Глава_38 (1128905), страница 4

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 4)

Однако поддержание репутации не обходится без издержек. Вся–кая организационная культура приспособлена к строго определенной категории случайных событий. При распространении одного и того же принципа на далекие друг от друга области адаптация к измене–ниям становится все менее эффективной. Это оказывается препятст–вием на пути вертикальной интеграции: границы фирмы, утверждает Крепе, будут определяться ее организационной культурой и прохо–дить там, где лучшая адаптация в одних видах деятельности станет урайновешиваться худшей адаптацией – в других.

Несмотря на множественность подходов, нетрудно убедиться, что трансакционная теория выделяет несколько сквозных характеристик, определяющих сущность фирмы. Это – существование сложной сети контрактов, долговременный характер отношений, производство еди–ной «командой», административный механизм координации посред–ством приказов, инвестирование в специфические активы. Во всех фирма выступает как орудие по экономии трансакционных издержек³.

Выбор формы экономической деятельности не ограничивается дилеммой: фирма или рынок? На следующем этапе принятия реше–ния возникает новая проблема: какой тип фирм более предпочтите–лен? Трактовка фирмы в качестве «сети контрактов» стала исходным пунктом для построения типологии, основанной на особенностях внутрифирменного распределения прав собственности.

Простейшим случаем можно считать индивидуальную частно–предпринимательскую фирму. Ее владелец, по определению Алчиа-на и Демсеца, обладает пучком прав из пяти элементов. Во-первых, он имеет право на остаточный доход, т.е. на доход за вычетом кон–трактного вознаграждения всех остальных факторов. Во-вторых, он наделен правом контролировать поведение других участников «ко–манды». В-третьих, он является центральной стороной – принципа–лом, с которым владельцы всех остальных факторов заключают кон–тракты (такая форма контрактов называется зонтичной). В-четвер–тых, у него есть право менять членство в «команде» (т.е. право на наем

^J О значении подобной экономии можно судить по результатам, полу–ченным при анализе изготовления крупных морских судов в США. Для со–здания такого судна необходимы, как было установлено, 74 компонента. Из них 43 производились самими судостроительными фирмами, 31 – приобре–тался «на стороне». Средняя стоимость одного компонента составляла око–ло 50 тыс. дол. Анализ показал, что если бы все компоненты производились внутри фирм, их средняя стоимость возросла бы на треть, а если бы все они приобретались через рынок – то почти вдвое.

671

и увольнение). И наконец, он имеет право продать все перечислен–ные полномочия.

К числу основных выгод такого распределения прав А. Алчиан и Г. Демсец относят прежде всего закрепление за центральным агентом (собственником) права на остаточный доход. Это создает мощный стимул для собственника к эффективному управлению фирмой, а также побуждает его организовывать действенный контроль за рабо–той других. Кроме того, благодаря зонтичному контракту достигает–ся существенная экономия на ведении переговоров. В случае надоб–ности можно прерывать контракт между центральным участником и любым нерадивым членом команды, не разрывая отношений со все–ми остальными.

Весьма оригинально решается вопрос о том, кто из участников «команды» должен быть центральным агентом. Им, как утверждают А. Алчиан, О. Уильямсонм другие, становится владелец наиболее спе–цифического ресурса, готовый заплатить максимальную цену за все указанные выше правомочия. В случае с «классической» капиталис–тической фирмой таким ресурсом оказывается физический капитал. Но лидером частнокапиталистической фирмы может быть и собст–венник человеческого капитала, если его знания и способности вы–ступают как наиболее специфический для данной фирмы ресурс. При–мер тому – адвокатские конторы, рекламные и проектно-конструк-торские бюро, инжиниринговые фирмы, фирмы по программному обеспечению ЭВМ и т.д.

Более компактное определение собственности на фирму было предложено Г. Гроссманом и Г. Хартом. На их взгляд, ключевых пра–вомочий два – право на остаточный доход и право на принятие оста–точных решений. Из-за высоких трансакционных издержек контрак–ты страдают неполнотой, так как лишь небольшая часть будущих ре–шений – кто что должен делать при наступлении того или иного со–бытия – поддается точной спецификации. Право же на принятие ос–тальных решений (специально не оговоренных в контракте) по умол–чанию закрепляется за владельцем наиболее специфических ресур–сов, для которого оно представляет наибольшую ценность. По сути речь идет о праве отдавать приказы прочим участникам «команды» -естественно, в пределах, очерченных контрактом. Поэтому собствен–ника фирмы можно определить как носителя остаточных прав.

