пао (564657), страница 28

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 28)

2.3. Харизматическое лидерство

Харизматическое лидерство основано на вере народа в сверхъестественные способности правителя – вождя, пророка, князя, военачальника, выдающегося оратора. Харизма в переводе с греческого означает свойство, ниспосланное свыше и выделяющее его обладателя из других людей (например, пророческий дар). Это один из широко распространенных типов политических лидеров. Данная классификация предложена Максом Вебером. В качестве примеров он назвал Будду, Магомета, Соломона, Цезаря, Наполеона и др.

2.4. Демократический и авторитарный политический лидер

Возможна дифференциация и типология политических лидеров в зависимости от используемых ими методов управления обществом. В соответствии с данным критерием в политологии выделяются два стиля – демократический и авторитарный. Политический стиль лидера может оказывать ограничивающее или стимулирующее действие на его приверженцев.

Демократический политический лидер общителен, уважает достоинство людей, стимулирует достижение людьми максимальных возможностей. Такие лидеры открыты для критики, доброжелательны к людям, создают атмосферу сотрудничества и общности интересов.

Авторитарный политический лидер ориентируется на недемократические, монопольные методы управления. Он не допускает критики, инакомыслия, предпочитает единоличное направляющее воздействие, основанное на угрозе применения силы. На авторитарном стиле построена деятельность практически всех диктаторов, тиранов и деспотов.

#19

Основные идеи и направления американской

политической социологии

Становление политической науки было самым тес¬ным образом связано с развитием социологии. На¬пример, в США, где наиболее интенсивно формировалась новая область политического знания, этот процесс происходил в русле социологического пози¬тивизма. Основополагающий принцип последнего — требование разграничения фактов и ценностей, на¬учной истины и идеологических определений — по¬служило несомненным стимулом познания сложной. многогранной политической реальности.

В условиях перестройки политической, социаль¬ной и экономической структуры американского об¬щества, связанной с великой депрессией и Новым курсом, движимые стремлением связать научность политологии с ее способностью служить демократи¬ческим ценностям, американские политологи обра¬тили внимание на эмпирический подход к анализу деятельности государственных, правительственных и иных политических институтов. В русле этой тен¬денции зарождается бихевиоральное направление политических исследований. Суть его — изучение поведения заинтересованных групп в политическом процессе. Наиболее видными представителями были Г. Мерриам и Г. Лассуэл.

Бихевиорализм возник на волне резкой критики отвлеченных политических доктрин и стремления расширить и обогатить поле научных исследований исторической реальности. Бихевиористская методо¬логия противостояла марксистской, отдающей пред¬почтение глобальному и классовому подходам.

В поле зрения исследователей-бихевиоралистов в первую очередь оказались неформальные, скрытые структуры власти: группы давления на правитель¬ство, пропагандистские центры, мафиозные груп¬пировки.

Методологическим стал принцип эмпирического редукционизма, заимствованного из философии нео¬позитивизма, которая строится на признании пред¬метной областью научного анализа эмпирических достоверных фактов политического поведения инди¬видов. Согласно данному принципу научный смысл имеют только те положения, которые эмпирически верифицируются (подтверждаются). Все остальное: абстрактные теории, понятия о сущности политики, власти и т. д. — не имеют научной ценности и выхо¬дят за пределы научного исследования. Главными инструментами исследования признаются интервью и статистические методы.

Бихевиорализм вызвал интерес тем, что отвергая отвлеченные рассуждения о политике и власти, ори¬ентировался на получение конкретного знания о по¬литическом поведении людей. Причем знания, по словам его последователей, нейтрального, посколь¬ку политическая сторона поведения человека рассмат¬ривалась как естественное свойство людей, незави¬симое от социально-классовых интересов. Например, политическая власть трактовалась в духе Ницше: в виде присущего человеческой природе признака, даже его инстинкта.

Бихевиористская методология ложилась на бла¬годатную почву критики авторитарных и тоталитар¬ных режимов, основывающихся на концепциях надличностного государственного или партийного инте¬реса, на догме полного подчинения личности госу¬дарству, системе.

