Главная » Лекции » Разное » Православная педагогика » 13 Особенности развития и духовного становления человека в разные периоды его жизни

13 Особенности развития и духовного становления человека в разные периоды его жизни

2021-03-09 СтудИзба

Особенности развития и духовного становления человека в разные периоды его жизни

Первый год жизни ребенка

Психологическая характеристика первого года жизни ребенка

Первый год жизни ребенка можно разделить на два периода:

1. Новорожденность /0 - 2 м./;

2. Младенческий возраст /2 м.-1 г./.

Рассмотрим особенности этого возрас­та с точки зрения психологии.

Первые два месяца жизни ребенка психологи склонны рассмат­ривать как кризис новорожденности. В этот период происходит физи­ческое отделение ребенка от матери, но не происходит биологическое отделение. Существует как бы промежуточное положение между внутриутробным и внеутробным развитием. Резко меняется способ дыхания и питания ребенка, температурный режим. Большая часть существова­ния (80% времени) отдана полифазному сну (короткие периоды сна и бодрствования). Основное состояние - состояние дремоты. Ребенок принимает эмбриональную позу. Двигательная реакция существует, но нет возможности перемещаться в пространстве. Период новорожденно­сти, как всякий переход, означает разрыв со старым и начало нового. Центральным новообразованием этого периода является индивидуаль­ная психическая жизнь новорожденного. Жизнь становится индивиду­альным существованием, частью социальной жизни окружающих ре­бенка людей (2. 274).

Своеобразие социальной ситуации развития в младенческом воз­расте определяется двумя моментами:

а) Полная биологическая беспомощность ребенка. Первый кон­такт ребенка с действительностью социально опосредован. Всякое от­ношение к вещам есть отношение, осуществляемое с помощью или че­рез другого человека;

б) Ребенок лишен основных средств социального общения в виде человеческой речи. Принужден к бессловесному общению.

Рекомендуемые файлы

В противоречии между максимальной социальностью младенца и минимальными возможностями общения и заложена основа всего развития ребенка в младенческом возрасте (2. 282).

В этом возрасте совершенствуются двигательные умения малы­ша, он начинает ползать, перемещаться. Активно интересуется окружающим. Начинает улавливать настроения взрослых. Прибавляются игровые моменты, лепет, выразительные движения (удовольствие и удивление). К восьми месяцам охотно общается со взрослыми, отли­чает членов семьи от незнакомых. Пытается вставать. Начинает улав­ливать не только интонацию, но и смысл отдельных слов. Динамику развития ребенка до одного года можно выразить схематически: пас­сивность - рецептивный интерес - активный интерес - активность.

Ребенок не выделяет не только себя, но и других людей из слит­ной ситуации. Для ребенка в этом возрасте не существует еще ни что-то, ни кто-то, он переживает не состояния, а объективное содержание.

Новообразованием этого периода, по мнению Л.С. Выготского, является "пра-мы" - первоначальное сознание психической общности, которая предшествует возникновению сознания собственной личности (точнее, индивидуальности; "мы", не включающее "я") (2. 304-305).

Ребенок рассматривает свое тело как посторонний предмет, не выделяет себя из окружающего мира, зависит от аффективного притя­жения к вещам, от возможности совместного переживания ситуации с другим человеком.

В этом возрасте важное значение имеет сенсорный контакт ма­лыша и матери. Замечено: дети, лишенные материнской ласки, в даль­нейшем проявляют себя более агрессивно, у них отсутствует привязан­ность и способность чувствовать другого человека, сохраняется элемент страха перед новым.

Становление ходьбы и появление речи - первые признаки кризиса первого года жизни, который проявляется в первых актах протеста, противопоставления себя другим.

Невоздержанность в поведении может проявляться с очень боль­шой силой и приводить к припадкам в случае отказа или непонима­ния. В этих случаях ребенок может упасть на пол, кричать, бить ногами. Эти реакции обостряются увеличением подвижности ребенка.

Непонимание ребенка взрослыми связано с особенностью разви­тия речи. Стремление к общению со взрослыми порождает различные средства, которыми пользуется ребенок. На первом этапе таким сред­ством выступает жест, впоследствии жест сопровождается особой речью, называемой автономной. В этой речи звуковой состав слов не совпадает с нашим, отличается и значение слов. Слова могут не иметь постоянных значений или отражать конкретную ситуацию. Часто об­щение возможно только в конкретной ситуации.

Постоянное общение с ребенком, стремление понять его сглажи­вают негативные реакции кризисного периода. С появлением речи - центрального новообразования этого возраста - заканчивается и кризис одного года.

Создание спасительной атмосферы вокруг младенца

Рассматривая особенности воспитания ребенка в первые годы его жизни воспользуемся трудами святителя Феофана Затворника Вышенского - пожалуй, единственного, кто обратил внимание не только на практику хри­стианского воспитания, но и начертал основы православной психологии. Понятно, что мы будем говорить о детях, ко­торых родители покрестили в первые два месяца их жизни.

"Младенец живет, - пишет святитель Феофан, - следо­вательно можно влиять на его жизнь. Здесь приложимы святые Тайны, за ними вся церковность; и с ними вместе вера и благочестие родителей.

Все сие, в совокупности составит спасительную вокруг младенца атмосферу. Всем сим таинственно наитствуется благодатная жизнь, зачатая в младенце.

Частое причащение святых Христовых Тайн (можно прибавить: сколь можно частое) живо и действенно соеди­няет с Господом новый член Его, чрез пречистое Тело и Кровь Его освящает его, умиротворяет в себе и делает не­приступным для темных сил. Поступающие таким образом замечают, что в тот день, когда причащают дитя, оно быва­ет погружено в глубокий покой, без сильных движений всех естественных потребностей, даже тех, кои в детях сильнее действуют. Иногда оно исполняется радостию и игранием духа, в коем готово всякого обнимать как сво­его. Нередко св. причащение сопровождается и чудодействиями. Св. Андрей Критский в детстве долго не говорил. Когда сокрушенные родители обратились к молитве и бла­годатным средствам, то во время причащения Господь благодатию Своею разрешил узы языка, после напоившего Церковь потоками сладкоречия и премудрости...

Большое влияние имеет на детей ношение в церковь, прикладывание к св. Кресту, Евангелию, иконам, накрывание воздухами; так же и дома - частое поднесение под ико­ны, частое осенение крестным знамением, окропление свя­той водою, курение ладаном, осенение крестом колыбели, пищи, и всего прикасающегося к ним, благословение священника, приношение в дом икон из церкви и молебны; вообще - все церковное чудным образом возгревает и питает благодатную жизнь дитяти, и всегда есть самая безопасная ограда от покушения невидимых темных сил, которые всю­ду готовы проникнуть в развивающейся только душе, чтобы своим дыханием заразить ее.

Под этим видимым охранением есть невидимое: Ангел Хранитель, Господом приставленный к младенцу с самой минуты крещения. Он блюдет его, своим присутствием не­видимо влияет на него и в нужных случаях внушает роди­телям, что надо сделать с находящимся в крайности дети­щем" (1. 25-27).

Благочестие родителей как средство сохранения благодатной жизни детей

Столь крепкие ограды, как указанные выше, такие сильные и действенные наития могут быть разорены неверием, небрежностью, нечестием и недоброй жизнью родителей. Правда, Господь милосерд, особенно к невин­ным, но есть непостижимая для нас связь души родителей с душою детей, и мы не можем определить, до какой степе­ни простирается влияние первых на последних. И вместе с тем нам неведомо, до какой степени при заразительном влиянии первых простирается милосердие и снисхождение Божие к последним. Потому дух веры и благочестие роди­телей должны почитаться могущественнейшими средствами к сохранению, воспитанию и укреплению благодатной жиз­ни в детях. (1. 27)

В последние десятилетия разрушается именно это самое действенное и могущественное средство воспитания - раз­рушаются основы семьи. Анализ добрачного поведения на­водит на мысль о большом количестве нежданно рожден­ных детей. Статистика показывает, что 95,6% всех зачатий у 16-17-летних матерей происходит вне брака. У 25-29-летних матерей половина зачатий опережает вступление в брак. Количество абортов ужасает. Большинство родителей живут вне церковного брака. Многие не испрашивали бла­гословения на брак у своих родителей, а зачастую женились и вопреки их воле. Гражданские браки заключаются во время церковных постов.

