28684 (569407), страница 5
Текст из файла (страница 5)
Одной из важнейших своих задач Советская власть считала ликвидацию таких пережитков феодально-крепостнических порядков, как сословные и религиозные привилегии и ограничения прав, национальное угнетение и бесправие женщин.
В России вплоть до Октябрьской революции 1917 г. все подданные империи делились на четыре сословия: дворянство, духовенство, городское сословие (мещане) и крестьянство. Дворянство, духовенство и верхний слой городского населения (купечество и так называемые «почетный граждане» — буржуазия и буржуазная интеллигенция) имели ряд сословных привилегий, в частности право свободного передвижения по стране и выбора места жительства, свободного выезда за границу и возвращения обратно, а дворянство — также получения высших орденов империи. Они имели также свои сословные учреждения — дворянские собрания, игравшие существенную роль в местном управлении, дворянские и купеческие клубы, банки, учреждения опеки и т. д. Крестьянство и низшие слои мещанства были ограничены в ряде своих прав (права передвижения и выбора места жительства, выезда за границу и т. д.). Для царской бюрократии были введены военные и гражданские чины, разделенные на 14 классов, дававшие их обладателям немалые привилегии. Верхушка бюрократии, армейский генералитет сплошь состояли из дворянства. Тем более, что получение чина полковника в армии, капитана 1-го ранга на флоте и действительного статского советника в гражданской службе давало право для недворян на вступление в дворянское сословие. Сословный характер государственного аппарата и офицерского корпуса подчеркивался и сугубо сословной наградной системой и обращением солдат к офицерам и людей из низших сословий к чиновникам: «ваше благородие» к младшим офицерам и чиновникам до VII класса, «ваше высокоблагородие» к старшим офицерам и чиновникам VI класса и «ваше превосходительство» к генералам и чиновникам от IV класса и выше.
К привилегиям и ограничениям прав по сословному признаку добавлялись привилегии по национальному и религиозному признакам. Россия — государство многонациональное. В нем проживало более ста наций, народностей и этнических групп. Причем русские составляли лишь 43,3 % всего населения. Большинство народов, входивших в Российскую Империю, были в той или иной мере ограничены в политических и гражданских правах. Государственным языком признавался только русский язык. Родными языками было запрещено пользоваться в государственных учреждениях, суде, учебных заведениях. Привилегии и ограничения прав по национальному признаку тесно переплетались с ограничениями прав по религиозному признаку.
Православная религия являлась государственной. Официальным главой православной церкви, согласно Основным законам Российской империи 1906 г., был царь. Именно он своими указами утверждал в должности членов высшего органа церковного управления — Святейшего правительствующего синода. И от его имени работу Синода контролировал назначенный императором обер-прокурор. Для других христианских религий (католической, протестантской и т. д.), а также иных религий (иудейской, мусульманской, буддийской и т. д.) существовали различные (причем для каждой свои) ограничения прав. Для иудейской, к примеру, «черта оседлости» (по реке Днепр, к востоку от которой запрещалось селиться за исключением лиц некоторых профессий), запрет на приобретение земли в собственность, квоты для поступления в высшие учебные заведения, на государственную службу и т. д. Причем ограничениям прав по религиозному признаку придавалось такое значение, что в паспортах и иных личных документах фиксировалась не национальная (этническая) принадлежность подданных, а их вероисповедание. При переходе иноверца в православие все перечисленные выше ограничения прав отпадали. Исключением были «бродячие инородцы» (кочевники), где критерием для ограничения прав была не религиозная или этническая принадлежность, а «бродячий» (кочевой) образ жизни. Фиксировалась в паспортах также сословная принадлежность (точнее сами паспорта для лиц привилегированных сословий были иными).
Церковь осуществляла также ряд государственных функций, имевших непосредственное отношение к правам и обязанностям российских подданных. Так, приходские священники вели книги актов гражданского состояния, то есть не только проводили религиозные церемонии, но и регистрировали рождения, браки, смерти. Именно в архивах приходских церквей хранились документы, имевшие важнейшее значение для гражданского, наследственного права. Брачно-семейные споры, в том числе разводы регламентировались церковными правилами и рассматривались не государственными, а церковными судами (епархиальными консисториями). Вся сфера просвещения контролировалась церковью. Это означало, что во всех учебных заведениях, в том числе средних и высших, обязательно изучался «закон божий». А «законоучители» — священники входили в состав ученых советов. Церковь контролировала содержание учебных программ и учебников. Для чиновников и военнослужащих обязательна была религиозная присяга. При поступлении на учебу, на государственную службу, бракосочетании, получении паспорта, следующего чина, ордена обязательным было предоставление справки об исповеди от приходского священника. В случае, если на исповеди священник узнает о совершенном или готовящемся государственном преступлении, он обязан был в нарушение тайны исповеди сообщить об этом в жандармское управление. Таким образом, справка об исповеди являлась своеобразным свидетельством о политической благонадежности.
