Глава_37 (1128904), страница 2
Текст из файла (страница 2)
5 Автор приводит аналогию с кубиком Рубика. Кубик может находиться в 43 млрд возможных позиций и для каждой существует свой способ максимально быстро дойти до цели. Однако все «знатоки» собирают кубик, пользуясь небольшим набором алгоритмов, практически не зависящих от исходной позиции. Такой путь заведомо неоптимален, но, тем не менее, быстрее всего приводит к цели. (Знание этих алгоритмов можно считать оптимальным объемом информации с точки зрения теории поиска, о чем говорилось выше, но Хайнер последовательно остается в рамках парадигмы ограниченной рациональности.)
644
максимизационного критерия. В то же время описываемая ими модель принятия решений полностью соответствует более широким критериям рациональности, распространяющимся не только на результаты действия, но и на процесс принятия решений.
Интересное дополнение теории ограниченной рациональности с помощью экспериментальных исследований предпринял немецкий экономист, лауреат Нобелевской премии Райнхард Зельтен6. На основе лабораторных экспериментов Зельтен разработал модель принятия решений, состоящую из трех уровней: привычки, воображения и логического рассуждения. На каждом из этих уровней может возникнуть свое решение проблемы. Столкнувшись с проблемой выбора, субъект может ограничиться низшим уровнем - поступить по привычке, подключить воображение и, наконец, использовать все три уровня. Если каждый из уровней предлагает свой вариант решения, то окончательный выбор падет на один из них, причем не обязательно на тот, который выработан на высшем из задействованных уровней.
3. Модели переменной рациональности
Еще одна разновидность теории ограниченной рациональности трактует степень рациональности экономического субъекта не как фиксированную, а как переменную: человек, в зависимости от обстоятельств, ведет себя более или менее обдуманно и расчетливо7. Идея переменной рациональности существовала в экономической теории достаточно давно8. Наиболее известна из современных теорий этого рода концепция гарвардского профессора Харви Лайбенстайна.
6 См.: Selten R. Bounded Rationality//Journal of Institutional and Theoretical Economics. 1990. Vol. 146. P. 651-653.
7 Понятно, что, говоря о переменной рациональности, мы имеем в виду рациональность в общем широком понимании. Экономическая же рациональность, тождественная максимизации целевой функции, по определению не может быть переменной. В данном случае ее можно представить как верхний предел, к которому асимптотически стремится переменная рациональность в случае максимальных затрат мыслительной энергии.
8 «До известного пункта выгода, получаемая нами благодаря старательному расчету, может превышать соединяющуюся с ним затрату умственной энергии, и в такой мере затрата эта оказывается рациональной с хозяйственной точки зрения. Но за указанными пределами расчетливость начинает приводить уже к результатам совершенно противоположным... в делах важных и крупных расчет должен быть очень точным, в делах средней важности он должен быть умеренно точным, в бесчисленной массе мелочей обыденной хозяйственной жизни он должен быть очень поверхностным» (Бём-Баверк Е. Основы теории ценности хозяйственных благ // Австрийская школа в политической экономии. М., 1992. С. 338).
645
Согласно Лайбенстайну, степень рациональности (продуманности) человеческого поведения зависит от двух сил. Физиологическая, животная природа человека требует от него экономить мыслительную энергию и душевные силы. Чем более продуманным будет решение, тем больше труда и связанных с ним неприятностей доставит экономическому субъекту процесс его принятия. Не случайно люди, располагающие достаточными средствами, стремятся переложить груз необходимых подсчетов и рассуждений на профессионала-консультанта, часто щедро оплачивая его услуги. Таким образом, если бы поведение человека определялось только его физиологической природой, оно было бы минимально рациональным.
