131952 (593657), страница 9
Текст из файла (страница 9)
Поэтому можно сказать, что одно из назначений интеллекта – это создание собственных, совершенно новых алгоритмов, стереотипов, а в более широком смысле – вообще новых идей. Вероятно, именно в этой особенности нашего сознания и мышления заложен источник творчества и новаторства, способность к генерированию новых идей. Можно также сказать, что интеллектуальное сознание по своей природе “реформатор”, который постоянно ищет новые пути и способы решений, а эмоциональное сознание – “консерватор”, предпочитающий готовые, проверенные и хорошо усвоенные в прошлом стереотипы и алгоритмы.
Мы не можем “выключить” свое сознание, не можем “отключить” и мышление: наши мысли обречены метаться с одного уровня сознания на другой и обратно. Если человека поместить в темную, звуконепроницаемую комнату, то и в этом случае он не сможет “отключить” мышление, просто сознание переключится на внутренние ощущения, переживания, размышления или воспоминания.
Достоверно известно, что йогам удается путем самовнушения вмешиваться не только в работу эмоционального, но и глубинного сознания, и даже останавливать на время собственное сердце. Известна и их исключительная способность отрешаться от внешнего суетного мира и сосредоточивать все свое сознание внутри себя. Обычно цель таких упражнений – достижение состояния высшего блаженства или нирваны, то есть состояние полной внутренней удовлетворенности, самодостаточности и абсолютной отрешенности от внешнего мира... Что означает достижение такого состояния в соответствии с настоящей теорией? Это, по-видимому, означает, что путем сложных упражнений и приемов самовнушения йоги пытаются достичь мнимого состояния удовлетворения всех внутренних потребностей организма в пище, воде, отдыхе, убежище, сексе и т.п.
Реальное удовлетворение таких потребностей всегда вызывает в глубинном и эмоциональном сознании чувство удовлетворенности, удовольствия или блаженства. Однако достичь удовлетворения всех желаний сразу невозможно физически: ни один человек не может одновременно есть, пить, спать, отдыхать, чувствовать себя в полнейшей безопасности, заниматься сексом, наслаждаться внешним комфортом и т. д. Но достижение мнимого удовлетворения всех или по крайней мере части таких потребностей или желаний, по-видимому, возможно.
Для нашего глубинного (и в какой-то мере эмоционального) сознания не столь важно, реальны или мнимы эмоции, которые испытывает человек. Точно так же мнимое удовлетворение потребностей вряд ли будет чем-то отличаться от удовлетворения реального, соответственно, блаженство мнимое ничем не будет отличаться в наших внутренних ощущениях от блаженства, вызванного реальными причинами. Достаточно вспомнить французскую поговорку “Кто спит – тот обедает”. Каждый имел возможность убедиться в ее справедливости: во-первых, во сне не чувствуется голод, а во-вторых, удовольствие от обеда, съеденного во сне, ничем не хуже удовольствия от реального обеда. Скорее даже наоборот: удовольствие от обеда, съеденного во сне, часто сильнее, ярче или изысканней. Другое дело, что удовольствия такого рода можно получить только во сне, а при пробуждении от него в лучшем случае остаются только приятные воспоминания. Но далеко не всегда все так однозначно: например, наяву, а не во сне, люди способны получать большое эмоциональное удовлетворение, удовольствие или блаженство от прослушивания музыкальных записей или просмотра спектакля, записанного на видеокассету. А ведь это всего лишь копии, то есть по большому счету, мнимые слуховые или зрительные образы, которые в действительности могли иметь место много лет тому назад. Однако эти мнимые образы с успехом заменяют нам любимых певцов и актеров, большие оркестры и небольшие рок-группы. И хотя тонкие ценители искусства могут не согласится с таким выводом – пока еще нельзя записать на пленку, например, саму внутреннюю атмосферу театра, его “запах кулис”, но это всего лишь вопрос техники и времени. Уже сегодня высококачественные акустические системы способны воспроизводить слуховые образы такого уровня, что их практически невозможно отличить от оригиналов.
Таковы же по своему происхождению удовольствия от эротических снов – это мнимые удовольствия от мнимых образов. А в принципе – и любых других наших мнимых удовольствий, переживаний, волнений или кошмаров. Главное в таких удовольствиях или кошмарах, чтобы реальность не разрушала их зыбких образов или чтобы не будили на самом интересном месте.
