Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 6)

Эту похвалу можно безусловно отнести и в адрес коллектива завода им. Коминтерна.

Особенно тяжелое положение сложилось в первые дни войны на Западном фронте, которым командовал генерал армии Д.Г.Павлов. В основ­ном развитие событий на западном на­правлении объяснялось группировкой войск Красной Армии к началу боевых действий. Накануне войны советское командование полагало, что основной удар Германия будет наносить на Украине. В результате Западному округу доста­лось значительно меньше сил, нежели Киевскому. Жуков объ­яснял: «И.В.Сталин был убежден, что гитлеровцы в войне с Советским Союзом будут стремиться в первую оче­редь овла­деть Украиной, Донбассом, чтобы лишить нашу страну важ­ней­ших экономических районов и захватить украинский хлеб, донецкий уголь, а затем и кавказскую нефть. При рассмот­рении оперативного плана весной 1941 года И.В.Сталин го­ворил: «Без этих важнейших жизненных ресурсов фашистская Германия не сможет вести длительную и большую войну». И.В.Сталин для всех нас был величайшим авторитетом, никто тогда и не думал сомневаться в его суждениях и оценки об­становки. Однако в прогнозе направления главного удара противника И.В.Сталин допустил ошибку» ⁴⁵. Генштаб и военная разведка, доверившись предположениям вождя, также не смогли правильно определить направление главного удара противника. Осенью 1939 года начальник Генштаба К.А.Мерецков считал, что главный удар немцы нанесут на брестско-минском направлении. Однако Сталин не согласился с ним и настоял на пересмотре плана. Мерецков вскоре был аре­стован…

В дальнейшем, при переработке плана осенью 1940 года и весной 1941 года предположение, что главный удар будет нанесён на Украине, под со­мнение не ставилось. В науке существует такая версия, согласно которой выбор южного направления в качестве главного объяснялся отнюдь не про­счётами Сталина и Генштаба, а подготовкой к наступатель­ной войне против Германии. В этом случае мощное наступле­ние с Украины позволило бы отрезать Германию от её южных союзников (Румынии, Венгрии, Ита­лии) и захватить жизненно важные для Рейха румынские нефтепромыслы.

Гитлер планировал вести против СССР не длительную, а, напротив, молниеносную войну. Поэтому в качестве главного он выбрал белорусское направление, позволявшее кратчайшим путём дойти до Москвы.

Положение Западного фронта усугубилось тем, что распо­ложение его войск имело ярко выраженный наступательный характер: основные силы располагались в Белостокском вы­ступе. Германское командование нацелило ударные силы группой «Центр» под основание этого выступа. Это позво­лило немцам достичь на решающих участках подавляю­щего перевеса.

Если в целом соотношение сил группы армий «Центр» и За­падного фронта было примерно равным, а по танкам на сто­роне советских войск было преимущество в 2,7 раза, то брестском направлении немцы превосходили Красную Армию по пехоте в 4,5 раза, по танкам – в 2,9 раза, по авиации – в 2 раза, по артиллерии - в 3,3 раза.

К исходу четвертого дня войны немецкие войска прорва­лись на 200 км в глубь советской территории. Многие со­ветские командиры, быстро выдви­нувшиеся на высокие посты, не имевшие ни военного образования, ни опыта руководства крупными соединениями, вместо того чтобы организовать управление со своих командных пунктов, пытались лично ос­тановить от­ступавшие части, теряли связь с войсками и от­давали приказы, не имея представления о том, что происходит на соседних участках.

27 июня, несмотря на героизм советских солдат и офице­ров, пал Минск. Своевременно отвести войска из Белосто­кского выступа не удалось. Бело­стокская группировка по­пала в окружение.

27 июня начальник Генштаба сухопутных войск Германии генерал Ф.Гальдер удовлетворённо записывал в дневнике: «На фронте группы армий «Центр» операции развиваются со­гласно планам. Противник оставил Бе­лосток, тем самым ме­шок на западе сужается. Противник пытается выйти из окру­жения… в северо-восточном и юго-восточном направлениях. Несмотря на обострение положения на отдельных участках нашего фронта, эти попытки противника безуспешны». 2 июля Гальдер сделал но­вую запись: «В полосе группы армий «Центр» закончена ликвидация окру­женной группировки про­тивника в районе Белостока» ⁴⁶.

