1 Диссертация (1216036), страница 4
Текст из файла (страница 4)
В примечании к ст. 187 УК РСФСР, устанавливавшей ответственность за мошенничество, давалось определение понятия «обман»: «Обманом считается как сообщение ложных сведений, так и заве16домое сокрытие обстоятельств, сообщение о которых было обязательно». Этоопределение не было воспроизведено в последующем законодательстве, но донастоящего времени играет важную роль в теории уголовного права и судебнойпрактике.Нормы о насильственных преступлениях против собственности (грабеж,разбой, вымогательство) не предусматривали дифференциации ответственностив зависимости от формы собственности.Предусматривались два вида грабежа. Простой грабеж, т.е. «открытое хищение чужого имущества в присутствии лица, обладающего или владеющегоим, но без насилия над его личностью» карался принудительными работамиили лишением свободы на срок до одного года (ст.
182). Более опасным видомбыл «грабеж, соединенный с насилием, не опасным для жизни и здоровья потерпевшего», который карался лишением свободы на срок не ниже трех лет сострогой изоляцией (ст. 183). Выделение насильственного грабежа в самостоятельный состав преступления, к сожалению, не было воспринято последующимзаконодательством. Лишь в проекте Уголовного кодекса 1992 г. предлагалась иобосновывалась такая конструкция [37].Для отдельных видов имущественных посягательств кодекс 1922 г.
предусматривал повышенную ответственность при наличии квалифицирующих признаков (группа, промысел). Особенно много их было в ст. 180 о краже. Характерно, что иногда сочетание двух квалифицирующих признаков образовывалоновый, еще более тяжкий признак. Этот прием в настоящее время не используется законодателем.Важно отметить, что разработанная в первом советском уголовного кодексесистема имущественных преступлений, равно как и описание отдельных составов, их квалифицирующих признаков были выполнены на высоком юридическом уровне и послужили основой для дальнейшего развития законодательствапо борьбе с этими преступлениями.
Многие формулировки этого Кодекса используются российским уголовным правом в настоящее время.Уголовный кодекс РСФСР 1926 г., изданный в соответствии с общесоюз17ными Основными началами 1924 г., сохранил преемственную связь с Уголовным кодексом 1922 г.
Ни система имущественных преступлений, ни конструкция отдельных составов не претерпели существенных изменений. В соответствии с общими направлениями уголовной политики того времени Уголовныйкодекс 1926 г. снизил санкции за имущественные преступления по сравнению спрежним уголовным кодексом.В 30-е годы начался процесс усиления репрессивного характера многихуголовно-правовых норм. В числе первых законодательных новелл этого периода следует назвать постановление ЦИК и СНК СССР «Об охране имуществагосударственных предприятий, колхозов и кооперации, и укреплении общественной (социалистической) собственности» от 7 августа 1932 года [43]. Этопостановление, как акт высшей юридической силы, вошло в историю под кратким названием «закон от 7 августа 1932 г.».
В преамбуле подчеркивалось, что«общественная собственность (государственная, колхозная, кооперативная) является основой советского строя, она священна и неприкосновенна, и люди, покушающиеся на общественную собственность, должны быть рассматриваемыкак враги народа». Задача укрепления социалистической собственности решалась путем установления самой суровой репрессии за хищение грузов на железнодорожном и водном транспорте, а также за хищение (воровство) кооперативного и колхозного имущества. В обоих случаях предписывалось применятьв качестве меры судебной репрессии высшую меру социальной защиты – расстрел с конфискацией всего имущества и с заменой при смягчающих обстоятельствах лишением свободы на срок не ниже 10 лет с конфискацией имущества.Установленные законом санкции были чрезмерно высокими и почти неоставляли возможности для дифференциации ответственности и индивидуализации наказания. Выражение «не ниже десяти лет» означало абсолютно определенную санкцию, поскольку согласно ст.
18 Основных начал 1924 г. и ст. 28 УК1926 г. лишение свободы не могло назначаться на срок свыше десяти лет. Законвозродил ранее введенное ст. 180-а УК 1922 г. родовое понятие хищения, одна18ко границы его представлялись в то время слишком размытыми. Специальнымизаконодательными актами и директивными указаниями в 1933 – 1934 гг. применение Закона от 7 августа 1932 г. было распространено на такие действия,которые хищениями не являлись (саботаж сельскохозяйственных работ, преуменьшение норм высева, уничтожение лошадей, умышленная поломка тракторов и машин, незаконное расходование гарнцевого сбора и др.).Поскольку ни одна статья Уголовного кодекса 1926 г.
