А.А. Фет в чешском восприятии (1100459), страница 9
Текст из файла (страница 9)
S. 864–884.33подготовившее события Бархатной революции 1989 г.,68 казалось, должно былоотвлечь внимание переводчиков и исследователей от творчества Фета, но именнов этот период рецепция Фета в Чехии наиболее интенсивна: выходит новыйсборник переводов (1974 г.) и критические статьи о нем.69После Бархатной революции 1989 г. на чешский книжный рынок хлынулипотоки ранее запрещенной чешской, западной немецкой литературы и литературыанглоговорящих стран. В конце 1980-х — начале 1990-х гг.
отсутствие интереса кФету объяснимо обилием ранее запрещенной чешской и западной литературы начешском книжном рынке. В этом потоке из русских авторов интерес представлялолишь диссидентское направление русской литературы. В 1990-е гг. чешскогочитателя интересовали переводы Б. Пастернака, М. Булгакова, В. Шаламова,А. Солженицына, А. Платонова, И. Бунина, т. е. все внимание переводчиков былообращено на ранее запрещенную русскую литературу.70 Очевидно, что в этотпериод переводы классической поэзии, как известно, требующие высшегомастерства, упорства, тщательности переводчика, не были актуальны. Кроме того,не будем забывать и о коммерческой составляющей переводной литературы:сферу интересов читателей в 1990-е гг. формируют уже издательства.
ИзданиепереводовФета —лирика,классикарусскойлитературы,очевидно,представляется коммерчески не выгодным проектом. Это касается не толькоимени Фета. Н. Волкова, ссылаясь на опрос, проведенный ею среди крупныхчешских издательств, говорит о катастрофическом положении переводов изрусской поэзии. В современной Чехии можно найти переводы из И. Бродского,В. Высоцкого,68Б. Окуджавы,А. Галича,Е. Евтушенко,Б. Ахмадуллиной,1 января 1977 г. группа чешских и словацких правозащитников опубликовала в Чехословакии манифесто правах человека «Хартия-77».
Против участников «Хартии-77» сразу же начались политические репрессии.Одним из основателей общества был будущий президент Чехии, писатель В. Гавел. См. об этом: Ibid. S. 866–869;Калинина О. Уроки истории: «Хартия-77» и «Антихартия» // www.radio.cz/ru/rubrika/radiogazeta/uroki-istorii-xartiya77-i-antixartiya (дата обращения: 14.07.2015).69Подробнее об этом ниже (ч. 3 гл. 1).70Подробнее об этом пишет О.
Рихтерек в главе «К чешскому восприятию русской поэзии» вколлективной монографии: Dohnal J., Zelenka M. Dialogy o slovanských literaturách. S. 171–172.34А. Вознесенского, Е. Рейна — и ничего из классиков русской поэзии.71 На помощьприходит Интернет, который занял передовые позиции в области межкультурнойкоммуникациикаксвободный,независимыйинструментстираниямежкультурных границ и сближения наций. Журналы, созданные во всемирнойпаутине в конце XX в., не нуждались в коммерческом одобрении издателей и досих пор обладают наибольшей свободой при выборе переводческого материала.Создателями такого рода изданий, как правило, были и остаются молодыефилологи, закончившие или заканчивающие чешские философские факультеты,испытывающие потребность писать, сравнивать, публиковаться.
Так, в чешскомжурнале «Texty» (главный редактор — Р. Кочик) в 1996 г. были напечатаныпереводы отдельных стихотворений Фета.72Отдельную роль в восприятии Фета в Чехии во второй половине XX в.должны были бы играть учебники и хрестоматии по русской литературе. Но заэтот период мы обнаружили только два стихотворения Фета в переводеЯ.
Кабичека («Только в мире и есть...» (1883) и «Нет, не жди ты песнистрастной...» (1858)) в «Хрестоматии по русской литературе» 1983 г.,73редакторами, которой были известные ученые-русисты М. Грала, М. Егличка иЯ. Вавра.В начале XXI в. учебники и хрестоматии издавались в Чехии весьмаскромноискуднымитиражами,однаковсежеигралитеперьужеознакомительную роль. Сведения о Фете мы нашли в «Словаре русских,украинских и белорусских писателей», вышедшем в 2001 г. в Праге подредакцией И. Поспишила, где автор говорит о Фете как о «русском поэте,прозаике, публицисте и переводчике».7471Подробный обзор того, что переводили, читали и что из русской литературы пользовалось читательскиминтересом в Чехии после 1989 г., дан в статье: Волкова Н. Заложница истории.
Русская литература в Чехии //Знамя. 2009. № 12. С. 188–192.72Подробнее об этом в гл. 2 (§ 6 ч. 4).73«Jen na tomto světě vrhá stíny...»; «Čekáš píseň?Vždyť jí není...» // Čítanka ruské literatury I. Stará a klasickáliteratura. Praha, 1983.
