32 Эмоции

2021-03-09 СтудИзба

Тема 11. Эмоции

Общее представление об аффективной сфере психики

Все, что окружает человека, что с ним происходит, что он совершает, оценивается им не только с помощью разума, но и через чувства. В чувствах проявляется его личное отношение ко всему: нравится — не нравится, опасно — спокойно, приятно — неприятно и т. д. Причем зачастую, не имея еще достаточных сведений о чем-то или о ком-то для вынесения рационального суждения и объективной оценки, мы уже испытываем к этому чему-то или кому-то чувство симпатии или неприязни, настороженности или доверия, очарования или страха. Сплошь и рядом мы не можем дать себе отчета, почему мы испытываем эти чувства. Однако это не мешает нам руководствоваться ими в дальнейшем поведении.

Вся совокупность подобных переживаний составляет особую область психической жизни, именуемую аффективной , или чаще — эмоциональной сферой психики. Главные определяющие моменты этой сферы: 1) в эмоциональных явлениях отражается интимное , субъективное отношение человека к окружающему; 2) как в любом психическом явлении, в них включены два компонента психического: переживание и знание. Однако переживание доминирует и, как правило, хорошо осознается самим субъектом, в то время как познавательная составляющая обычно остается за пределами осознания; 3) возникают аффективные явления преимущественно непроизвольно , как результат непосредственного взаимодействия субъекта с окружающим миром.

Таким образом, переживание субъективного отношения к чему (кому)-либо есть родовой признак аффективной сферы, объединяющий ее с волевой сферой в единую область регуляторной функции психики . Диалектическую пару этой области составляет познавательная область (перцептивная и интеллектуально-мыслительная сферы). Видовым признаком, отличающим аффект от воли, выступает непосредственный характер этого переживания и его направленность. Если волевые усилия и действия опосредованы осознанными мотивами и целями деятельности и направлены на самого субъекта (преодоление себя), то эмоциональные переживания протекают как бы стихийно, непроизвольно, под влиянием потребностей и неосознанных мотивов и направлены на вызвавший эти переживания объект (или ситуацию в целом). И в этом смысле аффективная сфера есть область отражения субъектно-объектных отношений, а волевая — субъектно-субъектных отношений.

Все явления аффективной сферы обычно подразделяют на два класса : эмоции и чувства . Первые предстают как скоротечные и относительно простые по содержанию процессы ситуационного характера, вторые — как более устойчивые и сложные явления предметного характера. Единство тех и других в психике человека отражено в понятии аффект как целостной специфической реакции . Такое широкое понимание термина «аффект» имеет историческую традицию (Б. Спиноза [758], В. Вундт [153], Э. Клапаред [324]) и продуктивно используется в современной психологии (например, В. А. Ганзеном [166]). В то же время этот термин применяется и в узком смысле: как частный случай интенсивного проявления эмоций . В познавательной области психики с эмоциями можно соотнести ощущения, с чувствами — восприятия, а с аффектом (в широком смысле) — перцепцию (как единство ощущений и восприятий).

Важной особенностью аффективных реакций человека является значительно более тесное, нежели в познавательной сфере, объединение в них динамической (процессы) и статической (состояния) характеристик психических явлений. Недаром многие определения эмоций и чувств включают в себя понятия и процесса, и состояния. Обусловлено это, видимо, упоминавшимся доминированием в них субъективного компонента психического — переживания. Действительно, для самого человека акт переживания, несмотря на его фазовость, предстает как определенный и достаточно однородный по содержанию отрезок жизни (обрати внимание, читатель, на тот факт, что корень у слов «переживание» и «жизнь» — один и тот же). Причем этот этап жизни протекает в настоящем времени. Свое отношение к прошлым или будущим событиям и фактам мы все равно переживаем в настоящем, текущем времени, которое субъективно не расчленяется на отдельные отрезки. Даже длительное чувство субъективно воспринимается как нечто целостное на фоне разнообразных проявлений жизни человека: иногда он «проносит» это чувство через всю жизнь. Именно это преобладание в субъективном поле целостности аффективных явлений над их фрагментарностью (как в пространственно-временном, так и в качественном аспекте) предопределяет слияние в них изменчивого в виде процессов и устойчивого в виде состояний и даже свойств (например, когда говорим о постоянстве чувств, о постоянстве проявления своих отношений).