об имущественныхпреступлениях не была отменена и изменена, возникла проблема соотношенияэтих норм с нормами Закона от 7 августа 1932 г. Эта проблема была в 30-е годырешена следующим образом: Закон от 7 августа стал применяться только кнаиболее опасным видам хищения государственного, колхозного (кооперативного) или общественного имущества, независимо от способа совершения.Наиболее опасными признавались хищения, совершенные организованнойгруппой, или в крупных размерах, или систематически. Менее опасные хищения социалистического имущества, как и преступления против личной собственности граждан, квалифицировались по соответствующим статьям Уголовного кодекса 1926 г.Создавалось впечатление, что хищение отличается от других имущественных преступлений не способом нарушения отношений собственности, а масштабом деяния, размером причиненного вреда.
Не случайно до сих пор в обыденном правовом сознании бытует ошибочное представление, будто особокрупная кража может быть названа хищением, а кража в небольших размерах –просто кражей. Термин «мелкое хищение» вошел в употребление только с 1955года [71].В годы Великой Отечественной войны был издан ряд законодательных актов, направленных на усиление ответственности за некоторые преступленияпротив социалистической собственности, не подпадавшие под действие Законаот 7 августа 1932 г. Например, указом Президиума Верховного Совета СССРот 23 июня 1942 г.
«Об ответственности за хищения горючего в МТС и совхозах» было установлено наказание за это преступление в виде тюремного заклю19чения на срок от трех до пяти лет. В некоторых случаях судебная практика шлапо пути более широкого применения Закона от 7 августа 1932 г. по сравнению сдовоенным временем, особенно когда это касалось хищения воинских грузов натранспорте (даже не в крупных размерах), тормозных ремней или щитов дляснегозадержания. Одновременно происходило усиление ответственности запреступления против личной собственности. Однако это делалось не путемвнесения изменений в Уголовный кодекс 1926 г., а расширительным толкованием некоторых квалифицирующих признаков имущественных преступленийприменительно к условиям военного времени.Так, Пленум Верховного Суда СССР 8 января 1942 г.
дал указание судамвсе кражи, совершенные с использованием условий военного времени, квалифицировать как наиболее опасный вид кражи личной собственности по п. «г»ст. 162 УК 1926 г. Практика относила к ним кражи во время воздушных налетовили обворовывание квартир эвакуированных жителей. В особо опасных случаях (групповое хищение, неоднократность, рецидив) такие преступления квалифицировались по аналогии как бандитизм (ст.
16 и 593 УК).Постановление Пленума Верховного Суда СССР от 6 мая 1943 г. «О квалификации кражи личного имущества граждан, совершенной в местах общественного пользования» распространило действие п. «в» ст. 162 УК, где казуистично перечислялись некоторые места совершения краж («на вокзалах, пристанях, пароходах, в вагонах и гостиницах»), на все места общественного пользования. Практика относила к ним карманные кражи, совершенные в трамваеили в очереди за хлебом.После окончания войны приведенные указания, рассчитанные на военныйпериод, утратили силу. Вновь обострилась проблема чрезмерно мягких санкцийза преступления против личной собственности и большого разрыва междунаказуемостью преступлений против разных форм собственности. Эта проблема была своеобразно решена в указах Президиума Верховного Совета СССР от4 июня 1947 г.Указы установили суровую ответственность за преступления против соб20ственности, сохранив дифференцированный подход к охране различных формсобственности.
При этом разрыв между наказуемостью хищений социалистического имущества и преступлений против личной собственности граждан былсокращен путем резкого повышения санкций за последние. По указу «Об уголовной ответственности за хищение государственного имущества» кража, присвоение, растрата или иное хищение государственного имущества наказывались лишением свободы, заключением в исправительно-трудовом лагере насрок от семи до десяти лет с конфискацией имущества или без конфискации(ст.
1). Хищение, совершенное «повторно, а равно совершенное организованной группой (шайкой) или в крупных размерах» наказывалось лишением свободы на срок от 10 до 25 лет с конфискацией имущества (ст. 2). Те же действияв отношении колхозного, кооперативного или иного имущества наказывалисьпо ч. 3 и 4 ст. 2 Указа несколько меньшими сроками заключения. Одновременно было впервые введено наказание за недонесение о хищении при отягчающихобстоятельствах (ст. 5).По Указу «Об усилении охраны личной собственности граждан» наказаниеза кражу личного имущества граждан составляло от пяти до шести лет лишениясвободы, а при отягчающих обстоятельствах («Кража, совершенная воровскойшайкой или повторно») – от шести до десяти лет.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
