А.А. Фет в чешском восприятии (1100459), страница 14
Текст из файла (страница 14)
Помнению И. Левого, различная семантическая насыщенность языка подлинника иперевода принуждает переводчика к сокращениям или к «размазыванию», что неможет не влиять на общую трактовку стихотворения. В общем чехи неиспытывают особых сложностей при переводе русских размеров. Но различия этимогут приводить к тому, что одни и те же стилистические задачи традиционнорешаются в двух разных литературах разными стихотворными размерами: водной — более длинным, в другой — более коротким метром. Большое значениев данном случае играет и соотношение служебных слов.И. Левый обращает внимание на то, что при анализе переводовцелесообразнее установить, какие элементы стихотворного перевода отражаютстиль оригинала и в чем проявляют себя условия, в которые ставит переводчикаотечественная система стихосложения. Чешские переводчики придерживаютсяхорея и дактиля (ударение на нечетном слоге) и нисходящего строения словесныхединиц.
При осуществлении поэтического перевода переводчик тяготеет к поэзиисвоегородногоязыкаипереводитвсоответствииссоотношениемграмматических и лексических рифм, с тенденциями к смысловой отчетливостиили неясности, к той или иной звуковой окраске поэзии, привычной для его языка(для чехов это рифмовка на долгие гласные). Совершенно иная картина с ритмомстиха. Ритмический рисунок у чешского поэта чаще всего постоянен и не зависитот подлинника.
Более подробно на различиях русской и чешской силлаботоникиостановимся в следующей части.542.2. Различие русской и чешской силлаботоникиСиллаботонический стих основывается на силлабизме и ударности, т. е.ритм определяется числом ударений в стихе, числом слогов в стихе иразмещением безударных слогов между ударными. Различают главные типы стоп:хорей (–v), ямб (v–), дактиль (–vv) и др.
Вопросами теории стиха в XX в. многозанимались как чешские, так и русские ученые. Первым вопрос о сравнениичешской и русской силлаботоники поднял в 1923 г. Р. Якобсон.134 Он писал оритме, разграничивая прежде всего язык поэтический и практический. Ритм,утверждает он, есть только в поэзии. «Динамический ритм практическогоязыка —этопроцессавтоматизациивыдыханияприречи.Обратно —поэтический ритм есть один из способов выведения речи из состоянияавтоматизма».135 Р. Якобсон противопоставляет ритмические элементы в русскоми чешском языках. В русском языке фонологическим элементом являетсядинамическое ударение, долгота при этом неграмматична; в чешском ситуацияобратна: ударение внешне обусловлено, внеграмматично, количество составляетэлемент фонологический.
Кроме того, Р. Якобсон указывает, что в русскойсистеме роль сопутствующих внеграмматических элементов играет количество, ав качестве автономных фонологических элементов выступают словоразделы; вчешскомсоответственнофункцииэтивыполняютсясловоразделами,динамическим ударением, количеством.136 Как и остальные исследователичешского стихосложения, Р. Якобсон акцентирует внимание на фиксированномударении в чешском языке, отводя этому факту ведущую роль в чешскойритмике.
Главным, таким образом, является играет словораздел, устанавливаемыйавтором.В чешской поэзии в начале XX в. боролись два течения. Одно утверждало,что чешская поэзия в своей ритмике должна строиться на количестве как наявственно воспринимаемом чехами ритмообразующем материале (к этому134Якобсон Р. О чешском стихе: преимущественно в сопоставлении с русским. Берлин; М., 1923.Там же. С. 17–18.136Там же. С.
46.13555направлению в XIX в. относились П. Й. Шафарик и Ф. Палацкий). Другоенаправление, в начале XX в. возглавлявшееся Э. Фринтой, П. Кралем и др.,настаивало на ударении как на главном ритмическом моменте чешской поэзии.Отметим, что количественное стихосложение не привилось в чешской поэзии.Сравнительный анализ чешского и русского стихосложения приводитО. Рихтерек в работе «Введение в изучение русской литературы».137 Он указываетна различие русского и чешского хорея: русский хорей отличается от чешскогобольшим количеством безударных слогов с так называемым пиррихием, которыйде-факто является двусложной стопой, состоящей из двух безударных слогов. Длячехов данный размер больше напоминает их вариант дольника.
В русском жестихосложении это вариант чистого хорея. По мнению О. Рихтерека, различиячешского и русского ямба сводятся к тому, что использование в чешской поэзииямба гораздо реже, чем в русской. У чехов очень популярным силлаботоническимразмером является дактиль.
