ВКР Керимова (1212705), страница 8

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 8)

Необходимой в данной ситуации является помощь Конституционного Суда Российской Федерации, который, как излагает В.Д. Зорькин [38, с. 6-12], мог бы проверить Постановления Пленумов хотя бы на соответствие Конституции Российской Федерации. Но для этого нужно внести изменения в ст. 125 Конституции Российской Федерации и, соответственно, дополнить полномочия Конституционного Суда Российской Федерации. Помимо прочего, необходимо определиться, будет ли Конституционный Суд Российской Федерации это делать по запросу Верховного Суда РФ, как и реализовывать другие свои полномочия, но тогда Верховный Суд Российской Федерации посчитает, что при наличии такой потребности ему следует не в Конституционный Суд Российской Федерации обратиться, а самому по данному поводу собрать Пленум Верховного Суда Российской Федерации. Или Конституционный Суд Российской Федерации по своей инициативе устроит такую ревизию, но тогда выйдет, что он займет еще более высокое «неофициальное положение» по отношению к даже уже объединенному Верховному Суду Российской Федерации.

Судебная реформа 2014 г., которой предшествовали и были направлены на ее обеспечение два важных Закона - Федеральный закон от 09.12.2010 № 353-ФЗ «О внесении изменений в Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации» и Федеральный закон от 29.12.2010 № 433-ФЗ «О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации и признании утратившими силу отдельных законодательных актов (положений законодательных актов) Российской Федерации», направлена не только на решение (но, как получается, не всегда удачное) проблем научно-терминологических и организационных, но и проблем процессуальных. Принятие указанных Законов было направлено на унификацию процессуального законодательства России. Прежде всего эти изменения были направлены на построение схожей системы инстанционности в судах общей юрисдикции и арбитражных судах.

Обязательная апелляционная инстанция, или, вернее, апелляционная стадия уголовного и гражданского процессов для всех категорий дел в судах общей юрисдикции, появилась, но что это принесло? И ведь дело не только в том, что инстанции появились новые, а суды (органы) остались старые [29, с. 55-59]. Значительно ли улучшилось качество рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции, чем это ранее (до принятия и введение в действие указанных Федеральных законов) было в кассационной инстанции? Нет. А вот районные суды, видя, что суды среднего звена затрачивают на рассмотрение дела 15, 10, а иногда и 5 минут, стали работать не то чтобы лучше, но осознали, что раньше они уделяли очень много внимания производству по данной инстанции. И дело здесь не только в том, что «апелляционная процедура проверки не приспособлена для столь значительного количества дел» [30, с. 1619-1624], а также в том, что в данном конкретном случае и особой потребности не было в унификации. Различия в формах рассмотрения дела и в процедурах, да, в общем-то, и в системе инстанций, нисколько не подрывают универсальности судебной системы. Так почему же никого не беспокоит, что в судах «общегражданских» общей юрисдикции и арбитражных судах система четырехзвенная, а в военных - трехзвенная, хотя это не менее «не стройно».

Более того, никого не беспокоит различие инстанционности по делам об административных правонарушениях в судах общей юрисдикции и арбитражных судах. Более того, реформа не поправила Конституцию РФ в одном принципиальном терминологическом вопросе. Все дело в том, что ч. 2 ст. 118 Конституции Российской Федерации гласит, что «судебная власть осуществляется посредством конституционного, гражданского, административного и уголовного судопроизводства». Впоследствии авторам учебников по арбитражному процессу приходится объяснять, что АПК РФ регулирует порядок производства по гражданским и административным делам, но в форме не арбитражного судопроизводства, а гражданского и административного, но по особым правилам, установленным АПК РФ.

Особо стоит вопрос о сроках обжалования. С советских времен и до нынешней судебной реформы большинство граждан, даже не обладающих юридическим образованием, интуитивно, но ответило бы на вопрос о любых сроках обжалования судебных, да и некоторых несудебных, процессуальных решений - 10 суток. Если уж и устанавливать другой срок, то не только в ст. 321 ГПК РФ. А так получается, что основное не то, какой процесс, а какое дело рассматривается: по гражданским делам - один срок, по уголовным, административным - другой. Но обычным гражданам к таким тонкостям, да еще в вопросе, устоявшемся десятилетиями, трудно будет свыкнуться. Для граждан в «общегражданских» судах общей юрисдикции (на то они и были «народные») правила должны быть как можно более унифицированы для разных категорий дел.