Золотой век бихевиорализма приходился на 50-е гг., но постепенно его распространение и влияние сни¬жалось. Тем не менее, по словам К.Бейме, в США и сейчас около половины политологов — сторонники бихевиорализма. И все же голый эмпиризм перестал удовлетворять многих политологов. Претендуя на создание нейтральной науки, совершенствуя софис¬тические инструменты анализа, бихевиорализм за¬мкнулся на описании фактов. В действительности он скрывал суровую политическую реальность и маски¬ровал «идеологию социального консерватизма».

Критика бихевиорализма и позитивизма привела к формированию новых течений: постбихевиорализма и постпозитивизма. В их содержании — разра¬ботка политических теорий и моделей, поиск сроч¬ных решений неотложных проблем современности.

В рамках постбихевиоралистского периода форми¬руются и получают развитие такие типы политического исследования, как функционализм и систем¬ный анализ. Т. Парсонс, как основоположник струк¬турного функционализма, выступил инициатором раз¬работки концептуального и теоретического аппарата социологии и политологии. Свое главное внимание американский социолог уделяет анализу функцио¬нирования политических систем, стремясь соединить функциональный подход с системным.

При этом Т. Парсонс рассматривает политику как параллельно существующую с экономикой подсисте¬му общества, считает ее инструментальным аспек¬том социальной организации.

Функциональный анализ — одна из современных методологий в политической науке. Он включает изучение функциональных зависимостей элементов политической системы: единства институтов власти, соответствия их действия (функционирования) пот¬ребностям политических субъектов; выявление того, как реализуется потребность в приспособлении сис¬темы к изменяющейся среде и т.д. Исследователи отмечают и ограниченность методологии функцио¬нализма, которая слишком абстрактна и мало помо¬гает в объяснении конкретных явлений. Функцио¬нальная модель политической системы консерватив¬на, поскольку отдает предпочтения равновесию ста¬бильности системы.

Эта методология не является основой выявления и объяснения противоречий, напряженностей, кон¬фликтов в деятельности системы, без чего нет и раз¬вития.

Функциональный анализ в политической науке развивали американские ученые Алмонд и Пауэлл, разработав три уровня анализа: система и среда, внут¬реннее функционирование системы, ее сохранение и адаптация.

Теоретическая политология представлена также системным анализом, общую концепцию которого применительно к политической науке разработал Д. Истон. С точки зрения системного анализа, поли¬тическая сфера жизни общества представляет совокупность определенным образом упорядоченных по¬литических взаимодействий в данном обществе, пос¬редством которых происходит волевое распределение ценностей. Данная совокупность образует политичес¬кую систему, действующую в социальной среде, вклю¬чающей другие сферы жизни общества (экономичес¬кую, биологическую, психологическую) и внешние системы.

Несомненно, что интерпретация политической сферы как динамичной системы открывает возмож¬ность объяснить политические явления через связы¬вающие их взаимозависимости, позволяет рассмат¬ривать эту сферу как целостность, где действуют не отдельные лица, а организации и группы.

Системный анализ в сочетании с функциональным порывает с эмпиризмом и вносит в политологию кон¬цептуальную основу объяснения политических яв¬лений и процессов, в тесном взаимодействии со все¬ми другими сферами общества. Тем самым создается теоретическая предпосылка для демистификации политики, реалистического видения феноменов влас¬ти и государства.

Вместе с тем методология системного анализа, как и функционализма, оставляет в стороне вопрос об объективной социально-экономической основе поли¬тической системы, о действии объективных законо¬мерностей в обществе. Она также является чрезмер¬но абстрактной теоретической моделью. Кроме того, ей присуща ориентация главным образом на стой¬кость системы, на ее равновесие, что определяет кон¬сервативную установку в исследовании, ведет к не¬дооценке свойственных ей динамизма, конфликтности, а также кризисов или упадка.

