Особенности чешского литературного языка XVII-XVIII веков (1100981), страница 4
Текст из файла (страница 4)
С другой стороны, некоторые явления, напротив,быстро вышли как из письменного, так и из устного употребления. В ряде жеслучаев продолжала сохраняться конкуренция морфологических форм, котораяв разной степени характеризует литературный и обиходно-разговорныйчешский язык и в наши дни. Следует отметить, что среди рассматриваемыхособенностей морфологической системы присутствуют и периферийные длянее явления, характеризующиеся низкой степенью релевантности, которые темне менее важны для всесторонней характеристики данной системы.1) Конкуренция флексий родительного падежа множественного числасуществительных мужского рода.
Как показывают результаты исследования,соотношение примеров со старым (-ův) и более новым (-ů) окончанием род. п.16мн. ч. существительных мужского рода может варьироваться от текста к тексту.В одних текстах примеры с окончанием -ův вообще не встречаются, в другихони лишь единичны, а в некоторых их даже больше, чем примеров с -ů. В этомпросматривается определенная закономерность: преобладание той или инойфлексии оказывается обусловлено жанровыми и стилистическими факторами. Втекстах более высокого стиля процент примеров с сохранением флексии -ůvвыше, чем в текстах, написанных в более низком стиле (ср.
darův, králův, pánůvв «Акте» Фр. Коцманека, но krejcarů, volů, votrubů в его же интермедии).2) Унификация флексий с показателем -ma в творительном падежемножественного числа всех склоняемых частей речи. Обследование текстовдает основания заключить, что хотя унификация флексий на -ma в тв. п. мн. ч.склоняемых частей речи находила отражение далеко не у всех авторов, такиефлексии все же постепенно проникали в письменную речь из разговорногоузуса. При этом памятники побелогорского периода позволяют проследить ходразвития данной инновации.
Основываясь на материале текстов XVII–XVIII вв.,можно предположить, что окончание -ma утверждалось в форме тв. п. мн. ч.слов разных частей речи не одновременно. Вероятно, первоначально онораспространялось от числительного dva / dvě с формой тв. п. dvěma или болееновой dvouma на другие числительные (tři, čtyři, но также, например, sedm), азатем на адъективалии, тогда как существительные все еще употреблялись висконных формах или – для имен мужского и среднего рода – с проникшейранее вместо -y/-i флексией на -mi (по крайней мере в письменном языке),например, s dwouma wyzdwiženyma prſty, železnýma zubami. Распространениеокончания -ma на существительные всех родов, по-видимому, представлялособой следующий этап.
В изученных текстах XVIII в. число примеровупотребления этого окончания у всех слов в именной группе, а также уодиночныхсуществительныхпостепенновозрастает:ср.předežněma,s troubama a z bubnama, ginyma lehkomiſlnoſtma и др.3) Флексия им. п. мн. ч. -ové у неодушевленных существительныхмужского рода. Неодушевленные существительные с окончанием -ové в им. п.17мн. ч.
встречаются в памятниках побелогорского периода скорее спорадически,причем только в текстах высокого стиля (религиозных по содержанию).Исключение составляет текст «Опытного поучения…» В.Э. Ленгарта, в которомзафиксированы 32 примера, отражающие данное явление. Это, впрочем, такжесвязано со специфическим содержанием названного руководства по ведениюлесного хозяйства, где многократно повторяющиеся слова les, strom, kmen, dub ит. п. получают в им.
п. мн. ч. флексию -ové почти в 100% случаев. Употреблениеэтой флексии у неодушевленных существительных можно с уверенностьюназвать чисто книжным и уже для языка XVII–XVIII вв. в некоторой степениархаичным явлением.4) Варьирование флексий местного падежа множественного числасуществительных. Анализ текстов побелогорского периода позволил выявитьв целом лишь немногочисленные примеры аналогического распространения вформах местн. п. мн. ч. существительных мужского, женского и среднего родаразных типов склонения флексий, проникших из других типов, особенно -ách.Такие примеры наблюдаются в первую очередь в сочинениях В.Э.
Ленгарта иЙ. Церегетти (semenách, neduhách, oučinkách, winicech, ulicech).5) Унификация флексий прилагательных и других согласуемых ссуществительными слов в именительном падеже множественного числа.Число примеров унификации форм им. п. мн. ч. имен прилагательных,местоимений и причастий на l в обследованных текстах не слишком велико;больше всего таких случаев зафиксировано в «Истории Хрудимской»Й. Церегетти.
