14 Православная семья

2021-03-09 СтудИзба

Православная семья

Духовные основы православной семьи

Священное Писание о таинстве брака

Рождение православной семьи происходит в таинстве брака. Брачный союз мужчины и женщины установлен Самим Творцом в раю после создания первых людей, которых Господь со­творил мужчиной и женщиной и бла­гословил словами: "Плодитесь и размножайтесь, и напол­няйте землю, и обладайте ею..." (Быт. 1, 28). В Ветхом Завете многократно выражается воззрение на брак, как на дело, благословляемое Самим Богом.

По пришествии Своем на землю Господь Иисус Хри­стос не только подтвердил неприкосновенность брака, отме­ченную в Законе (Лев. 20, 10), но и возвел его в степень таинства: "И приступили к Нему фарисеи и, искушая Его, говорили Ему: по всякой ли причине позволительно челове­ку разводиться с женою своею? Он сказал им в ответ: не читали ли вы, что Сотворивший в начале мужчину и жен­щину сотворил их? И сказал: посему оставит человек отца и мать и прилепится к жене своей, и будут два одною пло­тью, так что они уже не двое, но одна плоть. Итак, что Бог сочетал, того человек да не разлучает" (Мф. 19, 3-6).

Выйдя в мир на Свое открытое служение роду челове­ческому, Он явился с Матерью Своею и учениками на брачный пир в Кане Галилейской и сотворил там первое чудо, претворив воду в вино, и присутствием Своим освя­тил этот и все брачные союзы, заключаемые верными и лю­бящими Бога и друг друга супругами.

"Сам Бог соединяет освящаемых таинством и посреде их присутствует", - говорит о святости брака Климент Алексан­дрийский. "От Тебе бо сочетавается мужу жена", - сказано в молитве чина обручения. И там же: "Сам, Господи, ниспосли руку Свою и сочетай". Господь освящает сочетание супругов в таинстве брака и сохраняет нетленным союз их душ и телес во взаимной любви по образу Христа и Церкви.

Святое христианское девство и святое таинство брака - вот два пути, указанные верным в Слове Божием (Мф. 19, 11-12; I Kop. 7, 7-10). Церковь благословляла всегда оба эти пути и осуждала, как известно, порицателей того и другого. Об этих двух путях благочестивой жизни свидетельствовал уже в I веке святой Игнатий Богоносец в своем письме к святому Поликарпу Смирнскому: "Внушай сестрам моим, чтобы они любили Господа и были довольны своими супру­гами по плоти и по духу; равным образом советуй и братьям моим, чтобы они во имя Иисуса Христа любили своих суп­руг, как Господь любит Церковь. А кто может в честь плоти Господней пребывать в чистоте, пусть пребывает, но без тще­славия". Апостол Павел призывает не слушать лжеучителей, запрещающих вступать в брак, которые явятся в последние времена. До конца времен будут совершаться браки право­славных христиан во славу Божию и на пользу человечест­ву, и благословенная семейная жизнь будет еще процветать, ибо благословение, которое испрашивается на всю Церковь, дается и малой Церкви - христианской семье. "Боже сил! обратись же, призри с неба и воззри, и посети виноград сей; охрани то, что насадила десница Твоя, и отрасли, ко­торые Ты укрепил Себе" (Пс. 79, 15-16)". (2. 293-294)

Христианский брак как союз двух людей, желающих дожить до любви

Завершая чин обручения, прежде чем начинается таинственное освящение супружества Божественной благодатью - чин венчания, священник предлагает жениху и невесте перед лицом всей Церкви подтвердить свободное и непринужденное желание вступить в брак, спрашивая: "Име­ешь ли ты искреннее и непринужденное желание и твердое намерение быть мужем (женой) этой (этого) (имя невесты или жениха), которую (которого) видишь здесь перед со­бою? Не связан ли обещанием другой (другому) невесте (жениху)?" Как непривычно звучат эти вопросы для человека малоцерковного, привыкшего слышать в ЗАГСе другой вопрос, который задают жениху и невесте: "Любите ли вы друг друга?" Понимая, что любовь есть великое таинство и благодатный дар Божий, который необходимо заслужить чистой, целомудренной, жертвенной супружеской жизнью, Церковь устами священнослужителей задает свой, особый, вопрос, она вопрошает юношу и девушку, мужчину и женщину: "Желаешь ли ты дожить до любви с человеком, кото­рый стоит рядом с тобой?" Народная мудрость устами бла­гословляющих родителей вторит уже своими словами: "Мир вам да любовь!" Будет мир, будет и любовь. "Стерпится - слюбится!", а не будет терпения - не дожить до любви.

Рекомендуемые файлы

Протоиерей Борис Ничипоров пишет о том, что в ис­токе, в начале любого брака лежит встреча. Встреча юноши и девушки, мужчины и женщины. Встреча - это абсолютно не случайное, но промыслительное событие в жизни двух людей. Встреча - это не первое знакомство, хотя эти два события, встреча и знакомство, могут совпадать, и тогда происходит любовь с первого взгляда. Встреча - это некое уязвление, зарождение чувства, это начало откровения, ко­торое мы и называем любовью. Встреча в ее мистико-психологическом смысле может состояться и после многих лет знакомства.

Если брак строится на правильных духовных осно­ваниях, то момент встречи как переживание постоянно об­новляющегося чувства всегда присутствует у супругов. Об­новление чувства встречи возможно, как правило, только в Боге. В одном церковном песнопении говорится: Святым Духом всяка душа живится. Если же этого нет, то между супругами возникает дурное привыкание и сглаживается переживание встречи как абсолютно уникального и непо­вторимого события в их жизни.

Завершением встречи является брак. Но не всегда соблюдается такая последовательность. Церковные браки по благословению очень часто даруют подобную встречу уже после венчания. И в этом открывается слава Церкви Христовой!

Святые отцы говорили, что в браке надо стараться из­бегать грубых несоответствий в возрасте, образовании, внешних данных. Но вместе с тем никто никогда не углуб­лялся в такие тонкости, никто не сверял параметры сов­местимости. Чудо брака состоит еще и в том, что Господь часто соединяет, казалось бы, несоединимое. И оказывается, что два таких человека - мужчина и женщина, юноша и девушка, - сочетавшись браком в Боге, не могут не полю­бить друг друга. Если они не оставят путь духовного само­раскрытия, то они обязательно будут любить друг друга все больше и больше.

