Лингвистическая терминология Марка Теренция Варрона (на материале VIII – X книг трактата «De Lingua Latina») (1100943), страница 3
Текст из файла (страница 3)
В егоучении так же, как в современной лингвистике, слово рассматривается всовокупности семантического, морфологического и фонетического аспектов. Втрактате употребляется три термина, выражающие данное понятие: vocabulum,verbum, vox. Каждый из терминов призван отобразить тот или иной аспект.Термином vocabulum Варрон выражает лексико-семантическую функциюслова, его смысловое содержание, о чём свидетельствует этимология vocabulum(имя, способ или средство называния)6. Этот термин в подавляющембольшинстве случаев соседствует в трактате с лексическими единицами,обозначающими процесс установления (impositio, imponere, appellare, ponere,etc), а также соотносится с начальной формой слова.
Содержащаяся вварроновском vocabulum сема «голос», указывающая на связь данного терминас речевой деятельностью, демонстрирует, что название, полученное вещью,предназначено для отображения данной вещи в речи.56Вид (species) – имя должно соотноситься с именем, глагол с глаголом и т.д.Ernout, Meillet 1939. P. 1135; Walde 1938. P. 823.12Когда речь заходит о необходимости изменения слов с целью выразитьсвязи вещей, обозначаемых данными словами, Варрон прибегает к терминуverbum. Этот термин в его учении служит для обозначения морфологосинтаксических функций слова и потому употребляется преимущественно всочетании с лексическими единицами, обозначающими процесс изменения(declinare).
В таких случаях слово предстаёт как единица, способнаяобразовывать различные формы для связи с другими словами с цельюпостроения высказывания.Названные термины тесно связаны и в нужных случаях замещают другдруга. Так, слово, рассматриваемое с точки зрения установления, Варронобозначает термином vocabulum. Это же слово, анализируемое с позицийпроцесса изменения, он определяет термином verbum.Термины vocabulum и verbumВаррон использует нетолько вобщетеоретическом плане, но и в более узком значении, как грамматическиетермины, обозначающие имя нарицательное (vocabulum) и глагол (verbum).
Награмматическом уровне термины образуют оппозицию, но они связаны собщетеоретическимуровнем.Так,глаголможетрассматриватьсякакморфолого-синтаксическая единица, которая, в свою очередь, имеет начальнуюустановленнуюформу(vocabulum).Имяпредставляетсобойлексико-семантическую единицу, способную к изменению, в процессе которого онапереходит в разряд verbum.Термин vox обозначает фонетический аспект любой формы слова, какначальной, так и полученной в ходе изменения.
Варрон обращает особоевнимание на то обстоятельство, что некоторые слова, имеющие единичноезвучание (vox), могут быть способны к изменениям. Этот феномен Варрондемонстрирует с помощью указательного местоимения hic, haec, hoc7, где оновыполняет функции отсутствующего в латинском языке артикля.7Например: hoc mille, huius mille, huic mille etc.13Итак, употребление трёх различных терминов призвано показать, о какойфункции слова идёт речь в том или ином контексте: морфолого-синтаксическаяфункция – verbum, лексико-семантическая – vocabulum, фонетическая – vox.Термин res является экстралингвистическим термином, обозначающимпредметнуюсущностьреальногомира,соответствуяфилософскомустоическому понятию «обозначаемое».Таким образом, вещь (res), находя применение в повседневной жизни, впроцессе установления (impositio) получает имя (vocabulum) в соответствии сосвоей природой.
Для отражения в речи связи вещей vocabulum переходит вразряд verbum и подвергается процессу declinatio. В ходе этого процесса,который управляется универсальным законом языка (ratio), внутри verbumпроисходит взаимодействие первоначал слова – materia и figura, в результатечего образуется морфологическая форма слова figura verbi.
Морфологическиепреобразования неизбежно вызывают изменения фонетического строя. Сучётом этих изменений форма слова получает название figura vocis. В этомпонятии ярко выражены синтаксический аспект и соотнесённость со звуковойстороной. Любая форма слова формируется, согласуясь с синтаксическимитребованиями.Еёпоявлениеобусловленонеобходимостьюпостроенияпредложения для выражения определённой мысли. Так как каждая мысльможет быть высказана, очевидно, что полученная в ходе изменения формаслова (figura) потенциально предназначена для употребления в речи, т.е. дляпроизнесения посредством голоса, отсюда и происходит определение vocis.Фонетическая структура каждой получаемой в процессе измененияформы обозначается термином vox.Варроновскаяинтерпретацияпонятия«слово»даётоснованияпредположить, что verbum в значительной мере относится к сфере языка, аvocabulum и vox – к сфере речи.ГЛАВА 4.
Классификация частей речиЭта глава состоит из четырёх параграфов. Первый параграф посвящёнпроводимому Варроном разделению лексики на два вида: продуктивный и14непродуктивный. Во втором параграфе рассматривается морфологическаяклассификация частей речи. Третий параграф представляет классификацию,которая базируется на синтаксическом принципе. Четвёртый параграфсодержит выводы.Варрон делит весь словарный состав языка на два класса: genus fecundum– продуктивный вид (т.е. слова, которые способны образовывать множестворазнообразных форм) и genus sterile – непродуктивный вид (т.е.
слова, которыене имеют изменений). Оппозиция genus fecundum – genus sterile имеетпринципиальное значение для учения Варрона. Деление лексического составаязыка на определённые части речи Варрон рассматривает не как цель, а какинструмент, помогающий ему выявить закономерности изменений слов ивыстроить устойчивую модель этих изменений, которая бы доказывала наличиев языке аналогии.
