41960 (588159), страница 7
Текст из файла (страница 7)
Существует важное различие между неофициальной и полной долларизацией, вследствие которого на переходном этапе могут возникать проблемы для правительств, рассматривающих возможность такой меры. При полной долларизации все государственные и частные долги должны быть выражены в долларах, и поэтому как государственные, так и частные счета, должны быть переведены в доллары. Для этого страна должна определить курс, по которому старые долги, контракты и финансовые активы будут пересчитаны в доллары.
Наконец, стабильность за счет долларизации сама по себе является относительной, учитывая, что курс доллара США — или любой другой твердой валюты, которую решает использовать страна, — будет колебаться по отношению к другим широко обращающимся валютам. В постбреттонвудский период такие колебания иногда были значительными.
Вопрос валютной привязки
Могут ли данные преимущества компенсировать стране издержки, связанные с отказом от собственной валюты? Ответ на этот вопрос представляется сложным и, в конечном итоге, зависит от конкретных условий в каждой стране. Однако все большее число стран начинает серьезно рассматривать возможность полной долларизации, сталкиваясь с изменениями, происходящими в мировой экономике, особенно в течение последних 20 лет.
В 80-е годы, охарактеризовавшиеся проблемами инфляции, в центре внимания многих дискуссий по вопросу о надлежащем валютном режиме для развивающихся стран находилась роль валютных «привязок ». Страны обычно располагают широким выбором возможностей, включая привязку национальной валюты к корзине других валют (например, валют своих торговых партнеров), определенную индексацию национальной валюты по темпам инфляции внутри страны и даже формирование групп стран, как это сделали многие франкоговорящие африканские страны, создав валютные союзы с привязкой к французскому франку.
В 90-е годы глобальная инфляция сократилась, а мобильность капитала и масштабы потоков капитала резко возросли. В то время как страны приветствовали приток инвестиций, они столкнулись с новой угрозой, поскольку участились и усилились спекулятивные атаки на валюты, которые рынки капитала считали незащищенными от девальвации.
Обычно жертвы таких валютных кризисов имели режим определенной валютной привязки. Следовательно, стало складываться мнение, что в мире высокой мобильности капитала валютная привязка может сама по себе вызывать спекулятивные атаки и только крайние средства, такие как режим свободного плавания или валютного управления, являются жизнеспособными. Режим валютного управления, при котором национальная валюта полностью обеспечивается международными резервами, является самой сильной формой валютной привязки.
Сторонники полной долларизации критикуют оба этих варианта. Режим свободного плавания, как они утверждают, не является жизнеспособным для многих развивающихся стран, поскольку они рискуют столкнуться с чрезмерными колебаниями валютного курса. До сих пор только самые крупные развивающиеся страны с относительно развитыми финансовыми системами, такие как Корея, Бразилия и Мексика, пытались применить свободное плавание. Хотя опыт ограничен, эти эксперименты до сих пор работали без особых нарушений.
Тем временем системы валютного управления подвергались дорогостоящим спекулятивным атакам. Аргентина и Гонконг (САР)1, успешно применяя режим валютного управления, в последние годы, тем не менее, испытали резкое повышение процентных ставок и спад в экономике под воздействием спекулятивных атак, которые распространялись на них из других стран.
Привлекательные стороны долларизации
В этих условиях в 1999 году бывший в то время президентом Аргентины Карлос Менем предложил принять доллар США в качестве окончательного решения давних проблем с выбором правильной денежно-кредитной и валютной политики. В январе 2000 года Эквадор, находясь в состоянии глубокого экономического и политического кризиса, принял доллар США в качестве своего законного платежного средства.
Видные экономисты стали утверждать, что по сути всем развивающимся странам следует долларизироваться, и даже некоторым промышленно развитым странам было настоятельно рекомендовано рассмотреть такую возможность. Отчасти руководствуясь примером европейских стран, которые отказываются от своих валют в пользу евро, некоторые предлагали, чтобы и Канада, по мере развития Североамериканского соглашения о свободной торговле (НАФТА), приняла доллар США.