Тайной и одновременно ядром личности является образ Божий в человеке. Событие узнавания образа Божия в суп­руге и вообще в человеке называется откровением. Этот процесс всегда взаимный. Откровение и любовь - это тож­дество. Не может быть познания и откровения при отсутст­вии любви. Вне любви порождается ложное знание. Откро­вение может сужаться или сглаживаться вовсе, если супруги (или кто-то из супругов) сходит со стези духовной жизни. Откровение есть отблеск вечного. Само действие браковенчания и благословение Божие на брак имеют силу вечного воссоединения супругов в Боге.

В любом счастливом браке есть эмоционально-чувст­венная антиномичность. Супруги всегда чувствуют некую неизъяснимую печаль, и эта печаль - о грядущем расставании по завершении земной жизни. Во вневременном залоге рас­ставание уже совершилось. Оно будет через 10 лет или через час - это безразлично. Но эта печаль всегда светла в Боге.

И другой полюс - это предощущение вечности. Именно в этом смысле святитель Иоанн Златоуст пишет, что первые христиане имели такую полноту откровений и веры, что хоронили своих близких в состоянии тихой, светлой печали. (3. 105-109)

Иерархическое устроение семьи

Священное Писание об иерархическом устроении семьи

Человеческий индивидуализм, себялюбие создают в браке особые труд­ности. Преодолеть их можно только усилиями обоих супругов. Оба должны ежедневно созидать брак, борясь с суетными ежедневными страстями, подтачивающими его духовное основание. Начинать эту работу надо с первых дней совместной жизни. Казалось бы, самое простое, но и самое трудное - решимость занять в браке свое место: жене смиренно стать на второе место, мужу - взять тяжесть и ответственность быть главой, де­тям - находиться в послушании у родителей. Священное Писание свидетельствует о строгом иерархическом устрое­нии семьи: "Всякому мужу глава Христос; жене глава - муж" (1Кор. 11, 3), "учить жене не позволяю, ни властво­вать над мужем, но быть в безмолвии. Ибо прежде создан Адам, а потом Ева" (1Тим. 2, 12-13), "мужья, любите своих жен и не будьте к ним суровы" (Кол. 3, 19), "мужья, об­ращайтесь благоразумно с женами, как с немощнейшим со­судом, оказывая им честь, как сонаследницам благодатной жизни" (1Пет. 3, 7), "жены, повинуйтесь своим мужьям, как Господу. Как Церковь повинуется Христу, так и жены своим мужьям во всем" (Еф. 5, 22, 24), "дети, повинуйтесь своим родителям в Господе; ибо сего требует справедли­вость" (Еф. 6, 1), "дети, будьте послушны родителям во всем; ибо сие благоугодно Господу" (Кол. 3, 20).

Исполнение воли Божией - основа счастья христианских супругов

Решимость занять в семье Богом уготованное тебе место есть трудный, мученический, но и блаженный путь. Недаром во время хождения вокруг аналоя поют «Святии мученицы...» .

О женщине сказано - "немощнейший сосуд". Эта "немощь" состоит главным образом в подвласт­ности женщины природным стихиям в ней самой и вне ее. Вследствие этого - слабый самоконтроль, безответствен­ность, страстность, недальновидность в суждениях, словах, поступках. Почти ни одна женщина от этого не свободна, она часто бывает рабою своих страстей, своих симпатий и антипатий, своих желаний. Только во Христе женщина становится равной мужчине, подчиняет высшим началам свой темперамент, приобретает благоразумие, терпение, способность рассуждать, мудрость. Только тогда возможна ее дружба с мужем.

Однако ни мужчина, ни тем более женщина не имеют в браке друг над другом абсолютной власти. Насилие над волею другого, хотя бы во имя любви, убивает саму любовь. Большинство браков несчастны именно оттого, что каждая сторона считает себя собственником того, кого любит. Величайшая мудрость христианского брака - дать полную сво­боду тому, кого любишь, ибо земной наш брак - подобие брака небесного, Христа и Церкви, а там полная свобода. Тайна счастья христианских супругов заключается в совме­стном исполнении воли Божией, выраженной особо к каж­дому члену семьи и соединяющей их души между собой и со Христом. В основе этого счастья - стремление к высшему, общему для них предмету любви - к Богу, все к Себе влекущему (Ин. 2, 32). Тогда и вся семейная жизнь будет направлена к Нему, и упрочится соединение сочетавшихся. А без любви к Спасителю никакое соединение не прочно, ибо ни во взаимном влечении, ни в общих вкусах, ни в общих земных интересах не только не заключается истин­ная и прочная связь, но, напротив, нередко все эти ценно­сти вдруг начинают служить разъединению. Христианский брачный союз имеет глубочайшее духовное основание, ко­торым не обладает ни телесное общение, ибо тело подвер­жено болезням и старению, ни жизнь чувств, переменчивая по природе своей, ни общность мирских интересов и дея­тельности, "ибо проходит образ мира сего" (1Кор. 7, 31). (2. 292-293)

Духовные основы семейной иерархии

Рассматривая иерархическую структуру семьи, протоиерей Борис Ничипоров начинает описание с первого лица - отца. Отец имеет свойство ро­ждать детей и по плоти, и духовно. Если отец предстательствует за детей в Боге, то Господь Сам или через старца открывает путь каждого из детей к Богу, и отец старается способствовать тому, чтобы дети шли этим путем. Отец знает уникальность каждого ребенка.

Отец - это воплощенная жертвенность и любовь. Отец в Духе - это всегда священник, сознающий во всей полноте свою молитвенную ответственность за род. Священник не в смысле реального посвящения, а в отношении предстательства пред Богом за род. Отец - это тот, кто осознает, что молитвой, скорбями, терпением он призван к искуплению грехов рода. Отец своей жизнью выпрямляет путь рода к Богу.

Отец имеет силу и власть благословлять детей именем Божиим. Отец - господин для своих близких, но и слуга для них. Отец семьи отчасти распространяет свое отцовство и на жену, как и Адам был по плоти отцом для Евы.

Второе лицо - сын. Сын всегда меньше отца. Даже если он и больше отца, он все равно об этом не знает. Об этом говорит Господь в Евангелии: "Ученик не выше учителя... своего" (Мф. 10, 24).

Отношения отца и сына всегда иерархичны. В иерар­хичности нет полноты откровения. В этом как бы их недос­таточность. Однако полнота откровения между отцом и сы­ном - достояние будущей жизни (хотя и жизнь в вечности так же иерархична). Тот отец, который чувствует неполно­ту в этой иерархичности и пытается преодолеть ее уже здесь и теперь, вместо искомого обретает либо ложную ис­кренность, либо панибратство. Такой ложной открытости в данном случае всегда сопутствует чувство стыда. Вместо того, чтобы смириться с тем, что здесь, на земле, нет пол­ноты и гармонии, а во всем есть момент несовершенства, вместо того, чтобы понять, что предощущение этой гармо­нии относится к вечности, многие горе-отцы пытаются здесь, на земле, выстроить Царство Божие.