Осуществление церковью указанных выше государственных функций ставило в зависимость от нее всех подданных империи, формально причисленных к православию независимо от степени их религиозности (понятия «атеист» в законе не предусматривалось) и, в том числе, использование ими своих политических и гражданских прав.
Требовала решения и проблема бесправия женщин. По дореволюционному Российскому праву женщина вообще не рассматривалась как самостоятельная личность. Ее социальный статус определялся по отцу или мужу (дочь чиновника такого-то, или жена купца такого-то). Поэтому замужняя женщина вписывалась в паспорт мужа и должна была за ним следовать. Он определял место жительства семьи, распоряжался семейным имуществом, даже в случае раздельного имущественного режима в браке, жена без согласия мужа не могла отчуждать лично ей принадлежащего имущества или принять от кого-либо наследство. Муж определял судьбу детей и при разводе по закону они оставались с отцом. В случае раздельного проживания супругов (даже кратковременного) для жены требовался от полиции отдельный вид на жительство, выдававшийся с письменного согласия мужа, которое могло быть им в любой момент аннулировано. В этом случае жена обязана была немедленно вернуться в дом мужа. А при отказе сделать это добровольно, могла быть препровождена в дом мужа полицией принудительно.
В сельской общине земельный пай полагался лишь на мужчин, а женщинам был не положен. Поступить на работу женщина могла лишь с согласия мужа, а ее зарплата была значительно ниже зарплаты мужчин на такой же труд.
Характерно, что в годы I мировой войны разрешено было принимать женщин на работу в госаппарат, но только на канцелярскую работу и на должности не выше восьмого класса, но без права присвоения классных чинов и награждения орденами и медалями за выслугу лет, положенных чиновникам — мужчинам.
Еще более трудным и унизительным была положение женщин восточных регионов империи. Шариат и адаты (обычное право) узаконивали многоженство, куплю и продажу невест (калым), выдачу замуж малолетних и т. д. Обычай затворничества отгораживал от внешнего мира мусульманку.
Не следует думать, что российское законодательство, определившее правовой статус женщин, было уникальным. Ограничения гражданских и семейных прав женщин были в той или иной степени присущи всем европейским странам, не говоря уж о странах Востока. Многие из подобных ограничений действуют в ряде стран и в настоящее время.
После Февральской революции 1917 г. буржуазное Временное правительство предприняло ряд робких и нерешительных попыток отменить привилегии и ограничения прав по сословным, национальным и религиозным признакам. Так, в «обращении к гражданам» от 7 марта 1917 г. и в постановлении «О свободе совести» от 14 июля 1917 г. провозглашалась отмена национальных и религиозных ограничений. Но эта мера практически осталась на бумаге, поскольку за церковью по-прежнему осталось исполнение государственных функций. В августе 1917 г. министерство юстиции подготовило проект постановления об отмене гражданских чинов и связанных с ними привилегий, но Временное правительство так и не решилось его утвердить. Практически было лишь отменено титулование офицеров и чиновников («ваше благородие» и т. д.). Единственным реальным достижением можно считать разработанное Юридической комиссией положение «О выборах в Учредительное собрание», которое установило всеобщее, равное, прямое избирательное право при тайном голосовании. По этому «Положению» избирательным правом наделялись и женщины. Правда, в данном случае члены Юридической комиссии последовали той практике, которая уже сложилась в России после Февраля явочным порядком на выборах в Советы рабочих и солдатских депутатов, где женщины-работницы голосовали на равных основаниях с мужчинами. Участие в выборах женщин было закреплено в решениях Всероссийского совещания Советов в апреле 1917 г. С формально-юридической точки зрения именно в указанном «Положении» женщины впервые официально получили право голоса. Таким образом, Россия оказалась первой страной, наделившей женщин избирательным правом. Во Франции и Германии женщины получили избирательное право в 1919 г., в Великобритании в 1918 г., но лишь начиная с 30-летнего возраста и замужние. А все остальные совершеннолетние женщины лишь в 1928 г. В США женщины стали участвовать в выборах с 1920 г.
Однако, хотя женщины и получили избирательное право, все другие ограничения в области их гражданских и семейных прав сохранились.
Советская власть с первых дней своего существования взяла решительный курс на ликвидацию привилегий и ограничений прав граждан по признакам сословной, национальной, религиозной принадлежности и по признакам пола. Уже декретом ВЦИК и СНК «Об уничтожении сословий и гражданских чинов» от 10 ноября 1917 г. аннулировались все юридические нормы, действовавшие ранее в России и закреплявшие правовое неравенство людей; отменялись бывшие сословия, гражданские чины и связанные с ними привилегии, а также сословные (дворянские и купеческие) организации и учреждения. Для всего населения устанавливалось одно общее наименование — граждане Российской республики.
