Senilia. Стихотворения в прозе И.С. Тургенева и Гаспар из тьмы А. Бертрана - поэтика жанра (1100457), страница 4
Текст из файла (страница 4)
Гаспаров), и запускают механизм культурной памяти. Возникающая у читателя эмоциявоспоминания придает тексту лирическое звучание (рассказ особытии трансформируется в заклинание Времени) и создаетусловия для перехода от нарратива к медитации.Интерсемиотический диалог между живописью и литературным текстом мы исследуем на примере миниатюр «Черепа»,«Два брата», «Сфинкс», «Necessitas, vis, libertas» (подраздел2.3.4 Тексты-экфрасисы) Эффект «остановленного мгновения»обусловливает перевод изобразительного сюжета в литературный текст. Важным конструктивным приемом становится«внутренняя» точка зрения. Основной субъект речи транслируетвпечатление, которое читатель наполняет собственным визуальным опытом.
Отсылка к «смутно-знакомым» образам включаетмеханизм персонализации впечатления. Переход экфрасиса валлегорию происходит в миниатюре «Сфинкс». Сделанные наблюдения позволяют прийти к выводу, что сходство композиционных приемов, в частности, повторяющиеся сюжетные ситуации, создают эффект внутренней «рифмовки».Являясь стилизацией различных жанров (притчи, легенды,аллегории), стихотворение в прозе заимствует характерные дляних топосы, но подчиняет их собственной модели. Подобный«перевод» проанализирован на примере пространственновременной организации миниатюры «Восточная легенда» (подраздел 2.3.5 Притча, восточная легенда и аполог).Исследование «стихотворений в прозе» показало, что наиболее часто И.С.
Тургенев обращается к топике поэзии первойполовины XIX века и создает жанровые модификации литературной баллады, элегии, идиллии, аполога, восточной легенды,аллегории. Утрачивая актуальность для лирики середины XIXвека, жанровые топосы и риторические клише переходят в прозу, в частности, в качестве локальных форм организации пространственно-временных отношений (идиллический хронотоп,элегический пейзаж, топос горы и т.п.).
Так элегический пейзажобнаруживается во многих повестях и романах Тургенева (финал «Дворянского гнезда», родители на могиле сына в «Отцах идетях», сочетание идиллического и элегического хронотопа в«Вешних водах»). В жанре стихотворения в прозе они вновь обретают автономность от нарратива, их реактуализация достига-ется как обновлением дискурса, так и за счет приема реализациитрадиционных метафор.Раздел 2.4 «Поэтика “остановленного мгновения” в“Стихотворениях в прозе»” И.С. Тургенева» посвящен анализу субъектно-речевой организации миниатюр «Собака», «Конецсвета (сон)», «Нимфы», «Природа», «Повесить его!», «Что я буду думать?», «Стой!», «Кубок» <II>. Композиционное строениетекста, его дискретность ослабляет линейное развертывание«истории», что в свою очередь приводит к изменению функции«первичного нарратора», которая не сводится, на наш взгляд, квводу «основного» рассказчика, а устанавливает тесные связи ссоседними миниатюрами.
Между стихотворениями в прозе возникает большая интерференция мотивов и коннотативных значений, границы отдельных миниатюр более проницаемы, чем впрозаическом цикле, например, в «Записках охотника». Данноекачество обусловлено наличием новой дискурсивной инстанциив субъектной организации «Senilia»: лирический субъект проявляет себя в лиминальном сюжете цикла. Термин «ментальныйсюжет», который применяет Е.Ю. Геймбух, требует, как нам кажется, уточнения, поскольку он не определяет такие признакисюжета, как «переходность», «нахождение в промежутке».Пребывание лирического субъекта в «пограничной зоне»,«промежуточном состоянии» (в миниатюрах цикла она часторепрезентирована «предрассветными сумерками», темпоральными смещениями, ситуацией «порога») представляет отдельные миниатюры как «неполный» опыт, обусловливает «ревизию» наличных жанровых форм литературы. Очевиден интерес«стихотворения в прозе» к тем жанровым моделям, в которыхактуализируется сам процесс перехода, преодоления границы(«аллегория», «баллада», «элегия», «экфрасис»).Событие в стихотворении в прозе возникает в плане воспоминания, видения, медитации, но в фокусе изображения оказывается не столько само событие (казус), сколько процесс рефлексивного воспоминания лирического субъекта.