При этом даже те примеры унификации, которые имеются внашем распоряжении, наглядно демонстрируют, что письменный язык XVII–XVIII вв. испытывал значительное влияние старой книжной нормы. Об этомсвидетельствуют случаи типа mnohá léta vysypala se jako prach v povětří, zmízelijako mlha před sluncem a ztratili se, когда в непосредственной близости друг отдруга находятся словоформы с унификацией флексий и без нее.6) Особенности склонения притяжательных прилагательных. Изобследованных памятников притяжательные прилагательные сравнительно18часто встречаются лишь в трех. При этом только в «Истории Хрудимской»Й.
Церегеттизасвидетельствованыкраткиеихформымужскогородаединственного числа именительного / винительного падежа (na ſſewcuw pohřeb,Zuzanin dum); в остальном здесь, как и в автобиографии К. Хоценского и в«Весьма полезной книжечке…» А. Мюллера притяжательные прилагательныеупотребляются исключительно в полной форме (w Hylingrowim dwoře, protjLehnerowimu domu; woda z boku Kryſtowého). При этом заслуживает внимания,что у Й. Церегетти и К. Хоценского в функции притяжательных прилагательныхчасто выступают относительные с суффиксом -ský (Petržlowſky dwur, protj dworuHolubowſkÿmu и др.).7) Особенности склонения числительных. Речь идет прежде всего обособенностях склонения количественных числительных dva (oba), tři, čtyři,которые в памятниках побелогорского периода обнаруживают заметнуювариативность в формах косвенных падежей. В некоторых из обследованныхтекстов наблюдается полное вытеснение исконных форм новообразованиями(например, у Й.
Церегетти и К. Хоценского только dvouma, но не dvěma).8) Редукция формы 2 л. ед. ч. глагола ‘быть’ jsi > -s. Данное явлениеимело достаточно широкое распространение в побелогорских памятникахнезависимо от их жанра и стилистики. Оно активно использовалось впоэтических текстах, где такая редукция позволяла авторам соблюдать размер(ср.
upads < upadl jsi с одновременной утратой l, что сокращало словоформу додвух слогов). Наибольшее число примеров перехода jsi > -s зафиксировано в«Весьма полезной книжечке...» А. Мюллера, что обусловлено прежде всего еесодержанием. Поскольку в книге собраны молитвы, произносимые человекомперед смертью, в ней очень часты обращения к Богу, а также к смерти, вкоторых выступает личное местоимение, слитое с редуцированной формойглагола ‘быть’: tys.9) Употребление вспомогательного глагола být при образованииглагольных форм 3 лица прошедшего времени. Несмотря на то, чтоупотребление вспомогательного глагола být при образовании глагольных форм19прошедшего времени в 3 лице воспринималось как архаизм еще в XVI в., такиеформы встречаются в памятниках чешской письменности вплоть до концаXVIII в., правда, уже только в относительно немногочисленных случаях, где этиобразования призваны были подчеркнуть высокий стиль текста (Chrud jakožtoposlušný tak jest učinil).
Появление же форм прошедшего времени с jest и jsou внизких по стилю и даже вульгарных интермедиях Фр. Коцманека было вызваноскорее потребностями соблюдения размера (восьмисложника: jestli jsou dobřevorali и т.п.).10) Варьирование в формах кондиционала. Анализ текстов показывает,что хотя в побелогорских памятниках и встречаются новые формы 1 л.
мн. ч.типа bysme, bychme (вместо bychom), такие примеры по сути единичны, чтосвидетельствует о незначительной степени их проникновения из живого языка вписьменный. Что же касается архаичных конструкций с придаточнымипредложениями типа prosíme tě, bys nás spasil, то они встречаются несколькочаще, но в большинстве своем в стихотворных текстах, где употребление болеекороткой формы без союза a можно объяснить потребностями соблюденияразмера.11) Варьирование окончаний 1 л. мн.
ч. настоящего времени глаголовс презентной основой на -е-. Примеры глагольных форм 1 л. мн. ч. наст. вр. сокончанием -m типа budem, můžem, vinšujem встречаются довольно редко, восновном в стихотворных текстах, авторы которых могли выбирать болеекороткую форму для соблюдения размера. В целом же можно сказать, что впобелогорских памятниках в данном отношении достаточно последовательносохраняется старая литературная норма.12) Унификация окончаний 3 л. мн.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