Сопоставление всех преимуществ и недостатков полной долларизации осложняется почти полным отсутствием исторического опыта. Панама — единственная достаточно крупная страна, имеющая определенную историю использования иностранной валюты (доллара США) в качестве законного платежного средства, — но ее размеры относительно невелики, и, кроме того, она имеет тесные исторические, политические и экономические связи с Соединенными Штатами. И даже если бы мы могли проанализировать опыт большего числа стран, он должен был бы охватывать более длительные периоды времени, чем это обычно необходимо для оценки различных вариантов денежно-кредитной и валютной политики. Это объясняется тем, что долларизация будет носить почти перманентный характер, а некоторые выгоды могут быть достигнуты только в долгосрочной перспективе.
В настоящем анализе полная долларизация сопоставляется с ближайшим к ней режимом валютного управления. При этом будут отражены основные последствия долларизации и то, как они отличаются от последствий просто очень жесткой валютной привязки. Кроме того, если издержки и выгоды валютного управления оказываются, по крайней мере, эквивалентными долларизации, то валютное управление будет проще и предпочтительней для страны, стремящейся к режиму жесткой валютной привязки.
Различия между валютным управлением и долларизацией немногочисленны, но имеют большое значение. Главная отличительная особенность долларизации заключается в том, что она носит перманентный или почти перманентный характер. Отказаться от долларизации значительно труднее, чем изменить или отменить режим валютного управления. Действительно, наибольшие предположительные выгоды от долларизации обусловлены тем доверием, которое проявляется к ней именно в силу того, что долларизация практически необратима. В то же время для некоторых стран необратимость долларизации в определенных условиях может привести к весьма существенным издержкам.
Государство, идущее на полную долларизацию, теряет эмиссионный доход (см. вставку 2, «Что такое эмиссионный доход?»), но этого не происходит в стране, имеющей механизм валютного управления. В то же время при долларизации страна полностью устраняет риск обесценения валюты и получает иностранные займы под более низкий процент.
В нижеследующем анализе эти вопросы будут рассмотрены более подробно. Определение суммы потенциальных сбережений от более низких процентных ставок оказалось более сложным делом, чем вначале представлялось, но издержки от утраты эмиссионного дохода поддаются грубому подсчету. Важные последствия для экономической стабильности и глобальной финансовой интеграции не поддаются никакому количественному определению. Отказ от какой-либо возможности девальвации валюты оборачивается высокими издержками для одних стран, но пренебрежительно малыми издержками в случае других. И во всех случаях необходимо учитывать умаление роли национальных органов как кредитора последней инстанции и поддержки банковской системы.
Так является ли долларизация более эффективным валютным режимом, особенно для развивающихся стран? В случае каждой страны ответ, в конечном итоге, зависит от ее особых условий, но более тщательное рассмотрение всех преимуществ и недостатков долларизации позволяет выделить некоторое общие принципы.
Вставка 2. Что такое эмиссионный доход?
Древняя концепция эмиссионного дохода как прибыли государства от выпуска монет, стоимость чеканки которых меньше их номинальной стоимости, по сути применима и к бумажным деньгам: если абстрагироваться от небольших затрат на печатание бумажных денег, то эмиссионный доход просто равен увеличению массы национальной валюты.
Валюту иначе можно назвать беспроцентным долговым инструментом, который органы денежно-кредитного регулирования выпускают для получения дохода. Кроме того, банковские нормативные резервы могут также быть беспроцентными (или проценты по ним могут выплачиваться по ставкам значительно ниже рыночных) и, следовательно, служить элементом эмиссионного дохода. Таким образом, годовой объем эмиссионного дохода часто измеряют как увеличение денежной массы (сумма валюты плюс банковские резервы).