Другим фактором, определяющим слияние в эмоциональной (аффективной) сфере понятий процесса и состояния, выступает ее потребностно-мотивационная основа .

Потребностно-мотивационная основа аффективных реакций

Потребность есть психофизиологическое явление (конструкт, образование), в основе которого лежит нужда (зависимость) в чем-либо (от чего-либо). Организму это «что-либо» требуется для поддержания гомеостаза и жизнедеятельности, а личности (или группе) — для поддержания социального статуса и нормальной деятельности. Но, с другой стороны, и они сами (организм и личность) нередко предъявляют требования к среде для поддержания с ней равновесия. Таким образом, потребность выступает в роли внутреннего побудителя действий, регулирующих поведение, подобно тому как внешние (по отношению к психике) стимулы играют роль внешних побудителей действий познавательного характера. Потребность может находиться как в латентной (скрытой) форме, в виде потенциальной необходимости, так и в актуальной (явной), в виде сиюминутной нужды. Актуализация потребности производится либо внешними воздействиями (ситуацией, физическими стимулами-раздражителями, другими людьми и т. д.), либо внутренними факторами биологического характера (например, истощение нужных или избыток вредных веществ) или психологического характера (в самом общем плане: истощение психической энергии — утомление, монотония и т. п. или ее переизбыток — чрезмерное накопление, когда энергия «бьет ключом»). Воздействия, актуализирующие потребности, обычно вызывают определенные эмоциональные отношения к себе и называются тогда эмоциогенными факторами .

Часть потребностей (главным образом биологических, витальных (от лат. vitalis — жизненный) закладывается от рождения, а часть — в процессах социализации и индивидуализации, т. е. в процессах формирования человека как личности и индивидуальности. В принципе всю совокупность потребностей человека (включая и социальные потребности) можно редуцировать (упростить) до трех исходных, свойственных всему живому: 1) потребность во внешней энергии (пища, тепло, воздух, вода), т. е. потребность в само развитии ; 2) потребность в безопасности (жилище, охрана и т. п.), т. е. потребность в самосохранении ; 3) потребность в воспроизводстве себе подобных (размножение), т. е. потребность в сохранении и развитии вида . Развиваясь в фило- и онтогенезе, система потребностей множится путем дифференциации трех указанных основных потребностей. Получаемые новые потребности, в свою очередь, дробятся на более частные. Этот процесс у людей, по-видимому, ограничен только сроками существования человеческого рода и общества. В результате подобной дифференциации выстраивается «древо потребностей», каждый последующий «ярус» которого по составу значительно шире предыдущего, но каждая конкретная потребность которого функционально гораздо уже предыдущих. (В этой связи введенная в научный оборот американским психологом-гуманистом А. Маслоу «пирамида потребностей» [448] может рассматриваться лишь как отражение направления эволюции потребностно-мотивационной сферы человека, но не как модель ее структуры.) Надо, видимо, признать, что выделяющиеся новые потребности выполняют функцию «обслуживания» первичных, из которых они выделились, хотя эта связь нередко замаскирована притязаниями человека на свою исключительность в этом мире. Так, стремление к власти в человеческом обществе (казалось бы, сугубо социальный феномен) принципиально ничем не отличается от такового в сообществах животных, и как свойство личности, присущее многим людям, есть форма существования их потребности в лидерстве. Но эта потребность «выросла» из необходимости (сиречь — потребности) в эффективной организации животных сообществ, что, в свою очередь, «обслуживает» указанные выше три исходные потребности всего живого. Еще явственнее видны «биологические корни» таких социализированных потребностей, как «необходимость» модной одежды, «нужда» в красивом интерьере жилища, стремление к богатству и роскоши. В итоге каждая последующая в эволюции потребность может рассматриваться не только как конкретизация предыдущей потребности, но и как способ ее эффективной реализации (удовлетворения).

