Диссертация (1173624), страница 39
Текст из файла (страница 39)
Исследование особенностей англосаксонской модели производныхдоказательств “Hearsay” в доктрине доказательственного права, в законодательствеи судебной практике Соединенного Королевства Великобритании и СевернойИрландии и США позволило определить правовую сущность и доказательственноезначение сведений, полученных со слов допрашиваемого лица, относящихся ккатегории “Hearsay”.Англосаксонское доказательственное право существенно отличается отконтинентальной теории оценки доказательств, прежде всего, тем, что содержитдетальные правила, которые определяют: факты, которые могут или не могутподлежать доказыванию, способы доказывания этих фактов и бремя доказывания.Уголовно-процессуальноезаконодательствоРоссийскойФедерациирегулирует деятельность по исследованию доказательств без учета возможной ихпроизводности, в том числе в контексте недоступности первоисточника длянепосредственного исследования в судебном заседании.Отсутствие достаточно определённых критериев оценки производныхдоказательств, незначительное и формальное регламентирование надлежащихисточников “Hearsay” приводит к почти ничем не ограниченному свободномуусмотрению судей при решении вопросов использования в доказывании сведений,192полученных не из первоисточника, что приводит к разнообразию судебныхрешений в идентичных ситуациях и к оценкам судебного разбирательства вконтексте международно-правовых стандартов как несправедливого.
Дефицитнормативного регулирования производных доказательств порождает проблемуобеспечения процессуальных гарантий использования производных доказательств,полученных со слов участника уголовного судопроизводства, в судебномразбирательстве.2. Опираясь на правовую позицию Европейского Суда по правам человека вотношении применимости критериев проверки справедливости судебногоразбирательства при принятии судом доказательства “Hearsay”, исследованиеанглосаксонской модели производных доказательств “Hearsay” позволяет ввестиполученную информацию в научный оборот и выработать новые научные ипрактические подходы к допустимости производных доказательств в судебномразбирательстве уголовных дел.Отечественная доктринальная классификация доказательств может бытьразвита и дополнена категорией производных доказательств, полученных со слов,с учетом особенностей англосаксонской модели производных доказательств“Hearsay”.
Под производными доказательствами “Hearsay” в доктрине праваСоединенного Королевства понимаются сведения, полученные с «чужих слов» ивне допроса свидетеля (потерпевшего, обвиняемого) в судебном заседании. Вдоктрине права США – это любые показания свидетеля (потерпевшего), которыеполучены вне очной ставки и которые не были или не могут быть подвергнутыпроцедуре проверки в ходе перекрестного допроса.
В доктрине российскогодоказательственного права к производным доказательствам, полученным со слов,которые могут быть сопоставлены с “Hearsay” в контексте прецедентной практикиЕвропейского Суда по правам человека, следует отнести сведения в пересказе(озвучивании) сообщений других лиц, а также фактические данные, содержащиесяв оглашенных показаниях потерпевшего, свидетеля, обвиняемого, в оглашенномзаключении эксперта (специалиста), а также воспроизведенных аудио- ивидеозаписях показаний.1933. Существенными признаками производного доказательства, полученногосослов(“Hearsay”),выступаетпознание,обусловленноечеловеческимвосприятием и памятью, а также возможность искажения исходной информациипри ее передаче от человека-первоисточника к человеку-приемнику по устномуканалу коммуникации или при отображении словесной информации наматериальном носителе.
По отношению к источнику – это производноедоказательство. Доброкачественность производного доказательства определяетсяточностью отражения исходной информации при ее производности. В судебномразбирательстве использование производных доказательств, полученных со словучастникауголовногосудопроизводства,обеспечиваетсяпроцессуальнымигарантиями проверки их достоверности всеми предусмотренными закономспособами.4. Англосаксонская модель “Hearsay” применяется по гораздо более сложнымправилам, чем использование производных доказательств в отечественномуголовном процессе, что может выражаться в разнообразных формах, например, вобщем для первоначального и производного доказательства источнике, ввозможности использования одного и того же доказательства для доказыванияодних фактов и запрета для доказывания других.