В качестве противовеса выпуску валюты центральный банк приобретает активы, по которым уже выплачиваются проценты, такие как резервы в иностранной валюте, государственные ценные бумаги и ссуды частным банкам. При системе валютного управления, например, центральный банк обязан приобретать иностранные резервы в сумме, равной объему выпуска национальной валюты. В результате выпуска беспроцентных долговых инструментов (валюты) и владения активами, по которым выплачиваются проценты (иностранные резервы и т.д.), центральный банк получает валовую прибыль, которая в центральных банках часто также именуется эмиссионным доходом.
Премия за риск
Непосредственная выгода от устранения риска девальвации заключается в сокращении премии за риск по иностранным займам страны и получении более низких процентных ставок для правительства и частных инвесторов. Более низкие процентные ставки и большая стабильность международных потоков капитала позволяют сократить стоимость обслуживания государственного долга и способствуют более высоким инвестициям и экономическому росту.
Масштабы этой потенциальной выгоды трудно измерить. Об этом наглядно свидетельствует пример Аргентины, имеющей в настоящее время режим валютного управления, при котором курс песо фиксирован в отношении один к одному к доллару США. В этой стране сохраняются более высокие процентные ставки для займов в песо в сравнении с займами в долларах США, что свидетельствует о том, что кредиторы опасаются отмены валютной привязки. В то же время процентные ставки по аргентинским государственным и частным ценным бумагам, выраженным в долларах, также превышают процентные ставки по долгам промышленно развитых стран, что указывает на риск дефолта страны, или суверенный риск, по данным ценным бумагам.
При долларизации процентная премия, связанная с риском девальвации, исчезает, но премия, связанная с суверенным риском, остается. Поскольку правительство и частный сектор могут по своему усмотрению осуществлять заимствование как в иностранной, так и национальной валюте в условиях высоко долларизованной экономики Аргентины, то издержки, связанные с риском девальвации, уже могут быть устранены за счет заимствований в долларах. Таким образом, ключевой вопрос представляется следующим образом: позволит ли полная долларизация путем устранения валютного риска существенно снизить премию, связанную с риском дефолта, по долгам, выраженным в долларах?
Изучая доходность различных типов облигаций, можно лучше понять, как рынки воспринимают суверенный риск, или риск дефолта, в отличие от риска девальвации. Суверенный риск может быть измерен как спред ставок по аргентинским долларовым государственным облигациям и облигациям Казначейства США. Этот спред со временем имел тенденцию к уменьшению, но тем не менее в период 1997-1998 годов в среднем оставался на уровне 3,3 процентных пункта. Риск девальвации может быть измерен как спред ставок по еврооблигациям в песо и долларах, который в тот же период в среднем составлял 2,5 процента.
Оппонентами ведутся споры о том, в какой мере риск девальвации может быть обусловлен суверенным риском, или риском дефолта. Хотя динамика изменения суверенного риска и риска девальвации весьма близка, это не позволяет установить между ними причинно-следственной связи. В действительности вполне возможно, что во многом спреды как в долларах, так и в песо, объясняются общими факторами. Например, глобальный «отток в более качественные инструменты» вызовет повышение замеренного риска и дефолта, и девальвации. В этом случае долларизация не особо поможет в сокращении долларового спреда.
В полностью долларизованной Панаме, например, отсутствие валютного риска не ограждает страну от колебаний в рыночных настроениях в отношении стран с формирующимися рынками в целом. Более того, поскольку изменения спреда в Панаме не могут быть связаны с риском девальвации, можно сделать вывод, что, по крайней мере, часть спреда в Аргентине также нельзя объяснить только валютным риском.
Риск девальвации может привести к усилению суверенного риска по ряду причин. Например, правительства, принимая меры к предотвращению валютного кризиса, могут повышать риск дефолта. Именно это имело место в Мексике в 1994 году, когда было выпущено слишком много облигаций, выраженных в долларах или индексированных по доллару, в попытке защитить песо. Или же правительство может ввести контроль за капиталом, что вынудит других должников объявить дефолт по долгам в долларах, как это было сделано в России в 1998 году, когда был блокирован доступ частных должников к иностранной валюте и они не могли обслуживать свои внешнедолговые обязательства. Напротив, девальвация может сократить риск дефолта за счет улучшения положения в экономике, а также бюджетных позиций, как это имело место в европейской валютной системе. Даже девальвация, которая вначале ведет к замедлению экономики, может обеспечить улучшение долгосрочных перспектив и, таким образом, уменьшение риска суверенного дефолта.
