Диссертация (793016), страница 16
Текст из файла (страница 16)
СПб., 2002. С. 647.97Там же, С. 648.98Хоружий С.С. Православно-аскетическая антропология и кризис современного человека. // Православноеучение о человеке. Избранные статьи. Москва – Клин: Синодальная Богословская Комиссия. Издательство«Христианская жизнь», 2004. С. 161.99Флоровский Георгий, протоиерей. Христианство и цивилизация // прот.
Георгий Флоровский. Вера икультура. СПб.: Издательство Русского Христианского гуманитарного института, 2002. С. 647.75различения всех этих энергий, всех состояний человека, восходящего поступеням духовной лествицы навстречу обожению – соединению человека сБогом – не по сущности, но по энергиям. Каждая ступень характеризуетсясвоей картиной состояний, решает свои антропологические задачи попреодолению тех или иных страстей.
На высоких ступенях этой лествицычеловек достигает бесстрастия. Его молитва, сопровождающая все этапывосхождения, становится «чистой» и «самодвижной». В аскетическихписаниях описываются также «сведение ума в сердце» «устроение умаепископа»идругиезнаковыедляподвизающихсясостояния,свидетельствующие, что они не сбились с пути. Если обратиться косновополагающему труду, описывающему алгоритм духовной практикиправославия – «Лествица» преподобного Иоанна Лествичника100, то мыувидим, что весь этот путь восхождения радикально отличается от весьмараспространенных в наше время тренировочных комплексов и практик –духовно содержательным, личностным наполнением каждого усилия, егосмысловой ориентацией на конечную цель всего процесса.
Понимание Богакак высшей Личности в православии даѐт свой акцент и в аскетическойтрадиции. Как пишет афонский подвижник ХХ века архимандрит Софроний(Сахаров): «Когда Абсолют стал для меня Персоной, тогда исчезлавозможность стать едино с Ним (без Его воли – Р. Р.). Самообожениеперестало быть моей возможностью, ибо только Он Сам может теперь датьмне искомое мною. Он, будучи Богом, даѐт мне Свою жизнь. Я не могу Егопринудить… Больше того, я не смогу восхитить даже познание о Нѐм. Огоньсей неба может быть мне дан по единой воле того, Кто есть сей Огонь.Прометеевское движение отпадает при исповедании Личного Бога, приразумении о Нем, как о Боге любви, Который вступает в союз любви с100Преподобнаго отца аввы Иоанна, игумена Синайской горы, Лествица. Свято-Троицкая Сергиева Лавра.Собственная типография.
1898.76тварью, то есть со мною»101. Подражание Христу – важнейший принципхристианской жизни как таковой и аскезы – в частности.Приведемпримеры:«Жизньбезмолвствующих,ивообщемонашествующих должна быть управляема совестию и разумом. Кто сразумом идѐт по сему пути, тот все свои тщания, вещания, помышления,хождение, движения, и всѐ, что ни делает, совершает ради Господа и вугодность Ему, в чувстве души и как бы пред лицем Господним. Если же он вэтом бывает окрадываем, то еще не живет по правилам добродетели»102. Омолитве сказано так: «Молитва по качеству своему есть пребывание исоединение человека с Богом; по действию же она есть утверждение мира,<…> мост для перехождения искушений, защищающая от скорбей, <…>источник добродетелей, виновница дарований, невидимое преуспеяние, пищадуши, просвещение ума, секира отчаянию, <…> укрощение гнева, зеркалодуховного возрастания, <…> обнаружение духовного устроения<…>Молитва истинно молящемуся есть суд, судилище и престол Судии преждеСтрашного Суда»103.
Именно в этих тонких различениях и выстроилась замногие столетия истории мистико-аскетической традиции Восточной Церквиаскеза как критериальная система православия, позволяющая поверятьдогматическое учение и все элементы устроения Церкви.В наши задачи не входит исчерпывающая экспликация аскетическогоучения Церкви – в данном случае стояла задача показать, что христианскаяантропология разворачивается именно здесь – в стержневой исихастскоймолитвенно-аскетической практике. Цель еѐ совпадает с экзистенциальнымицелями христианства – соединение со Христом, обожение.
Обратимся опятьк Лествице Иоанна Синайского, чтобы представить себе еѐ верхние ступени:«Истинно бесстрастным называется и есть тот, кто тело свое сделал101Софроний (Сахаров), архимандрит. Таинство христианской жизни. Свято-Троицкая Сергиева Лавра,Свято-Иоанно-Предтеченский монастырь, 2009. С. 109.102Указ. соч. Слово 27. Стих 66. С. 228.103Указ. соч. Слово 28. Стих 1. С. 232–233.77нетленным, ум возвысил превыше всякой твари, все же чувства покорил уму,а душу свою представил лицу Господню, всегда простираясь к Нему даже ивыше сил своих»104 (Слово 29, стих 3).
«Кто сподобился быть в семустроении, тот ещѐ во плоти имеет живущего в себе Самого Бога, Которыйруководит его во всех словах, делах и помышлениях. Посему таковой чрезвнутреннее просвещение познает волю Господню…»105 (Слово 29, стих 11).Последняя же, 30-я ступень Лествицы вводит человека в область, где «нынеже пребывают сии три: вера, надежда, любовь; но любовь из них больше» (1Кор. 13, 13). Там, на этой высоте, звучит подлинный гимн любви – цитатамииз Песни Песней: «Возвести нам, о Ты, прекраснейшая из добродетелей, гдеты пасеши овцы твоя? Где почиваеши в полудне?» (Песн.
