Диссертация (1099463), страница 8
Текст из файла (страница 8)
Ввозрасте 5 лет у нормативно развивающихся детей происходит переход отхолистических стратегий восприятия ЛГК к аналитическим, и в этот периодуспешность понимания ЛГК связана, в первую очередь, с уровнем развития 41 функций программирования, регуляции и контроля, холистической стратегиипереработки зрительно и зрительно-пространственной информации, а также– с уровнем развития слухоречевой памяти. В возрасте 6 лет на первый планвыходят другие нейропсихологические факторы, в большей степенисвязанные непосредственно с речевой деятельностью: серийная организацияречи, фонематический слух и, согласно нашей интерпретации, уровеньразвития номинативной функции речи. Логико-грамматические конструкцииразличаются между собой по степени сложности понимания – нашесобственное пилотажное исследование показало, что решающее значение ввозрасте 7 лет имеют «обратимость по смыслу» и порядок слов впредложении.Приэтомунормативноразвивающихсяшкольниковпоказатели проб на серийную организацию речи оказываются связаныименно с наиболее сложными видами конструкций – обратимыми по смыслуи с инвертированным порядком слов.
Существуют также различия посложности понимания между различными видами залогов. В ряде случаев,сложные и малочастотные в русском языке конструкции пассива с обратнымпорядком слов понимаются почти так же хорошо, как конструкции актива спрямым порядком слов. Наиболее вероятное объяснение этого феноменазаключается в том, что дети при столкновении с наиболее сложными видамипредложений переключаются на семантический уровень синтаксиса, врамках которого используется стратегия интерпретации «первое имя –агенс». Среди рассмотренных работ нет ни одной, которая сочетала бытщательную оценку серийной организации речи, оценку невербальныхнейропсихологических факторов, сравнение обратимых и необратимых посмыслу предложений, привлечение материалов патологий развития.
Попыткаучесть эти требования и должна стать целью настоящей работы.С точки зрения методологии современной нейронауки, исследованияпроцессов понимания логико-грамматических конструкций ведутся науровне нейронных систем. Одним из концептов, удачно описывающим 42 реалии на этом уровне, является понятие нейропсихологического фактора.Поскольку понятие фактора предполагает наличие мозговой структуры,которая осуществляет определённый вклад в работу всей психическойфункции, то целесообразным представляется обратиться к исследованиямданной проблемы методами нейровизуализации.1.2. Исследования понимания логико-грамматических конструкцийметодами нейровизуализацииМногочисленные исследования понимания логико-грамматическихконструкций на материале патологии находят своё косвенное подтверждениев работах, выполненных с использованием средств нейровизуализации навыборках здоровых испытуемых.
Сравнительномалоисследованийпосвящено непосредственно обратимым конструкциям, однако существуетмножествоисследований,вфокусевниманиякоторыхнаходитсясинтаксическая обработка, а среди них и такие, в которых в качестве одногоизпараметровварьироваласьсинтаксическаяоднозначность/неоднозначность предложения. Большинство результатовсвидетельствует о том, что синтаксическое усложнение связано с ростомактивности в нижней лобной и в верхней височной извилинах левогополушария.1.2.1. Исследования методом позитронно-эмиссионной томографииНаиболее ранние результаты указывают на вовлечённость в обработкусинтаксически сложных языковых структур зоны Брока.
Так, Стромсволд иколлеги (Stromswold et al., 1996) при помощи позитронно-эмиссионнойтомографии выявили, что эта зона сильнее активируется, когда испытуемыхпросят сделать суждение о правильности письменно предъявляемогопредложениясинвертированнымпорядкомслов(посравнениюспредложениями с прямым порядком слов – «Актриса, которую взволноваланаграда, похвалила продюсера» сложнее, чем «Награда взволновала актрису,которая похвалила продюсера»). 43 Аналогичные результаты при предъявлении языкового материала наслух были получены Капланом и коллегами (Caplan et al., 1999). В этомисследовании использовались предложения с расщеплённым субъектом илиобъектом, не имеющие прямых аналогов в русском языке.