Как указывает О. Рихтерек, если в русской поэзиидактиль не играет главной роли, то в чешской этот трехсложный размерпопулярен, так как отвечает характеру чешского языка.138 Так, средняя длинаслова в русском языке составляет 3 слога, в чешском же — 2,4. И каждоеприбавление или сокращение на слог меняет длину интервала, разрушаетсинхронность ритма и обращает правильный ритм в свободный. Поэтому чешскийстих очень чуток к неравносложию, к неправильностям в структуре стопы; это, помнению И. Левого, типично сто пныйстих.
Времено́ йме ро йчешско гостихаявляется слог, и основой чешского ритма служит равносложие (изосиллабизм).Русский стих обнаруживает тенденцию к изохронности тактов, поскольку врусском языке сильно выражены ударение и редукция безударных слогов.139Рифма и в чешском, и в русском языке представлена одинаково: оба типарифмы (и женская, и мужская) существуют равноценно, несмотря на то что вчешском ударение фиксированное (на первом слоге), а в русском — свободное.И. Левый считает, что ритмообразующее качество рифмы полнее всего можно137Richterek O.
Úvod do studia ruské literatury. Hradec Králové, 2001.S. 85–103.Ibid. S. 93.139Левый И. Искусство перевода. С. 270.13856реализовать в языках со свободным ударением, к которым относится русский, —там в распоряжении поэта рифма мужская, женская и дактилическая.140 Длячешской поэзии правильнее будет говорить о противопоставлении односложныхрифм двусложным, поскольку в чешском стихе собственно мужской рифмы нет: водносложных чешских словах (boj = voj) и на последних слогах нечетносложныхчешских слов (bez tepla = oslepla) ударение лишь потенциальное, и ониприобретают значение ударных слогов только благодаря ритмической инерции итому, что стоят на конце строчки в стихе или на месте интонационнойкульминации фразы.Чешскому переводчику недоступны некоторые выразительные средства,опирающиеся на подвижное динамическое ударение, например контраст сильногомужскогоокончаниясдактилическим.Приэтомразличиевдолготерифмующихся гласных — явное преимущество чешского, так как сочетание рифмна долгие гласные с рифмами на краткие семантически подобно сочетаниюмужских и женских рифм в русском, что дает возможность чешскомупереводчику использовать сочетание для укрепления композиционной функциирифмы там, где по каким-либо причинам невозможно использовать по-чешскирифмы с разным числом слогов.Если в основе чешской рифмы лежит гласная и чешские гласные звучны инесократимы, а согласные на границах слов утрачивают звучность, то в русскомязыке гласные в слоге после ударения ослаблены.
Все эти особенности чешскойсиллаботоники и различия ее с русской следует учитывать при конкретноманализе переводов Фета на чешский язык.140Там же. С. 291.572.3. Чешские переводчики А. А. Фета и их переводы2.3.1. История чешских переводов стихотворений А. А. ФетаВ XIX в. в чешских литературных журналах публиковались лишь отдельныестихотворения Фета. Крупного русского поэта в чешской среде воспринимали какодного из славянских поэтов, публикуя переводы одного-двух его стихотворенийв подборках «Из славянской поэзии». Впервые Фет появился на чешском языке в1881 г. в журнале «Люмир» в переводе Й.
Сладека.141 Затем в крупном чешскомжурнале «Светозор» в 1884 г. были опубликованы два его стихотворения впереводе Ф. Халупы: «Рыбка» (1858) и «Степь вечером» (1854).142 В 1890-е гг.чешская поэзия переживает период бурного расцвета. В этот период обостриласьборьба против гнета Австро-Венгерской империи, происходят выступлениястудентов и рабочих, появляются обращения чешских поэтов, которые воспеваличешский народ как национальный коллектив и призывали верно служить ему.Необычайную популярность приобрела аллегорическая поэма Сватоплука Чеха(1846–1908) «Песни раба» (в 1895 г. она переиздавалась 24 раза!).
Тогда же(1895 г.) заявляет о себе в манифесте «Чешска модерна» самое молодоелитературное поколение, которое вначале не имело печатного органа, а затемполностью завоевало уже существовавшие журналы или открыло свои. Средипоследователей были крупные чешские поэты: сатирик Й. С. Махар, символистО. Бржезина, тонкий импрессионист А. Сова. В это время активно работает целаяплеяда «поэтов-бунтарей»: К. Томан, Ф. Шрамек, В. Дык, Ф. Гельнер, анархистС. К. Нейман.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