Песн. 1, 6).«Любовь есть подательница пророчества; любовь – виновница чудотворений;любовь – бездна осияния; любовь – источник огня в сердце, который, чемболее истекает, тем более распаляет жаждущего. Любовь – утверждениеАнгелов, вечное преуспеяние»106 (Слово 30, стих 35). Следует добавить, чтовесь процесс восхождения сопровождается сугубо настроенным вниманием,когда человек держит под контролем все свои состояния, все духовныенаработки и достижения, которые легко могут быть утрачены прирасслаблении воли, рассеянности ума, потере руководства и проч.Таким образом, в исихазме возникает специфическая антропология,которая существенно отличается от всех привычных антропологическихмоделей – прежде всего – своей динамической, энергийной онтологией.Кроме того, поскольку речь идет о восхождении человека к своемубытийному пределу – то эта антропология является антропологиейпредельного опыта.
Третьей еѐ важнейшей чертой является практическаянаправленность антропологии (следует, правда отметить, что интерпретацияисихастскогоопытатребуетособых104Указ. соч. С. 242.Указ. соч. С. 244.106Указ. соч. С. 250.10578герменевтическихподходов).Предельность опыта исихастской антропологии позволила еѐ использовать вкачестве основы для формирования рассматриваемой в нашем исследованииМодели Антропологической границы, могущей выступать в качествеуниверсальногоязыкаантропологическойдескрипцииврамкахнеопатристики.Выводы к главе 1:1.
Восточно-христианская традиция имеет статус эпистемы, что позволяет ейбыть вписанной в универсум современного научного знания.2. В условиях антропологического поворота антропология, ставшаясмысловой осью практически всей системы научного познания, через этусвязьвводитвполебогословскогорассмотрениябольшойспектрвнедогматических вопросов. Для неопатристики возникает задача ихосмысления в координатах святоотеческой мысли.3. Расширение смыслового содержания понятия образа до границ самойкультуры позволяет всем еѐ сферам быть включенным в поле активногопреобразования на христианских началах.4.
Древний аскетический подход к человеку может быть актуализирован дляосмыслениясовременногокризисачеловека.Будучижеподходомпрактическим, он может внести свой вклад и в преодоление кризиса.5. Халкидонский догмат о единстве во Христе Божественной природы ичеловеческой позволяет сблизить теологический и антропологическийдискурсы.Ложноеучениеочеловеке,антропологическаяересь,одновременно является и искажением учения о Боге.6. Христианское учение о личности человека коррелирует с учением оБожественной Ипостаси и отличается от понятия «индивид» в западнойфилософии.797. Неопатристический синтез ставит задачу постоянно обновляющейся связис патристикой, концентрирующей в себе не абстрактно-теоретическое, аопытное знание о Боге и человеке, практически реализуемое в аскезе.8.
Антропологизация богословия, являющаяся одним из проявленийантропологического поворота, базируется на понимании человека как напринципиальнооткрытомАбсолютусуществеисодержитвсебевозможности осуществления богословского осмысления культуры.Глава 2. Неопатристический синтез как развитиевосточно-христианской традиции на современном этапе2.1. Формирование концепции неопатристического синтеза на базеевропейской религиозной философии ХХ века.В силу исторических реалий ХХ столетия (революция 1917 г. в России,массоваяэмиграциявЕвропу крупнейшихпредставителейрусскойрелигиозно-философской мысли, пережившей в начале ХХ века свойнебывалыйрасцвет)непосредственнойпочвой,питательнойсредойформирования концепции Неопатристического синтеза стала европейскаяхристианская философия Новейшего времени, представленная такими еѐнаправлениями,какперсонализм,христианскийэволюционизм,неопротестантизм, неотомизм.
Рассмотрим эти направления в интересующемнас антропологическом ракурсе.Само название влиятельного философского направленияХХ века«персонализм» происходит от лат. рersona – личность, что свидетельствуето том, что в фокусе внимания этого течения – личность человека и личностьБога. Персонализм имел своих сторонников в Америке (Джосайя Ройс, Б.Боум, У. Хокинг) и в России (Лев Шестов, Николай Бердяев). Однакоклассический персонализм сформировался во Франции – у истоков егостояли Э.
Мунье и Ж. Лакруа. Вокруг них сформировался круг80персоналистов, куда входили М. Недонсель, П. Рикѐр, П. Ландсберг и другие.Почти все они были католиками. Судя по заявлениям Э. Мунье, персонализм– не столько философская школа или концептуальная система – это, скорее,мировоззрение, переоценка ценностей, перенос внимания на тот факт, что воснове всех философских и социальных устремлений лежит человеческаяличность. Появление персонализма его создатели связывают с европейскимкризисом 20-30-х годов ХХ века. Противопоставляя себя как марксистам,видящим в кризисе чисто экономические причины, так и моралистам,утверждавших разрушение нравственности как главный фактор социальныхкатастроф, персоналисты утверждали единство материального и духовногоначал в человеке, являющемся центром всех ценностей и всякойдеятельности.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