Нежданный ребенок резко увеличивает количество проблем, и без того существующих у молодых людей: кон­фликт с родителями, если ребенок внебрачный, материаль­ные трудности, жилищные, проблемы с учебой и работой и так далее. Если ребенок, как считают родители, является помехой к достижению определенных жизненных целей, трудно представить хорошее, подобающее отношение к нему с их стороны.

С духовной точки зрения, большинство этих проблем снимается, если происходит подчинение воли человека воле Божией через покаяние, смирение и устроение православ­ного образа семейной жизни. Радость о новой жизни, даро­ванной Богом, и упование на Его милость позволяют вы­растить и воспитать дитя в благочестии даже в самых тяже­лых условиях.

Греховная жизнь родителей мистически влияет на жизнь детей, часто определяя особенности их греховных наклонностей и последующие нестроения жизни. Ветхий Завет приоткрывает нам сию тайну: "Я Господь, Бог твой, Бог ревнитель, наказывающий детей за вину отцов до третьего и четвертого рода, ненавидящих Меня, и творящий милость до тысячи родов любящим Меня и соблюдающим заповеди Мои" (Исх. 20, 5, 6); "не оставляющий без нака­зания, но наказывающий беззакония отцов в детях до третьего и четвертого рода" (Чис. 14, 18); "и в детях детей" (Исх. 34, 7); "беззаконные будут извержены, и потомство нечестивых истребится" (Пс. 36, 28).

Духовное влияние на младенца в первые дни его жизни

Дух младенца как бы не имеет еще движения в первые месяцы и даже годы. Что-нибудь передать ему для усвоения обычным путем невозможно. Но можно действовать на него опосредованно. "Есть некоторый особен­ный путь общения душ через сердце, - пишет святитель Феофан. - Один дух влияет на другой чувством. Такое влияние на душу младенца тем удобнее, чем полнее и глуб­же родители сердцем своим обращены в младенца. Отец и мать исчезают в дитяти и, как говорят, не чают души. И если их дух проникнут благочестием, то не может быть, чтобы оно по своему роду не действовало на душу дитяти. Лучший внешний проводник при этом - взор. Это точка встречи одной души с другой. Пусть же через сие отверстие проходят до души дитяти души матери и отца с чувствами святыми. Они не могут не намащать ея этим святым елеем. Надобно, чтобы во взоре их светилась не одна любовь, ко­торая так естественна, но и вера, что на руках у них более, чем простое дитя, и надежда, что Тот, Кто дал им под над­зор сие сокровище, как некоторый сосуд благодати, снабдит их и достаточными силами к тому, чтобы сохранять его, и, наконец, непрерывно в духе совершаемая молитва, возбуж­даемая надеждою по вере. Когда таким образом родители оградят колыбель своего дитяти этим духом искреннего благочестия, когда при сем, с одной стороны, Ангел Храни­тель, с другой - святые Тайны и вся церковность будут дей­ствовать на него со вне и внутрь, то этим составится вокруг зачинающейся жизни сродная ей духовная атмосфера, кото­рая перельет в нее и свой характер, подобно тому, как и кровь, начало жизни животной, в свойствах своих много зависит от окружающего воздуха" (1. 27-28).

Период между крещением и посвящением себя Богу - начало христианско-нравственной жизни, во время которого младенец зреет и образуется в христианина в святой Церк­ви среди христиан, как прежде телесно образовывался в утробе матери. "Когда у дитяти начинают пробуждаться силы, одна за другою, родителям и воспитателям должно усугубить внимание. Ибо когда под осенением показанных средств, будет возрастать и усиливаться в них тяготение к Богу и увлекать вслед за собою силы, в то же самое вре­мя и живущий в них грех не дремлет, а усиливается завла­деть теми же силами. Неизбежное следствие этого - брань внутренняя. Так как дети неспособны ее вести сами, то ме­сто их разумно заменяют родители. Но как она должна быть ведена все же силами детей, то родители строго должны блюсти первые начатки их пробуждения, чтобы с пер­вой минуты дать им склонение, сообразно с главной целью, к какой они должны быть направляемы" (1. 28).

Так начинается у родителей брань со грехом, живущим в ребенке. Хотя грех и лишен точки опоры, однако же дей­ствует и, стараясь остановиться на чем-то твердом, пыта­ется завладеть силами тела и души. Основные возбудители, ведущие ко греху: своеумие (или пытливость) - в уме, свое­волие - в воле, самоуслаждение - в чувстве. Поэтому необ­ходимо так вести и направлять развивающиеся силы души и тела, чтобы не отдать их в плен плотоугодию, пытливости, своеволию и самоуслаждению. Напротив, следует отрешаться от них и преобладать над ними, сколько можно обессили­вать их и доводить до безвредности.

Потребности тела у младенца

Прежде всего пробуждаются и до самой смерти постоянно состоят в живой деятельности потребности тела. Необходимо поставить их в должные пределы и закрепить навыком, чтобы потом меньше было от них беспокой­ства. Источником сил для телесной жизни служит питание. В нравственном отношении оно может стать основой стра­сти к греховному услаждению плоти. Поэтому необходимо так питать ребенка, чтобы, развивая жизнь тела, доставляя ему крепость и здоровье, не разжечь в душе плотоугодия. Следует с первых лет остепенять приклонную к грубому веществу плоть и приучать его к обладанию над нею, чтобы в отрочестве и юношестве легко можно было управлять этой потребностью. От детского питания много зависит в после­дующем. Незаметно можно развить сластолюбие и неуме­ренность в пище - два вида чревоугодия, губительные для души и тела склонности.

Можно посоветовать избирать здоровую и годную пищу, исходя из возраста ребенка. Одна пища пригодна для мла­денца, другая - для дитяти, третья - для отрока и юноши. Следует подчинить употребление пищи определенным пра­вилам, приспособленным к возрасту, в которых бы определялись время, количество и способ питания. Этим ребенок приучается не всегда требовать пищу, как захочется есть, а ждать определенного времени. Так дитя получает пер­вые упражнения и первый опыт в отказывании себе в своих желаниях. Где кормят ребенка всякий раз, когда он запла­чет, и каждый раз, когда он попросит есть, там до того расслабляют его, что после он не иначе как с болезнью может отказаться от пищи. Вместе с этим он привыкает к своенравию оттого, что успевает выпрашивать и выплаки­вать все желаемое. Таким же правилам следует подчинить и сон, и теплоту с холодом, и другие удобства. Главное, не разжечь страсти к чувственным наслаждениям и приучить отказывать себе. Правила можно менять в применениях, но не в существе, и следовать им рекомендуется до тех пор, пока воспитываемый, утвердившись в них, не возьмет себя в руки.

Движение как седалище воли

Второе отправление тела есть движение. В отношении душе движение есть седалище воли и способно раз­вить своеволие. Размеренное, благо­разумное развитие этого отправления, сообщая телу возбужденность и жи­вость, приучает к трудам и образует степенность. Развитие бесконтрольное, оставленное на произвол, в одних развива­ет непомерную резвость и рассеянность, в других - вялость, безжизненность и леность. Первое порождает своенравие и непокорность, с чем связано появление задорности, гневли­вости, непокорности в желаниях. Второе погружает в плоть и передает чувственным наслаждениям. Укрепляя силы тела, надлежит следить, чтобы не развить через это своеволия и не погубить ради тела дух.

