противном случае могло объяснятьсялишь противопоставлением стилистически маркированного и стилистическинемаркированного.
Вариативность в рамках маркированности в традиционныхработах по стилистике преимущественно описывалась с помощью терминов«клишированное»̶«неклишированное»(«индивидуально-авторское»)употребление [141], то есть существовала терминология, в той или иной мереуказывавшая на наличие актуализации, автоматизации и лингвопоэтическойполноценности. Но до недавнего времени это не осмыслялось в систематическомплане, и с этой точки зрения роль работ представителей филологической школыпрофессора О.С. Ахмановой для развития лингвопоэтической теории была весьмасущественна.Дальнейшее уточнение лингвопоэтической теории на уровне методовисследования также было осуществлено в работах А.А.
Липгарта и его учеников[1; 72; 73; 84; 88; 114 и др]. Предложенный в работах О.С. Ахмановой иВ.Я.Задорновой метод сопоставления перевода и оригинального текста [156; 157;158 и мн.др.], а также сопоставление пародий на оригинальный текст и самогооригинала, разрабатывавшееся в исследованиях М.В.
Вербицкой [26], былиосмыслены А.А. Липгартом в более широком плане, в рамках методалингвопоэтического сопоставления [85 и др.], для которого указанные вышеварианты сравнения так называемых “вторичных текстов” и оригиналов былилишь частным случаем. Следуя логике работ В.В. Виноградова [30] и В.М.25 Жирмунского [63:64], А.А. Липгарт показал, что в основе сопоставления текстов влингвопоэтическом плане должно лежать наличие по крайней мере таких двухобщих параметров, как тематическое сходство текстов и их стилистическоесходство [85;87].Если сопоставлять стилистически сходные, но тематически различныетексты, сложно говорить о полноценном осознании того, как именно языковыеединицы передают некое содержание, что и составляет сущность лингвопоэтики.Приналичиитематическогоединстваистилистическойразнородностисопоставление аналогичным образом теряет смысл [109; 111; 155].
Действительнопродуктивнымбудетсопоставлениетекстов,сходныходновременноитематически, и стилистически, поскольку только при таком варианте сравнениястановятсяпонятнымивозможныеразличиявспособахиспользованиястилистически маркированных единиц (в объеме реализуемого ими понятийногосодержанияивыполняемойимифункции),начтоинаправленылингвопоэтические исследования.Тематически и стилистически сходные тексты могут обнаруживаться нетолько на уровне пародий и оригиналов или же переводов и оригиналов:аналогичное сходство может наблюдаться и в текстах, совершенно независимыхдруг от друга, которые были созданы одним и тем же автором в некий период еготворчества или разными авторами, работавшими на одном и том же синхронномсрезе или даже в различные эпохи, но описывавшими сходную тематикусходными стилистическими средствами.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
