Особенности развития конкурентной среды (на примере банковского сектора России) (1142558), страница 35
Текст из файла (страница 35)
по 2008 г. включительно исопровождался последовательным сокращением количества оперировавших всекторекредитныхорганизацийнафонеодновременногоростачислаконтролируемых иностранным капиталом банков. Так, в рассматриваемый периодколичество функционировавших в России банков с участием нерезидентоввыросло почти вдвое: со 131 кредитной организации в 2005 г. до 202 кредитныхорганизаций в 2008 г. [216, с. 114].В то же время присутствие государства в секторе, по крайней мере, в планеколичества подконтрольных банков, было стабильным почти на всѐм протяженииданного периода: и в 2005 г., и в 2007 г. их число составляло 41, в 2006 г. – 40кредитных организаций. И лишь в 2008 г.
этот показатель вырос на 27%, когдачисло подконтрольных государству банков увеличилось до 52 [230, с. 11]. Долягосударства в активах банковского сектора в 2005-2007 гг. не превышала 45%,однако в конечной фазе периода – в 2008 г. – перевалила за 50% [230, с. 4]. Такимобразом, как и в предыдущем периоде диалектического взаимодействиятенденций угасания конкуренции и обострения конкурентной борьбы вроссийском банковском секторе, государство в рассматриваемый период, хотя изанимало уже значимую конкурентную позицию на рынке, но, тем не менее,формально играло роль «второй скрипки» на многих его сегментах, а масштабыгосударственного присутствия на нѐм увеличивались умеренными темпами.185Согласно данным доклада, подготовленного сотрудниками Институтаэкономики РАН, в августе 2007 г.
в российской банковской системе сталипроявлятьсяпервыепризнакисерьезногофинансовогокризиса(объѐмрефинансирования возрос в 350 раз), который через год (август–сентябрь 2008 г.)привел к массовому неисполнению банками своих обязательств по сделкамРЕПО. Уже первые проявления кризиса в России показали, что основноймеханизм его развития отличался от практики развитых стран. В Россиинеизбежность развития системного кризиса была предопределена сложившимисяв 2000-х гг. механизмами финансирования банков и предприятий, предложенияденег, ценообразования на финансовом рынке. Банк России эмитировал рублевыесредства под аккумулирование иностранной валюты в официальных резервах.Сокращение экспортной выручки российских экспортеров в результате падениямировых цен привело к относительному сжатию денежной массы.
Повышениепроцентных ставок на мировом финансовом рынке и ограничение кредитованиязаемщиков из развивающихся стран привело к удорожанию заимствований длякрупнейшихроссийскихбанков.Этовызвалоколлапсроссийскогомежбанковского кредитного рынка [12, с. 8].Кризис ликвидности 2008 г. «на выходе» привел к тому, что разрыв междуразличными категориями функционирующих на российском банковском рынкекредитных организаций по уровню финансовой устойчивости стал существенноболее резким. По мнению М.Е.
Мамонова, «ключевые параметры, по которымпроизошло расслоение, — это динамика роста бизнеса и защищенность отрисков» [150, с. 20]. Графическое изображение результатов усилившегосярасслоения представлено на рисунке 11.Группаподконтрольныхгосударствубанковоказаласьосновнымбенефициаром девальвации рубля и расширения рефинансирования банковскойсистемы со стороны Банка России. С одной стороны, это позволило им значимонарастить собственный вес, с другой — стать лидерами по долгосрочномукредитованию нефинансового сектора и оказывать существенную поддержкумежбанковскому рынку.
Кроме того, только подконтрольные государству банки186смогли продемонстрировать положительные размеры чистых иностранныхактивов (с тенденцией к их дальнейшему наращиванию) в размере 15,2 млрд.долл. США на 1 января 2009 г. [150, с. 20]. М.Е. Мамонов полагает, что «все этифакты свидетельствуют о наличии некоторой спекулятивной стратегии, успешнопроводимойгосбанкамивтечениепоследнихчетырехкризисныхмесяцев 2008 г.» [150, с. 21].Источник: [150, с. 20].Рисунок 11 – Позиционирование различных групп банков в РФ по итогам кризисаликвидности 2008 г.Очевидно, что немалую роль в удивительной способности подконтрольныхгосударству банков сохранять финансовую устойчивость и платежеспособность, атакже наращивать размер своих активов в условиях острого кризиса ликвидности,сыграл такой метод конкурентной борьбы государства, как лишение сырья.Зачистка сектора в рассматриваемый период, хотя и двигалась по восходящемутренду, была в большей степени следствием кризисных явлений и примененияметода лишения сырья, нежели играла самостоятельную роль в достиженииобострявшейся конкурентной борьбой своего пика на данном этапе.
Как и на187этапе 2000-2004 гг., логическим следствием событий на банковском рынке явилсяперелив вкладов населения в подконтрольные государству банки. Только запоследние четыре месяца 2008 г. такой приток составил 9% (или 306 млрд. руб.), аотток — всего 3% (или 116 млрд. руб.) от суммарного депозитного портфеля на 1сентября 2008 г. [150, с. 21].Примечательно, что в этот период государство через подконтрольные емубанки применило и третий из традиционных методов борьбы монополиста –лишение сбыта [109, с. 56-60; 138, с.