За правило следует принять умеренность, позволительность и контроль. Пусть дитя резвится, но в том месте, в то время, в той мере, как ему указано родителем. Воля роди­телей должна сопровождать каждый шаг. Без этого легко может исказиться нрав дитяти. Своевольно порезвившись, ребенок перестает слушаться даже в мелочах. Трудно после истребить своенравие, если оно осядет в теле, как в крепо­сти. Не гнется шея, не движется рука и нога, и глаз даже не хочет смотреть, как приказывают. Напротив, дитя ста­новится подвижным на всякую просьбу там, где с самого начала не дают воли его движениям. Нельзя лучше при­выкнуть владеть телом, как только заставляя его напря­гаться по указаниям.

Нервы как седалище чувствительности

Третье отправление телесное связано с нервами. Нервы - седалище чувствительности тела, или способности принимать приятные и неприятные для него впечатления. В этом отно­шении следует приучать тело безбо­лезненно переносить всякого рода внешние влияния: от воздуха, воды, перемен температуры, сырости, жары, холо­да, уязвлений, боли и прочее. Кто приобрел такой навык, тот способен на самые трудные дела во всякое время и в любом месте. Душа в таком человеке является полной вла­дычицей тела, не оставляющею своих дел из-за боязни не­приятностей телесных. Напротив, с желанием обращается к тому, чем можно озлоблять тело. Главное зло в отношении к телу - телолюбие и его жаление, отнимающие у души вся­кую власть над ним. Не жалеющий тела не будет в своих предприятиях смущаться опасениями со стороны слепого животолюбия. К этому следует приучать человека с дет­ства. Главное - содержать тело не так, чтобы оно прини­мало одни только приятные впечатления, а быть по отно­шению к нему более строгим. Приятными впечатлениями тело разнеживается, строгими укрепляется. При первых дитя всего боится, при вторых на все готово и способно стоять в начатом терпеливо. Главное - владеть телом, как органом, и не подчиняться ему. А это очень важно в жизни христианской, по самому существу своему отрешенной от чувственности и всякого угодия плоти.

Развитие детского тела нельзя оставлять на произвол, а надо держать его под строгой дисциплиной с первых дней жизни. Истинно любящие детей родители-христиане не должны жалеть ничего, ни даже своего родительского серд­ца, чтобы доставить это благо детям. Иначе все последующие дела их любви и попечения будут или малоплодны, или даже бесплодны. Тело - седалище страстей, и большей частью самых свирепых, таких как похоть и гнев. По при­веденным правилам следует обходиться с телом и во все прочее время жизни. (1. 27-34)

Православное понятие дисциплины

Пусть не смущает читателя определенная суровость приведенных правил и рассуждений. Если родители ребенка живут православной, воцерковленной, духовной жизнью, эти пра­вила жизни для них являются естест­венными и в них нет никакого неудобства, так как такая жизнь дарует человеку свободу от плотского, награждая его духовной свободой. В атмосфере приоритета духовного над плотским и ребенок начинает жить по этим спасительным правилам, не испытывая никакого неудобства. Конфликты и кризисы возникают тогда, когда мы упустили время и дали греху возможность овладеть силами ребенка, а ребен­ку - вкусить греховный плод. В этом случае борьба начина­ется не только с грехом, но и с искаженностью в развитии, которая возникла под влиянием этого греха.

Следует разъяснить и смысл, который мы вкладываем в понятие дисциплины. В зависимости от степени развития человека и его духовного становления, а точнее, от их вза­имоотношения, смысл понятия "дисциплина" изменяется. Если образ жизни позволяет установить правильное соот­ношение между духовным ядром личности и ее поведением, ее активностью, понятие "дисциплина" растворяется в орга­низации поведения и ценится как фактор духовного воспи­тания. Если имеются отступления от нормального духовно­го ^становления личности в случае греховного овладения развивающимися силами, дисциплина приобретает смысл регулятора духовной жизни в конкретных ее проявлениях, становится внешней помощью неокрепшим духовным силам человека.

Развитие чувств и пытливости у ребенка

Вместе с обнаружением телесных потребностей и душа начинает выка­зывать способности в их естествен­ной последовательности. Дитя начи­нает останавливать взор на различных предметах, на одних дольше, на дру­гих меньше. Первые впечатления глубоко остаются памят­ными. Первый материал, первую пищу для своего образо­вания душа получает извне от чувств. Возрастает и богатеет во внутреннем содержании и разнообразится в деятельности она уже после. Поэтому первые предметы, воздействующие на чувства и воображение, должны способствовать обра­зующейся христианской жизни. Как первая пища имеет значительное влияние на темперамент тела, так и первые предметы, которыми занимается душа, имеют сильное влияние на характер души или тон ее жизни.

Развивающиеся чувства доставляют материал вообра­жению, воображенный предмет хранится в памяти и состав­ляет содержание души. Пусть чувства получают первые впечатления от предметов священных: икона и свет лампа­ды и свечи - для глаз, священные песнопения - для слуха. Дитя не понимает еще ничего из того, что у него перед гла­зами, но его глаз и слух привыкают к этим предметам, и они, занимая его сердце, тем самым отодвигают другие предметы вдаль. За чувствами и первые упражнения вооб­ражения будут священными, ему легче будет воображать эти предметы, чем другие. В будущем все изящное будет привлекать его не иначе как под священными формами.

Ограждая дитя священными предметами, следует уда­лять от него все, что может развратить его: вещи, изобра­жения, предметы. Известно, как сильно действуют на душу растленные образы, в каком бы виде они ни касались ее. Несчастно дитя, которое, закрыв глаза или оставшись одно и углубившись в себя, бывает подавляемо множеством не­потребных образов, суетных, соблазнительных, дышащих страстями.

Дело чувств - видеть, слышать, осязать, другими сло­вами, испытывать. Чувства - первые возбудители пытливости. Пренебрегать чувствами нельзя - через них познаются вещи, знать которые необходимо ради славы Божией и на­шего блага. При этом развивается и пытливость, которая представляет собой неудержимую склонность бесцельно видеть, слышать, разузнавать, что и где делается, не разли­чая, нужно это или не нужно. Следует при упражнении чувств соблюдать меру и порядок, обращать их на одно нужное и по сознанию нужды, тогда для пытливости не будет пищи. Ребенок должен испытывать только то, что необходимо, от всего же другого удерживаться и отстра­няться. При этом не перебегать от одного предмета к дру­гому или от одной черты к другой, а пересматривать одно за другим, чтобы дитя могло вообразить предмет как он есть. Такие занятия избавят дитя от настроения развле­каться даже среди позволенного, приучат владеть чувства­ми, а через них и воображением. И оно не будет перебегать от одного к другому без нужды, не будет мечтать и развле­каться образами, тем самым не давая покоя душе, возмущая ее приливом и отливом своих беспутных видений. Не уме­ющий владеть чувствами и воображением, как правило, бы­вает рассеян и непостоянен. Томимый пытливостью, он влечется от одного предмета к другому до расслабления сил совершенно бесплодно.

С раннего возраста возникают у дитя страсти и начи­нают тревожить его. Ребенок еще не говорит, не ходит, только что научилось сидеть и брать игрушки, но уже сер­дится, завидует, присваивает себе и прочее, тем самым яв­ляет действие страстей. Это зло, утверждающееся на животной жизни, тлетворно. Ему необходимо противодействовать с первых его проявлений. Как это сделать на практике - зависит от благоразумия родителей. Разумнее всего преду­преждать всячески возникновение страстей, но если страсть проявилась, надо спешить погасить ее известными и испы­танными средствами. Надежнейший способ врачевания страстей - употребление благодатных средств. К ним нужно обращаться с верою, ибо страсть - явление душевное, а дей­ствовать на душу ребенка у родителей изначально нет способов. Поэтому прежде всего надо молить Господа, да со­вершит Свое дело.

Дальнейшим руководителем родителей будет опыт. Когда дитя подрастет и обретет смысл, тогда могут упот­ребляться и общие против страстей средства. Этими средст­вами должен научиться владеть и ребенок, ибо набеги стра­стей не прекратятся до конца жизни.

Если будут соблюдаться правила и порядок действия на тело и на первые, низшие способности, то душа будет подготовлена к истинно доброму настроению. Однако это только подготовка. Само настроение созидается положи­тельным действием на все силы души: ум, волю и сердце. (1. 34-38)

Детство

Психологическая характеристика детства

Детство можно разделить на два периода:

1. Раннее детство /1-3 года/;

2. Дошкольный возраст /З - 7 лет/.