Подлинная иерархичность благодатна и исполнена любви, но и определенной строгости. Ибо у хорошего отца всегда есть задача приготовить сына к трудностям, скорбям этой жизни. И отец в известном смысле всегда строг. Нака­занный и даже обиженный сын мистически всегда знает, что он любим отцом, ибо это так.

Мы помним библейскую историю поведения Хама, когда он увидел наготу своего спавшего отца - опьяневшего Ноя. Увидев отца таким, Хам рассказал об этом двум своим братьям - Симу и Иафету. Сим и Иафет вошли в дом и, пятясь, дабы не видеть наготы отца, накрыли его. И это есть нравственно-психологический образ поведения сына, который старается не видеть недостатков и падения отца или матери. Однажды преподобному Серафиму один монах пожаловался на неблагочестие игумена. Преподобный сове­товал ему молиться, чтобы Господь дал бы такое устроение души, чтобы и видеть, и как бы не видеть эти недостатки. Аскетологический момент взаимоотношений отца и сына состоит в покаянном молитвенном видении своей недоста­точности как отца или как сына. В самом же покаянии нет уныния, но есть надежда на помощь Божию в деле исправ­ления и духовного становления. (3. 111-113)

Благодатная иерархичность семьи, живущей церковной жизнью, укрепляет духовность всего рода, наполняет живо­творной энергией и дает духовные силы для рождения и воспитания не одного или двух, как свидетельствует прак­тика современной жизни, а многих детей. Иерархическое устроение семьи способствует духовному становлению лич­ности в различные периоды ее развития и раскрытию ее психофизических сил при условии признания каждым чле­ном семьи этих Богом установленных обязанностей спаси­тельными и обязательными. Если жизнь уподобить дереву, приносящему плоды, как об этом говорит Священное Писа­ние, то детство можно рассматривать как росток этого дере­ва. Нелегко быть ребенком и находиться в полном послу­шании у родителей, принимая их волю как волю Божию. Но, только научившись быть ребенком в духовном иерар­хическом смысле этого возраста, человек может стать му­жем, главой семьи с осознанием всей духовной ответствен­ности своего нового послушания. Этот этап жизни можно назвать цветением дерева жизни. И, только осознав свою ответственность как главы семьи, муж в духовном смысле готов и может стать отцом, принеся плод добрый. Подоб­ным образом восходит по ступеням семейной иерархии как части иерархии вселенской и девочка, становясь матерью, сохранив целомудрие и свое особое женское смирение, уме­ние хранить покой и мир при равном достоинстве с мужем, помня при этом свою вторичность по происхождению: "не муж от жены, но жена от мужа" (1Кор. 11, 8).

Семейная иерархия как основа восприятия авторитета

Философ И. А. Ильин, рассматривая основы духовно здоровой семьи, говорил о том, что в семье ребенок учится верному восприятию авторитета. В лице естественного авторитета отца и матери он впервые встречается с идеей ранга и учится воспринимать высший ранг другого лица, преклоняясь, но не унижаясь, и учится мириться с присущим ему самому низшим рангом, не впадая ни в за­висть, ни в ненависть, ни в озлобление. Он учится извле­кать из начала ранга и начала авторитета всю их творче­скую и организаторскую силу, в то же время освобождая себя духовно от их возможного "гнета" посредством любви и уважения. Ибо только свободное признание чужого выс­шего ранга помогает переносить свой низший ранг без уни­жения, и только любимый и уважаемый авторитет не гнетет душу человека.

В здоровой христианской семье есть один отец и одна мать, которые совместно представляют единый - властвую­щий и организующий - авторитет в семейной жизни. В этой естественной форме авторитетной власти ребенок впервые убеждается в том, что власть, насыщенная любовью, явля­ется благостною силою и что порядок в общественной жиз­ни предполагает наличие такой власти. Он начинает пони­мать, что авторитет духовно старшего человека совсем не призван подавлять или порабощать подчиненного, пренеб­регать его внутренней свободой и ломать его характер, но, наоборот, он призван воспитывать человека к внутренней свободе.

Семья есть первая и естественная школа свободы. В ней ребенок должен в первый, но не в последний раз в жизни найти путь к внутренней свободе, принять из любви и уважения к родителям все их приказы и запреты во всей их кажущейся строгости, вменить себе в обязанность их соблюдение, добровольно подчиниться им и представить своим собственным воззрениям и убеждениям свободно и спокойно созревать в глубине души. Благодаря этому семья становится как бы начальной школой для воспитания сво­бодного и здорового правосознания. (5. 153-154).

Семья - малая Церковь

Выражение "семья - малая Церковь" мы встречаем на страницах Священного Писания. Еще апостол Павел в своих посланиях упоминает особенно близких ему христиан-супругов Акилу и Прискилу и приветствует их "и до­машнюю их Церковь" (Рим. 16, 4). В разговоре о Церкви мы почти всегда употребляем слова и понятия, связанные с семейной жизнью: священника называем "отцом", "батюш­кой", себя считаем "духовными детьми" своего духовника. Что же так роднит понятия Церкви и семьи?

Церковь - это объединение, единство людей в Боге. Церковь самим существованием своим утверждает: с нами Бог! Как повествует евангелист Матфей, Иисус Христос сказал: "...где двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреде них" (Мф. 18, 20). Епископы и священники - не представители Бога, не заместители Его, а свидетели Божиего участия в нашей жизни. И христианскую семью важно понимать как "малую Церковь", то есть единство несколь­ких любящих друг друга людей, скрепленных живой верой в Бога. Ответственность родителей во многом схожа с от­ветственностью церковного духовенства: родители тоже призваны стать в первую очередь "свидетелями", то есть примерами христианской жизни и веры. Нельзя говорить о христианском воспитании детей в семье, если в ней не осуществляется жизнь "малой Церкви".

Семья даже в самые трудные времена - это "малая Церковь", если в ней остается хотя бы искорка стремления к добру, к истине, к миру и любви, иначе говоря, к Богу; если в ней есть хотя бы один свидетель веры, исповедник ее. В истории Церкви бывали случаи, когда лишь единст­венный святой защищал истину христианского учения. И в семейной жизни бывают периоды, когда только кто-то один остается свидетелем и исповедником христианской веры, христианского отношения к жизни.