Рекомендуемые файлы

Все сказанное не позволяет считать потребности человека сугубо психическим явлением, что нередко встречается в научной литературе. Потребности — это психофизиологическое явление , у человека в большинстве случаев имеющее социальную окраску. В психологическом плане потребность может выступать в форме исходного латентного психического конструкта, актуального психического состояния, свойства личности.

Следует согласиться с мнением, что категория «потребность» обладает уникальной возможностью соединить в качестве «концептуального моста» естественно-научное и социально-психологическое знание о природе человека [724]. Первый блок знаний концентрируется в понятии «организм», второй — в понятии «личность».

Схематично процесс психической регуляции можно представить так: воздействие (внешнее или внутреннее) ® актуализированная потребность ® мотивационная установка ® неосознанный мотив ® осознанный мотив ® цель ® решение действовать ® исполнение действия. Актуализированная (воздействием, развертывающейся ситуацией) потребность формирует состояние мотивационной установки, т. е. потенциальную готовность к активной реакции в случае появления в поле восприятия предмета, способного удовлетворить данную потребность или помешать этому. Этот предмет (либо его образ в памяти или воображении) выступает в роли мотива действий, а в случае задержки достижения необходимого результата трансформируется в цель деятельности по удовлетворению возникшей потребности. Так, потребность в пище создает установку на ее поиск, а появление конкретного пищевого объекта (или его образа) вызывает реакцию на его достижение, он становится мотивом поведения (а возможно, и целью деятельности). Отсроченная цель становится мотивом, а потребность уходит в латентное состояние.

Появление объекта (или его образа), способного удовлетворить данную потребность или воспрепятствовать этому, и преобразование его в мотив поведения сразу же вызывает у субъекта эмоциональное отношение к нему. Именно это эмоциональное отношение раскрывает субъекту потребностную значимость данного объекта в виде положительной или отрицательной оценки и побуждает направлять на него активность в первом случае в виде влечений, желаний, а во втором — в виде избегания. Это соотношение мотивации и эмоций закреплено в утверждении, что эмоция — это психическая форма существования потребностей [687].

Итак, сформулируем одно из принципиальных положений функциональной структуры психики человека : как стимул является внешним побудителем к познавательной деятельности и «запускает» механизм психики через формирование первичных образов , так потребность является внутренним побудителем регуляторной деятельности , включающим механизм психики через мотив .

Определение эмоций

Учитывая все сказанное об аффективной сфере психики, дадим развернутое определение эмоции: эмоцияэто кратковременное переживание субъективного отношения к объекту, предопределенное потребностно-мотивационной установкой и актуализированное непосредственным взаимодействием субъекта с данным объектом или его образом. Эмоция выполняет функцию непосредственной регуляции в складывающихся или возможных ситуациях.

В упрощенном виде: эмоцияэто кратковременное и непосредственное переживание субъективного отношения к чему или кому-либо в конкретных ситуациях.

Еще раз подчеркнем то обстоятельство, что сущностной исходной причиной эмоционального переживания является актуализированная потребность (а точнее, возможность или невозможность ее удовлетворения), но актуализируется эта потребность в результате конкретных воздействий (внешних или внутренних, объективных или субъективных) на субъекта. Последний, как правило, осознает не эту актуализированную потребность (т. е. истинный побудитель), а ситуацию воздействия, на которую и направлена обычно возникшая эмоция. Таким образом, человек через эмоции субъективно выражает свое отношение к провоцирующим эти эмоции ситуациям (воздействиям). Такое положение дало основание говорить о «двойной обусловленности» эмоций: «с одной стороны, потребностями (мотивацией), с другой — особенностями воздействий (ситуации)» [143, с. 8]. По-видимому, целесообразно потребности квалифицировать как причины эмоциональных переживаний, а воздействия (ситуации) — как повод к этим переживаниям.