Фиксация неповторимо-личного фрагмента бытия реализуется в пространстве памяти (личное) и в пространстве культуры (точка пересечения индивидуального и всеобщего). Первое предстает в стихотворениях в прозе как изолированные друг от друга кадры воспоминаний.
Второе проявляет себя в узнаваемых формулах ис-1718кусства, причем прозаическая миниатюра тяготеет к пограничным областям, к точке интерсемиотического «диалога» (преждевсего, литература – изобразительное искусство). Установка навизуальное восприятие в сочетании со стремлением запечатлеть«уходящую натуру» приводит к закономерному появлению экфрасисов (мотив «обращения в статую», барельефы и картины,аллюзии к известным живописным сюжетам).Образы стихотворений в прозе ограничены рамками миниатюры-«картины», лишены психологического развертывания,предстают «готовыми» образами.
Элегический модус определяет тональность цикла «Стихотворений в прозе» И.С. Тургенева.Гармонизация различных жанровых потенций достигается единством лирического субъекта и стилевой манеры, которая отличает диалог с жанровыми формами в «Стихотворениях в прозе» отстилизаций рубежа веков и последующей литературы: варьирование жанровых форм не переходит в «игру со стилями» и «чужим» словом.В Заключении подводятся итоги диссертационной работы.
Определяется доминантный признак «стихотворения в прозе»: отсылка к прецедентному тексту, создание образа жанраисточника.Наши наблюдения позволяют сделать вывод, что точки пересечения циклов А. Бертрана и И.С. Тургенева обусловленынесколькими факторами. Во-первых, их объединяет статус «первооткрывателей» и необходимость выбора жанровой стратегии.Во-вторых, ориентация на культурные коды, восходящие к одним литературным источникам (элегический герой шиллерианского типа, фаустовская ситуация «остановленного мгновения»,топос «идеального ландшафта» и т.д.), определяет типологическое сходство на уровне мотивно-образной системы.Исходяизконцепциижанракакформальносодержательного единства, одним из проявлений которого становится способ моделирования художественного мира, мы видим своеобразие «стихотворения в прозе» в том, что оно апеллирует к «внеэстетической действительности» через текстымедиаторы.
Специфика художественной условности здесь напрямую связана с «автономной» концепцией литературы, которая начинает формироваться в эпоху романтизма.19Данное свойство лирической миниатюры определяет интерес авторов к тем жанровым моделям, которые актуализируютпредставление о границе («уединенность» гармонического мирав идиллии, временная дистанция в элегии, граница между условно-реальным и фантастическим в балладе, между субъектомвосприятия и изображенным миром в экфрасисе).Лирическая прозаическая миниатюра XIX века репрезентирует новый тип сочетания лиризма (субъективные «личные»переживания героя предстают как эстетически значимые) с традицией философской прозы (афоризм, максима, сентенция, аллегория), рассматривающей единичное в категории всеобщего.При этом само соотношение компонентов может варьироватьсяв рамках индивидуальной авторской системы и по-разному проявляться в текстах отдельных миниатюр.Сущностное отличие французской и русской моделей«стихотворения в прозе» видится в том, что они выражают различное отношение к внеэстетической действительности.
Бертранстремится реализовать «автономные» задачи литературного текста, что представляется созвучным эстетическим установкам,реализованным позднее в творчестве парнасцев (поиски литературного эквивалента пластического образа, стремление к точному слову, отсутствие формальной выраженности субъекта восприятия). Подобное применение жанра вполне могло показатьсярусскому писателю «легковесным».