Рассмотрим психологическую харак­теристику этого возраста.

Поведение ребенка в раннем возрасте определяется той ситуа­цией, в которой он оказывается. Он входит в нее как динамическая часть. По определению К.Левина, действия ребенка - полевые дейст­вия. Каждая вещь приобретает для него особую валентность (аффект, привлекательность). Ребенок находится в мире вещей подобно как в силовом поле. Это силовое поле провоцирует его на действия. Он не говорит ни о чем другом, кроме того, что видит и слышит, поэтому ребенок не может лгать, не способен к выдумке.

Ребенок чаще пытается обследовать предметы, открывать их свойства и выполнять с ними действия без помощи взрослого. Развитие речи приводит к появлению обобщений, что, в свою очередь, позволяет высказывать первые суждения. Бессловесное восприятие заменяется словесным. Речь меняет структуру восприятия, благодаря обобщению. Ребенок не просто начинает воспринимать мир, но и осмысливать его. Это сказывается и на развитии способов решения игровой задачи:

- игра с игрушками в подготовленной взрослыми ситуации;

- использование предметов-заместителей (1 г. 4 м.);

- воображаемые предметы (1 г. 7 м. - 1 г. 9 м.);

- активная замена хорошо усвоенных действий словом (с 2 л. 7 м.).

Дети, усваивающие более сложные способы решения игровых задач, могут играть парами и группами. Дети, не умеющие играть без опоры на предметы, затрудняются отображать взаимоотношения меж­ду игровыми персонажами, не могут понять свою роль и участвовать в игре (3. 17).

Центральным новообразованием этого возраста является воспри­ятие, в основе которого лежит обобщение, то есть возникают основные особенности человеческого сознания (2. 367).

С осознанием "я" как активного начала, как субъекта деятельно­сти, когда ребенок овладевает личными местоимениями, возникает первая фаза кризиса трех лет. Его симптомом является так называемое семизвездие кризиса трех лет, которое выражается в следующем:

1. Негативизм - все поведение ребенка идет вразлад с тем, что предлагают ему взрослые. Он не хочет что-нибудь делать потому, что это предложил кто-то взрослый. Это реакция не на содержание дейст­вия, а на само предложение. Негативизм вынуждает ребенка поступать вопреки своему желанию. В процессе негативной реакции мотив лежит вне ситуации.

Негативизм следует отличать от непослушания, в котором на первый план выступают социальные отношения к другому человеку. Непослушание - это акт социального характера.

2. Упрямство - ребенок настаивает на чем-либо не потому, что ему этого сильно хочется, а потому, что он это потребовал. Он настаи­вает на своем требовании. Мотивом упрямства является то, что ребенок связан своим первоначальным решением.

3. Строптивость - безлична, направлена против норм воспитания, против образа жизни. Строптивость вызвана стремлением настоять на своем желании. Ребенок обычно всем недоволен.

4. Своеволие и своенравие - тенденция к самостоятельности. Хо­чет все делать сам.

5. Протест, бунт - поведение ребенка носит протестующий харак­тер, он как бы находится в состоянии войны с окружающим миром.

6. Обесценивание - происходит обесценивание игрушек, людей. Ребенок начинает ругаться.

7. Деспотизм - проявление власти над окружающими. Обостре­ние ревности по отношению к младшим. (2. 369-375)

В указанных симптомах ребенок выступает как трудновоспитуе­мый. В кризисе трех лет происходит раздвоение - изменяются отноше­ния ребенка к людям, окружающим его, и к собственной личности.

Кризис трех лет - это кризис социальных отношений ребенка. Перестраивается социальная позиция ребенка по отношению к окружающим людям. Мотив дифференцирован от ситуации. Новые черты связаны с тем, что ребенок начинает мотивировать свои поступки не содержанием самой ситуации, а отношением с другими людьми. В это время у ребенка могут возникать невротические реакции, энурез, за­труднения в речи, заикания, припадки. Наказания, угрозы, окрики могут способствовать развитию невротических реакций.

В дошкольном возрасте идет процесс активного созревания орга­низма. Изменяются пропорции тела. К шести годам у ребенка хорошо сформирована двигательная сфера.

Недостаточная дифференцированность внутренней и внешней жизни ребенка проявляется в его непосредственности. Переживания ребенка, его желания и выражения желаний, поведение и деятельность составляют одно целое.

Овладев речью и первыми навыками по уходу за собой, ребенок с трех лет начинает постепенно расширять свое сознание. Это первый признак того, что он готов ко взаимному общению с большим миром культуры.

В этом возрасте воображение ребенка питается тем, что он видит, знает и чувствует. Ребенок начинает чувствовать справедливость, по­нимать добро и зло, красоту и безобразие, начинает задавать массу вопросов, на которые должен получить полные, честные ответы.

К 6-7 годам происходит усвоение понятия пола, возникает поло­вое самосознание. С учетом этого ребенок начинает сознательно регу­лировать свое поведение.

Ребенок трех лет воспринимает мир как совокупность отдельных предметов, в дальнейшем мир воспринимается как совокупность дейст­вующих предметов. Происходит освоение словесной формы понятий, за которой стоят конкретно-образные практические действия. Слово становится регулятором поведения.

Переход к мышлению в понятиях, развитие логического мышле­ния, привнесение в поступки интеллектуального момента являются признаками кризиса семи лет. Семилетний ребенок утрачивает детскую непосредственность. Он начинает манерничать, капризничать, ходить не так, как ходил. В поведении появляется что-то нелепое, нарочитое, искусственное, вертлявость, клоунада. Поведение часто немотивирова­но - ребенок из себя строит шута.

Самой существенной чертой кризиса семи лет можно назвать начало дифференциации внутренней и внешней стороны личности ребенка. В этом возрасте впервые возникает осмысленная реакция сво­их переживаний, новое отношение к себе. Переживание приобретает смысл. Радующийся понимает, что он радуется, сердящийся - что он сердит. Происходит обобщение переживаний. Новообразованиями явля­ются самолюбие и самооценка. (2. 377)

Развитие речи и образование ума ребенка

Святитель Феофан, характеризуя детский возраст, пишет о том, что вместе с развитием речи у дитя обнаруживается смышленость. Поэтому образование ума следует начинать вместе со словом. Главное - образовать здравые понятия и суждения по началам христианским обо всем встречающемся или о подлежащем вниманию ре­бенка: что есть добро и что есть зло, что хорошо и что ху­до. Это легко сделать посредством обыкновенных разгово­ров и вопросов. Родители говорят между собою, дети прислушиваются и почти всегда усваивают не только мыс­ли, но даже обороты их речи и манеры. Пусть же родите­ли, когда говорят, называют вещи всегда своими именами, чтобы дети могли понять, что значит настоящая жизнь, чем она кончится, Кто источник всех благ и от Кого все полу­чается, что такое радость, какое достоинство имеют те или иные обычаи и др. Пусть говорят с детьми и толкуют духовно-нравственные истины им или прямо, или посредством рассказов. Или пусть спрашивают детей, что они думают о том или другом явлении, и поправляют их ошибки. За непродолжительное время этим простым средством можно передать здравые понятия и начала для суждений о различ­ных вещах, которые потом не изгладятся надолго, если не на всю жизнь. Таким способом в самом корне будут подав­лены мирское мудрование и злая ненасытимая пытливость. Истина связывает ум тем, что насыщает его. Мирское муд­рование не насыщает, а разжигает пытливость. Не стоит читать и давать детям книг с растленными понятиями - и ум их сохранится целым, во здравости святой и Божественной. Не стоит переживать о том, что ребенок мал и ему эти по­нятия не доступны, - истина доступна всякому. То, что ма­лое дитя мудрее философов, показал опыт. В первые века христианства во время гонений и мученичества малые дети рассуждали о Господе Спасителе, о безумстве идолопоклон­ства, о будущей жизни и прочем. И все это оттого, что мать или отец истолковали им эти понятия и суждения в простой беседе, истины сроднились с сердцем, которое стало доро­жить ими до готовности на смерть.