Сущность и функции эмоций

Эмоции целесообразны и необходимы. Они являются древним механизмом приспособления животных к среде. Они мобилизуют организм на достижение желаемого или отражение угрозы. Подозрительный шорох во тьме — и тело напряглось для борьбы, зрение и слух обострены, сосуды расширились, увеличивая приток крови к мышцам, в кровь «впрыснута» дополнительная порция углеводов, интенсивно заработали железы внутренней секреции. Ярость — и рывок к врагу, страх — и бегство. Но и то, и другое — борьба за спасение. За всем этим стоит опыт предков и личный опыт. Все это эффективно. И все это — эмоции.

Так в чем же сущность эмоций? Накопленные к настоящему времени факты и обобщения дают право выделить три уровня действия и проявления эмоций, что и раскрывает их сущность. Условно эти уровни можно назвать: психофизиологическим, психологическим и социально-психологическим. На первом, психофизиологическом уровне эмоциональное возбуждение сопровождается различными физиологическими реакциями: изменяется кровяное давление, учащаются пульс и дыхание, увлажняются ладони, увеличивается мышечное напряжение, в крови увеличивается содержание адреналина и, как следствие, — сахара (дополнительного источника энергии), ускоряются обменные процессы. Все это необходимо для активизации всех сил организма, направленных на последующую интенсивную мышечную деятельность (борьбу, бегство, преследование). Это привело к мысли о мобилизационной функции эмоций. В широком плане эта функция предстает как мобилизация энергетических ресурсов организма при неблагоприятных условиях и демобилизация, направленная на накопление энергии, при благоприятных условиях. В некоторых изданиях как синоним этой функции используется наименование «функция активации».

На психологическом уровне главной функцией эмоций выступает оценочная функция , часто обозначаемая в литературе и как отражательная, и как отражательно оценочная . В эмоциональных явлениях аккумулируется отражение наиболее общих и часто встречающихся признаков полезных и вредных факторов объективной реальности, с которыми человек (и животное) систематически сталкивается (как в фило-, так и в онтогенетическом развитии). За счет обобщенности этого отражения достигается пусть предварительное, но быстрое решение о значении нового сигнала вместо его тщательного анализа и сопоставления со всеми известными и хранимыми в памяти сведениями. Оценка сводится к общебиологическому знаменателю: полезно — вредно, опасно — безопасно. На основе этой интегральной оценки быстро принимаются решения о способе дальнейшего поведения. Обобщенность, генерализация достигается благодаря переключению акцента переживания с ведущих свойств предмета потребности (мотива) на его целостный образ. Именно в этой обобщенной оценке отражается в конечном итоге потребностная значимость воспринимаемого объекта. Особенно важна эта функция эмоций в неопределенных ситуациях. Эмоциональные состояния значительно повышают чувствительность сенсорных систем, что обусловливает реагирование на расширенный диапазон и более богатый спектр внешних и внутренних сигналов. Это не только обогащает и разнообразит перцептивную информацию, но и стимулирует увеличение числа извлекаемых из памяти гипотез. Все это приводит к использованию маловероятных, случайных ассоциаций, которые в спокойном состоянии не актуализировались бы.

Эмоциональная оценка опережает рациональную, что дает значительный выигрыш во времени реагирования на стимулы. Однако вполне возможен проигрыш в адекватности реакции на эмоциогенный фактор. Недаром часто раздаются призывы: «Сначала подумай, потом делай!» Что лучше, что хуже, зависит от конкретной ситуации. По-видимому, с биологической точки зрения предпочтение надо отдать скорости реагирования, а с социальной — адекватности. Но вообще-то, как говорят, «лучше быть богатым, но здоровым, чем бедным, но больным». Так и в данном случае: лучше реагировать и быстро, и адекватно. И надо заметить, что эмоциональная оценка за счет филогенетического опыта в большинстве случаев «подсказывает» в целом стратегически правильное решение, способствующее выживанию индивида.