Видимо поэтому, в стремлении к достижению нирваны так важно умение отрешаться, “отключаться” от внешнего, шумного и суетного мира, который всегда стремиться разрушить внутреннюю призрачную иллюзию. Это своего рода “психический наркотик”, и так же как и обычные наркотики, он направлен на достижение мнимого блаженства в глубинном или эмоциональном сознании.
В свое время проводился очень интересный научный эксперимент с глубинным подсознанием крыс: им вживляли в участок мозга, отвечающего за сексуальное удовлетворение, очень тонкие электроды и учили нажимать лапкой на кнопку, подводящую к этим электродам слабый электрический ток. При замыкании цепи электрический ток стимулировал центр сексуального удовлетворения, соответственно, крыса испытывала наслаждение... Это настолько понравилось подопытным крысам, что они только тем и занимались, что беспрестанно нажимали кнопку. Стремление к удовольствию оказалось столь велико, что крысы переставали есть, пить, спать и самозабвенно нажимали на кнопку... Кончалось это тем, что животные довольно быстро погибали от нервного истощения. Оказалось, что от избытка удовольствия крысы погибают даже раньше, чем от жажды.
Именно по этой причине (защита от нервного истощения) в глубинном сознании человека, также как и у всех других животных, существуют своеобразные “ограничители удовольствия”, которые делают физически невозможным, например, многочисленные попытки достижения оргазма или эякуляции в течение ограниченного времени. По той же причине существует “уровень сытости”, при достижении которого человек не в состоянии больше есть – он начинает испытывать отвращение к пище, какими бы вкусными или изысканными блюдами его не соблазняли. По-видимому, то же самое можно сказать и про любые другие внутренние потребности организма.
Обход тем или иным способом естественных ограничений, предусмотренных природой, чреват, как было показано на примере с крысами, самыми тяжелыми последствиями для здоровья и жизни. Вероятно, именно в этом состоит одна из главных причин быстрого нервного истощения организма алкоголиков и наркоманов. Здесь же, по-видимому, следует искать и причину их неуемной тяги к состоянию мнимого удовольствия, которого они пытаются достичь с помощью алкоголя или наркотиков. Что касается йогов, которые пытаются достичь состояния нирваны, то достигнув его, они уже вряд ли “вынырнут” обратно по своей воле из своего мнимого блаженства на поверхность, то есть в реальный мир. Ведь в достижении нирваны и состоит цель их сложных и трудных упражнений, само слово “нирвана” переводится на русский язык как “угасание”, а не как-нибудь иначе.
Если бы наши эмоции полностью контролировались интеллектуальным сознанием, то мы бы легко подавляли ненужные или неприятные. Но это далеко не так: эмоциональная сфера во многом независима от интеллекта, а иногда и вовсе выходит из-под контроля. Например, очень трудно усилием воли избавиться от навязчивой мелодии, которую мы где-то “подцепили”, а теперь насвистываем или “проигрываем в голове”. Не смотря на все наши попытки выбросить ее из головы, она снова и снова появляется, иногда не удается избавиться от этой напасти в течении часов и даже дней.
7. ОБРАЗ ЖИЗНИ И ЭВОЛЮЦИЯ СОЗНАНИЯ
Хорошо известная фраза “Бытие определяет сознание” принадлежит К. Марксу. И хотя он имел в виду общественное, а не индивидуальное бытие и сознание, тем не менее, такая формулировка хорошо отражает зависимость между уровнем сознания и образом жизни как отдельных особей, так и целых видов, семейств и классов животных. Это правило носит универсальный характер, справедливо оно и по отношению к человеку, как биологическому виду. Можно эту же мысль сформулировать иначе: изменение образа жизни ведет к изменению сознания, то есть образ жизни первичен, а сознание – вторично. Несоответствия между образом жизни и уровнем сознания являются главной причиной изменения сознания (эволюция, ре-эволюция, деградация).
В естественных условиях процессы эволюции сознания чрезвычайно замедленны и нередко растягиваются на десятки и сотни миллионов лет. Но учитывая преемственность в развитии любого биологического вида, в том числе и человека, гораздо проще проследить такую зависимость между образом жизни и уровнем сознания, если рассматривать отдельные виды животных, которые занимают вполне определенное место на общей лестнице эволюции животного мира. Поэтому для сравнительного анализа можно, например, выбрать таких типичных представителей как кораллы, мидии, акулы, крокодилы, лисицы, приматы.