Он исключает из классификации genus sterile, ограничиваяськонстатацией существования в языке слов по своей природе не способных кизменению и потому не требующих отнесения их к какой-либо части речи.При классификации genus fecundum Варрон разделяет слова на четыречасти речи. В этом вопросе он опирается на предшествующую традицию,выделяя в качестве базовых те части речи, которые обладают наиболее ярковыраженными морфологическими критериями – имя и глагол.
В основу этойклассификацииположенааристотелевскаяхарактеристика:имя–безопределения времени; глагол – с определением времени (Aristot. Poet.1457a10,14; De interpret. 16a20, 16b6). Таким образом, в учении Варронаразличаются следующие части речи: слова, имеющие падежи (pars quae habetcasus); слова, имеющие времена (pars quae habet tempora); слова, не имеющиени того, ни другого (pars quae habet neutrum); слова, имеющие и то, и другое(pars in qua est utrumque). Данная классификация становится определяющей длятеории Варрона, что доказывается её неоднократным повторением в трактате(VI, 36; VIII, 44; IX, 31; X, 17).Дляпроведенияболеетщательногоделенияиобъяснениязакономерности изменений слов Варрон из множества классификаций15привлекает ещё одну, которая, судя по вводной формулировке – quidam vocant(VIII, 44), принадлежит кому-то из его предшественников.
В связи с тем, чтоавторство этой классификации не установлено, она может быть названа«анонимной»8. В ней выделяют следующие части речи: pars appellandi – частьнаименования, pars dicendi – часть высказывания, pars iungendi – частьсоединения, pars adminiculandi – часть поддерживания. При сопоставленииварроновской и «анонимной» классификаций видно, что они не идентичны, ноопределённого рода соответствия мы можем проследить. Так, в них полностьюсовпадают два первых пункта: pars quae habet casus соответствует parsappellandi, pars quae habet tempora – pars dicendi.Часть речи, которая имеет падежи, объединяет у Варрона имена иместоимения.
В ней Варрон, опираясь на «анонимную» классификацию, вкоторой эта часть речи называется pars appellandi, выделяет по признакузнаменательности – незнаменательности две составные части: первая –именования (nominatus), к которым он относит имена собственные (nomina) иимена нарицательные (vocabula); вторая – члены (articuli), к которымпринадлежат местоимения: provocabula (относительные, вопросительные инеопределённыеместоимения).местоимения)Данныеисоставныеpronominaчасти(личныеВаррониделитуказательныепостепениопределённости – неопределённости. В этом делении находят отражениематематические методы, используемые Варроном.
Проведя воображаемую осьсимметрии, можно получить зеркальное отражение составных частей: крайниеэлементы – незнаменательные, серединные – знаменательные; крайниеэлементы – неопределённые и определённые (provocabula infinita – pronominafinita), серединные элементы – относительно неопределённые и относительноопределённые (vocabula ut infinita – nomina ut effinita).Часть речи, которая имеет времена, представлена глаголами. Анализсоответствующей ей в «анонимной» классификации pars dicendi затруднён из8Каракулаков В.В.
«Пергамская» и морфологическая классификация частей речи у Варрона // Вопросырусского и общего языкознания. Душанбинский государственный педагогический институт. Душанбе: Изд-во«ИРФОН», 1965. СС. 115-116.16за большой лакуны, охватывающей конец VIII и начало IX книг. Однако,руководствуясь косвенными указаниями, содержащимися в IX книге, можнопредположить, что в описании pars dicendi содержались сведения о глаголе,натолкнувшие Варрона на мысль о разграничении инфектного и перфектногоряда.
Элемент этого деления носит у него название divisio – «раздел» (IX, 95).Необходимость этого разграничения была вызвана потребностью доказатьсуществование аналогии в сфере глагольного изменения. Главным аргументоманомалистов против аналогии служили различия в основах, от которыхобразованы временные формы. Так, они говорили, что существование формdisco ‘я учусь’ – didici ‘я научился’ (IX, 96) доказывает, что аналогии несуществует. Варрон же ставил своей задачей объяснить, почему у словаменяется материя, и как в таких случаях может быть выведена аналогия. Длярешения этой задачи была выделена оппозиция таких характеристик какнезаконченность–законченностьдействия,выражаемыхразличнымивременными формами. Ж. Коллар9 указывает, что Варрон является первымримскимграмматиком,обратившимвниманиенаэти характеристики.Действительно, Варрон, заявляя о наличии трёх времён – praeteritum, praesens иfuturum (VIII, 20), неоднократно повторяет, что обязательно необходимоучитывать, идёт ли речь о вещах незаконченных (in infectis rebus) илизаконченных (in perfectis rebus) (IX, 32).
Лишь в случае такого корректногосравнения аналогия будет очевидной. Причины же изменения материи словакроются в кардинальном различии обозначаемых вещей. Варрон акцентируетвнимание на том, что res perfectae, которые обозначаются перфектнымиформами, принципиально отличаются от res infectae или res inchoatae, которыевыражаютсяинфектнымиформами.Следовательно,еслиразличныобозначаемые вещи, то и формы, их обозначающие, должны отражать этиразличия. Можно предположить, что, имея веские основания для разделенияинфектных и перфектных форм, Варрон проводит своего рода параллель между9Collart J.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