Послушание как средство преодоления многожелательности

Дитя многожелательно, все его занимает, все его влечет к себе и рождает желания. Не умея различать доброго злого, оно всего желает и все, что желает, готово выполнить. Дитя, предоставленное самому себе, делается неукротимо своевольным. Необходимо строго блюсти волю как особую силу душевной деятельности. Самое простое средство - расположить детей так, чтобы они ничего не де­лали без позволения. Пусть со всяким желанием прибегают к родителям и спрашивают, можно ли сделать то или дру­гое. Необходимо убедить их опытом и примерами, собст­венными и чужими, в том, что им опасно, не спросясь, ис­полнять свои желания, настроить их так, чтобы они боялись своей воли. Этого достичь бывает просто, ибо дети и так большей частью обращаются ко взрослым с расспросами, сознавая свое неведение и слабость. Стоит возвести это правило до обязательного закона. Естественным следствием такого настроения будут полное послушание и покорность во всем воле родителей наперекор своей, внутреннее распо­ложение во многом отказывать себе и навык в этом. Ребе­нок из собственного опыта получает уроки, что нельзя слу­шать во всем себя, и необходимо на это обращать его внимание, объясняя, что желаемое часто бывает вредно для тела и души.

Отучая от своей воли, надо приучать дитя делать добро. Родители сами должны представлять истинный пример доброй жизни и на деле показывать, что у них самих глав­ными являются не заботы о наслаждениях и отличиях, а о спасении собственной души. Дети любоподражательны. Они рано умеют копировать мать или отца. Здесь происходит нечто похожее на то, что бывает с одинаково настроенными инструментами. Детей надо направлять на добрые дела. Среди них: милостыня, сострадание, милосердие, уступчи­вость и терпение. Всему этому весьма нетрудно научить. Отсюда выйдет воля с настроением на разные добрые дела и вообще с тяготением к добру. Доброделанию надо учиться, как и всему другому.

Когда человек был в союзе с Богом, он находил вкус в вещах Божественных и освященных благодатию Божией. По падении он потерял этот вкус и возжаждал чувствен­ного. Благодать крещения отрешила от чувственного, но оно снова готово наполнить сердце. От этого сердце необходимо защитить. Самое действенное средство воспитания истин­ного вкуса есть церковность. Сочувствие ко всему священ­ному, сладость пребывания среди священных предметов ради тишины и теплоты, духовное пение, иконы запечатле­ваются в сердце и заглушают блеск и привлекательность мирской суеты. Надо помнить и напоминать детям, что по вкусу сердца будет назначаться и будущая вечная обитель, а вкус у сердца там будет такой, каким мы образуем его здесь. Очевидно, что театры, балаганы, цирки и тому по­добные развлечения не годны для христиан.

Усмиренная и организованная таким образом душа не будет свойственной ей беспорядочностью препятствовать развитию духа. Дух легче развивается, чем душа, и прежде ее обнаруживает свою силу и деятельность. Действие духа проявляется в страхе Божием (в соответствии с разумом), в совести (в соответствии с волей) и в молитве (в соответст­вии с чувством). Страх Божий рождает молитву и очищает совесть. Чем раньше запечатлеется страх Божий и возбу­дится молитва, тем прочнее будет благочестие во все после­дующее время. Дух благодати, полученный при крещении, если он не погашен неправильным развитием тела и души, не может не оживлять нашего духа. Особого внимания при этом требует совесть - тот внутренний закон, с помощью которого человек может судить о положительном или отри­цательном достоинстве своих поступков, о степени их честности и законности. Здравые понятия и добрый пример ро­дителей, обучение добру и молитва запечатлевают в душе достаточные основания для последующей доброй деятель­ности, для образования настроения совестливости и созна­тельности. Воля родителей для малых детей есть закон со­вести и Божий. Благоразумность родителей заключается в том, чтобы, распоряжаясь своими повелениями, не ста­вить детей в необходимость быть преступниками их воли. Но если это произойдет, располагать их к раскаянию. Что мороз для цветов, то отступление от родительской воли для дитяти. Преслушание приводит к тому, что дитя не смеет смотреть в глаза, не желает пользоваться ласками, хочет убежать и быть одно, а между тем душа грубеет, ребенок начинает дичать. Как хорошо предварительно расположить его к раскаиванию, чтобы он без боязни, с доверием и со сле­зами сказал о том, что сделал худо. И хотя это касается про­стых предметов, хорошо уже то, что здесь полагается осно­вание будущему постоянному истинно религиозному харак­теру: тотчас вставать при падении. Так образуется умение скорого покаяния, и очищения, и обновления себя слезами.

Если дитя растет в этом порядке, то в нем будет разви­ваться дух благочестия. Родители должны следить за всеми движениями раскрывающихся сил и все направлять к од­ному. Таков закон: с самого первого вздоха дитяти вести его непрерывно, ровно, степенно, без порывов, с терпением и ожиданием, проявляя мудрую постепенность, подмечая ростки и пользуясь ими, не считая ничего маловажным в деле, столь ответственном.

Нельзя определить, когда человек приходит к осознанию себя христианином и к самостоятельной решимости жить по-христиански. На практике это бывает и в семь, и в десять, и в пятнадцать лет, и позже. Может быть, прежде этого наста­нет время обучения, как и бывает чаще всего. Непременное правило - хранить весь прежний порядок без изменения и на все время обучения, ибо он существенно вытекает из приро­ды наших сил и требований христианской жизни. (1. 38-44)

Отрочество

Психологическая характеристика отрочества

Отрочество включает в себя школьный возраст от восьми до тринадцати лет. Вот как характеризуют этот возраст психологи.

Учебная деятельность для ребенка есть первая социально нормированная деятельность, в которую ребенок включается в организованном порядке. Из­меняется его социальная позиция. Отношение к учебе значительно изменяется от второго к пятому классу, причем эти изменения ярко выражены при переходе из началь­ной в неполную среднюю школу. Так, если во 2-3 классах, отвечая на вопрос: "Любишь ли ты учиться?", практически все дети дают положи­тельные ответы, то в 4 и 5 классах их число заметно уменьшается, многие отвечают неопределенно или как-то оговаривают положитель­ные ответы. Такое изменение отношения к учебе характеризуется, судя по анализу мотивировок детей, неудовлетворенностью и снижением интереса к ряду предметов, субъективным ощущением утомления, пе­регруженности, увеличения трудностей (2. 65).

Испытывают изменения и представления детей о себе. Если для младших школьников в целом характерно равновесие позитивных и негативных суждений о себе, то у пятиклассников общая картина суж­дений о себе резко изменяется. Происходит бурный рост негативных самооценок. Треть опрошенных пятиклассников дали себе полностью отрицательные характеристики. В ответах - недоумение, растерянность, они как бы не узнают самих себя. Даже если школьники этого возрас­та и отмечают в себе положительные черты, отрицательное в оценках явно преобладает (5. 74).

Изменение поведения и самооценки подростков связано с изме­нением движущих сил. Подростковый возраст - это эпоха полового созревания, эпоха созревания биологических и культурных потребно­стей. Созревающий в биологическом отношении подросток теряет связь со средой. Изменяется вся система отношений. Те вещи, явления, кото­рые еще вчера не играли никакой существенной роли в жизни ребенка, выступают на первый план. Мир наполняется новым смыслом. Насту­пает новый кризис в развитии.

В период кризиса тринадцати лет наблюдается падение школь­ной успеваемости, ухудшение прежде установленных навыков, особен­но когда перед ребенком развертывается продуктивная работа творче­ского характера. Расширяется круг вещей, имеющих побудительную силу. Сферы деятельности, прежде нейтральные, теперь определяют поведение. Вместе с новым внутренним миром для подростка возникает, по существу, и совершенно новый внешний мир (2. 20-21). Этот пери­од в целом характеризуется двумя основными чертами: во-первых, это есть период ломки и отмирания старых интересов и, во-вторых, период вызревания новой биологической основы, на которой развиваются но­вые интересы.