Типы фирм различаются прежде всего тем, какой категории аген–тов приписываются остаточные права. В корпорациях они принад–лежат инвесторам, в потребительских и сбытовых кооперативах – по–требителям и поставщикам, в фирмах, контролируемых работника-

672

ми, – персоналу, в предприятиях, находящихся в общественной соб–ственности, – государству, а, скажем, неприбыльные организации – это фирмы, где право на получение остаточного дохода вообще от–сутствует.

Остановимся лишь на некоторых организационных формах, как они предстают в трактовке теоретиков неоинституционализма.

В современном мире ведущей формой деловой организации яв–ляется открытое акционерное общество (публичная корпорация). Права на остаточные решения владельцев таких фирм (акционеров) сильно урезаны. Они сводятся к праву на контроль за высшими ме–неджерами, и то в основном не прямо, а через совет директоров.

И все же такой суженный набор прав дает немало крупных пре–имуществ. Акционеры несут ограниченную ответственность, что рез–ко снижает риск, связанный с инвестициями, и открывает возмож–ности для мобилизации крупных сумм капитала. Акционерная соб–ственность высоколиквиднащз>ятие кем-либо своей доли из дела не требует согласия остальных совладельцев, получение которого быва–ет необходимо в партнерствах или кооперативах. К тому же акцио–нерная собственность служит хорошей формой защиты от «вымога–тельства»: акционер может продать свои акции, но при этом сами специфические активы никуда из фирмы не уйдут, останутся в «ко–манде». Наконец, разделение функций принятия риска (право на ос–таточный доход) и функции управления (право на принятие большей части остаточных решений) дает возможность подбирать наиболее талантливых менеджеров независимо от того, насколько велико или мало личное богатство.

Вместе с тем в отличие от частнопредпринимательской фирмы в акционерном обществе возникает трудно разрешимая проблема «кон–троля за контролером», т.е. высшим менеджментом. В корпорации остаточный доход идет не менеджеру, а акционерам. Следовательно, здесь появляется мощный стимул для оппортунистического поведе–ния управляющих: часть ресурсов «команды» они будут пытаться на–править на удовлетворение своих личных нужд в ущерб собственни–ков-акционеров.

Долгое время считалось, что современные масштабы распыления акционерного капитала не позволяют удовлетворительно решать про–блему отделения собственности от контроля. Последние исследова–ния, однако, показывают, что возможности управленческого оппор–тунизма ограничены. В корпорациях действует целый набор внутрен–них механизмов контроля, дисциплинирующих поведение менедже–ров в интересах собственников.

22 История экономических учений

673

К внутренним механизмам относится: контроль со стороны со–вета директоров; концентрация акций в руках компактной группы акционеров; участие менеджеров в акционерном капитале своих кор–пораций; увязка вознаграждения управляющих с состоянием дел в фирме. Особое место принадлежит механизму банкротств и контро–лю со стороны кредиторов.

Но шаги по сдерживанию оппортунистического поведения управ–ляющих не обязательно ограничиваются рамками самой корпорации. Негативная реакция участников рынка – как акционеров, так и сто–ронних агентов – ставит предел злоупотреблениям менеджмента. Движение курса акций высвечивает некомпетентность управляющих и создает основу для целого ряда внешних механизмов контроля:

рынок капитала: падение курса акций ухудшает условия, на кото–рых руководство корпорации может привлечь дополнительный ка–питал;

рынок менеджерского труда: падение курса акций – плохой сиг–нал не только для нынешних, но и для будущих нанимателей менеж-дера. В этих условиях жертвовать карьерой ради сиюминутной выго–ды становится нерационально;

рынок корпоративного контроля (поглощений): падение курса акций делает корпорацию более легкой добычей для поглощения, за которым обычно следует смена всего руководства. Это также подсте–гивает работу менеджеров.

Взвешивая плюсы и минусы акционерной формы собственнос–ти, большинство специалистов по экономической теории организа–ций приходят к выводу: хотя абсолютная подконтрольность менед–жеров недостижима, совместное действие внутренних и внешних дис–циплинирующих механизмов ограничивает потенциал оппортунис–тического поведения и снижает остроту проблемы. Выгоды, связан–ные с данной организационной формой, перевешивают ее издержки.

Согласно анализу А. Алчиана и Г. Демсеца, отличительная черта государственных фирм – это недобровольный характер участия во владении ими. Владельцы-налогоплательщики не вправе уклонить–ся от своих обязанностей по содержанию государственной собствен–ности (прежде всего – от уплаты налогов).

Последствия такой формы собственности оцениваются теорети–ками неоинституционализма весьма критически. Деятельность госу–дарственных предприятий серьезно страдает от политизации, подчи–нения разного рода внеэкономическим целям. В случае государст–венных предприятий невозможно получить биржевую оценку каче–ства их управления; контроль со стороны собственников (налогопла-

674

телыциков) за поведением аппарата весьма слаб; из-за отсутствия возможности поглощений рынок не проявляет интереса к судьбам таких предприятий, уклоняясь от участия в их реорганизации.