В цикле Тургенева в качестве поэзии предстает медитативная проза, что в целом соответствует культурной модели русской литературно-философскоймысли. Поиски «формулы искусства» дополняются стремлениемобнаружить «формулу жизни». Данная интенциональная установка обусловливает эксплицитность оценок, генерализирующую функцию «личного» опыта и дидактизм, характерные дляцикла И.С. Тургенева.Основные положения диссертации отражены в следующих публикациях:1. Рыбина, М.С. «Идиллический» хронотоп в циклеИ.С.Тургенева «Senilia» / М.С. Рыбина // Вестник Поморскогоуниверситета. 2008. №13. С. 230−235. (издание, рекомендованное ВАК).
0,5 п.л.202. Рыбина, М.С. Трансформация нарративных элементовв стихотворениях в прозе А. Бертрана и И.С. Тургенева /М.С. Рыбина // Гуманитарные исследования в ВосточнойСибири и на Дальнем Востоке. 2009. № 3 (7). С. 40−45 (издание,рекомендованное ВАК). 0,5 п.л.3. Рыбина, М.С. Элегический сценарий в «стихотворениях в прозе» (на примере циклов А. Бертрана и И.С.
Тургенева)/М.С. Рыбина // Гуманитарные исследования в ВосточнойСибири и на Дальнем Востоке. 2011. № 1. С. 54−60. (издание,рекомендованное ВАК). 0,5 п.л.4. Рыбина, М.С. Поэтика «остановленного мгновения» в«Гаспаре из тьмы» А. Бертрана и в «Стихотворениях в прозе»Тургенева / М.С. Рыбина // И.С. Тургенев.
Новые исследования иматериалы / ИРЛИ (Пушкинский Дом) РАН. М.; СПб., 2011. С.62–68.5. Рыбина, М.С. «Стихотворения в прозе» Ш. Бодлера иИ.С. Тургенева как лирические циклы / М.С. Рыбина //Актуальныепроблемы филологии: Материалы научно-практической конференции (7 мая 1997). Уфа, 1997. С. 17–20.6.
Рыбина, М.С. Тема смерти и ее роль в лирическом цикле«Senilia» И.С.Тургенева / М.С. Рыбина // Образование, язык, культура на рубеже ХХ–ХХI веков: Материалы международной научной конференции (22-25 сентября 1998). Ч.3. Уфа, 1998. С.175–177.7. Рыбина, М.С. Пушкинское отражение в стихотворении впрозе И.С.Тургенева «Услышишь суд глупца» / М.С. Рыбина //Материалы научно-практической конференции «Пушкин и современность».
Уфа, 1999. С. 66–69.8. Рыбина, М.С. «Гаспар из тьмы» А. Бертрана и низшая мифология / М.С. Рыбина // Фольклор народов России: Фольклор ифольклорно-литературные взаимосвязи: Межвузовский научныйсборник. Уфа, 2000. С. 163–173.9. Рыбина, М.С. Символика «бури» и ее функции в организации цикла «Senilia» И.С.Тургенева / М.С. Рыбина // Информатизация учебного процесса и ее влияние на повышение качества образования: Материалы российской научно-практической конференции (февраль-апрель 2006г.).
Ч.1. Уфа, 2006. С. 90–92.10. Рыбина, М.С. Псевдопереводы и их роль в формированиижанра «стихотворения в прозе» / М.С. Рыбина // Информатизация21учебного процесса и ее влияние на повышение качества образования: Материалы российской научно-практической конференции(февраль-апрель 2004г.). Ч.1. Уфа, 2004. С. 89–91.11. Рыбина, М.С. Композиционная структура «Гаспара изтьмы» А. Бертрана / М.С. Рыбина // Наследие М.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