Самыми примитивными животными в такой цепочке являются кораллы. В своем эволюционном развитии они недалеко ушли от первых животных организмов – у них нет органов движения, а органы чувств – крайне несовершенны. Что и находится в полном соответствии с их примитивным образом жизни: у них нет даже инстинкта самосохранения. Но это представители животного мира, а не растительного, и какой-то уровень сознания у них есть. Их уровень сознания так же примитивен, как и их образ жизни: всей их жизнью управляет чрезвычайно упрощенный аналог глубинного сознания, а само их сознание сводится к небольшому числу безусловных рефлексов. Кораллы являются типичными представителями животных, которые действуют по исключительно жесткой “жизненной программе” (роль части этих программ играют безусловные рефлексы).
Мидии же по сравнению с кораллами прошли огромный эволюционный путь и в своем развитии ушли далеко вперед. У них еще довольно примитивные органы чувств, но они уже имеют органы движения, есть у них и инстинкт самосохранения, без которого легко обходятся кораллы. Но в целом, это тоже животные, которые руководствуются очень жесткими “жизненными программами” и сколько-нибудь заметного уровня эмоционального сознания у них еще нет. Для сравнения: среди этого типа животных – моллюсков – есть отдельные виды, которые ушли в своем развитии несравненно дальше, например, кальмары и осьминоги. И те, и другие обладают хорошо развитыми органами чувств и движения, соответственно они должны иметь и уровень эмоционального сознания.
Акулы являются типичными представителями животных с заметным уровнем эмоционального сознания, они уже имеют хорошо развитые органы чувств и движения. В своей жизни они руководствуются рефлексами и инстинктами (самосохранения, самообеспечения, размножения), но действуют по достаточно жесткой “жизненной программе”. Акулы хорошо владеют своим телом и способны рассчитывать сложные траектории движения (например, при охоте), но тем не менее их образ жизни очень прост, а их набор стереотипов поведения весьма ограничен и сводится в основном к безусловным рефлексам. Отсюда их странная – с нашей точки зрения – манера заглатывать движущиеся, но несъедобные предметы. “Жесткие программы” поведения, которые мало изменились за истекшие полмиллиарда лет, вынуждают акул охотиться за жестянками, консервными банками и прочим несъедобным хламом – они принимают их по ошибке за объекты своей охоты.
Примечателен еще один факт: акулы нередко нападают на людей, хотя по своей природе и образу жизни люди не являются и никогда не являлись объектами охоты для акул. Это лишний раз указывает на то, что они придерживаются жестких “жизненных программ” поведения и вполне оправдывают свое второе название “безжалостных убийц”, хотя более точным названием было бы “совершенная машина для убийства”. Элементы разумного поведения у акул, как и всего надкласса рыб, отсутствуют напрочь. Да и зачем им разумное поведение, если столь длительный срок своего биологического существования (как вид) они вполне успешно обходились одними рефлексами? “От добра добра не ищут” – эта поговорка вполне применима и к многим другим видам животных, которые на протяжении сотен миллионов и даже миллиардов лет практически не изменяются и словно застыли в своем эволюционном развитии. Нет существенных изменений в условиях существования или причин, толкающим к этим изменениям – нет и заметных изменений в их сознании. Многочисленность тех же видов акул указывает только на их дифференциацию по отношению к их естественной пище. В целом, это характерно для абсолютного большинства любых других видов животных.
Крокодилы также являются очень “древними” видами животных. И хотя биологически они стоят гораздо выше рыб, уровень их эмоционального сознания ближе к тем же акулам, а не к млекопитающим. Но прогресс их сознания (по сравнению с рыбами) не вызывает особых сомнений: освоение такого сложного вида охоты, как охота из засады, освоение нового жизненного пространства указывает на более сложный образ жизни. Эти крупные и сильные хищники являются “хозяевами” пресных водоемов, где у них практически нет врагов. Они великолепно приспособлены к условиям жизни и прочно занимают свою экологическую нишу. В целом, их образ жизни указывает на то, что к жестким “жизненным программам” поведения начинают добавляться менее жесткие, то есть более гибкие “программы”. Например, передвижение по суше много сложнее, чем передвижение в воде, и требует постоянных и довольно сложных расчетов траекторий таких передвижений, согласованного движения всех конечностей, умения обходить или преодолевать препятствия на пути...