S. 228–229.74Slovník ruských,ukrajinských a běloruských spisovatelů. Praha, 2001. S. 214–215.35В 2009 г. в Чехии была издана «Хрестоматия русской литературы»С. Михловой,75 которая заново знакомила современного чешского читателя срусской литературой. В хрестоматии даны краткие биографические сведения обавторах, фрагменты из произведений на чешском языке, а также ссылки наинтернет-страницы, содержащие более подробные сведения о данном авторе, чтопредставляется наиболее ценным в условиях современной коммуникации.
Такимобразом, именно подобные издания, привлекающие современного читателя,имеющего уже так называемое клиповое сознание, своей организацией и подачейматериала, и играют ведущую роль в ознакомлении с русской литературой.Однако несмотря на то что автор-составитель издания С. Михлова — русскаяэмигрантка в Чехии, она не включила в свою книгу русского поэта-классикаА. Фета.Вместе с тем отметим интересный факт обращения к стихам Фета всовременной Чехии.
Мы обнаружили стихотворение Фета «Хандра» в переводеИ. Славика в книге известного поэта-переводчика Л. Кундеры «Я пью чай»,76посвященной стихам о чайной церемонии. Упоминание русского классика врамках книги такого формата представляется очень неожиданным и заслуживаетвнимания как еще одна возможность для чешского читателя познакомиться створчеством Фета.77Можно говорить и о том, что новейшему восприятию русского поэта всовременной Чехии вновь способствует немецкое посредничество. Теперь, как этои было до советского периода в истории Чехии, все новинки научной илитературной сферы чехи получают через немецкий язык и через переводы с него(конечно, помимо английского, который господствует во всем мире как основнойязык общения). В 2009 г.
вышла книга о А. А. Фете на немецком языке,78занявшая достойное место в каталоге Национальной библиотеки в Праге наряду с75Michlová S. Čítanka ruské literatury. Praha, 2009.Kundera L. Piju čaj. Brno, 2003. S. 161.77Книга вышла в 2003 г. в рамках проекта «Поддержка издания чешской и переводной литературы». Всодержании мы найдем переводы с восточных языков, собственные стихи Л. Кундеры и антологию переводовстихотворений, не принадлежащих его перу, куда и помещен перевод И. Славика из сборника 1964 г.78Schneider S. An den Grenzen der Sprache: eine Studie zur «Musikalität» am Beispiel der Liryk des russischenDichters Afanasij Fet. Berlin, 2009.7636новинками, изданными на русском языке в России в первое десятилетие XXI в.Также в 2009 г.
в издательстве Славянского отдела Чешской академии науксовместномонографияснемецкимиздательством«ПроблематикавДрезденеВосток-Западввышлаевропейскихколлективнаякультурахилитературах»,79 где упоминание имени Фета как переводчика Гёте и какпредшественника русских символистов звучит на немецком в статьях немецкого ивенгерского ученых.80 Важно, что эта монография — коллективный труд чешскихи немецких ученых, изданный по итогам совместной конференции; в нее вошлистатьи как на немецком, так и на чешском языке.Таким образом, чешское восприятие Фета во второй половине XX — началеXXI в.
прошло через сложные оценочно-интерпретационные этапы: если впослевоенные годы чехи обратились к русской культуре за созданием «золотогофонда» русской поэзии, но поздний романтик Фет не привлек их внимание, то в1960-е и 1970-е гг. его поэзия нашла отклик у чешского читателя, так каксоответствовала тенденциям развития собственно чешской поэзии: смягчалсяофициальный гнет и получили возможность печататься чешские поэты, чьетворчество было проникнуто настроениями интимной лирики (Сайферт, Голан,Микулаше и др.).В конце XX — начале XXI в, когда распался Советский Союз иЧехословакия прекратила совместное существование, для чехов наступил период«замкнутости на себе». Отсюда и отсутствие взаимного интереса между чешскойи русской литературой, и, как следствие, отсутствие новых переводов Фета илипереизданий уже имеющихся.
В Чехии начала XXI в. все, что было запрещено кпубликации режимом в середине XX в., вызывало огромный интерес издателей исамих читателей, поэтому и поэзию Фета не переводили, — не издавали не толькоФета, но и других русских поэтов-классиков, кроме Пушкина. Несмотря наотдельные биографические сведения о нем, известные чехам по «Словарюрусских, украинских и белорусских писателей» 2001 г., книге М. Заградки79Die Ost-West Problematik in den europäischen Kulturen und Literaturen: ausgewählte Aspekte kollektiveMonographie. Slovanský ůstav AVČR, 2009.80Ibid.
S. 372, 399.37«Русская литература XIX века в контексте европейских литератур» (2005 г.),Словарю русско-чешских литературных связей (2008 г.), а также по современнымрусско- и немецко-язычным публикациям, Фет в современном чешскомвосприятии выступает как поздний романтик, оказавший немалое влияние нарусскую поэзию перелома столетий и поэзию XX в. Однако к переводу егостихотворений современные чешские переводчики и поэты пока не обращались,за исключением публикаций 1996 г.
(переводы Р. Кочика двух стихотворений).1.3. Критическое осмысление творчества А. А. Фета в ЧехииНа фоне крупных фигур русской поэзии Фет в представлении чешскойкритики выглядел очень скромно. Безусловно, чехи знали о Фете еще при егожизни. Подтверждение этому — упоминание его имени А.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