Мы не можем принуждать наших детей к каким-то героическим конфликтам с окружающей средой. Мы призва­ны понимать их трудности, с которыми они сталкиваются в жизни, должны сочувствовать им, когда в силу необходи­мости они умалчивают, скрывают свои убеждения, чтобы избежать конфликта. Но в то же время мы призваны раз­вивать в детях понимание того главного, чего необходимо держаться и во что верить. Важно помочь ребенку понять: не обязательно говорить о добре - надо быть добрым! Можно не показывать крестик или иконку, но нельзя над ними смеяться! Можно не говорить в школе о Христе, но важно стараться узнать о нем как можно больше и старать­ся жить по Христовым заповедям.

Церковь знала периоды преследований, когда надо было скрывать веру, а иногда страдать за нее. Эти периоды были временами самого большого роста Церкви. Пусть эта мысль поможет нам в наших трудах по созиданию нашей семьи - малой Церкви. (1. 104-107)

Семья - наследница традиций

Рассматривая семью как "домашнюю Церковь", как живые клетки тела Церкви, можно понять природу на­циональной особенности Церкви. "До­машняя Церковь" по своей природе воплощает религиозные ценности и верования в повседневном быту, в поведении, в праздниках, застольях и других традиционных обычаях. Семья есть не­что большее, чем отец, мать и дети. Семья - это наследница нравственных и духовных обычаев и ценностей, созданных дедами, прадедами и пращурами. Об этом нам постоянно напоминают рассказы Библии о ветхозаветных патриархах. Очень трудно, да, пожалуй, и невозможно создать подлин­ный христианский жизненный уклад, пренебрегая тради­циями. Семья призвана не только воспринимать, поддержи­вать, но и передавать из поколения в поколение духовно-религиозную, национальную и отечественную традицию. Из семейной традиции и благодаря ей на основе особого почитания предков и отеческих могил, семейного очага и национальных обычаев создавалась культура национального чувства и патриотической верности. Семья есть для ребенка первое родное место на земле - источник не только тепла и питания, но еще и осознанной любви и духовного понима­ния. Сама идея "родины" - лона моего рождения, и "оте­чества", земного гнезда моих отцов и предков, возникла из недр семьи. (5. 152)

Семья и проблемы полового воспитания

В современной педагогике проблема полового воспитания заявляется как одна из основных. В традиционной русской педагогике эта проблема рассматривалась как целомудренные от­ношения между мужчиной и женщи­ной, юношей и девушкой. Нынешнюю трансформацию по­нятия половых отношений можно объяснить только измене­нием взгляда на семью.

Мы уже говорили, что с точки зрения православия семья - это "малая Церковь". Семейные отношения - в пер­вую очередь духовные отношения. Воспитание юношей и девушек основывалось на понимании того, что половые отношения возможны только в рамках семьи и должны быть освящены благодатным союзом в таинстве венча­ния. Юношей и девушек всем укладом жизни семьи при­учали к стыдливости (об интимном вслух не говорилось). Девственность и целомудрие хранились как святыня, как основание духовного покоя и будущего семейного благопо­лучия.

Первые послереволюционные годы принесли с собой стремление к свободным отношениям. Но постепенное осо­знание того, что семья является основой общества, повер­нуло государственную политику в сфере образования и со­циальной жизни на укрепление семьи, Однако духовная основа семейных отношений по мере закрытия храмов и воздействия атеистической идеологии постепенно исчезла. Укреплять семью, строить отношения полов можно было только на психологической основе, что и выразилось во введении в средних школах курса "Психология семейных отношений". В его рамках речь о сексуальном воспитании не велась, учащихся готовили к семейной жизни на психологическом уровне, то есть в основном речь шла об умень­шении межличностных конфликтов. Половые отношения по-прежнему признавались возможными только в рамках семьи.

Потеря духовной основы семьи, страха Божия, посте­пенно приводила к более свободным, точнее, распущенным отношениям, о которых все же не принято было говорить, на социальном уровне такие отношения даже осуждались. Между тем внешние проявления жизни, такие, как рост числа разводов, увеличение количества абортов, свидетель­ствовали о наличии проблем в семейных отношениях.

Современный, физиологический, подход к половому воспитанию основывается на попытке узаконить беззаконие. Он основывается на представлении, что половые, а говоря языком современной педагогики - сексуальные, отношения не ограничиваются рамками семьи, а становятся реально­стью для большинства молодых людей еще до вступления в брак. Если это так, то о семье речь уже не идет - все сводится к сексуальной психологии и атрибутике. Резуль­татом стало упразднение понятия семьи как основы буду­щей жизни молодых людей. Игнорируются и семьи, в кото­рых они сейчас живут и воспитываются, игнорируются мнение и влияние родителей в области полового воспита­ния, что проявляется в попытке устранить родителей от обсуждения программ, содержания курсов по сексуальному воспитанию.

Если выразить изменение взглядов на семью в нашем обществе, то можно сказать, что от семьи, основанной на духовных отношениях, мы постепенно перешли к отноше­ниям душевным (психологическим) и далее - к плотским (физиологическим), то есть к таким отношениям, которые в конечном итоге уже и не нуждаются в наличии семьи. Мета­форически это можно выразить так: где потерян стыд, там молчит совесть и торжествует грех.

Основы христианского воспитания детей в семье

Брак как росширение личности, рождение человека в новой полноте

Брак - просвещение и одновременно тайна. В нем происходит преображение человека, расширение его личности. Человек обретает новое зрение, новое ощущение жизни, рождает­ся в мир в новой полноте. Только в браке возможно полное познание человека, видение другой личности. В браке человек погружается в жизнь, входя в нее через другую личность. Это познание дает то чувство завершенной полноты и удовлетворения, которое делает нас богаче и мудрее.

Эта полнота еще более углубляется с возникновением из двоих, слитых вместе, третьего - их ребенка. Совершен­ная супружеская пара породит и совершенного ребенка, она и дальше будет развиваться по законам совершенства. Но если между родителями существует непобежденный разлад, противоречие, то и ребенок будет порождением этого про­тиворечия и продолжит его.

Через таинство брака даруется благодать и на воспи­тание детей, которой христианские супруги в своей роди­тельской деятельности лишь содействуют, как сказано у апостола Павла: "Не я впрочем, а благодать Божия, кото­рая со мною" (1Кор. 15, 10). Тайно, но ощутимо содей­ствуют родителям в воспитании детей, отвращая от них различные опасности, Ангелы-хранители, приданные мла­денцам от святого крещения.

Если в браке совершилось только внешнее соединение, а не победа каждого из двоих над своей самостью и горды­ней, то это отразится и на ребенке, повлечет неминуемое отчуждение его от родителей.