Только путем анализа исторических данных о процентных ставках в конкретных странах можно получить представление о масштабах сокращения премии за риск в случае долларизации, то есть сделать какой-либо вывод о том, как рынки оценивают вероятность дефолта по внешнему долгу в отсутствии риска валютного кризиса.
Эмиссионный доход
Страна, принимающая иностранную валюту в качестве законного платежного средства, жертвует своим эмиссионным доходом, то есть прибылью, получаемой органами денежно-кредитного регулирования и определяемой их правом выпускать валюту. Немедленные издержки этого могут быть значительными и будут оставаться таковыми из года в год.
Долларизация предполагает потерю двух видов эмиссионного дохода. Во-первых, это потеря «накопленного дохода»: с введением доллара и выводом национальной валюты из обращения органы денежно-кредитного регулирования должны выкупить запасы национальной валюты на руках у населения и в банках, то есть по сути вернуть весь ранее полученный эмиссионный доход. Во-вторых, органы денежно-кредитного регулирования теряют будущий эмиссионный доход от выпуска новой валюты, которая печатается каждый год для удовлетворения растущего спроса на деньги.
Для Аргентины в случае первого вида, т.е. «накопленного», дохода долларизация означает необходимость выкупа национальной валюты на сумму приблизительно 15 млрд долларов США, которая находится вне центрального банка, что составляет порядка 4,0 процента валового внутреннего продукта (ВВП). Кроме того, потеря эмиссионного дохода, связанного с ростом спроса на деньги, составит дополнительно около 1,0 млрд долларов США в год или приблизительно 0,3 процента ВВП.
В случае стран, которые не имеют достаточных иностранных резервов для выкупа национальной валюты и, таким образом, проведения долларизации, изначальная покупка валюты может привести к возрастанию косвенных издержек. Если страна не обладает достаточной кредитоспособностью для заимствования резервов, она должна будет накопить их за счет поддержания положительного сальдо по счету текущих операций. Издержки могут быть значительными в виде утраченных инвестиций, если, как это обычно бывает в случае развивающихся стран, более эффективной является политика сохранения некоего допустимого уровня дефицита по счету текущих операций.
Соединенные Штаты получат дополнительный эмиссионный доход от долларизации других стран. Таким образом, есть основания для того, чтобы власти США поделились частью или всем дополнительным эмиссионным доходом со странами, которые примут доллар США. Прецедент существует во взаимоотношениях между Южной Африкой и тремя другими государствами, которые используют рэнд (Лесото, Намибия и Свазиленд). Хотя Соединенные Штаты не имеют договоренности о разделе эмиссионного дохода с Панамой или какой-либо другой страной с законодательно оформленной долларизацией, в Сенате США выдвигались предложения рассмотреть закон, предусматривающий компенсацию потерь эмиссионного дохода.
Стабильность
При всей важности аспектов спреда процентов по риску и эмиссионного дохода долларизация может обеспечить преимущества, которые могут немедленно не проявиться, но в перспективе обернуться большей выгодой. Кроме того что валютные кризисы ведут к увеличению стоимости заимствования развивающимися странами, они дезорганизуют их национальную экономику. В Мексике ВВП сократился в 1995 году на 7 процентов, а страны Азии, затронутые валютным кризисом, пережили экономический спад в 1998 году в пределах 7–15 процентов ВВП. Большинство стран, которые были серьезно затронуты последним кризисом, девальвировали свои валюты и перешли к их свободному плаванию, но даже страны, имеющие режим валютного управления, такие как Гонконг (САР) и Аргентина, подверглись жестоким спекулятивным атакам, которые, хотя с ними удалось успешно справиться, причинили сильный ущерб экономике.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
