А.А. Фет в чешском восприятии (1100459), страница 28
Текст из файла (страница 28)
S nebe hvězdy hledía řekou mlečná dráha jestit snad.222Pozorný pohled v soumraku se mýlí.(1884)Prohřátým vzduchem chládek začal dout.Luna je čistá. Hvězdy zasvítilya Mléčná dráha blyští se jak proud.221(1964)«Степь вечером» (1854 г.) входит в состав цикла «Вечера и ночи» иотносится к описательным стихотворениям. Оно состоит из пяти строф,написанных пятистопным ямбом — размером, располагающим к раздумью,созерцанию. Автор описывает наступление вечера в степи. Обилие метафор,используемых Фетом при изображении неживой природы («клубятся тучи, млея»,«волнуется и наливает рожь», рожь — «безбрежная как море», «покрылись нивысетью золотистой», «луна чиста», «с неба звезды глянут», «как река засветитМлечный Путь»), сочетается с обилием метафор и олицетворений, используемыхпри описании животного мира («жук прожужжал сердито», «лунь проплыл»,«перепел откликнулся вдали», «скрыпят коростели»).
С одной стороны, пейзажстатичен («нигде жилья не видно на просторе», «все степь да степь»), однакоживотный мир, вводимый Фетом в описание вечерней степи, привноситдинамику. Динамику описанию придает и взгляд автора, который в первых двухстрофах устремлен вверх и вдаль («Клубятся тучи, млея в блеске алом», «Пропал221222Fet A.
Večery a noci. Praha, 1964. S. 114.Fet A. Večer na stepi // Světozor. 1884. Č. 49. S. 592.119ямщик, звеня и не пыля»); в середине третьей строфы автор видит вблизи, как«жук взлетел, и прожужжал сердито», а далее его внимание снова уходит вдаль ивверх («Луна чиста. Вот с неба звезды глянут»). В стихотворении вновь введенобразлуны,звезд,МлечногоПути.Описаниепреображенияприроды,готовящейся к переходу и затем переходящей в иное состояние, единения приэтом всего живого и неживого, а также стремления слиться с природой (авторпостигает все «пытливым взором»), быть причастным к Таинству заканчивается впоследней строфе образами луны и звезд: над всем описанным блаженствомсветят вечные звезды — Млечный Путь.
Последняя строфа, концовка текста,очень важна у Фета — это ожидание, предвкушение таинства, свидетелемкоторому он был не раз. Отсюда и использование будущего времени: «Луначиста. Вот с неба звезды глянут, / И как река засветит Млечный Путь».В переводе И. Славика стихотворение имеет название «Step podvečer»(«Степь вечером»), состоит также из пяти строф, при переводе фетовскогопятистопного ямба переводчик использует дактило-хорей, сохраняя авторскоечередование женской и мужской рифмы. Перевод максимально приближен коригиналу в передаче структуры стихотворения, его размера, образной системы,синтаксиса и метафор.
Так, в первой строфе образ зари «в блеске алом» переданкак v lesku zčervenalém, т. е. максимально близко к оригиналу; «...степь.Безбрежная как море» — Bezbřehé kolotání / jak moře vlnících se zralých žit.«Покрылись нивы сетью золотистой» — Nivy se choulí v síti pozlacené;«Безбрежная, как море, / Волнуется и наливает рожь» — Bezbřehé kolotání / jakmoře vlnících se zralých žit; «Вот лунь проплыл, не шевеля крылом» — mihl seluňák, nerozvířil vzduch (лунь промелькнул, не возмутив воздух); «Покрылисьнивы сетью золотистой» — Nivy se choulí v síti pozlacené (нивы жмутся в сетипозолоченной); «Вполголоса скрыпят коростели» — polohlasně vržou chřástali.Лексически перевод близок оригиналу: «изложина росистая» переводчикомпередана как ůžlabina zarosená (овраг росистый); пытливый взор — Pozornýpohled (внимательный взгляд); ямщик переведен как тройка: S cinkotem mizí trojkaza ůvalem.120Важной представляется передача строк «В последний раз, за третьимперевалом, / Пропал ямщик, звеня и не пыля».
И. Славик достаточно близок впередаче авторского текста: S cinkotem mizí trojka za ůvalem, / bez prachu — potřetía naposled (Со звоном мелькает тройка за перевалом, без пыли — в третий раз и впоследний).Отдельного внимания переводчика требует передача концовки фетовскогостихотворения. Здесь И.
Славик остается верен оригиналу лексически исинтаксически. Последние строчки, наполненные метафорами, переданы впереводе максимально близко: «Луна чиста. Вот с неба звезды глянут, / И как реказасветит Млечный Путь» — Luna je čistá. Hvězdy zasvítily / a Mléčná dráha blyští sejak proud (Луна чиста. Звезды засветили и Млечный Путь блестит как поток).Однако здесь, как было сказано выше, важна грамматическая форма глагола«засветит» (будущее время), которая и создает тот самый эффект ожидания,предвкушения Таинства. И.