Кризис тринадцати лет - это фаза, в течение которой подросток изживает свое детство, фаза крушения прежних интересов, фаза общей неопределенности и раздражимости, повышенной возбудимости, быст­рой утомляемости, острых и резких колебаний настроения, протеста, крушения авторитетов.

Кризис тринадцати лет можно назвать фазой второго негати­визма или фазой отрицания. Подросток как бы отталкивается от среды, у него проявляется негативная установка по отношению к окружаю­щему, к тому, что еще недавно составляло предмет его интереса. Иногда негативизм протекает более мягко, иногда проявляется в форме раз­дражительной активности. Наряду с субъективными переживаниями (угнетенным состоянием, тоской, подавленностью, которые проявляют­ся в записях, сделанных в дневниках, обнаруживающих внутреннюю, интимную жизнь подростка) эту фазу характеризуют враждебность, склонность к ссорам, нарушение дисциплины (2. 27). Негативизм в этом возрасте может и не наблюдаться совсем, но изменение интере­сов происходит всегда. Становится иным круг чтения, меняется отно­шение к другому полу, к различным видам деятельности и др. Наряду с кризисными изменениями происходят стабилизация прежних приоб­ретений и оформление зарождающихся элементов взрослого человека.

Основным новообразованием этого периода, по мнению Л.С. Вы­готского, является овладение подростком процессом образования поня­тий, переход к высшей форме интеллектуальной деятельности -к мышлению в понятиях (2. 52). Мышление в понятиях приводит к пониманию действительности, с помощью слов человек начинает пони­мать себя. Происходит переход от сознания к самосознанию, которое проявляется в виде размышлений над собственными переживаниями, ощущениями, мыслями.

Вера и дела благо­честия - главная цель христианско­го воспитания

Рассматривая школьные годы жизни ребенка, святитель Феофан обращает особое внимание на сохранение бла­гоприобретенного и на то, чтобы по­рядок обучения не был противополо­жен имеющемуся настроению, иначе все, что создавалось ранее, будет разорено. Детей-учеников, как и младенцев, необходимо оградить благочестием окру­жающих, церковностью, таинствами и продолжать благо­творно воздействовать на их тело, душу и дух. Обучение надо строить так, чтобы было видно, что главное, а что подчиненное. Главным должно быть изучение веры, лучшее время следует назначать на дела благочестия, и в случае выбора им должно отдавать преимущество над научностью. Пусть одобрение заслуживает не одна успешность в науках, а также вера и добронравие. Надо так расположить дух учеников, чтобы у них не погасло убеждение, что главное у нас дело есть Богоугождение, а научность - придаточное качество, случайность, годная лишь на время настоящей жизни. И потому не следует ее ставить так высоко и в та­ком блестящем виде, чтобы она занимала все внимание и поглощала всю заботу. Нет ничего ядовитее и гибельнее для духа христианской жизни, как эта научность и исклю­чительная о ней забота. Она прямо ввергает в охлаждение и потом навсегда может удержать в нем, а иногда еще и при­совокупить разврат, если встретятся благоприятные тому обстоятельства.

Обратим внимание на дух преподавания и на то, како­вы воззрения на предметы обучения. Должен быть непре­ложный закон, чтобы всякая преподаваемая христианину наука была пропитана христианскими началами, и притом православными. Всякая наука тогда только и будет истин­ною наукою, если исполнит это условие.

Если в таком порядке вести обучение, чтобы вера и жизнь в духе веры высились над всем и по образу занятий, и по духу преподавания, то нет сомнения, что положенные в детстве начала не только будут сохранены, но и возрас­тут, укрепятся и придут в соразмерную зрелость.

Если в таком порядке вести воспитание человека с пер­вых лет, он будет привыкать к мысли о том, что на нем лежит обязанность пред лицом Бога и Спасителя нашего жить и действовать по Его заповедям. Он будет понимать, что все другие дела и занятия уместны только в продолже­ние настоящей жизни и что есть другое место жительства, другое Отечество, к которому и надо устремлять все свои мысли и все свои желания. С возрастанием каждый естест­венно доходит до сознания, что он человек. Но если к его естеству привито новое, благодатное, христианское начало в самый первый момент пробуждения сил и их движения (в крещении), если потом во всех точках развития этих сил новое начало не только не уступало первенства, а напротив, всегда преобладало, давало как бы всему форму, то, прихо­дя к сознанию, человек вместе с тем найдет себя действую­щим по христианским началам, найдет себя христианином. А это и есть главная цель христианского воспитания, чтобы человек вследствие его сказал себе, что он христианин. Ес­ли, придя в полное самосознание, он скажет: "Я - хрис­тианин, обязанный от Спасителя и Бога жить так, чтобы удостоиться блаженного общения с Ним и избранными Его в жизни будущей," - то уже самостоятельно будет хранить и возгревать дух благочестия, в котором ходил и прежде, по чужому руководству.

Осознанныи выбор христианской жизни как результат разумной самостоятельности

Должен быть особый момент в жизни, когда необходимо возобновить в сознании все обязательства христианства и наложить на себя их как непреложный закон. В крещении они были приняты несознательно, потом были хранимы более чужим умом, по чужому настроению и в простоте. Теперь сознательно должно положить на себя благое иго Христово, избрать христианское житие, посвя­тить себя Богу, чтобы потом все дни жизни служить ему с воодушевлением. Здесь человек собственной волей начи­нает жизнь христианскую. Она была в нем и прежде, но исходила не от его лица. Теперь он сам начинает действо­вать в духе христианина. Человек становится вполне чело­веком, когда приходит к самопознанию и разумной само­стоятельности, когда становится полным владыкой и рас­порядителем своих мыслей и дел, держится каких-либо мыслей не потому, что другие ему передали их, а потому, что он сам находит их верными. Потому ему и здесь необ­ходимо быть разумным, только свою разумность он должен обратить в пользу святой веры. Пусть разумно убедится, что исповедуемая им святая вера есть единственный верный путь спасения и что все другие пути, не согласные с ним, ведут к погибели. Не слепым исповедником быть нужно человеку, а сознающим, что, поступая так, он действует как должно. Все это он и сделает, когда сознательно наложит на себя благое иго Христово.

Сознавший себя христианином, сознательно решивший жить по-христиански пусть теперь сам хранит со всем тща­нием принятые от прежнего возраста совершенство и чистоту жизни, как прежде хранили ее другие. Как хорошо и спасительно не только воспитанием быть настроенным по-христиански, но и с возрастом, прежде вступления в юно­шеские годы осознать себя и решиться быть христианином. (1. 44-48)

Юношество

Психологическая характеристика юношества

Рассмотрим психологическую характеристику этого возраста, включающего в себя период жизни от 14 до 18 лет. Важнейшим новообразованием данного этапа является становление самосознания. Мышление приобретает рефлективный характер. Происходит расширение жизненного пространства ребенка. Впервые наступает осознание будущего, появляется жизненная пер­спектива. Возникают профессиональные намерения.

Ребенок уже не играет во взрослого, не подражает ему, он ставит себя в ситуацию взрослого в системе реальных отношений. Требует признания своей самостоятельности, равенства при отсутствии для этого достаточных условий - физических, интеллектуальных и соци­альных. Чувствителен к оценкам взрослых. Ничего не принимает на веру, проявляет потребность в доказательствах.

Главной потребностью этого возраста является интимно-личное общение. Появление дружеских связей - первое личностное достижение в сфере отношений. Общение может протекать в виде малосодержа­тельных разговоров. Старшие школьники озабочены тем, соответству­ют ли они эталонам "мужественности" и "женственности". Учебные | интересы и склонности становятся более определенными. Оформляются взгляды и убеждения. Активно развивается процесс самовоспита­ния. Усиливается потребность в интимной дружбе.