Однако на практике этого не происходит, и причина тому - общественная природа человека, стандарты и нормы, которые ставит перед ним общество. Эти требования отчасти интериоризируются, ощущаются человеком как свои собственные, отчасти же действуют как внешние ограничители его поведения10. В обоих случаях от человека требуются большие затраты физических и умственных сил: в обществе более продуманное, рациональное поведение всегда пользуется большим уважением и приносит человеку большее удовлетворение. Таким образом, в реальной жизни происходит конфликт возвышенных стремлений и общественных (групповых) норм поведения с физиологическими потребностями человека и его стремлением к экономии сил. В результате достигается некоторая оптимальная для душевного комфорта индивида степень рациональности11, с которой он решает хозяйственные вопросы и которая, естественно, далека от абсолютной рациональности, предусматриваемой оптимизационной моделью. Работая в фирме, он в первую очередь стремится именно к оптимальному комфорту. Отсюда следует, что, поскольку трудовой контракт не может полностью регламентировать поведение работника на рабочем месте, никакая фирма в
Leibenstein H. Beyond the Economic Men. Cambridge (Mass.), 1976.
10 К примеру, человек может не ломать голову над тем, как ему распорядиться своими доходами, но если в результате он не сможет вовремя внести квартирную плату, его ждут неприятности – это внешнее ограничение. Если же «протестантская этика» не позволяет ему быть праздным, то речь идет об интернализированной норме.
11 Что касается техники анализа, то Лайбенстайн использует аппарат кривых безразличия, показывающих зависимость душевного комфорта индивида от двух переменных: степени рациональности и силы давления извне (зависимость в обоих случаях обратная) (см.: Автонрмов B.C. Эволюция концепции экономического субъекта в буржуазной политической экономии // Экономика и математические методы. 1985. № 2. С. 232–233).
646
принципе не способна полностью использовать интеллектуальный потенциал своих работников и достичь максимальной эффективности – максимизации прибыли. Она не находится на внешней границе своих производственных возможностей. Это явление, присущее любой экономической системе, Лайбенстайн назвал «Х-неэффективностью».
Понятие Х-неэффективности имеет смысл только в сопоставлении с оптимальным уровнем, присущим системе общего равновесия в условиях полной и бесплатной информации12, так что Лайбенстайн не отходит здесь слишком далеко от основного течения. (На этом основании составитель двухтомной антологии поведенческой экономической теории П. Эрл назвал его концепцию «псевдоповеденческой» 13.) Концепция Лайбенстайна упускает из виду, что максимизация работниками фирмы своей личной целевой функции, включающей в себя приятное времяпровождение на рабочем месте, может считаться проявлением неэффективности только в том случае, если материальные блага мы всегда ценим выше досуга, что не соответствует действительности14.
В рамках поведенческого направления можно выделить несколько наиболее известных, в большой степени самостоятельных школ. В порядке старшинства и значения начать следует со школы, сложившейся в Питтсбурге вокруг Университета Меллона–Карнеги и лично Герберта Саймона.
4. Поведенческая теория фирмы – школа Университета Меллона–Карнеги
Главным приложением теорий поведенческой школы Меллона–Карнеги стала теория фирмы. Напомним, что традиционная неоклассическая теория рассматривает фирму как абстрактный условный объект, который не должен вызывать каких-либо неуместных ассоциаций с «реальными» компаниями и представляет собой «индивидуальный центр принятия решений, задачей которого является лишь приспособление выпуска и цен одного или двух воображаемых продуктов
12 При этом Лайбенстайн однозначно связывает оптимальный уровень с максимальным выпуском продукции, хотя ему следовало бы учесть и удовольствие, получаемое нерадивыми работниками от приятного пребывания на рабочем месте (см.: Loasby В. Choice, Complexity, and Ignorence. Cambridge, 1976. P. 119).
13 См.: Behavioural Economics. Vol. II. P. 12.
14 См.: Loasby B. Choice, Complexity, and Ignorence. Cambridge, 1976. P. 119.
647
к простейшим воображаемым изменениям в данных» . .Решения этого центра преследуют цель максимизировать прибыль и принимаются на основе полной информации и о спросе, и о производственных возможностях фирмы. Таким образом, фирма здесь представляет собой всего лишь разновидность экономического человека – рационального максимизатора16. Традиционная неоклассическая теория фирмы не предполагает существования фирмы как особого общественного института и даже как группы людей, у каждого из которых могут быть особые интересы17.
Школа Карнеги–Меллона также не проявляет интереса к фирме как институту, но стремится раскрыть особенности реального процесса принятия решений в экономических организациях.