Ответственность за поражения была возложена на командо­вание За­падного фронта. По словам Жукова, «не имея пол­ного представления о про­рвавшихся бронетанковых группи­ровках противника… Павлов часто при­нимал решения, не от­вечавшие обстановке» ⁴⁷. 1 июля 1941 года Павлов был смещён. Его и ряд других генералов и политработников Западного фронта арестовали и расстреляли «за позорящую звание ко­мандира трусость, без­действие власти, отсутствие распорядительности, развал управления войсками, сдачу оружия противнику без боя и самовольное оставление по­зи­ций». Западный фронт возглавил маршал Тимошенко.

Историк Б.Соколов задаётся вопросом о том, что было бы, если бы не Д.Г.Павлов Г.К.Жуков командовал первые дни войны Западным фронтом: «Невыгодную группировку подчинён­ных войск изменить он не мог – её опре­деляли Генштаб, Наркомат обороны и лично Сталин. Не мог он и улуч­шить расположение укреплённых районов – этот вопрос тоже ре­шался в центре, равно как и приведение войск в боевую го­товность… не во власти Жукова было бы предотвратить унич­тожение большей части авиации За­падного фронта в первые же дни войны (оно было вызваны серьёзными по­роками в предвоенном развитии советской авиации в целом). Не мог он по­влиять и на то, что именно в Белоруссии Гитлер решил нанести основной удар и поэтому сосредоточил здесь свои основные силы.

Так что войска Западного фронта совершенно неизбежно потерпели бы столь же тяжёлое поражение… И тогда Жукова, а не Павлова постигла бы трагическая судьба: скорый и не­правый суд и расстрел, дабы головами руководителей Запад­ного фронта прикрыть ошибки центрального военного и поли­тического руководства, приведшего страну к катастрофе» ⁴⁸.

Судя по отзывам мемуаристов и военных историков, Павлов действи­тельно не был подготовлен к тому, чтобы занимать столь высокие посты. Но в его стремительной карьере пови­нен прежде всего Сталин, уничто­живший в канун войны ко­мандный состав Красной Армии. К тому же едва ли на месте Павлова другой командующий оказался бы на высоте положе­ния.

В начале июля немецкие части в Белоруссии вышли к Днепру и Западной Двине.

В первый же день войны войска немецкой группы армий «Север» прорвали порядки Северо-Западного фронта (командующий – генерал-полковник Ф.И.Кузнецов). Войска фронта, понесшие большие потери, отступали по расходя­щимся направлениям: 8-ая армия – на Ригу, 11-ая – на По­лоцк. Ме­жду частями Северо-Западного и Западного фронтов образовалась гигант­ская брешь шириной 130 км. Поспешная попытка нанести контрудар си­лами расположенных во втором эшелоне механизированных корпусов ока­залась безуспешной и привела к большим потерям танков.

26 июня нацисты с ходу форсировали Западную Двину у Даугавпилса. Дальнейшее продвижение немцев удалось задер­жать контрударами. Фельдмаршал Э.Манштейн вспоминал: «Вскоре нам пришлось на северном берегу Двины обороняться от атак противника, поддержанных одной тан­ковой дивизией. На некоторых участках дело принимало серьёзный обо­рот» ⁴⁹. Однако остановить немцев удалось ненадолго. 30 июня не­мецкие вой­ска взяли Ригу, 6 июля Остров, 9 июля Псков. Угроза нависла уже над Ле­нинградом.

За 18 дней войны вермахт продвинулся в глубь советской территории на 450 км. Почти вся Прибалтика была потеряна.

На Юго-Западном фронте (командующий - генерал-полков­ник М.П.Кирпонос) сложилось благоприятное для советских войск соотноше­ние сил, так как именно там было сосредото­чена основная мощь Красной Армии.

Таблица 1. Соотношение сил и средств на Юго-Западном на­правлении к 22 июня 1941 года.