Поведенческие реакции детей этого возраста проявляются весьма многообразно и зависят от индивидуальных особенностей. Эти реакции можно классифицировать:

1. Пассивно-оборонительная реакция. Возникает при резком из­менении ситуации и проявляется в отказе от игр, другой деятельности.

2. Реакция "оппозиции". Возникает как активный протест при непосильных требованиях, предъявляемых ребенку (отличная учеба, одновременные занятия спортом, музыкой, языками и проч.). В этих случаях ребенок активно сопротивляется, проявляет непослушание, дерзость.

3. Реакция компенсации. Развивается при слабости той или дру­гой психофизической функции, которую он компенсирует более разви­той функцией. Так, например, физическая слабость может компенси­роваться успехами в учебе и наоборот.

4. Реакция гиперкомпенсации. Ребенок развивает ту или иную слабую функцию и может достигать в этом отличных результатов.

5. Реакция имитации. Проявляется в подражании определенному лицу или образу. Чаще всего ребенок подражает кому-либо из своих сверстников, более популярному и в чем-либо преуспевающему.

6. Реакция группирования. Стремление ребенка в группу сверст­ников, развитие различных увлечений. (4. 44)

Влияние юности на дальнейшую жизнь человека

Святитель Феофан характеризует юношеский возраст как вскипание те­лесно-духовной жизни. Тихо живут дитя и отрок, мало быстрых порывов у мужа, почтенные седины склоняют к покою, одна юность кипит жизнью, надо иметь очень твердую опору, чтобы устоять в это время от натиска волн. Пробуждающиеся силы имеют для юноши особую прелесть, и своим действием они вытесняют все, что прежде лежало на сердце. Только настоящие чувства ис­тинны, только они имеют действительное значение. Но если он прежде пробуждения этих сил связал себя обязательст­вом исповедания и христианской жизни, тогда все возбуж­дения будут слабее и легче уступят требованию первых уже потому, что те старее, прежде испытаны и избраны серд­цем, а главное - скреплены обетом. Юноша решительно хо­чет держать всегда свое слово.

Что сказать о том, кто не только не любил христиан­ской жизни и истины, но даже никогда не слышал о них? В этом случае он - дом без ограды, преданный разграбле­нию, или сухой хворост, преданный горению в огне. Когда своеволие юношеской мысли на все кидает тень сомнения, когда сильно тревожат его возбуждения страстей, когда вся душа наполняется искусительными помыслами и движения­ми - юноша в огне.

Какими мы выходим из лет юношеских, во многом за­висит от того, какими вступаем в них. Из этого периода жизни выходят два порядка людей: одни сияют добротою и благородством, другие омрачены нечестием и развратом; а третьи, средний класс, склоняются то к добру, то ко злу.

Жажда впечатлений и склонность к общению как опасности юношеского возраста

 К естественным опасностям юношеского возраста присоединяются еще две: жажда впечатлений и склонность к общению. Жажда впечатлений сообщает некото­рую стремительность, непрерывность и разнообразие действиям юноши. Ему хочется все испы­тать самому, все видеть, все слышать, везде побывать. Ищите его там, где есть блеск для очей, гармония для слуха, простор для движения. Он хочет быть под беспрерывным потоком впечатлений, всегда новых и разнообразных. Ему не сидится дома, не стоится на одном месте. Его стихия - развлечения. Он не довольствуется действительным, лич­ным испытанием, а хочет усвоить и как бы перенести на себя впечатления других, изведать, что чувствовали, как действовали другие в иных или подобных обстоятельствах. Поэтому он накидывается на книги, перебирает одну за другой, часто не разбирая их содержания, ему важно найти что-то эффектное, новое, чего он еще не касался. Здесь об­наруживается и образуется склонность к легкому чтению - та же самая жажда впечатлений, только в другом виде. Юноша ищет некоторой свободы и потому, часто отрываясь от действительности, уходит в свой придуманный мир и там начинает действовать на славу. Фантазия очень подвижна в эти годы, ее действиями развивается и воспитывается меч­тательность.

Мечты, легкое чтение, развлечения - все это одно по духу: жажда впечатлений, жажда нового, разнообразного. Ничем нельзя лучше загубить добрых семян, ранее посеян­ных в сердце юноши, чем этой жаждой. Чтобы душа не тосковала и не считала себя обкраденной после всего этого, следует, сколько есть сил и благоразумия, удерживаться от развлечений, беспорядочного чтения книг и мечтательности.

Хорошо юноше подчинить свою жизнь строгой дисци­плине под руководством строгого и мудрого наставника. Тех юношей, которым не позволяют распоряжаться своим поведением, можно назвать счастливыми. Сам юноша дол­жен радоваться, что он поставлен в такие условия. Он по­кажет много ума, если послушает совета быть больше дома и заниматься делом, а не мечтать и не читать пустого. Раз­влечения побеждаются трудолюбием, мечтательность - серь­езными занятиями под руководством наставника, который подбирает книги для чтения.

Вторая опасная юношеская склонность есть склонность к общению. Она обнаруживается в потребности товарище­ства, дружбы и любви. Юношеский возраст - время живых чувств. Его все занимает, все удивляет. Природа и общест­во открыли перед ним свои сокровища, но чувства не любят быть скрытыми в себе, и юноша хочет делиться ими. По­этому нуждается в лице, которое могло бы разделить его чувства, то есть в товарище и друге. Потребность благород­ная, но она может быть и опасной. Кому вверяешь свои чувства, тому даешь власть над собой. Хорошо не заклю­чать дружбы, пока не испытаешь друга. Еще лучше иметь первым другом отца или того, кто во многом заменяет отца, или кого из родных - опытного и доброго. Для юноши, жи­вущему по-христиански, первый, Богом данный друг - это духовный отец. Под его руководством, по его молитвам Бог пошлет, если нужно, и другого друга. Опасность не в дружбе, а в товариществе, в знакомых и приятелях. Есть компании с очень недобрыми правилами, попав в которые и не заметишь, как объединишься с ними в духе, и часто уже не будет сил от них отстать.

Главная опасность юношеского возраста

"Самый верх опасности для юноши, - писал святитель Феофан, - обращение с другим полом. Если в первых соблазнах юноша сбивается с прямого пути, то здесь он теряет себя. Про­буждение этого влечения связано с потребностью прекрасного, которая ищет своего удовлетво­рения. Между тем прекрасное постепенно начинает прини­мать в душе человеческий образ. Созданный образ носится в голове юноши. С этого времени он ищет будто прекрасного, то есть идеального, не земного, а между тем встречается с дщерью человеческой и ею уязвляется" (1. 49-56).

Святитель Феофан, ссылаясь на психологию, описы­вает путь, которым доходят до уязвления. Этот путь имеет три поворота:

1) Сначала пробуждается у юноши какое-то горестное чувство неизвестно о чем и отчего. Это чувство одиночества. Из него порождается другое - некоторая жалость, нежность и внимание к себе. Прежде он жил, как бы не замечая сам себя. Теперь он обращается к себе, осматривает себя и все­гда находит, что он не худ, не из последних, есть лицо стоящее, начинает чувствовать свою красоту, приятность форм своего тела, нравится себе. Этим заканчивается пер­вое движение соблазна к себе. С этих пор юноша обращает­ся к внешнему миру.

2) Вступление во внешний мир воодушевляется уве­ренностью, что он должен нравиться другим. В этой уверен­ности он смело и как бы победительно выходит на поприще действия и, может быть, впервые обращает внимание и ста­вит законом опрятность, чистоту, нарядность до щеголь­ства. Начинает бродить и искать знакомств, как будто без определенной цели, но по тайному влечению чего-то ищу­щего сердца, при этом старается блистать умом, приятно­стью в обращении, предупредительным вниманием - всем, чем надеется нравиться. Вместе с тем он дает всю волю преимущественному органу душеобщения - глазу.