3. Французская политическая наука

Политическая мысль Франции начала века фокусировалась на двух основных направлениях, связанных с истолкованием традиционных консервативных и либеральных учений и на истолкованиях привлекавшего все большее внимание социализ¬ма— социализма безгосударственного, социализма этатистского (марксизм и советский опыт) и социа¬лизма реформистского, ревизионистского и социализ¬ма «по ту СТОРОНУ марксизма».

Творчество Леона Дюги (1859—1928), теоретика права, кон¬ституционалиста, декана юридического факультета в Бордо, приходится на тот период, когда в европейских странах проис¬ходило возрождение идей естественного права (юснатурализма). Его самый главный труд назывался «Трактат о конституционном праве» (1911).

Дюги провозглашает тезис о том, что «публичная власть есть просто факт». Государ¬ство в его прежних формах коллективности— римская, коро¬левская, якобинская, наполеоновская, форма третьей республи¬ки во Франции— исчезает, и место этих форм начинает занимать новый государственный строй— «более гибкий, более гуманный, более защищающий индивида». Этот строй покоится на двух элементах. Первый элемент— это концепция социаль¬ной нормы (входит в корпус объективного права), которая основывается «на факте взаимной зависимости», соединяющей все человечество вообще и членов любой социальной группы (в частности, социальная норма для слабых и сильных, для боль¬ших и малых, для правящих и управляемых). Вторым элемен¬том является децентрализация (другое название этой новояв¬ленной социальной и общеустроительной тенденции— синди¬кальный федерализм). Комментируя это положение, Дюги ре¬шительно отмежевывается от революционного синдикализма и высказывает уверенность в том, что современное общество движется «к известному роду федерализма классов, сорганизо¬ванных в синдикаты» и что этот федерализм со временем будет «скомбинирован с центральной властью, которая не упразднит¬ся, сохранит свою живость, но примет совершенно другой характер- и сведется к функциям контроля и надзора».

Центральной и объединяющей идеей для Дюги становится не идея из арсенала юснатурализма или юридического догматизма, а идея, заимствованная из области позитивистской социальной философии. Таковой стала концепция солидаризма, у истоков которой находится О. Конт. Именно привнесение этой идеи в проблематику обсуждения природы публичной власти, публич¬ного и частного права привело Дюги к переформулированию предмета публичного права и прав человека, а также к новым перетолкованиям понятий «социальный класс», «индивидуаль¬ное право», «разделение властей» и др.

О солидарности Дюги высказался в таких словах: «В солидар¬ности я вижу только факт взаимной зависимости, соединяющий между собой, в силу общности потребностей и разделения труда, членов рода человеческого, в частности членов одной социаль¬ной группы.

Классы современного общес¬тва предстают в изображении Дюги собранием индивидов, между которыми существует «особенно тесная взаимная зави¬симость» (т. е. особо тесная солидарность), так как они соверша¬ют одинаковую работу в общественном разделении труда. При этом взаимная зависимость, которая людей соединяет в силу их принадлежности к одной и той же социальной группе, является, как это было показано Э. Дюркгеймом в его «Общественном разделении труда», следствием взаимосвязей тех различных частей работы, которые выпадают на долю каждого при удов¬летворении общих потребностей.

Помимо социальной солидарности людей объединяют и ин¬тегрируют в новые общности те правила поведения, которые заданы не правами индивидов или коллективов (их Дюги полага¬ет иллюзорными и просто несуществующими), а социальной нормой. Происходит подобное дисциплинирование и объедине¬ние по той простой причине, что все люди существа социальные, что всякий социальный акт, нарушающий социальную норму, обязательно вызовет «социальную реакцию» и т. д. «Всякое общество есть дисциплина, а так как человек не может жить без общества, то он может жить, только подчиняясь какой-нибудь дисциплине».

Если прочитать весь труд Дюги от начала до конца и проследить, в какой мере на его отдельных идеях отразилась идея солидаризма, то трудно не согласиться с тем, писал П.И.Новгородцев в предисловии к переводу «Конституционного права», что «отражение этой идеи в доктрине Дюги является недостаточным и поверхностным».

Характеристики

Список файлов ответов (шпаргалок)