Еще одной важной проблемой унификации процессуального законодательства, связанной с «объединенным» Верховным Судом Российской Федерации, является проблема первоочередной унификации основных гарантий прав участников процесса, закрепленных в нормах-принципах процессуальных отраслей права. Попытки такой унификации предпринимались с появлением новых процессуальных институтов, к примеру, института права на разумный срок судопроизводства и исполнения судебных решений с появлением статей под номером 6.1 почти во всех процессуальных кодексах [10]. Такая универсальность положительна, однако законодатель ничего не сказал об административном судопроизводстве, причем именно в судах общей юрисдикции. Этот пробел был восполнен совместным Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума ВАС РФ по данному вопросу [17], где в п. 4 предусмотрено, что обязанность такой компенсации за нарушение разумных сроков судопроизводства по делам об административных правонарушениях не исключается, хотя и прямо не предусмотрена. Где эта самая унификация, почему Пленумы должны были решать этот вопрос, да при этом точно не предусмотрели особенности механизма и основания компенсации? Видится, что проблему можно было решить довольно просто. Статья 4.5 КоАП РФ предусматривает норму о сроках давности привлечения к административной ответственности, по истечении которых дело подлежит прекращению в соответствии с п. 6 ч. 1 ст. 24.5 и
ч. 2 ст. 29.4 КоАП РФ. Причем, в отличие от уголовного процесса для лица, в отношении которого велось производство, это не создает правовых последствий и не позволяет возражать против такого прекращения. Следовательно, несоблюдение разумных сроков в административном процессе - это несоблюдение сроков для привлечения к ответственности, то есть нарушение сроков судопроизводства порождает негативные последствия только для потерпевшего. Таким образом, следует изменить абз. 3 п. 4 указанного совместного Постановления Пленумов ВС РФ и ВАС РФ, указав на то, что «право на компенсацию за несоблюдение сроков производства имеют потерпевшие, в случае если дело будет прекращено за истечением срока привлечения к ответственности, а все необходимые меры в довольно разумном объеме со своей стороны, для того чтобы виновный был привлечен к ответственности, они примут».

Более весомой проблемой недостатка унификации, связанной с «объединенным» Верховным Судом Российской Федерации, является проблема гласности судебного разбирательства. Право присутствовать в судебном заседании является неотъемлемым процессуальным правом каждого гражданина, исполнение которого должна быть обеспечена. Это необходимо для полного, всестороннего, беспристрастного рассмотрения судом любого дела, обеспечения воспитательного воздействия судопроизводства.

А как в действительности реализуется принцип гласности в судах общей юрисдикции: местами кабинеты, вместо залов заседаний, у мировых судей; небольшие залы в районных судах, построенные небольшими по той причине, что больше 20 посадочных мест обычно и не требуется [26, с. 191], - вместо того, чтобы решать вопрос о мерах побуждения граждан к посещению судов и судебных процессов. Вход в здание суда фактически ограничивается судебными приставами, которые не только просят входящего предъявить документы, удостоверяющие личность, но и озвучить повод для посещения здания суда, а иногда и требуют предъявить повестку.

Я неоднократно проходила практику в Николаевском судебном участке Еврейской Автономной области и лично наблюдала за тем, как слушание дела проходит в кабинете мирового судьи, а не в зале заседания. И это не из-за отсутствия последнего, и не из-за большого количества участников процесса или желающих присутствовать на нем, а элементарно потому что зал заседания не был отапливаемым. Слушание дела проходило зимой. Что уж говорить о аудиопротоколах или видеосъемке судебного заседания, если во многих населённых пунктах нашей страны нету элементарных и необходимых условий для проведения судебных заседаний.

Всё же о аудиопротоколах я упомяну. С 2007 г. [14] выделяются средства для ведения аудиопротоколов судебных заседаний. При всем том уже и федеральная программа сменилась [15], но такие технические средства действительно внедрены только в арбитражных судах. Для арбитражных судов сделано намного больше в деле реализации принципа гласности судебного разбирательства, обеспечения гарантий прав человека, указанных ч. 1 ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 8 октября 2012 г. № 61 «Об обеспечении гласности в арбитражном процессе», где в п. 1, 5, 7 проводится мысль о том, что если нет возможности разместить всех желающих в зале заседания, то любым способом нужно решить такую проблему; например, аналогично спортивным и другим массовым мероприятиям, установив «большой» экран телевизора, транслирующего заседание в прямом эфире, или путем трансляции кем-то из присутствующих в судебном заседании происходящего в информационную телекоммуникационную сеть.

