Диссертация (1100505), страница 36
Текст из файла (страница 36)
Не принимая во внимание то, что главные героирезко отличаются от них и существуют как бы в параллельном мире, многиеперсонажи основанием для своей оценки делают болезнь – состояние, котороеспособно объяснить практически любое отклонение от нормы во внешнем виде,поведении, характере того или иного персонажа.Итак, оценка СТРАННЫЙ, вложенная в уста князя Мышкина какглавного героя романа «Идиот» и употребленная по отношению к нему другимиперсонажами, свидетельствует о его инакости, отделенности от окружающегомира. Инакость как философская категория определяется в «Философскомэнциклопедическом словаре» следующим образом: ИНАКОСТЬ – важное191понятие метафизики Платона, … где он поставил вопрос о точном определениикакой-либо вещи (чего-то «одного») и ее отличии от иного.Даннаякатегориярассматриваетсякак«феномен,онтологическисвязанный с человеком и языком», универсальный для разных языков[Кислякова 2011: 9].
В русском языке семантическое поле ‘ИНОЙ’ объединяет всебемножествоязыковыхэлементов,длякоторыхвкачествекатегоризирующего выступает семантический признак ‘не такой, отличный,другой’: ИНОЙ, КТО-ТО ДРУГОЙ и т.д. [Там же]. Одним из словесных знаков,выражающихданныйинвариантныйсмысл,являетсяприлагательноеСТРАННЫЙ и члены организованной им ЛП.Словари синонимов приводят в качестве синонимов к существительномуИНАКОСТЬ слова НЕТРАДИЦИОННОСТЬ, НЕОРДИНАРНОСТЬ. Однако всовременноммиреинакостьпорождаетпреждевсегонетерпимость.Практически ставится знак равенства между словами ИНОЙ и НЕТЕРПИМЫЙ,НЕПРИЕМЛЕМЫЙ, ЧУЖОЙ. Подтверждение можно найти в работе У. Эко«Пять эссе на темы этики»: «Возьмем американский случай political correctness.Этот принцип призван насаждать толерантность и признание любой инакости»[Эко 2000: 141].
Отсюда следует, что толерантность есть признание инаковости.В свою очередь иное, другое чаще всего вызывает нетерпимое отношение. Это,по мнению У. Эко, заложено в нас на генетическом уровне: «… нетерпимостьимеет корни биологические. … Мы не переносим тех, кто отличается от нас…»[Там же: 143].Таким образом, инакость напрямую связана с таким социальнымфеноменом, как нетерпимость, нетолерантность, говоря языком современнойевропейскойсоциологии.Анализсюжетно-композиционнойролиприлагательного СТРАННЫЙ в тексте романа «Идиот» показывает, что мирперсонажей Достоевского пронизан отношениями неприятия той или инойсоциальнойгруппойнесоответствия«другого»социальнымнормам,стереотипам [Шилова 2014: 164].
Это подтверждается выводами Германа Гессе,192которые тот делает в своих размышлениях о романе «Идиот» и князе Мышкинев частности: «Но в чем причина того, что жизнь этого «идиота» невозможна вмире других людей? … Почему они волей-неволей вынуждены его отвергать?… Потому что «идиоту» свойственно мышление иное, чем у всех прочих людей.… Он отрицает, этот кроткий «идиот», всю жизнь, весь мир и всю реальностьдругих людей» [Гессе 2012: 296-297]. Такое мышление Гессе называет«магическим», иную действительность главного героя романа «призрачной», асам князь Мышкин становится «врагом всех прочих людей» [Там же: 297].Невозможность князя находиться среди совершенно чуждых ему людей, егоинакость, вызывающая непонимание и неприятие окружающих, ведет кнеизбежному финалу – смерти.
Это согласуется с мнением Г.С. Померанцаотносительно образа Мышкина: «Мышкин должен погибнуть. Он слишкомоткрыт всякой встрече и слишком редко встречает в людях Бога. Он слишком незащищен, чтобы жить среди этих людей» [Померанц 2013: 204].Нередко странными кажутся всем остальным персонажам романаНастасья Филипповна и Рогожин, и прилагательное СТРАННЫЙ тоже звучит вих устах. Они тоже принадлежат «странной» действительности, иному миру. Иэтот вывод, основанный на сугубо лингвистическом исследовании сюжетнокомпозиционной роли прилагательного СТРАННЫЙ в тексте романа, такжеподтверждаетсялитературоведческимиизысканиямиГессе:«Естьещенесколько человек, очень сомнительных, … они иногда понимают Мышкина, неумом, а скорее сердцем. Это Рогожин и Настасья» [Там же: 298-299].
Главныегерои Достоевского – князь Мышкин, Рогожин, Настасья Филипповна,Карамазовы и другие – «вестники нового», «предтечи хаоса», «сорвавшиеся,странные, исключительные» люди, которых мы и «любим странной любовью, инаходим в себе какие-то черты, которые роднят нас с этими людьми илинапоминают нас» [Там же: 301]. Кстати говоря, Ю. Н. Караулов считаетотклонение от нормы, аномалию (т.е. инаковость) чертами, онтологическиприсущими идиостилю Достоевского, в то же время расценивая их как193составляющие русского национального самосознания, русской идеи [Караулов2014(б): 26].4.5.2. Субъект оценочного суждения с прилагательным СТРАННЫЙ всистеме персонажей романа «Преступление и наказание».Прилагательное СТРАННЫЙ в романе может быть вложено в уста какповествователя, так и самих героев произведения.