Многие исследователи рассматривают эту функцию эмоций не только как отражение эмоциогенных факторов (внешних побудителей), но и как непосредственное отражение потребностей (внутренних побудителей): «эмоции как сигнал о появившейся потребности» [299, с. 110]. Этот компонент отражательно-оценочной функции эмоций В. К. Вилюнас обосновывает тем, что «субъективное отражение потребностей необходимо должно осуществляться особыми психическими явлениями, принципиально отличными от тех, которые отражают объективные свойства действительности. Хотя актуализация потребности тоже является объективным событием, отражаться в психике оно должно не так, как другие события, поскольку для субъекта оно должно стать не одним из многих, а центральным, всепоглощающим событием, приковывающим внимание, мобилизующим приспособительные ресурсы» [144, с. 78]. Таким образом, именно эта функция эмоций дала основание С. Л. Рубинштейну выдвинуть уже упоминавшееся утверждение, что эмоция — это психическая форма существования потребностей [687].

Здесь уместно заметить, что по отношению к обсуждаемой функции употребление как синонимов эпитетов «оценочная» и «отражательная» не совсем правомочно. Дело в том, что отражение какого-либо объекта (факта) в строгом смысле этого понятия есть регистрация, констатация этого объекта (даже с учетом активности психического отражения). Оценка того же объекта есть дополнительно к его констатации: 1) его сравнение с чем-либо (как правило, с другим объектом или с эталонными образцами, обычно представленными в виде системы шкальных значений по сравниваемому признаку); 2) последующее вынесение суждения по субъективному отношению к этому объекту; 3) потенциальное решение по дальнейшим действиям с этим объектом. Таким образом, эмоциональное оценивание — это не просто определение факта «полезности — вредности» воздействия, но и выяснение степени этого показателя в контексте разворачивающейся ситуации. А при таком оценивании нередко «вредоносный» фактор оказывается предпочтительнее «полезного», поскольку в складывающейся ситуации такой выбор спасителен для индивида, в то время как выбор сиюминутно «полезного» варианта может быть стратегически гибельным. Очень хорошо по этому поводу высказался П. В. Симонов: «До сих пор мы говорили об отражательной функции эмоций, которая совпадает с их оценочной функцией. Обратите внимание, что цена в самом общем смысле этого понятия всегда есть функция двух факторов: спроса (потребности) и предложения (возможности эту потребность удовлетворить). Но категория ценности и функция оценивания становятся ненужными, если отсутствует необходимость сравнения, обмена, т. е. необходимость сопоставления ценностей. Вот почему функция эмоций не сводится к простому сигнализированию воздействий полезных или вредных для организма, как полагают сторонники “биологической теории эмоций”. …При повреждении сустава чувство боли ограничивает двигательную активность конечности, способствуя репаративным процессам. В этом интегральном сигнализировании “вредности” П. К. Анохин видел приспособительное значение боли. (Что, безусловно, правильно. — В. Н. ) Однако аналогичную роль мог бы играть механизм, автоматически, без участия эмоций тормозящий движения, вредные для поврежденного органа. Чувство боли оказывается более пластичным механизмом: когда потребность в движении становится очень велика (например, при угрозе самому существованию субъекта), движение осуществляется, невзирая на боль. Иными словами, эмоции выступают в роли своеобразной “валюты мозга” — универсальной меры ценностей, а не простого эквивалента, функционирующего по принципу: вредно — неприятно, полезно — приятно, как об этом принято писать в десятках дублирующих друг друга статей» [741, с. 27].

Оценка ситуации, естественно, влияет на разворачиваемое ответное действие (его направленность, интенсивность, вид). Это дает некоторым исследователям основание выделять побудительную функцию эмоций, именуемую иногда либо мотивационной , либо стимулирующей. Действительно, нас часто заставляет действовать тем или иным образом стремление получить удовольствие или избежать неудовольствия. Особенно явственно как мотив наших действий и поступков выступают наши чувства. Однако надо согласиться с Е. П. Ильиным, указывающим, что «вопрос о том, откуда в побуждении берется заряд энергии, довольно сложен и дискуссионен. Исключать присутствие в побуждении к действию энергии эмоций нельзя, но считать, что эмоции сами по себе вызывают побуждение к действию, тоже вряд ли возможно» [299, с. 113].

