Диссертация (1101270), страница 20
Текст из файла (страница 20)
Принцип метонимии, безусловно,также лежит в основе образования номинаций лиц по выдающейся части тела или инымвыделяющимся внешним деталям, хотя здесь и используется формант: glava ‘голова’→glavač, грб ‘горб’ → грбоња, vamp ‘пузо’→ vampež, куља ‘пузо’ → куљеша и т.п.Данная ЛСГ в обоих языках представлена значительным количеством единицвысокой степени негативной экспрессивности, что связано, в первую очередь, с апелляцией кразличным физическим признакам, в особенности частям тела, упоминание которых всоциуме носит табуированный характер.
К тому же, сами номинации данных частей телаявляются стилистически сниженными (словен. rit ‘зад’, серб. сисе ‘грудь’ и т.п.). Лексемы,служащие для обозначения обладателя неприятного запаха, имеют ярко выраженныйоскорбительный характер, и многие из них переходят в категорию общеоценочных (см.далее).С другой стороны, ряд единиц не может быть однозначно включен в числопейоративов: в частности, к ним относятся серб. неспретњаковић, способное употребляться,например, вместе с прилагательным «шармантан» («обаятельный»), и его словенский аналогnerodnež, встречающийся в сочетании с прилагательным «prisrčen» («приятный, милый»).Суффикс -ко в сербском языке не имеет яркой негативной окраски, поэтому пейоративностьтаких лексем, как дебељко ‘толстяк’, трапавко ‘неуклюжий человек, медведь’, остается подзнаком вопроса.Все единицы, служащие для номинации лиц по признаку «высокий рост, крупноетелосложение», отличаются низкой степенью негативной экспрессивности.
В частности, длялексем robustnež1 и грмаљ1 мы не обнаружили контексты, позволяющие однозначнодиагностировать их пейоративность. Любопытно, что вышеупомянутые единицы проявляюттенденцию к выходу за пределы сферы персональности, несмотря на отсутствие данных ЛСВв словарях и наличие у robustnež1 форманта -ež со значением лица: имеется в видуиспользование грмаљ по отношению к танку или robustnež для характеристики компьютеракак «гиганта».Отдельные более абстрактные физические признаки и их носители в языковом планесоотносятся с определенными чертами характера: так, худоба и телесная слабостьиспользуются в качестве вторичной номинации для обозначения слабости духа, трусости(слов. kilavec, piškavec), редкие сербские лексемы трто и тускоња сочетают в себе признакполноты с глупостью и ленью соответственно, а физическое уродство и неприятный запахпереносятся на недостатки личности и, как уже было отмечено выше, выражают общую91отрицательную оценку (слов.
pokveka, grdoba1, grdavs, grduh, серб. грдоба, грдоња; слов.smrduh,smrdljivec, серб. смрдљивац). Наиболее тесная взаимосвязь и в сербском, и всловенскомязыкахобнаруживаетсяупризнаковнеклюжесть/неповоротливостьинесообразительность (слов. nerodnež, neroda, konj и др., серб. неспретњаковић, трапавко идр.).
Сравним два примера из словенского языка с использованием слова neroda: 1) «Vodnikje šel še po eno plesalko, ta je skušala dokazati, da zna plesati tango in da torej ni neroda»(«Экскурсовод пошел еще за одной танцовщицей, та же пыталась доказать, что она не бревнои умеет танцевать танго» Jana, 2007); 2) «Prava neroda boste, če ne boste znali izrabiti vseganaštetega» («Только полный идиот не сможет использовать все перечисленные возможности»Delo, 2003). Полисемичность почти всех лексем, сочетающих в себе вышеприведенныезначения, отражена в словарях; тем не менее, разграничение данных ЛСВ во многихконтекстах словоупотребления представляет большую сложность и далеко не всегда можноконстатировать, какое из значений превалирует. Однако, например, в случае со словенскойметафорой konj анализ материала корпуса показал, что значение физического признаканеуклюжести уходит на второй план в сопоставлении с признаком «глупость» или дажеобщей оценкой: «A sem res tak konj, da rubrike “Priporočamo” ne najdem?» («Я и вправду такойидиот, что не могу найти рубрику “Рекомендовано”?» Интернет, 2004).
Контексты,позволяющие однозначно выявить ЛСВ ‘увалень’, носят окказиональный характер. Лексемыkobila/кобила (в сербском также турцизм бедевија), и в том, и в другом языке имеющиезначение ‘высокая, крупная женщина’, проявляют аналогичную тенденцию употребления,см. пример из сербского: «Јадни Украјинци кад их води ова кобила» («Бедные украинцы,если ими руководит эта дура» Интернет, 2014).Совмещение физической черты с признаком иного типа в рамках семантическойструктуры одного слова контрастирует с подобной корреляцией двух внешних признаков, вчастности, высокого роста и худобы (словен.
prekla, серб. мотка), высокого роста иплотного телосложения (серб. грмаљ1, словен. robustnež1 ‘верзила, громила’). Внутри- имежъязыковые семантические различия лексем в рамках одной признаковой группыпроявляются и в рамках иных, дополнительных параметров: так, например, слов. donda исерб.
дунда (не зафиксировано в Интернете) обозначают исключительно лицо женского пола(как правило, молодую девушку), отличающееся высоким ростом и крупным, нескладнымтелосложением: «Nobena velika donda ne more biti privlačna» («Ни одна большая дылда неможет быть привлекательной» Интернет, 2013).