Любопытен и тот факт, что многие виды млекопитающих являются19 их естественными объектами охоты, хотя по уровню развития сознания млекопитающие стоят гораздо выше, чем крокодилы: особенности образа жизни этих рептилий во многом способствуют такой охоте. Крокодилы “не стесняются” нападать и на людей и, по-видимому, они не видят особой разницы между человеком и, например, антилопой. Что, видимо, является следствием применения слишком жестких “жизненных программ” и отсутствием даже ничтожных элементов разумного поведения. Сравните: даже такие сильные и опасные хищники, как волки, медведи или тигры никогда без крайней необходимости не нападают на людей, более того – стараются держаться от нас как можно дальше. В основе такой стратегии поведения хищных млекопитающих, несомненно, их жизненный опыт, который, вероятно, уже закреплен в какой-то своей части на уровне наследственных знаний. Ведь человек является для них очень легкой добычей (у человека нет острых клыков, когтей или рогов, физически он заметно слабее, чем средних размеров волк, не говоря уже о медведях или тиграх). Однако этот жизненный опыт подсказывает, что человек является самым опасным видом животных и даже случайная встреча или соседство с ним таит в себе смертельную опасность.
В плане развития сознания крокодилы являются довольно типичным звеном между животными с жесткими “жизненными программами” и животными, использующие в своей жизни не только жесткие и гибкие “программы”, но и элементы разумного поведения, основанных на их личном жизненном опыте. То есть – между рыбами и млекопитающими20.
Лисицы являются типичными представителями хищных млекопитающих, образ жизни которых несравненно сложнее, чем образ жизни рептилий, а тем более – рыб. Соответственно, они обладают великолепно развитым уровнем эмоционального сознания, а в своей повседневной жизни широко используют накопленный опыт. В своей жизни они весьма успешно применяют анализ конкретных причинно-следственных связей, нередко на очень высоком уровне, чем удивляют людей. Например, в естественных условиях обитания они охотятся на мелких грызунов, птиц, зайцев... – у них широк перечень объектов охоты и, соответственно, способов такой охоты. Чтобы добыть полевую мышь, лисы обычно раскапывают их ходы или норы, при охоте на птиц они действуют иначе – из засады, великолепно используя рельеф местности для маскировки или незаметно подкрадываясь почти вплотную... Но кто “научил” лисиц охотиться на домашнюю птицу, устраивая подкопы под птичники? Это в полной мере результат работы их сознания: у них “хватило ума” перенести один способ охоты (раскапывание мышиных ходов) на совсем другой вид добычи – кур, уток или гусей (в естественных условиях лисы охотятся на птиц, но ведь не способом же подкопа?!). И вовсе не случайно в народном фольклоре лисицы считаются очень умными или хитрыми животными.
Или такой пример: лисы ухитряются охотиться даже на ежей, которых другие хищники обходят стороной из-за их острых колючек. Способ охоты весьма оригинален: лиса аккуратно скатывает свернувшегося в шар ежа в воду – если вода есть поблизости – и как только еж развернется из шара, чтобы не захлебнуться и не утонуть, изобретательная хищница хватает его зубами за незащищенный колючками живот... До такого способа охоты нужно, что называется, додуматься! В этом плане любопытно сравнить поведение лисиц и несомненных чемпионов по уровню сознания в своем семействе – домашних крыс. Эти изобретательные грызуны подчас применяют еще более изощренные и даже “экзотические” способы добывания пропитания. Например, они способны перетаскивать куриные яйца в свои норы целиком, хотя, казалось бы, они не смогут этого сделать физически: они не могут удержать крупное яйцо в своей пасти... Однако они нашли выход из затруднительного положения: одна крыса обхватывает яйцо лапами и прижимает к себе, а вторая тащит ее за хвост в нору! Или такой “экзотический” способ добывания растительного масла из открытой бутылки: крыса опускает в бутылку свой длинный хвост – если, конечно, есть подходящая, близко расположенная площадка на уровне высоты бутылки – потом вытаскивает его, облизывает и повторяет всю “технологию” сначала, пока не насытится или не сможет доставать хвостом до уровня масла. Совершенно очевидно, что никаким рефлексами или инстинктами такое поведение объяснить нельзя: даже человеку с его мощным интеллектом требуется время, чтобы изобрести такие оригинальные и сложные, если не сказать остроумные, способы добывания пропитания.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