Оценочная функция в некоторых теориях эмоций рассматривается как главный детерминирующий фактор появления психической регуляции поведения у животных. Более того, некоторые ученые считают, что эмоции, в фило- и онтогенезе тесно связанные с движениями, направленными на интенсификацию взаимодействий с полезными объектами или на избегание вредных, как инструмент психического отражения реальности даже предшествуют ощущениям [596, 939, 957].

На социально психологическом уровне эмоции выполняют сигнальную функцию , обеспечивая невербальную (неречевую) коммуникацию между людьми. Нередко эту функцию обозначают термином «экспрессивная функция». Реализуется эта функция через жесты, мимику, позы, интонации голоса, различные выразительные движения и звуки (например, плач, смех, крики испуга, возгласы радости) и т. п. По всем этим показателям люди хорошо читают состояния и намерения друг друга. В менее дифференцированном, упрощенном виде подобные сигналы характерны и для животных (так называемый «язык животных»).

В совокупности все три основные функции эмоций — мобилизационная, оценочная и сигнальная — определяют общую функцию психики, а именно реактивное регулирование (см. рис. 12.1).

Описание: 2_0442_UR_3

Рис. 12.1. Функциональная структура психики человека:
а) в общенаучных категориях; б) в психологических категориях.
(по В. А. Ганзену [167, с. 31])

В общем контексте функции регуляции многие психологи и физиологи конкретизируют такие функции эмоций, как накопление и актуализация индивидуального опыта . Первая из них заключается в том, что эмоциональные переживания оставляют следы в памяти индивида (вспомним эмоциональную память), кодирующие успешные или неуспешные реакции на различные воздействия эмоциогенных факторов. В дальнейшей жизни индивида этот опыт им используется. Функция накопления эмоционального опыта в литературе обозначается по-разному: функция закрепления — торможения (П. К. Анохин), функция следообразования (А. Н. Леонтьев), функция подкрепления (П. В. Симонов). Поскольку актуализация следов памяти эволюционно предназначена для определения адекватного варианта реакции на воздействие и соответственно для адекватного дальнейшего поведения, постольку функция актуализации опыта конкретизируется в предвосхищающей функции эмоций [263]. А поскольку предвосхищение способствует ускорению поиска адекватного разрешения ситуации, постольку иногда выделяют эвристическую функцию эмоций [791]. Представляется все же, что последняя группа функций к аффективной сфере относится лишь в той мере, в какой аффекты участвуют в работе памяти. Иначе говоря, это функции больше эмоциональной памяти, нежели собственно аффектов, что лишний раз демонстрирует искусственность разделения психики как единого целого (что необходимо в дидактических целях) и естественность ее функционирования как единого целостного психического процесса.

Многие авторы, начиная с В. Вундта [152, 153], указывают на еще одну важную функцию эмоций, по существу, так же как и только что рассмотренные, являющуюся конкретизацией ее регулирующей функции, сопряженной с познавательными процессами. Это синтезирующая функция эмоций. Ее суть — в роли эмоций в формировании психических образов. Считается, что «эмоциональные переживания выступают синтезирующей основой образа, обеспечивающей возможность целостного и структурированного отражения мозаичного разнообразия действующих раздражителей» [143, с. 16]. Таким образом, признается, что эмоции лежат в основе структурности и целостности восприятия. К сожалению (а может быть, к счастью?), достаточно убедительных доводов (в первую очередь экспериментальных) сторонниками этой идеи не приводится. Нам представляется, что, так же как в предыдущем случае с памятью, здесь излишне акцентируется роль эмоций в работе перцепции. Тем не менее следует согласиться с В. К. Вилюнасом, видящим в так называемых аффективных комплексах пример «эмоциональных синтезов, проявляющихся на уровне более сложных когнитивных образований» [143, с. 16]. (Речь об аффективных комплексах впереди в связи с изложением регулирующей функции аффектов как бурной, интенсивной эмоции, т. е. аффектов в узком смысле слова).