Несмотря на это, как отмечает американский экономист Л.Де Алесси, государственная собственность имеет свою нишу в эконо–мике. Так, она может быть наиболее эффективной формой организа–ции, когда речь заходит о производстве общественных благ, таких, к примеру, как безопасность страны. Составить контракт всех граждан страны с частными фирмами по обеспечению обороны было бы прак–тически невозможно, и он плохо поддавался бы контролю и право–вой защите. •,

Особое внимание теоретики трансакционного подхода уделяли самоуправляемым фирмам бывшей Югославии как примеру явно неоптимальной организации. Все члены такого самоуправляемого коллектива имели право на остаточный доход (участие в прибылях), но оно было жестко обусловлено продолжением работы на предпри–ятии. Это приводило к тому, что при распределении дохода работни–ки оказывались заинтересованы получать большую часть в полное распоряжение – в виде зарплаты и меньшую часть направлять на ин–вестиции.

Подобная структура правомочий отрицательно влияла на заня–тость и накопление капитала: члены самоуправляемых фирм избега–ли расширения своего состава; наблюдался также постоянный инве–стиционный голод и склонность к наращиванию внешней задолжен–ности. Такие фирмы обладали ограниченными возможностями по диверсификации риска, испытывали трудности с налаживанием кон–троля за поведением директоров, их внутренняя жизнь неизбежно политизировалась.

Важнейшие выводы теоретиков трансакционного подхода тако–вы: в экономике складывается рынок организационных форм, на ко–тором фирмы разного типа вступают между собой в конкуренцию. Процветание лучших и отмирание худших организационных форм определяются в конечном счете их способностью обеспечивать эко–номию трансакционных издержек. Конкуренция на этом рынке мо–жет быть косвенной и выражаться в борьбе за привлечение и удержа–ние в «команде» наиболее производительных участников. Но она может быть и прямой, когда одни фирмы пытаются захватывать (по–глощать) другие.

Конкуренция на рынке организационных форм ведет к тому, что на нем выживают структуры, в наибольшей степени отвечающие тре–бованиям экономической среды. При этом для каждого типа отыс-

675

кивается ниша, в пределах которой он оказывается эффективнее ос–тальных. Но его преимущества могут сводиться на нет условиями, преобладающими в других секторах. Какие-то сектора экономики могут быть заселены в основном корпорациями, какие-то – партнер-ствами, какие-то – кооперативами и т.д. Картина распределения ор–ганизационных форм не остается неизменной. Поиск новой ниши, вызванный резкими технологическими или институциональными сдвигами, бывает и болезненным, и длительным. Если он заканчива–ется безрезультатно, данная организационная форма начинает встре–чаться все реже и постепенно сходит со сцены.

Таким образом, не существует абсолютных преимуществ одного вида фирм перед всеми остальными; каждая форма собственности имеет свой набор трансакционных издержек, который при опреде–ленных условиях может превращать ее в наиболее эффективную.

5. Экономика права

Особый раздел институциональной теории образует экономика права, выделившаяся в самостоятельное направление уже в середине 1960-х годов. Эта дисциплина лежит на стыке экономической теории и права. Наряду с Р. Коузом ключевыми фигурами в ее формирова–нии и развитии были профессора Р. Познер и Г. Калабрези. Огромное значение имели также работы Г. Беккера по экономическому анали–зу внерыночных форм поведения, в частности – преступности.

Экономика права не стала ограничиваться какими-то отдельны–ми отраслями права, имеющими дело с явными рыночными отноше–ниями, а попыталась распространить экономические понятия и ме–тоды на весь корпус юридического знания. За прошедшие три деся–тилетия не осталось, наверное, ни одной правовой нормы или докт–рины, ни одного процессуального или организационного аспекта правовой системы, которые она не подвергла бы анализу.

Концептуальный каркас экономики права можно представить в следующем виде. Она исходит из того, что агенты ведут себя как ра–циональные максимизаторы при принятии не только рыночных, но и внерыночных решений (таких, например, как нарушать или не на–рушать закон, возбуждать или не возбуждать судебный иск и т.д.).

Правовая система, подобно рынку, рассматривается как механизм, регулирующий распределение ограниченных ресурсов. Скажем, в случае кражи, как и в случае продажи, ценный ресурс перемещается от одного агента к другому. Разница в том, что рынок имеет дело с добровольными сделками, а правовая система – с вынужденными,

676

Характеристики

Список файлов книги