3) В этом настроении он похож на порох, подставлен­ный под искры, и скоро встречается со своей болезнью. Взором очей или голосом, как стрелою пораженный или подстреленный, стоит он сначала несколько в исступлении и остолбенении, от которого придя в себя и опомнившись, находит, что его внимание и сердце обращены к одному предмету и влекутся к нему с непреодолимою силою. С этой поры сердце начинает съедаться тоской, юноша уныл, по­гружен в себя, занят чем-то важным, ищет, как будто что-то потерял, и что ни делает - делает все для одного лица. Он точно потерянный, сон и еда не идут ему на ум, обыч­ные дела забыты и приходят в расстройство, ему ничто не дорого. Он болен лютой болезнью, которая щемит сердце, стесняет дыхание, сушит самые источники жизни. Вот по­степенный ход уязвлений!

И само собою видно, чего должен опасаться юноша, чтобы не впасть в эту беду. Не ходи этой дорогой! Прого­няй предвестников - неопределенную грусть и чувство оди­ночества. Делай им наперекор: стало грустно - не мечтай, а начни делать что-нибудь серьезное со вниманием, и прой­дет. Стала зарождаться жалость к себе или чувство своего хорошества - поспеши отрезвить себя и отогнать эту блажь какою-нибудь суровостью и жестокостью к себе, особенно выяснением здравого понятия о ничтожности того, что ле­зет в голову. Случайное или намеренное унижение при этом было бы, как вода на огонь... Подавить и прогнать это чув­ство необходимо особенно потому, что тут начало движе­ния. Остановись тут - дальше не пойдешь: не родятся ни желание нравиться, ни искание нарядов и щегольства, ни охота на посещения. Прорвутся эти - и с ними борись. Какая надежная в этом случае ограда - строгая дисциплина во всем, труд телесный и еще более умственный. Усиль за­нятия, сиди дома, не развлекайся. Нужно выйти - храни чувства, бегай другого пола, главное же - молись. (1. 57-59)

Другие опасности юношеского возраста

Святитель Феофан обращает внимание еще на две опасности, вытекающие из юношеского возраста. Во-первых, это настроение, по которому до небес возносятся рассудочное зна­ние или личные постижения. Юноша на все налагает тень сомнения, все оставляет в стороне, что не совпадает с его пониманием. Этим одним он отсекает от сердца все настроение веры и Церкви, следовательно, отпа­дает от нее и остается один. Ища замены оставленному, увлекается теориями, не согласующимися с откровенною истиною, опутывает себя ими и изгоняет из своего ума все истины веры. Еще больше будет беды, если повод к тому подаст преподавание наук в училище или школе и ес­ли подобный дух станет там преобладающим. Во-вторых, светскость. Пусть она может представлять нечто полезное, но ее преобладание в юноше пагубно. Она знаменует жизнь по впечатлениям чувств. В таком состоянии человек мало бывает в себе, а почти всегда во вне и делами, и мечтани­ями. С таким настроением ненавидят внутреннюю жизнь и тех, кто говорит о ней или живет ею. Истинные христиане для них или мистики, запутавшиеся в понятиях, или лице­меры. Разуметь истину им мешает дух мира. Юноша, со­прикасаясь с миром, невольно становится его чадом. А это "усыновление" противно чадству Божию во Христе Иисусе.

Кто прошел безопасно юношеские годы, тот как будто переплыл бурную реку и, оглянувшись назад, благословля­ет Бога. А иной со слезами на глазах, в раскаянии, обраща­ется назад и судит себя. Никогда не воротишь того, что потерял в юности. Кто падал, тот достигнет ли еще того, чем обладает не падавший? (1. 57-60)

О плодах доброго воспитания

Причины потери благодати, полученной при крещении

Благодать крещения не сохраняется вследствие несоблюдения правил и законов воспитания. Главнейшие причины следующие:

1. Отдаление от Церкви и от ее бла­годатных средств. Это убивает росток христианской жизни. Разобщаясь с источником, она начи­нает увядать.

2. Мнение, что тело может развиваться без вреда для души. Между тем в его потребностях кроются седалища страстей, которые вместе с телом развиваются, коренятся и овладевают душой.

3. Отсутствие цели развития души и путей ее дости­жения. При всей заботе о современном образовании это приводит к разжиганию пытливости, своеволия и жажды наслаждений.

4. Совершенное забвение о духе. Молитва, страх Божий, совесть редко принимаются во внимание. Забота в основном сводится к видимому состоянию, а не к внут­реннему.

5. Вступление в юность без предварительного развития добрых начал и решимости жить по-христиански. Предание себя жажде впечатлений через развлечения, легкое чтение, разгорячение воображения мечтами, неразборчивое общение с подобными себе, и особенно с другим полом, исключи­тельная научность и преданность духу мира, мыслям, пра­вилам и обычаям, враждебным благодатной жизни и ста­рающимся подавить ее.

И одной из этих причин достаточно для того, чтобы погасить в человеке благодатную жизнь. Но большей ча­стью бывает, что они действуют совместно и одна неминуе­мо привлекает другую. В совокупности они так заглушают духовную жизнь, что и малейших следов ее не бывает, как будто человек и не имеет духа и создан не для общения с Богом, не имеет для этого предназначенных сил и не по­лучил благодати, оживляющей их.

Преимущества сохранивших благодать святого крещения

Плодом доброго воспитания является сохранение благодати святого крещения. Кто сохранил благодать креще­ния, кто посвятил себя Богу с первых лет жизни, тот имеет перед другими следующие преимущества:

Бесплатная лекция: "67 Гестагены" также доступна.

1. Целостность естественного благодатного состава. Человек предназначен быть вместилищем необыкновенно высоких сил, готовых излиться на него из источника всех благ, только пусть не расстраивает себя, свою природу. И кающийся может быть исцелен, но ему не дается знать и чувствовать то же, что не падавшему, он не может наслаж­даться той целостностью и обладать тем дерзновением, ко­торое бывает ее следствием.

2. Живость, легкость и непринужденность в доброделании. Он ходит в добре, как в единственном родном себе мире. Живет в простоте сердца, в некоторой ублажающей его. уверенности спасения, и уверенности необманчивой. Кающемуся необходимо долго напрягать свои силы и приучать себя к этому добру, чтобы совершать его легко. Но, и достигнув этого, приходится держать себя в напряжении и некотором страхе.

3. В его жизни устанавливается некоторая ревность и безостановочность. В нем нет ни порывов, ни ослабления. Как дыхание большей частью совершается ровно, так и у него совершается хождение в добре. Бывает это и у пока­явшегося, но не скоро приобретается и не в таком совер­шенстве является.

4. Не падавший всегда молод. В нравственных чертах его характера отражаются чувства дитяти, пока оно еще не сделалось виновным перед отцом. Здесь первое чувство невинности - детство во Христе, как бы неведение зла. Сколько оно отсекает у него помыслов и томительных вол­нений сердца! Затем необыкновенное радушие, искренняя доброта, тихость нрава. В нем во всей силе обнаруживаются указанные апостолом плоды Духа: "любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, вера, кротость, воз­держание" (Гал. 5, 22-23). Он словно облечен "в милосер­дие, благость, смиренномудрие, кротость, долготерпение" (Кол. 3, 12). Он сохраняет непритворное веселонравие, духовную радость, ибо в нем Царствие Божие, которое есть мир и радость о Духе Святом. Ему свойственна некоторая прозорливость и мудрость, видящая все в себе и около себя и умеющая распоряжаться собою и своими делами. Сердце его принимает такое настроение, что тотчас говорит ему, что и как надо сделать. Наконец, ему свойственны небоязнь падений, чувство безопасности в Боге. "Кто ны разлучит от любве Божия?" (Рим. 8, 35). Все это в совокупности делает его доброуважаемым и любезным. Он невольно влечет к себе. Существование в мире таких лиц есть великая благо­дать Божия по отношению ко всем остальным людям.

5. Главнейшее же нравственное совершенство сохра­нившего себя в годы юности есть некоторая непоколеби­мость добродетели во всю жизнь. Правильный настрой ста­новится природой человека, и если несколько нарушается, то скоро приходит в первоначальное состояние. (1. 60-66)

Свежие статьи
Популярно сейчас