Нельзя насильно удержать, внушить, заставить ребен­ка быть таким, как этого хотят отец или мать. Потому для воспитания детей самое важное, чтобы они видели своих родителей живущими истинной духовной жизнью и освя­щенными любовью. (2. 291)

Любовь родителей к своим, детям как основа христианского воспитания

Без любви родителей к своим детям нельзя говорить о христианском воспитании. Родительская любовь - особая любовь, это любовь жертвенная и бескорыстная. Каждый из членов се­мьи призван отыскать себя. Личность любящего должна стать сильнее и богаче прежней. "Если пшеничное зерно, пав в землю, не умрет, то останется одно; а если умрет, то принесет много плода" (Ин. 12, 24). Это подлинная аскеза семейной жизни - трудная и мучительная. "Я" каждого из родителей ущемляется, ломается, подавля­ется нуждами других членов семьи. Бессонные ночи, физи­ческая усталость, скованность, беспокойство - всего этого не избежать. Отец может почувствовать себя заброшенным из-за того, что жена стала больше внимания уделять мате­ринским обязанностям. Христианство учит, что доброволь­ная жертва хотя бы частью гипертрофированного "я" может стать началом созидания нового, лучшего человека. Наряду с готовностью принести в жертву часть своего "я" развивается не менее сильное желание познать "я" других, понять потреб­ности их личностей, взгляды на жизнь, их способности.

Чтобы глубже осмыслить отношения с собственными детьми, родители нуждаются в духовном руководстве и творческом вдохновении. В основе этих отношений - любовь, полная ответственности, признающая авторитет, созданная на уважении и стремлении понять личность ребенка. С христианской точки зрения родительская любовь обла­дает эмоциональной полнотой любви, важно, чтобы она не становилась эгоистичной. В идеале она совершенно беско­рыстна, и образец этому - любовь Божией Матери к Иисусу Христу. Любовь матери к ребенку наполняет ее жизнь, обо­гащает ее. Это любовь к чему-то большему, чем она сама, к тому, что ей уже не принадлежит. Ребенок вырастает и уходит от родителей. Жертвенный, христианский смысл родительской любви состоит в признании этого факта. Об­разы Авраама и Исаака и сегодня образец для родителей, которые жаждут посвятить жизнь ребенка Богу - не пре­рвать его жизнь, а подчинить ее больше Богу, чем самим себе. Это прекрасно выражено на иконах Богоматери с Мла­денцем, прямо сидящим на Ее коленях: Ее руки обнимают Его, не прижимая к Себе. (1. 77-78)

Переход детей на более высокий духовный уровень - основная цель семейного воспитания

Человек начинает свою жизнь в семье, которую он не создавал, это семья его - отца и матери, и он входит в нее через рождение, задолго до того, как ему удастся осознать самого себя и окружающий мир. И. А. Ильин говорил, что ребенок получает эту семью как особый дар судьбы. В основе брака лежит выбор и решение, а ребенку не при­ходится выбирать и решать. Отец и мать как бы образуют судьбу, которая выпадает на его жизненную долю, и эту судьбу он не может ни отклонить, ни изменить - ему оста­ется только принять ее и нести всю жизнь. То, что выйдет из человека в его дальнейшей жизни, определяется в его детстве, в лоне семьи. Мы все слагаемся в этом лоне, со всеми нашими возможностями, чувствами и хотениями, и каждый из нас остается в течение всей своей жизни духов­ным представителем своей семьи, как бы живым символом ее семейного духа. (5. 142)

Семья, являясь наследницей и хранительницей духов­но-нравственных традиций, больше всего воспитывает детей своим укладом жизни, пониманием необходимости не толь­ко хранить, но и умножать то, что досталось нам от преды­дущих поколений. С духовной точки зрения точнее будет сказать: не умножать, а поднимать на новый уровень, и это возможно только в воцерковленной семье. Попытаемся это объяснить на простой модели. Если представить земную жизнь в виде круга, передача опыта жизни и обычаев в се­мье имеет тенденцию к постоянному повторению, и если имеются различия в каких-то психофизических или профес­сиональных проявлениях в различных поколениях, то это в рамках нашей модели изменяет только радиус круга, за­трагивая количественные характеристики жизни, не подни­мая ее на новый уровень. Чтобы изменить уровень бытия, каждое поколение должно этот круг разрывать, превращая траекторию жизни в спираль, сохраняя, умножая и возве­личивая ее, а это уже задача, которая может решаться только на духовном уровне. Дети с помощью родителей и благодати Божией побеждают в себе зачатки тех грехов и греховных наклонностей, которые достались им по наслед­ству. Переход наших детей на новый уровень духовной жизни сравнительно с нашей есть основная цель христи­анского воспитания в семье. Пусть дети опережают нас не только в физической, интеллектуальной и других сферах, но главное - чтобы они совершили прорыв в духовной сфере бытия.

Практически эта задача решается только через одухо­творение, воцерковление всего образа семейной жизни, че­рез раскрытие духовного смысла основных жизненных реа­лий, христианского понимания счастья как благобытия, блаженства в духе Нагорной проповеди, через возможность свободно развивать и реализовывать полученные от Бога творческие способности. Чувство радости и блаженства есть дары Божией благодати, которая стяжается в том числе и выполнением с виду формальных обязанностей: признанием порядка и послушанием, то есть охранением дисциплины, которая сложилась в семье.

Церковные таинства - основа духовного возрастания детей

Основой духовного возрастания детей являются таинства Церкви. В таинстве крещения Господь омывает их от первородного греха, снимая с них проклятие, тяготеющее над падшим человеческим родом. В таинстве ми­ропомазания Господь усыновляет ребенка Себе, даруя ему благодать. Зародившаяся в крещении духовная жизнь ре­бенка требует питания для своего поддержания. Господь дарует его питание в таинстве причащения. Невинных младенцев следует причащать как можно чаще. Благодать причащения Тела и Крови Господа необычайна, она взра­щивает, исцеляет и укрепляет ребенка духовно и физиче­ски. Желательно, чтобы младенец с четырех лет уже не вкушал с утра пищи или питья до причащения. (6. 136-139)

С семи лет младенец становится отроком и считается ответственным за свои поступки. С этих лет необходимо воспитать в нем духовную чистоплотность, воспитать по­требность смывать грех в таинстве покаяния через исповедование своих грехов. В таинствах Церкви дети общаются с самим Господом. Ограничивая их участие в таинствах, мы нарушаем заповедь Спасителя: "Пустите детей приходить ко Мне и не препятствуйте им, ибо таковых есть Царствие Божие" (Мк. 10, 14).