Согласно поведенческой теории, фирмы и другие организации принимают не оптимальное, но удовлетворительное решение (было бы странно, если бы группа ограниченно рациональных лиц проявляла бы «безграничную» максимизационную рациональность), однако речь идет о решении исходной (сложной), а не упрощенной (как в неоклассической теории) задачи18. Кроме того, организации борются со сложностью окружающего их мира, заменяя абстрактную, глобальную цель (такую, как максимизация прибыли) более конкретными подцелями (subgoals), достижение которых действительно можно контролировать. Наконец, третий прием состоит в том, чтобы разделить сложную задачу принятия решений между несколькими специалистами, координируя их работу горизонтальными и вертикальными связями. Эти идеи были изложены Саймоном в его монографии «Административное поведение» 19. В дальнейшем в их духе были проведены широкие эмпирические исследования, теоретическое осмысление
15 Machlup F. Essays in Economic Semantics. Englewood Cliffs, 1963. P. 261. См. также: Махлуп Ф. Теории фирмы: маржиналистские, бихевиористские и управленческие//Теория фирмы. Сост. и ред. В.М. Гальперин. СПб., 1995. С. 83.
16 С одним исключением: маржиналистский потребитель может предпочесть приращению дохода дополнительный отдых. Фирма или человек, ее олицетворяющий, такой возможности не имеет: для нее доход превыше всего (см.: Scitovsky Т. A Note of Profit Maximization and its Implications // Review Economic Studies. 1943. Vol. 11. P. 57-66). .
17 Подробнее о модели человека в различных теориях фирмы см: Авто–номов B.C. Человек в зеркале экономической теории. С. 94–102. Глубокий и подробный разбор менеджеристских теорий фирмы, представляющих собой отдельное направление наряду с неоклассическими и поведенческими см.: Кочеврин Ю.Б. Эволюция менеджеризма: опыт политико-экономического анализа. М., 1985. Гл. 5.
18 Cyert R., March J. Op. cit. P. 78-80.
19 Simon R. Administrative Behavior. N.Y., 1947.
648
которых содержится в книге коллег Саймона: Р. Сайерта и Дж. Марча «Поведенческая теория фирмы» (1963), которая до сих пор сохраняет важное теоретическое значение и является своего рода «библией» данного теоретического направления.
Сайерт и Марч применили в этой работе метод «case studies » : анализ документов, глубокие интервью и прямые наблюдения за процессом принятия решений в нескольких крупных фирмах.
Авторы рассматривают фирму как коалицию индивидов и подразделений. При этом не существует человека (предпринимателя) или группы людей, которые могли бы навязать свою волю всем остальным, контролируя и стимулируя их20. Поэтому различные цели, которых добиваются разные подразделения фирмы, вовсе не обязательно должны интегрироваться в одну общую цель. Перечень этих показателей, на которые, согласно Сайерту и Марчу, ориентируется фирма, выглядит следующим образом:
1) объем производства – заинтересован отдел производства;
2) уровень запасов - заинтересованы отделы запасов и производства;
3) уровень продаж – заинтересовано высшее руководство и отдел продаж;
4) доля рынка - заинтересовано высшее руководство и отдел продаж;
5) величина и норма прибыли – заинтересованы отдел капиталовложений, высшее руководство и акционеры.
Для каждого из показателей необходимо добиваться не максимального, а определенного целевого (на саймоновском языке – удовлетворительного) уровня. Ограниченная рациональность участников коалиции не дает им возможности удерживать в поле зрения все проблемы и согласовывать их оптимальным образом. На практике дело обстоит так, что в центре внимания оказывается то одна, то другая из возможных целей, которые часто даже противоречат друг другу. Соответственно, между отдельными подразделениями фирмы идет торг. С другой стороны, в организациях, существующих достаточно долго, складывается свой набор формальных и неформальных процедур, которые играют роль прецедента в судебной практике и способствуют стабильности целей организации. Коалиционное соглашение изменяется сравнительно редко, в основном тогда, когда уровни притязаний различных участников фирмы со временем сдвигаются.