Славик не улавливает скрытый смысл фетовскойконцовки и переводит строчки настоящим времением (blyští se), тем самым теряязаложенный в стихотворение смысл. Однако скрытые смыслы концовокстихотворений Фета не передавались не только И. Славиком, но и другимичешскими переводчиками. И здесь мы отмечаем этот недочет на фоне наиболееблизкого, грамотного перевода с точки зрения передачи стиля, ритма, лексики иметафор.Стихотворение в переводе Ф. Халупы не имеет деления на строфы, чтоспособствует передаче его повествовательного, созерцательного тона. Переводчикиспользует при передаче размера хорей с анакрузой (с добавочным первымслогом), т. е. наиболее свойственный размер для чешской поэзии.
Этому выборуспособствует и то, что сам переводчик был крупным чешским поэтом, и его имяне могло не привлечь внимания читателя. Ф. Халупа сохраняет характерфетовской рифмы: в переводе звучит чередование мужской и женской рифм.Наиболее интересна передача метафор. Если у Фета в первой строфе мотивзари передан как «блеск алый» (у И. Славика мы читаем также Valí se mrakyv lesku zčervenalém), то Ф. Халупа эту метафору не передает, а прямо переводит121záře hoří na obloze (заря горит на небе). Метафора «Безбрежная, как море» (рожь)передана прямо: Bez břehů — jak moře; «Лунь проплыл, не шевеля крылом» —luňák vzletěl, křídlem mávna jen (лунь взлетел, только крылом махнул); «Покрылисьнивы сетью золотистой» — Jak sítí zlatou níva pokryla se. Все это очень близко коригинальному тексту, как и строка «волнуется и наливает рожь» — se vlnídozrává tu bujná rež (волнуется, дозревает густая рожь).
Метафора «вполголосаскрыпят коростели» вовсе не передана: zde slyším v porosené pláni zase / hlaspronikavý, silný chřastala (здесь слышу в росистой равнине снова голоспронзительный, сильный коростеля). Обратим внимание на изменение дажесмыслаавторскихстрок:уФета —вполголоса,впереводе —голоспронзительный, сильный.Лексика в переводе Ф. Халупы весьма разнообразна, а где-то даже вольна,отступая от оригинальной. Так, у Фета — «хотят в росе понежиться поля», уХалупы — a rosa tiše padá do lad těch (и роса падает в эту необработаннуюземлю);223 у Фета — «В последний раз, за третьим перевалом, / Пропал ямщик,звеня и не пыля», в переводе — své koně vypřáh vozka na přívoze / a jede domůprávě, nemá v spěch (своего коня распряг возница на переправе и едет как раздомой, не спеша).
Иначе говоря, если И. Славик максимально передал фетовскиестрочки «за третьим перевалом» (potřetí a naposled), то у Ф. Халупы эта динамикадвижения вовсе не передана, пейзаж статичен. Слова «жилье» и «простор» впереводе звучат как příbytek (обитель) и prostor (простор), «изложина» уФ. Халупы — pláň (равнина).Концовка в переводе иная, чем авторская, смысл искажен: текст Ф. Халупыне содержит образа «пытливого взора»:Už soumrak na výšínách jistě sedí, (уже сумерки на высотах прочно сидят)již přešlo teplo, počal douti chlad.
(уже прошло тепло, начал дуть холод)Je jasná luna. S nebe hvězdy hledí (луна ясна. С неба звезды смотрят)a řekou mlečná dráha jestit snad. ( и словно рекой млечный путь обозначен)223Ladem ležící půda — необработанная земля, земля под паром (Šroufková M. Rusko-český, Česko-ruskýslovník. Praha, 1998. S. 583).122У Фета «среди тепла прохладой стало дуть», у Ф. Халупы — «теплопрошло».
Как и у И. Славика, грамматическое будущее время опущено, непередано фетовское «Вот с неба звезды глянут, / И как река засветит МлечныйПуть», где показателем того, что сейчас что-то произойдет и автор станетсопричастен событию в природе, являются слова «вот» (в значении «сейчас»),«глянут», «засветит».ВцеломпереводФ.
Халупы(который,напомним,относитсякнемногочисленным переводам стихотворений Фета, сделанным в конце XIX в.)представляет собой образец верного прочтения, передающего стиль автора,повествовательный ритм; лексика максимально приближена к оригиналу, заисключением тех строчек, где фетовские слова просто опущены. Метафоры,наполняющие стихотворение, переданы Ф. Халупой максимально близко.Оба перевода,в реме на́ яра зницмаежд укоторымиогром на ( 18 84и1964 гг.), представляют собой качественную работу поэтических переводчиков;стиль их разнится, но рука крупных поэтов и мастеров перевода чувствуется как впереводе Ф.
Халупы, так и в переводе И. Славика.В теоретической части настоящей работы отмечалось, что для поэзии Фетахарактерны возвышение над предметностью, созерцание идеализированныхчувственных форм, конкретность, наглядность, детализированность образов, ихясность, четкость, пластичность. Образы соловья и розы, как было сказано выше,устойчивы в поэзии Фета, что наиболее ярко видно на примере стихотворения«Шепот, робкое дыханье...» (1850 г.), где два мотива (любовь и природа)нерасчленимы и определяют развитие общей темы. Это самое известноестихотворение Фета, и исследователи уделяли много внимания его анализу (вразные годы о нем писали Б.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