Методология доказывания сиспользованием модели “Hearsay” позволяет ограничить свободное усмотрениесудей при решении вопроса о допустимости производных доказательств и, такимобразом, избежать произвольных решений.5. Ретроспектива исследования института производных доказательств вроссийском уголовном судопроизводстве свидетельствует о том, что приоритетправисвободличностидоказательствисторическиисследованиясудомиспользованиювипринципобусловилпервоисточника,доказываниинепосредственностинеобходимостьограничиваяпроизводныхисследованияпредставлениядискрециюдоказательствсудадляпоконкретнымиусловиями и обстоятельствами, регламентированными российским уголовнопроцессуальным законом.194Роль и место производных доказательств в уголовном судопроизводствеРоссии должна определяться в их сопоставлении с выработанными в практикеЕвропейского Суда по правам человека критериями справедливого судебногоразбирательства (право обвиняемого допрашивать показывающих против негосвидетелей).Использование модели “Hearsay” воздвигает преграды для использования всудебном разбирательстве таких распространённых доказательств как копии,происхождение которых не установлено, в том числе электронных сообщений,копий аудио и видео записей.5.
Приоритет прав и свобод личности и ратификация международноправовых документов в этой области сместил акцент справедливости судебногоразбирательства на стадию судебного разбирательства уголовного дела в судепервой и второй инстанции, поскольку лицо признается виновным только судом,который обладает исключительными полномочиями по отправлению правосудия.Доктринально рассматривать проблему использования в российском уголовномсудопроизводстве элементов англосаксонской модели производных доказательств“Hearsay” можно только применительно к стадии судебного разбирательствауголовного дела.6.
Англосаксонская модель производных доказательств “Hearsay” непротиворечит п. 2.ч. 2 ст. 75 УПК РФ и сложившимся в российской процессуальнойтеории доказательств представлениям о допустимости производных доказательств,но способствует более правильному и точному толкованию российской нормы,формируя методологию доказывания на основе международных стандартовсправедливого судебного разбирательства.7.Принципиальноеразличиеанглосаксонскойиконтинентальной(смешанной) правовых систем и существующие в них различные правила оценкидоказательств не влияют на понимание того, что личность является высшейценностью, и защита ее прав является приоритетной задачей любого государства.Методологияиспользованиянедоступностипервоисточникапроизводныхдолжнадоказательствосновыватьсянавусловияхмеждународном195стандарте справедливости судебного разбирательства, а потому не зависит от того,к системе общего или континентального (смешанного) права, относитсярассматриваемое уголовное дело.8.
Англосаксонская модель производных доказательств может бытьсоотнесена с процедурой оглашения в суде показаний, полученных напредшествующих стадиях производства по уголовному делу. Данный институтявляется исключением из непосредственного исследования судом доказательств ипризван обеспечивать процессуальное равновесие между интересами обвинения изащиты.Недостаточностьправовогорегламентированияиспользованияпроизводных доказательств в отечественном уголовном процессе и связанные сэтим ошибки правоприменения влекут нарушения права на справедливое судебноеразбирательство.В работе также сформулирован ряд предложений по изменению ряда статейУПК РФ, направленных на уточнение и дополнение нормативного регулированиядоказательств,полученныхсословучастникапроцесса,всудебномразбирательстве по уголовному делу.С учетом правовой позиции Европейского Суда по правам человека вотношении применимости критериев проверки справедливости судебногоразбирательства при принятии судом доказательства “Hearsay” в судебномразбирательствепроизводныхопределендоказательств,рядпроцессуальныхполученныхсословусловийиспользованияучастникауголовногосудопроизводства.Оглашение показаний потерпевшего (свидетеля), эксперта (специалиста)возможно лишь в силу конкретно указанных в законе условий, перечень которыхносит закрытый характер и не подлежит расширительному толкованию, при этомсудом приняты все меры, в том числе процессуального принуждения, дляобеспечения явки вызванного для допроса лица.Показания свидетеля (потерпевшего, эксперта, специалиста), не явившегосявсудебноезаседание,полученныеприпроизводстведознанияили196предварительного следствия, могут быть положены в основу приговора только присоблюдении следующих условий:– для неявки в судебное заседание потерпевшего, свидетеля, эксперта,специалиста должны быть уважительные причины;– суд должен предпринять эффективные и действенные меры пообеспечению явки потерпевшего, свидетеля, эксперта, специалиста;– не явившееся в судебное заседание лицо не должно быть ключевымсвидетелем, чьи показания имеют решающее значение для дела;– приговор не должен быть основан полностью или даже большей частью напоказаниях данного свидетеля.Фактическиеданные, содержащиеся в производном доказательстве,полученном в форме озвучивания «чужих слов», могут быть положены в основувыводов и решений по делу лишь после одновременной оценки их допустимости идостоверности с учетом того, насколько это доказательство правдоподобно инасколько оно подтверждается другими доказательствами в деле.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