Серьёзное сопротивление немцы встретили в Перемышльском и Рава-Руссом укреплённых районах. Тем не менее войска противника сумели про­рваться и там. Несколько советских дивизий попали в окружение. Однако Юго-Западный фронт на­нес контрудары силами механизированных корпу­сов и сумел задержать продвижение немецких войск по шоссе Луцк - Ровно – Житомир. 26 июня Гальдер записал в дневнике: «Группа армий «Юг» мед­ленно продвигается вперёд, к сожа­лению, неся значительные потери. На стороне противника, действующего против группы армий «Юг», отмечается твёрдое и энергичное руководство» ⁵⁰. Слова Гальдера и под­тверждал и генерал Гот, командовавший в те дни танковой группой в со­ставе группы армий «Центр»: «Тяжелее всего пришлось группе армий «Юг». Войска противника были отброшены от границы, но они быстро оп­равились от неожиданного удара и контратаками располагавшихся в глу­бине танковых частей остановили продвижение немецких войск. Опера­тивный прорыв 1-й танковой группы до 28.06. достигнут не был» ⁵¹. Задер­жать немецкое продвижение удалось дорогой ценой. К 30 июня Юго-Запад­ный фронт потерял 2648 танков, то есть в три раза больше всего танко­вого парка группы армий «Юг». Высокие потери танков были вызваны пре­жде всего рассредо­точением по всему фронту, недостатком тактической грамот­ности командиров, слабой подготовкой водителей.

9 июля немцы захватили Житомир. Но упорные бои в районе Житомира продолжались до 16 июля. За это время была укре­плена оборона Киева.

Первые сражения.

Первыми встретили вражеский удар пограничники, воору­женные лишь лёгким стрелковым оружием. Многие из них ока­зали врагу поистине герои­ческое сопротивление . 11 дней удерживали одну из застав Владимир-Во­лынского погранич­ного отряда бойцы под командованием лейтенанта А.Лопатина. Упорно сражались с подавляющими силами агрес­сора за­ставы: Августовского, Перемышльского, Рава-Рус­ского и других по­гранот­рядов. Но всерьёз задержать про­движение врага на всём протяжении гра­ницы пограничники, конечно, не могли. Армейские части в первые же часы по­несли колоссальный урон. Атаковав советские аэродромы, немцы только за один день 22 июня уничтожили 1200 совет­ских самолётов, причём 800 не успели подняться в воздух.

Особенно тяжёлые потери понёс Западный фронт, потеряв­ший 738 са­молётов, в том числе на земле – 528. Немецкая армия потеряла 1200 само­лётов лишь к 19 июля, те есть почти через месяц воздушных боёв. С са­мого начала войны немало подвигов совершили со­ветские летчики. Многие из них, рискуя жизнью, шли на воздушные тараны. По имеющимся подсче­там, за годы вой­ны их было совершено 636. Уже 22 июня было совершено около 20 таранов. В тот же день ст. лейтенант П. Чиркин и младший лейтенант В.Слюнькин совершили первый во время вой­ны наземный таран, когда свой горящий самолет они напра­вили на танковую колонну врага. 25 июня их подвиг повто­рил капитан Н.Гастелло. Совет­ские лётчики сра­жа­лись не жалея жизни. Писатель С.С.Смирнов пытав­шийся в 60-х годах вы­яснить кто же совершил первый в ходе Великой Оте­чественной войны воз­душный таран, вынужден был отка­заться от этого замысла, так как уже в первый час войны несколько лётчиков таранили самолёты противника.

Авторы многотомного издания «История Великой Отечест­венной войны Советского Союза» называют первым лётчиком, совершивший воздушный таран во время великой Отечествен­ной войны, Д.В.Кокорева.

В результате уже 22 июня немецкие танковые группировки прорвались на 20-50 км в глубину советской обороны. В оперативной сводке штаба четвертой армии за 24 июня сооб­щалось: «Пехота деморализована и упор­ство в обороне не проявляет. Отходящие беспорядочно подразделения, а иногда и части приходиться останавливать и поворачивать на фронт ко­мандиром всех соединений, начиная от командующего ар­мией, хотя эти меры, несмотря даже применение оружие должного эффекта не дают» ⁵². Лишь отдельные части и подраз­деления, находившиеся на подготовленных оборонительных рубежах, сумели оказать врагу серьёзное сопротивление. Так, немногочисленный гарнизон Брестской крепости целый месяц держал оборону, приковав к себе значительные силы фашистов. Защитники Брест­ской крепости с беспримерным ге­роизмом отстаивали этот небольшой, ставший священным для советских людей участок родной земли. На разва­линах стен фортов и казематов Брестской крепости сохранились над­писи, отражающие мысли и чувства его защитников. На одной из стен западных казарм истекавший кровью боец нацарапал слова: «Я умираю, но не сдаюсь. Прощай, Родина! 20/VII-41 год» ⁵³.

Характеристики

Список файлов реферата