Детская молитва

Дыханием духовной жизни становится молитва. Жизнь прекращается с остановкой дыхания, так и духовная жизнь прекращается с остановкой молитвы. С первым пробуждением сознания надо привить ребенку понятие о Боге как источнике жизни, блага и добра. С этого же времени следует учить его молиться. Пусть ребенок усвоит на всю жизнь, что первым его движением по пробуждении должно быть сложение перстов и крестное знамение, первые слова - хвала Господу, первая беседа - молитва, первое вкушение в течение дня - причастие или принятие святой воды и освященного хлеба (просфоры, антидора, артоса). По мере воз­растания ребенка первым чтением должно быть Евангелие. Праздничные дни для него должны начинаться с посещения храма Божиего.

Молитва проявляется в трех формах: в выполнении молитвенных домашних правил, в вознесении Богу кратких молитв в течение всего дня, в посещении церковного бого­служения. Ко всем этим формам молитвы необходимо при­учать и детей.

Обычно дитя начинает молиться с "Богородицы". Ма­терь Христа - Матерь всего христианского рода. И как пер­вые слова у ребенка "мама" и "папа", так и первые его беседы с Богом должны составляться из "Богородицы" и затем "Отче наш". Следует приучать ребенка молиться за близких и накладывать на себя крестное знамение.

С ростом ребенка растет и его молитвенное правило. Для отроков, овладевших грамотой, утром и вечером посильно читать установленные Церковью утренние и вечер­ние молитвенные правила. Они занимают около 10-15 минут. Количество молитв надо увеличивать постепенно, по мере роста ребенка. Днем должно читаться правило преподобного Серафима Саровского для обремененных трудом и имею­щих мало времени мирян. Оно включает в себя: три раза "Отче наш", три раза "Богородица" и один раз "Верую". При добавлении в правило новых молитв они должны быть объяснены детям. Когда дети подрастут, им следует расска­зать историю происхождения молитв и познакомить с жиз­неописанием авторов. Читая "Святый Боже", они будут в этих словах слышать песнь ангельских хоров, виденных константинопольским мальчиком во времена патриарха Прокла. Начиная "Достойно", они будут переноситься в убогую афонскую келью, где впервые раздалось начало этой молитвы в устах Архангела Гавриила. Читая 24 про­шения вечернего правила, вспомнят о святителе Иоанне Златоусте.

В первые века христианства молитва в семье была об­щей и на нее собирались все члены семьи. Читал молитву старший в семье, а все присутствующие тихо за ним повто­ряли. Нам следует подражать этому обычаю, привлекая для чтения молитв детей по очереди. С отроческого возраста необходимо приучать детей к поясным и земным поклонам. Поклоны восполняют нашу рассеянность в молитве. Уси­лиями тела дополняется слабость внимания и нечувствие сердца. Следует обращать внимание на внешнюю манеру держаться при молитве. Хорошо заканчивать правило об­щим молитвенным пением. Чтобы оживить усердие детей, им нужно рассказывать о случаях, когда Господь выпол­нял прошения, прозвучавшие в усердной детской молитве. Детям следует заучить наизусть ряд молитв, помогающих в различных обстоятельствах. В привычку детей с ран­него возраста должна войти молитва перед едой и после нее, перед началом занятий и после них. Следует приучать их и к тому, чтобы перед уходом в школу или вообще из дома и перед отходом ко сну они подходили к родителям с просьбой перекрестить их. Крестное знамение родителей, совершаемое с верою и благоговением, имеет для ребенка великую охранительную силу.

Чтобы приучить ребенка к церковной молитве, необ­ходимо с раннего детства брать его в церковь для посеще­ния богослужений. Он не будет тяготиться богослужения­ми, если привыкнет с детства бывать на них от начала и до конца, вначале сидя, а с возрастом и стоя. Для отроков необходимо посещение воскресных и праздничных всенощных и литургий. Не следует устранять подросших детей и от ночных богослужений, когда те положены Церковью. (6. 139-147)

Пост и его влияние на духовное здоровье детей

Сам Господь указал два вида оружия в борьбе с силами тьмы: "Сей же род изгоняется только молитвою и постом" (Мф. 17, 21). Если необходи­мость молитвы для возжигания и под­держания духовной жизни признается всеми христианами, то пост часто не осознается или же не признается как обязательный. В быту старой русской семьи мы видим строгое исполнение постных дней - среды и пятницы - и установленных Церковью четырех многодневных постов. О необходимости для нашего духа и тела соблюде­ния постов говорит вся святоотеческая литература. По уче­нию святых отцов, здоровый младенец не постится лишь тогда, когда еще питается молоком матери, то есть пример­но до трех лет (в древности еврейские женщины кормили младенцев своим молоком до трех лет). Исключение поста допускалось лишь для больных детей.

Вместе с необходимостью соблюдения в той или иной мере поста следует позаботиться и о предохранении детей от привычки пресыщения или слишком частого принятия пищи в это время. Нельзя потакать прихотям ребенка, да­вая ему только то, что он любит. Когда дети подрастают и определяются их характер и склонности, родителям надо проявить тактичность в отношении нормы поста. Нельзя, например, лишать их сладкого против воли или неразумно увеличивать строгость поста. Взрослых детей нельзя на­сильно держать на строгом выполнении всех норм поста, если они будут этим тяготиться. В этом случае пощение не дает пользы душе, а может ее ожесточить. Весь смысл поста - в добровольном воздержании и ограничении себя. И чтобы для взрослых детей не были тяжелы обычные нормы поста, их следует приучать к посту с самого младшего возраста. (6. 149-152)

Дети прекрасно понимают, насколько искренне сами родители соблюдают принятые правила - будь то регуляр­ное посещение храма, доброжелательство и гостеприимство, пост, воздержание от курения и алкоголя. Христианский быт строится на исполнении закона как действенного прин­ципа, как жизненной позиции, а не пустой формальности или безжизненного обряда. Родители-христиане своим по­ведением должны показать детям, что в основе всякой дис­циплины лежит принцип "да будет воля Твоя", а не принцип родительского "я так хочу".

Духовные традиции семьи. Дом как видимое проявление семейной жизни

Жизнь в Духе включает сохранение и развитие именно духовных традиций, таких, как общая семейная молитва утром, вечером и перед трапезой. Не просто формальное их прочтение, но обучение детей молитве сознательной и духовной, а это уже часть душепопечения, которое осуществляют родители с помощью своего духовного настав­ника - православного священника.

Семья в сохранении и умножении именно духовных традиций тесно переплетается с жизнью церковной. В пра­вославной семье весь уклад жизни связан с церковным календарем.