88-90]. Так, прирост кредитов, выданныхподконтрольнымигосударствубанкаминефинансовымпредприятиямзасентябрь–декабрь 2008 г., составил 956 млрд. руб. (или 18% от суммарногопортфеля соответствующих кредитов по состоянию на 1 сентября 2008 г.)[150, с. 21].Статистические данные о соотношении притока / оттока вкладов населенияи кредитов нефинансовым предприятиям для основных групп кредитныхорганизаций, функционировавших на российском банковском рынке в сентябредекабре 2008 г., представлены на рисунке 12.Источник: [150, с.
22].Рисунок 12 - Соотношение притока / оттока вкладов населения и кредитовнефинансовым предприятиям в сентябре-декабре 2008 г.188ПомнениюМ.Е.Мамонова,«такогосущественноговлияниянанефинансовый сектор не оказывала ни одна другая группа банков ни до, ни послесентября 2008 г. Следовательно, несмотря на те или иные кризисные явления вэкономике, население продолжало рассматривать госбанки как наиболеебезопасных и защищенных хранителей своих сбережений, а предприятияреального сектора продолжали получать от них самые длинные кредиты. Такимобразом, госбанки обеспечивали самую крепкую опору для нефинансовогосектора в период кризиса» [150, с.
21].Неудивительно, что очередной пик обострения конкурентной борьбы нароссийском рынке банковских услуг привел не только к перераспределениюликвидности, обеспечиваемой вкладами населения, но и к знаковому «переходучерез перевал» 50%-ного уровня присутствия государства на этом рынке.Немаловажным последствием кризисных событий 2008 г. стал если не массовый,то всѐ же довольно заметный уход контролируемых иностранным капиталомбанковизроссийскогобанковскогосектора.Несмотрянаформальнопродолжающийся (хотя и в разы менее интенсивный, чем в 2005-2008 гг.) ростколичества кредитных организаций с участием нерезидентов в России,фактически иностранный банковский бизнес в последовавший за кризисомпериод был вынужден постепенно сворачивать масштабы своего присутствия всекторе [216, с.
115].Третийэтапдиалектическоговзаимодействиятенденцийугасанияконкуренции и обострения конкурентной борьбы на отечественном банковскомрынке имел место в период с 2009 г. по 2014 г. и отличался еще большим, чем впредыдущийпериод,масштабомпрямоговоздействиягосударстванаразворачивание кризисной ситуации и еѐ поддержание. Тем не менее, как ипрошлые этапы такого взаимодействия, третий этап в течение большей своейчасти отличался относительно спокойным процессом постепенного снижениячисла функционировавших на рынке кредитных организаций (преимущественнобанков с участием нерезидентов), минимальными темпами роста рыночнойконцентрации и довольно низким (за исключением 2009 г.) количеством189отозванных у кредитных организаций лицензий.
Завладев более чем 50%совокупных активов банковского сектора к 2009 г., государство плавно поднялозначение данного показателя до 55,8% в 2012 г., причем этот рост не былпоследовательным, а в 2010 г. было отмечено небольшое снижение значенияданного показателя [231, c. 3]. Однако даже с учѐтом этого «конкурентный путь»,который проделало государство в борьбе на банковском рынке к 2010 г., являетсяпоистине колоссальным: если в 2001 г. совокупные активы подконтрольныхгосударству банков составляли всего 854 млрд.
руб., то в 2010 году эта цифрасоставила 15 805 млрд. руб. [230], то есть их рост за девять лет составил 18,5 раз.В течение 2009-2012 гг. государство постепенно меняло структуру своейсобственности в банковском секторе: доля очевидного, прямого присутствияснижалась в пользу косвенного, но не менее действенного контроля заподконтрольным блоком банков. В частности, по данным А.В.
Верникова, к2011 г. объѐм косвенного присутствия государства в банковском секторе составилчетверть от общего числа подконтрольных государству банков [231, c.4]. Частьбанков (например, Росэксимбанк) была переведена из прямой собственностигосударства в собственность Внешэкономбанка.Кроме того, после 2008 г. государство поручило государственнымкорпорациям(втомчисле,АгентствупострахованиювкладовиВнешэкономбанку) миссию по «спасению» путем выкупа обанкротившихсячастных банков, что, естественно, финансировалось за счет бюджетныхсредств. Результатом такой перегруппировки государства стало масштабноерасширение его присутствия на банковском рынке через «корпоративныепирамиды» – многоуровневые холдинги с «закольцованной» структуройсобственности [182, с.
3].А.В. Верников выделяет две группы возможных мотивов, которымируководствовалось государство, осуществляя указанные процедуры. К группеконструктивных мотивов он относит следующие:результат активных действий по предупреждению банкротства;190необходимость более гибкой системы управления и принятиярешений, нейтрализации политических импульсов.Деструктивными мотивами учѐный считает, в частности, такие:попытка «размыть» государственный контроль;созданиеусловийдляоппортунизматоп-менеджеров,бесконтрольности, прямых хищений;«строительство империй» [182, с. 6].Представляется, что, с точки зрения методологического индивидуализма,государство как один из субъектов банковской конкуренции вполне моглоруководствоваться любым из указанных мотивов, в том числе и явнооппортунистическим, или какой-либо их комбинацией.