Причем необходимоотметить, что в «Преступлении и наказании» отсутствует рассказчик, т.е.персонаж,повествующийобисторииисампринимающийвнейнепосредственное участие. Мы ощущаем присутствие незримого наблюдателяповествователя, который может смотреть на сотворенную в произведениидействительность как отстраненно, так и вживаясь в того или иного персонажаили же с точки зрения всех присутствующих.Рассмотрим, чья точка зрения отражена в контекстах с прилагательнымСТРАННЫЙиегосинтаксическимидериватамиикакданныесловоупотребления характеризуют персонажей и окружающий их мир.I. Точка зрения Раскольникова как главного персонажа романа:А куда ж я иду? – подумал он вдруг.
– Странно. Ведь я зачем-то пошел;Офицер опять захохотал, а Раскольников вздрогнул. Как это было странно; Атеперь: голые стены, никакой мебели; странно как-то!; Квартира?.. – отвечалон рассеянно. – Да. Квартира много способствовала… я об этом тоже думал…А если б вы знали, однако, какую вы странную мысль сейчас сказали, маменька,- прибавил он вдруг, странно усмехнувшись; - Странно, - проговорил онмедленно, как бы вдруг пораженный новой мыслию, - да из чего я так хлопочу?Из чего весь крик? Да выходи за кого хочешь!; Но в ту же минуту страннымипоказались ему его собственное одушевление и охота, с которыми онпроговорил последнее объяснение…; Это уже одно показалось Раскольниковукак-то странным: он сейчас оттуда, а тут как раз про нее же; Бедная194Лизавета! Зачем она тут подвернулась!.. Странно, однако ж, почему я об нейпочти и не думаю, точно и не убивал?В тексте романа не так уж много диалогов, в которых участвуетРаскольников.
Еще до момента убийства он сконцентрирован только на себе, насвоем внутреннем мире и ведет беспрестанные диалоги с самим собой напротяжении всего повествования. Мы наблюдаем своеобразное расщеплениеличности. Поэтому странными кажутся Раскольникову прежде всего его мысли,его чувства: он ощущает странность в якобы неслучайных совпадениях, и этистранности, которые он видит буквально во всем, кажутся ему дурнымипредзнаменованиями. Странное для Раскольникова – прежде всего тревожное,наполняющее душу смятением, преследующее. Странный мир, который гонитего от себя.
Хохот офицера, внезапно опустевшая комната – во всем этомобычный человек не увидел бы ничего странного, для Раскольникова же этограничит с ужасом, подозрением, что скоро раскроется его тайна.Часто Раскольников не может выразить словами то ощущение, котороеохватывает его, понимая лишь, что теперешнее состояние для него ужасно: Онсмотрел на Соню и чувствовал, как много на нем было ее любви, и странно, емувдруг стало больно и тяжело, что его так любят. Да, это было странное иужасное ощущение! Важно, что редко кого из окружающих его людейРаскольников наделяет оценкой СТРАННЫЙ, возможно, потому, что редко ктовообще попадает в поле его зрения.
Раскольников вроде бы находится рядом слюдьми, однако его «странный» внутренний мир бесконечно далек от реальнойдействительности. Все это сопровождается болезнью на грани нервного срыва,что еще более искажает мир вокруг него. Когда в его жизни появляется СонечкаМармеладова, она кажется Раскольникову странной, но без негативного смысла,вложенного в оценку. Сначала он пытается списать все на болезнь (Себя ты непомнишь), но затем понимает: странная Сонечка – такая же, как он,принадлежащая другому миру: - Странная какая ты, Соня, - обнимаешь ицелуешь, когда я тебе сказал про это.
Себя ты не помнишь; «Лизавета!195Странно!» - подумал он. Все у Сони становилось для него как-то страннее ичудеснее с каждой минутой; Странно звучали для него эти книжные слова, иопять новость: какие-то таинственные сходки с Лизаветой, и обе – юродивые.ЛишьодинразРаскольников,выносяоценочныесуждениясприлагательным СТРАННЫЙ, будто бы вырывается из своего замкнутого мира.Это происходит во время разговора со Свидригайловым и позднее. Все вСвидригайлове кажется Раскольникову странным– мерзким, пошлым,неестественным: Свидригайлов как-то странно посмотрел на него; …проговорил он, скривя рот в какую-то странную улыбку…; Он очень странныйи на что-то решился…; Вообще он мне очень странным показался и … даже спризнаками как будто помешательства….II. Точка зрения повествователя.Близость Сенной, обилие известных заведений и, по преимуществу,цеховое и ремесленное население, скученное в этих серединных петербургскихулицах и переулках, пестрили иногда общую панораму такими субъектами, чтостранно было бы и удивляться при встрече с иною фигурой; … жильцы, один задругим протеснились обратно к двери с тем странным внутренним ощущениемдовольства, которое всегда замечается, даже в самых близких людях, привнезапном несчастии с их ближним…; И действительно, это было странноезрелище, способное заинтересовать уличную публику.Повествователь в «Преступлении и наказании», в отличие от романа«Идиот», редко занимает позицию всех присутствующих или же выражает своейоценкой некое общепринятое мнение.
Гораздо чаще он выступает в ролинезримого второго «я» Раскольникова, будто бы следит за ним, и читательполучает возможность увидеть героя со стороны, когда тот совершенно один,отметить его отличие от окружающих, столь часто подмечаемое другимиперсонажами: На какое дело хочу покуситься и в то же время каких пустяковбоюсь! – подумал он с странною улыбкой; «Не рассудок, так бес!» - подумал он,196странно усмехаясь; Он стоял как бы в задумчивости, и странная,приниженная, полубессмысленная улыбка бродила на губах его.Став вторым «я» Раскольникова, повествователь проникает в еговнутренние переживания, смотрит на мир вокруг его глазами, уже не являясьсторонним наблюдателем.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