Совмещение семантики двух и более1Что касается словенского пейоратива grdoba, то, вопреки данным SSKJ, частная оценка со значениемфизического признака «уродство, непривлекательный внешний вид» в корпусе превалирует над общей.92физических признаков обычно проявляется в рамках одного и того же ЛСВ, что отличает ихот большинства свойств, имеющих различную природу.
Однако особо следует выделитьсербскую лексему калаштура, денотатом которой является некрасивая женщина (ядернаясема), при этом, как правило, отличающаяся недостатком ума (периферийная сема) и,возможно, вкуса: «Никада нећу да процењујем и делим људе на основу верске припадности,боје коже или на основу година, али ћу вербално искасапити калаштуру која носи ружнеципеле» («Я никогда не буду оценивать и подразделять людей на основе ихвероисповедания, цвета кожи или возраста, но перемою все косточки глупой страхолюдине внекрасивых туфлях» Интернет, 2012).Особое место в анализируемой ЛСГ занимают уничижительные номинации лиц поналичию физического дефекта/болезни.
Пейоративы со значением признаков подобного родане являются общеупотребительными и в различной степени представлены в словенском исербскомязыках.Вобоихязыкахлексическинаполненнойявляетсяподгруппа«Выделяющиеся зубы (форма, размер)», материал сербского языка включает в себя единицысо значением признаков «глухота», «грыжа», «недоразвитость», «особенности глаз»(«отсутствие глаза» (ћорча, ћореша), «косоглазие» (шкиљавац)), материал словенского –лексемы со значением признака «хромота».Данная ЛСГ требует рассмотрения также с точки зрения гендерного критерия:обращает на себя внимание значительное число пейоративов, обозначающих лиц женскогопола (19 в словенском и 20 в сербском),и наличие отдельных подгрупп, содержащихисключительно такого рода маркированные номинации («большая грудь», «высокий рост ихудоба», «отсутствие “форм”» – последняя представлена только в сербском языкепейоративом даскара ← даска ‘доска’).
В рамках подгруппы «Уродство, непривлекательныйвнешний вид» как в том, так и в другом языке доминируют лексемы женского рода,некоторые из которых употребляются для номинации представителей обоих полов (nakaza,pokveka1/наказа1, ругоба). Маркированной по мужскому полу является подгруппа«Излишнее уделение внимания своей внешности», однако она включает в себя лишьнераспространенные словенские пейоративы.Таким образом, сводная таблица словенских и сербских пейоративов, используемыхдля номинации лиц по внешним/физическим признакам, насчитывает 24 подгруппы.
Однаков значительной степени лексически нагруженными являются лишь отдельные из них:«Неуклюжесть»,«Полнота»,«Уродство,непривлекательныйвнешнийвид»,«Худоба/физическая слабость» (в обоих языках), а также «Неприятный запах» (всловенском).Основнуюжечастьанализируемой93ЛСГсоставляютредкие,малоупотребительные пейоративы. В семантике отдельных вышеупомянутых единиц ЛСВ созначением внешнего признака уступают место качествам иного характера (например,«неуклюжесть» → «несообразительность») и общей оценке. Различия метафорикисловенских и сербских лексем в рамках данной ЛСГ главным образом проявляются вналичии так называемых «лакун» – реализации переноса по сходству в одном из языков и егоотсутствии или нераспространенности в другом (см.
выше bunka, štor, акреп и др.).§2 Материальное положение и (или) социальный статус1СловенскийСербский-липсаћ (0), рита (0), ритаковићБедность(0), ритинар (0)2Богатствои(или) petičnež?,povzpetnik?, богатун?,авторитет,povzpetnica?влиятельностьfoteljaš, mogočnjak, sitež газдурина,(ж), фотељаш,(0)скоројевић,гузоња(сл.),скоростек,скорохлебовић (0), скоротечник(0)3Изгойство,отверженность4izmeček1,со izvrženec1,zavržek1,стороны обществаizvrženka1 (ж, 0)Материальнаяkešpička (ж, сл.)зависимость-izvržek1,спонзоруша (ж)отмужчины56НеудачливостьЧуждость,zguba,luzer(сл.), лузер(сл.),nesreča?уклетва (0)pritepenec, prihajačкофераш,баксуз,нeвоља?,допузнездешностьВ рамках данной ЛСГ было выделеношесть основных признаковых подгрупп,включающих 17 единиц в словенском и 19 в сербском языке, которые отличаются, вопервых, разнообразием проявления рассматриваемых признаков, во-вторых, высокойчастотностью отдельных входящих в нее пейоративов.зренияСо словообразовательной точкисуффиксальными дериватами являются 10 словенских и 10 сербских лексем.
Всловенском языке используются форманты -ež (2 единицы — образование от адъективных94основ), -ec (дважды от глагольных основ — страдательные причастия), -aš (от субстантивнойосновы, возможно также заимствование из хорв. – foteljaš), -ak (от адъективной основы), -ač(от глагольной основы), -nik (от глагольной основы), -ica (от субстантивной основы), -ka (отглагольной основы — страдательное причастие). Среди сербских формантов дваждыфигурируют суффиксы -овић/-евић (образование от субстантивной и адвербальной основ) и-аш (оба раза от субстантивных основ). Также для деривации единичных пейоративов былииспользованы форманты -ун (от адъективной основы), -оња (от субстантивной основы), -ар(от субстантивной основы), -урина (от субстантивной основы), -аћ (от глагольной основы), Ø (м.р., от глагольной основы), -уша (от субстантивной основы).