Видимым проявлением семейной жизни является дом. Дом - это место, где разворачивается и телесная, и душев­ная, и духовная жизнь семьи. Надо сказать, что не любое жилое помещение можно назвать домом. Есть особое слово, выражающее любовь к дому, это слово - уют. Уют - не только эстетическая характеристика, а отражение духовно-нравственной атмосферы малой Церкви, дающее ощущение покоя и защищенности, любви и заботы. Уют - это, как правило, мерило возвращения женщины к своей первозданной сущности, мера обретения ею себя. В каком-то смысле уют - это и есть дом. (3. 121-122)

С воспитательной точки зрения особо важным поня­тием является не просто дом, а отчий дом. Именно в нем растут дети, и от того, есть он или нет, многое зависит в жизни каждого поколения. Отчий дом, его духовная и ма­териальная атмосфера складываются десятилетиями и даже веками, это видимое подтверждение благочестия и правед­ности людей, живших и живущих в нем. Он является видимым показателем духовно-нравственного и материального умножения родового богатства. Духовная жизнь семьи или отсутствие этой стороны жизни определяются отношением к отчему дому. Признаком духовного упадка является уже сложившаяся светская традиция продавать дом родителей после их смерти или разменивать квартиру родителей при образовании новой семьи. Это всегда приводит к потере дома как некоей материально-духовной совокупности. Вме­сто дома семья обретает пространство, где можно ночевать, питаться, существовать. Рождаются бездомные в духовном смысле семьи. И хорошо, если есть хотя бы осознание этой бездомности, порождающее желание создать свой дом та­ким, чтобы он с годами стал для детей действительно отчим домом.

Семья как защита от искушений мира сего

Семья и дом являются для наших детей духовной крепостью, которая защищает их от искушений мира сего. Что же могут сделать родители, что­бы помочь детям устоять против этих искушений? Ежедневно мы должны быть готовы преодолевать влияние мира здоровым христи­анским воспитанием. Все, что ребенок узнает в школе, должно проверяться и исправляться дома. Не надо считать то, что дают ему учителя, безусловно полезным или ней­тральным: ведь даже если он и приобретает полезные зна­ния или умения, его могут научить многим неправильным точкам зрения и идеям. Духовно-нравственная оценка ре­бенком литературы, музыки, истории, искусства, философии, науки и, конечно, жизни и религии должны в первую очередь идти не от школы, а от дома и Церкви.

Родители должны следить, чему учат их детей, и исправлять то, что они считают вредным, придерживаясь откровенной позиции и четко выделяя моральный аспект. В Законе РФ "Об образовании" (ст. 15, п. 7) говорится: "Родителям (законным представителям) несовершеннолет­них обучающихся, воспитанников должна быть обеспечена возможность ознакомления с ходом и содержанием образо­вательного процесса, а также с оценками успеваемости обу­чающихся" .

Родители должны знать, какую музыку слушают их дети, какие они смотрят фильмы (слушая или смотря с ними вместе, если необходимо), и всему этому давать христиан­скую оценку. В тех домах, где недостает мужества отка­заться от телевизора, его просмотр надо контролировать с тем, чтобы избежать отравляющего воздействия.

Навязываемые нам самопоклонение, расслабление, бес­печность, наслаждение, отказ от малейших мыслей о другом мире - это в различных формах обучение безбожию. Зная, что пытается сделать с нами мир, мы должны активно за­щищаться. Увы, когда наблюдаешь за жизнью современных православных семей и за тем, как они передают свое право­славие, создается впечатление, что эту битву с миром они куда чаще проигрывают, чем выигрывают.

И все же не следует рассматривать окружающий нас мир как всецело плохой. Мы должны быть достаточно рас­судительными, чтобы использовать в своих воспитательных целях все, что есть в нем положительного.

Ребенок, с детства приученный к классической музы­ке, развившийся под ее влиянием, не подвергается искуше­ниям грубого ритма "рока", современной псевдомузыки в той мере, в какой подвергаются им те, кто вырос без музы­кального воспитания. Музыкальное воспитание, по словам оптинских старцев, очищает душу и приготовляет ее к при­нятию духовных впечатлений.

Ребенок, приученный к классической литературе, ощу­тивший ее воздействие на душу, получивший истинное наслаждение, не станет бездумным приверженцем современ­ного телевидения и дешевых романов, которые опустошают душу и уводят от христианского пути.

Ребенок, который научился видеть красоту классиче­ской живописи и скульптуры, не соблазнится извращенным современным искусством, не будет тянуться к безвкусной рекламе и тем более к порнографии.

Ребенок, который знаком с мировой историей, с тем, как люди жили и мыслили, в какие западни они попадали, уклоняясь от Бога и Его заповедей, и какую славную и дос­тойную жизнь они вели, когда были Ему верны, сможет правильно судить о жизни нашего времени и не станет сле­довать за "учителями" века сего. (4. 204-205)

Защита детей от общения с людьми, исповедующими философию безбожия

Н.Е. Пестов говорит, что, защищая детей от всех скверн мира, необходимо их оберегать и от носителей скверны. О сбережении себя от людей языческих воззрений наставляли первых христиан апостолы. Апостол Павел в послании к коринфянам пишет: "Не обманывайтесь: худые сообщества развращают добрые нравы" (1Кор. 15, 33) и далее: "...какое общение праведности с беззаконием? Что общего у света со тьмою? Какое согласие между Христом и Велиаром? Или какое соучастие верного с неверным? Ка­кая совместность храма Божия с идолами? Ибо вы храм Бога живаго..." (2 Кор. 6, 14-16). Так же пишет и апостол Иоанн Богослов: "Кто приходит к вам и не приносит сего учения (то есть исповедания Христа), того не принимайте в дом и не приветствуйте его. Ибо приветствующий его участвует в злых делах его" (2Ин. 1, 10-11).

В первые века христианам запрещалось участвовать в языческих пиршествах. По рассказу святителя Григория Богослова, его мать Нонна никогда не обменивалась пожа­тием рук с языческой женщиной и не садилась для вкуше­ния пищи с язычниками. Заботу о чистоте веры, в которой росли их дети, проявляли многие праведники. Так, напри­мер, внучка праведного Филарета Милостивого, ставшая впоследствии женой константинопольского императора Константина IV Порфирородного, воспитывалась в полном уединении. "До вас она не видела никого постороннего", - сказал про нее праведный Филарет послам, объезжавшим Греческую империю для выбора достойнейшей невесты императору. Московский благочестивый купец Путилов, жив­ший в начале прошлого столетия, сам обучал своих сыно­вей, так как боялся дурного влияния на них сверстников. Его заботы и труды оправдались в полной мере: все три его сына пошли в иноки и впоследствии стали известными игуменами трех монастырей (Исаия Саровский, Моисей Оптинский и Антоний Малоярославский).