Примерпредложения с расщеплённым объектом It was juice, that the child enjoyed([Это был] сок, которым наслаждался ребёнок), а с расщеплённымсубъектом It was child, that enjoyed the juice ([Это был] ребёнок, которыйнаслаждалсясоком).Предварительныеисследованияпоказали,чтопредложения первого типа (с расщепленным объектом) вызывают большезатруднений у здоровых испытуемых. Половина из предложений каждоговида была нормальной по смыслу (как в примерах выше), половина –бессмысленной ([Это был] сок, который наслаждался ребёнком).Посравнению с расщеплёнными субъектами, предложения с расщеплённымобъектом вызывали значимый рост регионального мозгового кровотока в 44и 45 полях по Бродману.1.2.2. Исследования методом функциональной магнитно-резонанснойтомографииПоследующиеисследованиясиспользованиемтехнологиифункциональной магнитно-резонансной томографии (Bookheimer, 2002)обнаружили связь между увеличением синтаксической сложности и ростомактивности не только в нижней лобной извилине левого полушария, но и взадней части верхней височной.
Этот эффект наблюдался, к примеру, вработе Джаста и коллег (Just et al., 1996), где испытуемых просилиподтверждатьилиопровергатьверностьсужденийосодержаниипредложений двух различных типов. Фразы, содержащие субъектныеотносительные придаточные предложения (Свидетель, который опросиладвоката, убедил судью) вызывали больший рост активности, чемсодержащие объектные относительные придаточные (Свидетель, которогоопросил адвокат, убедил судью). 44 Были выдвинуты различные гипотезы для объяснения того, какуюименно роль упомянутые мозговые зоны играют в понимании фразовой речи.Гродзинский и Фридеричи (Grodzinsky, 2006), опираясь на данные множестванейровизуализационных исследований синтаксической обработки, а также наданные патологии,предлагаютсхожие модели - карту формальногосинтаксиса (КФС, formal syntax map, Гродзинский) и карту обработкиязыка (КОЯ, language processing map, Фридеричи).
Эти концепции выделяютнесколько стадий в процессе декодирования предложений. Начальная стадия,построение локальной синтаксической структуры, сопряжена с работой двухобластей - передней доли верхней височной извилины левого полушария илобной покрышки. На второй стадии синтаксическая и семантическаяинформация об отдельных словах используется, чтобы раскрыть характервзаимосвязеймеждусинтаксическойэтимиобработкисловами.идутПроцессыпараллельно,носемантическойинезависимо–морфосинтаксическое определение тематических ролей связывается сработой непосредственно зоны Брока (44 и 45 поля по Бродману),семантическое же декодирование – с работой задней трети верхней височнойизвилины, нижней височной извилиной и частично с вентральными отделаминижней лобной извилины.Другой точки зрения придерживаются Каан и Свааб (Kaan, Swaab,2002) – по результатам собственного обзора нейровизуализационныхисследований синтаксической обработки они делают заключение о том, чтоверхняяисредняявисочныедолиобрабатываютсинтаксическую,семантическую и фонологическую информацию, в то время как передняявисочная доля занимается её комбинированием и кодированием длядальнейшего использования, а нижняя лобная извилина осуществляетхранение ещё не интегрированного материала.1.2.2.1.
Исследование неоднозначностиРодд и коллеги (Rodd et al., 2010) отстаивают иную позицию,основываясь на данных собственного эксперимента, в котором на одной и 45 тойжегруппеактивностьювиспытуемыхслучаепроверяласьпредъявленияразницамеждусемантическимозговойнеоднозначныхпредложений, и в случае предъявления предложений неоднозначныхсинтаксически.Испытуемымвслучайномпорядкепредъявлялисьпредложения высокой и низкой степени неоднозначности. Каждое изсинтаксически неоднозначных предложений содержало двухчленную группу,неоднозначность которой демаскировалась последующим глаголом (Henoticed that landing planes frightens some new pilots). А каждое изсемантически неоднозначных – слово, неоднозначность которого такжеснимались следующим за ним глаголом.
Часть этих слов была омонимами, тоесть, словами, для которых в языке существовали пары, одинаковые с нимипо написанию и звучанию, но отличающиеся по смыслу, как слово «ключ» врусском или английское “barks” в предложении In Australia, strange barksgrow on many trees, другие омофонами, то есть словами, для которых в языкесуществуют так же произносящиеся, но иначе пишущиеся и отличающиесяпо смыслу слова (как «порог — порок — парок» в русском языке или“pears/pairs” в следующем английском предложении: “The housewife hopedthat both pears/pairs taste sweet”).
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