Таким образом, все положительное, что есть у арбитражных судов и сделано Высшим Арбитражным Судом Российской Федерации, не в коем случае не должно быть потеряно и забыто, а требует внедрения и распространения на все суды, подчиненные Верховному Суду Российской Федерации. Реализованные решения в ходе судебной реформы, не всегда способствуют построению судебной системы как устойчивой, доступной, логичной и, по сути, уменьшают степень доступности правосудия для населения.

3.2 Подсудность Верховного Суда РФ

Компетенция Верховного Суда РФ определена Федеральным конституционным законом от 5 февраля 2014 г. «О Верховном Суде Российской Федерации» [3].

Верховный Суд Российской Федерации рассматривает в качестве суда первой инстанции административные дела:

1) об оспаривании нормативных правовых актов Президента Российской Федерации, Правительства Российской Федерации, федеральных органов исполнительной власти, Генеральной прокуратуры Российской Федерации, Следственного комитета Российской Федерации, Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации, Центрального банка Российской Федерации, Центральной избирательной комиссии Российской Федерации, государственных внебюджетных фондов, в том числе Пенсионного фонда Российской Федерации, Фонда социального страхования Российской Федерации, Федерального фонда обязательного медицинского страхования, а также государственных корпораций;

1.1) об оспаривании актов федеральных органов исполнительной власти, иных федеральных государственных органов, Центрального банка Российской Федерации, государственных внебюджетных фондов, в том числе Пенсионного фонда Российской Федерации, Фонда социального страхования Российской Федерации, Федерального фонда обязательного медицинского страхования, содержащих разъяснения законодательства и обладающих нормативными свойствами;

2) об оспаривании ненормативных правовых актов Президента Российской Федерации, Совета Федерации Федерального Собрания Российской Федерации, Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации, Правительства Российской Федерации, Правительственной комиссии по контролю за осуществлением иностранных инвестиций в Российской Федерации;

2.1) об оспаривании ненормативных правовых актов Министерства обороны Российской Федерации, иных федеральных органов исполнительной власти, в которых федеральным законом предусмотрена военная служба, касающихся прав, свобод и охраняемых законом интересов военнослужащих, граждан, проходящих военные сборы;

3) об оспаривании решений Высшей квалификационной коллегии судей Российской Федерации и решений квалификационных коллегий судей субъектов Российской Федерации о приостановлении или прекращении полномочий судей либо о приостановлении или прекращении их отставки, а также других решений квалификационных коллегий судей, обжалование которых в Верховный Суд Российской Федерации предусмотрено федеральным законом;

4) об оспаривании решений и действий (бездействия) Высшей экзаменационной комиссии по приему квалификационного экзамена на должность судьи по основаниям нарушения процедуры проведения квалификационного экзамена, об оспаривании ее решений об отказе в допуске к сдаче квалификационного экзамена на должность судьи, а также об оспаривании действий (бездействия) указанной экзаменационной комиссии, в результате которых кандидат на должность судьи не был допущен к сдаче квалификационного экзамена;

5) о приостановлении деятельности политических партий, общероссийских и международных общественных объединений, о ликвидации политических партий, общероссийских и международных общественных объединений, о ликвидации централизованных религиозных организаций, имеющих местные религиозные организации на территориях двух и более субъектов Российской Федерации;

6) о прекращении деятельности средств массовой информации, продукция которых предназначена для распространения на территориях двух и более субъектов Российской Федерации;

7) об оспаривании решений (уклонения от принятия решений) Центральной избирательной комиссии Российской Федерации (независимо от уровня выборов, референдума), за исключением решений, оставляющих в силе решения нижестоящих избирательных комиссий, комиссий референдума;

8) об отмене регистрации кандидата на должность Президента Российской Федерации, об отмене регистрации федерального списка кандидатов, об отмене регистрации кандидата, включенного в зарегистрированный федеральный список кандидатов, а также об исключении региональной группы кандидатов из федерального списка кандидатов при проведении выборов депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации;

Характеристики

Список файлов ВКР