Двери христианской семьи должны быть широко от­крыты для боголюбцев, но они должны быть закрыты для людей, живущих философией безбожия. Должны быть за­крыты и для тех, кто, называя себя христианами, на деле не гнушаются смертными грехами. Апостол Павел говорил об этом в посланиях: "Я писал вам не сообщаться с тем, кто, называясь братом, остается блудником или лихоимцем, или идолослужителем, или злоречивым, или пьяницею, или хищником; с таким даже и не есть вместе. Итак, извергните развращенного из среды вас" (1Кор. 5, 11, 13). При этом допускается поверхностное общение с окружающим нехри­стианским миром. Очевидно, что надо проводить границу между вынужденными деловыми отношениями с людьми и добровольным тесным общением. Во всяком случае при при­глашении в семью знакомых, при подборе для детей товари­щей по играм надо проявлять осторожность.

Оправданием общения с беззаконниками не может служить и родственная связь. Господь родство считает не по плоти, а по духу. "Ибо, кто будет исполнять волю Божию, тот Мне брат и сестра и матерь" (Мк. 3, 35). Единст­венным оправданием нашего общения с близкими нам по плоти и не хотящими знать Бога может быть лишь испол­нение заповедей любви, выполнение которых обязательно по отношению ко всем без исключения. Однако в этом слу­чае общение следует ограничить необходимостью.

Ограждение от мирской литературы

Вместе с заботой о подборе духовно питающей литературы следует оберегать детей от книг, неблагоприятно влияющих на их души. Это, как счи­тал Н.Е. Пестов, есть следующий осо­бый момент в ограждении детей от соблазнов мира сего.

Для детей младшего возраста лучшим чтением являют­ся сказки. Но есть много сказок и рассказов, где автор вы­водит бесов в шутливом тоне. Диавол и его темные полчи­ща, напоминает Пестов, - враги человека, по словам Самого Господа (Мф. 13, 28), и поэтому нельзя рисовать их детям в качестве глуповатых или смешных существ. При правиль­ной духовной настроенности христианин должен быть все­гда бдительным против своего врага и не обманываться в отношении его силы, злобы, коварства. Преподобный Серафим Саровский говорил, что если бы благодать Божия не охраняла людей, то сатана одним ногтем смел бы с лица земли все человечество.

Привитие с детства пренебрежительного отношения к темной силе притупляет в дальнейшем нашу бдитель­ность. Кроме того, нельзя одобрять произношение богопро­тивного имени. Но вместе с тем детям младшего возраста нельзя рисовать бесов в истинном свете, так как это будет их устрашать и делать пугливыми. Для маленьких детей вообще не должно существовать темной стороны жизни. Когда они подрастут, разумно познакомить детей с истинным характером темных сил и способами борьбы с ними, поль­зуясь описаниями опыта святых и подвижников.

Следует оберегать детей от чтения книг кощунствен­ного характера, богоборческих, безнравственных, сеющих нечистые помыслы. Всякая книга, написанная безбожни­ком, носит отпечаток безбожного миросозерцания ее автора и в какой-то мере побуждает читателя смотреть на мир его глазами.

Для примера Н.Е. Пестов приводит сочинения Марка Твена, которого считают детским классиком. В произведе­ниях "Приключения Тома Сойера" и "Приключения Гекльберри Финна" Марк Твен рисует образы антихристианского характера, в которых тление греха прикрыто личиной доб­лести. Для его героев не существует Бог. Основные черты их поведения по отношению к старшим - непослушание и обман. Мальчики курят, воруют, вступают в драки - и все это автор возводит в доблесть.

Сохранение детей от пристрастий мира

Необходимо, как считал Пестов, сохранять детей от пристрастий мира. "Никто не может служить двум господам: ибо или одного будет ненави­деть, а другого любить; или одному станет усердствовать, а о другом нерадеть. Не можете служить Богу и мамоне" (Мф. 6, 24). Так предупреждает нас Господь.

Пристрастием к земным благам наши дети могут зара­зиться от нас, если мы не свободны от этого порока. Соби­рание материальных ценностей под каким-либо предлогом - это нарушение заповедей Господних.

Лекция 2 - лекция, которая пользуется популярностью у тех, кто читал эту лекцию.

Пристрастием могут стать не только материальные ценности, но и достижения науки и прогресс техники. Не через светскую науку лежит путь, ведущий к главной цели жизни христианина. К ней можно прийти лишь путем стя­жания Духа Святого. Необходимо следить, чтобы занятия наукой не захватывали все внимание и все время наших детей, но чтобы у них свято соблюдались воскресные и праздничные дни с обязательным посещением богослуже­ния. Пусть останутся нетронутыми для мирских занятий утренние и вечерние минуты, отведенные для молитв.

И чем бы ни увлекалось дитя - наукой, техникой, ис­кусством, - родители должны внимательно следить за тем, какое значение придает ребенок этим занятиям. Следует бояться того, чтобы что-либо не стало для детей кумиром и не отдалило бы их от Бога, заглушив рост духовной жизни. Это признак духовной болезни, с которой надо бороться. Это признак нездоровой атмосферы, окружающей детей.

Общение Бога и человеческой души совершается лишь в условиях тишины, мира, глубокого спокойствия и сосредоточенности. Следует, по совету Пестова, оберегать детей от развлечений, нарушающих покой и внутренний мир, и стараться воспитывать детей в уединении и тишине. Если у родителей есть возможность выбора между городом и де­ревней, следует выбрать деревню. Там меньше соблазнов, развлечений и суеты. Там легче создать для детей тихую, трудовую жизнь, легче привить вкус к хорошей книге, сроднить с природой, приучить к нерассеянной молитве. Там больше времени, чтобы задуматься о Боге и Вечности.

Много труднее воспитать детей в городе с присущими ему развлечениями. Нельзя запретить им все развлечения. Можно позволить ходить в кино или театр, но не следует самим побуждать их к этому. Конечно, родители должны выбирать наиболее подходящие пьесы и фильмы, например, исторические или научные. Так же следует решать вопрос и с танцами. Не надо запрещать, если дети этого очень хотят, но не следует и побуждать.

В отношении развлечений родители сами должны подавать пример тихой сосредоточенной жизни, посвящен­ной самоотверженному служению ближним, жизни в страхе Божием, жизни в Боге и с Богом. И если нельзя в полной мере устранить детей от соблазнов мира, то пусть родители боятся сами толкать их на развлечения, вспоминая слова Господа: "Горе миру от соблазнов, ибо надобно прийти соблазнам, но горе тому человеку, через которого соблазн приходит" (Мф. 18, 7).

Свежие статьи
Популярно сейчас