В «Декларации прав народов России» от 2 ноября 1917 г. Советское правительство провозгласило отмену национальных и религиозных привилегий и ограничений и тем самым утвердило принцип равноправия граждан независимо от их расовой, национальной и религиозной принадлежности. Но гарантией подлинного равноправия независимо от религиозной принадлежности должно было стать лишение церкви государственных функций, прежде всего, в такой важнейшей сфере, касавшейся непосредственно гражданских и семейных прав граждан как ведение книг актов гражданского состояния. 18 декабря 1917 г. был опубликован декрет СНК «О гражданском браке, о детях и о ведении книг актов гражданского состояния», в котором говорилось: «Российская Республика впредь признает лишь гражданские браки». Далее декрет гласил: «церковный брак наряду с обязательным гражданским, является частным делом брачащихся». Лишение церкви всех государственных функций было завершено декретом СНК от 20 января (2 февраля) 1918 г. «Об отделении церкви от государства и школы от церкви». В декрете устанавливалась свобода каждого гражданина исповедовать любую религию или не исповедовать никакой, т. е. быть атеистом. Декрет запрещал указывать в официальных актах, в том числе и в личных документах граждан (паспортах и т. д.) их религиозную принадлежность. Церковь лишалась всех государственных функций. «Действия государственных и иных публично-правовых установлений, — говорилось в декрете, — не сопровождаются никакими религиозными обрядами и церемониями». Упразднялась также религиозная присяга. Поскольку школа отделялась от церкви, то церковь лишалась и права контроля за содержанием учебных дисциплин, права церковной цензуры. Прекращалась также преподавания религиозных вероучений во всех учебных заведениях.
Все церковные и религиозные учреждения подчинялись положениям об обществах и союзах, лишались привилегий и государственного финансирования. Поскольку церковь представляла собой фактически отрасль государственного управления, то она финансировалась государством и церковная иерархия получала оклады содержания. Так, сельский приходский священник получал в среднем 170 руб. в месяц. Для сравнения напомним, что сельский учитель получал всего 25 — 30 руб. в месяц. Полицейские надзиратели и другие низшие полицейские чины от 60 до 90 руб. Младшие офицеры (до командира роты) от 75 до 120 руб. Высшие церковные иерархи получали огромные оклады, превышающие оклады министров, губернаторов и командующих армиями. Так петербургский митрополит получал 21,5 тыс. руб. в месяц. Имущество церкви объявлялось всенародным достоянием (национализировалось). Однако органы власти обязаны были передавать в бесплатное владение общинам верующих молитвенные здания и предметы культа, необходимые для богослужения. Церковные и религиозные учреждения не могли применять по отношению к верующим меры принуждения.
Отделение церкви от государства превратило ее из отрасли государственного управления, каковой она была при царизме и даже при Временном правительстве, когда ею управлял чиновник (обер-прокурор Святейшего Синода), в самоуправляющееся религиозное объединение. Именно в условиях революции после двухсотлетнего синодального управления впервые собрался выборный орган церковного управления православной церкви — поместный собор, который избрал главу православной церкви — патриарха.
Одновременно с упразднением сословий и аннулированием правового неравенства по национальному и религиозному признакам шел процесс ликвидации правового неравенства женщин. Уже декрет «О земле» установил право пользования землей независимо от пола, то есть тем самым узаконил выделение земельного пая в общинах не только на мужчин (как это было раньше), но и на женщин. Декрет о равной оплате за равный труд установил нормы оплаты женского труда такие же, как и за труд мужчин. Тем самым права женщин были в основном уравнены с правами мужчин в производственной сфере. Декреты «О разводе», «О браке, детях и ведении книг актов гражданского состояния» в основных чертах уравняли права женщин с правами мужчин в брачно-семейной сфере. Окончательно равенство прав женщин с мужчинами было закреплено в первых советских кодексах — Трудовом кодексе и Кодексе законов об актах гражданского состояния, брачном, семейном и опекунском праве, принятых в 1918 г., о чем более подробно будет сказано далее в главах, посвященных конкретным отраслям права.
Отменив ограничения прав по признакам бывшей сословной, национальной и религиозной принадлежности и по признакам пола, советская власть ввела такие ограничения по признаку социальной принадлежности. Эти ограничения впервые были провозглашены в «Декларации прав трудящегося и эксплуатируемого народа», а затем подтверждены в Конституции РСФСР 1918 г. В конституции подчеркивалось, что «власть должна принадлежать целиком и исключительно трудящимся массам и их полномочному представительству — Советам рабочих, солдатских и крестьянских депутатов». И, следовательно, «эксплуататорам не может быть места ни в одном из органов власти» (ст. 7).
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