Общие свойства эмоций

Эмоция, как и любой другой психический процесс, представляет собой целостное явление действительности. Поэтому она обладает присущими каждому реальному объекту характеристиками: пространственно-временными, энергетическими (количественными), информационными (качественными) и интегральными [166, 498, 506].

В качестве пространственной характеристики эмоций в современной психологии обычно выступает их направленность : «на объект» или «на себя». Это обусловлено пространственной структурой психики (гл. 24, п. 24.2), где различаются внешнее пространство (объекты отражения — внешние по отношению к субъекту предметы и явления, среда) и внутреннее пространство (объект отражения — сам субъект). В показателе направленности эмоций конкретизируются субъектно-объектные отношения, характерные для аффективной сферы. Когда переживается отношение человека к какому-либо внешнему объекту, то эмоция направлена вовне, на объект. Когда переживается отношение человека к самому себе, то эмоция направлена вовнутрь, на себя. Эмоция есть переживание в настоящем времени, но направлена она может быть на события как в настоящем, так и в прошлом, и в будущем. Направленность эмоций можно сопоставить с таким свойством ощущений, как пространственная локализация.

Временная характеристика эмоций обычно определяется, как и для ощущений, через длительность и фазовость . Длительность есть период времени, в течение которого человек входит (1-я фаза) в какое-либо эмоциональное состояние, находится в нем (2-я фаза) и переходит к другому состоянию (3-я фаза). Время протекания эмоций обычно превышает время действия непосредственного эмоциогенного фактора, т. е. вызвавшего эмоциональный отклик раздражителя. Предопределено это, видимо, обусловленностью эмоций не только и не столько самими раздражителями, сколько потребностно-мотивационными факторами. Внешние факторы играют роль «пускателя», а внутренние уже определяют дальнейшее протекание эмоционального процесса.

Как и у ощущений, у эмоций количественной характеристикой , отражающей их энергетический аспект, выступает интенсивность . Ясно, что чем слабее процесс переживания, тем меньше сила сопутствующей эмоции, тем ниже ее интенсивность. И наоборот, чем сильнее переживание, тем интенсивнее эмоция. Измеряется интенсивность эмоции обычно через: а) показатели соответствующих физиологических реакций (например, электрокардиограмма или кожно-гальваническая реакция); б) самооценку (испытуемый сам указывает на шкале интенсивности точку, соответствующую, по его мнению, силе переживаемого им эмоционального состояния); в) экспрессивные признаки (мимика, жесты, интонация и т. п.). Хотя человек способен скрывать или маскировать свои эмоции, тем не менее общая закономерность известна: чем сильнее переживание — тем выразительнее и ярче его внешние проявления. Качественной характеристикой эмоций является модальность . В модальности отражается природа раздражителя. Но если в сенсорной сфере раздражителями являются внешние объекты, то в эмоциональной сфере роль ведущего раздражителя играют потребности и мотивы, т. е. «внутренние стимулы». Поэтому модальностные показатели эмоций обозначаются сугубо субъективной терминологией: радость, интерес, горе, гнев и т. д.

Наиболее обобщенным модальностным показателем эмоций выступает их знаковость . Эмоциональные переживания бывают положительными (например, счастье) или отрицательными, негативными (например, печаль). Положительный эффект связан с удовлетворением пробудившейся потребности, отрицательный — с невозможностью или трудностью ее удовлетворения. По-видимому, знак эмоционального процесса есть субъективный обобщенный показатель нескольких факторов, каждый из которых, в свою очередь, есть отражение конкретных реальных жизненных отношений человека. Действительно, путь удовлетворения какой-либо потребности непрямолинеен и неодноэтапен, а состоит, видимо, из целого комплекса специфических реакций и действий, преломленных в психике в форме соответствующих эмоциональных качеств.

В. Вундт около ста лет назад предложил одну из наиболее приемлемых версий такой детализированной интерпретации модальности [152, 154]. Он представил модальность как трехфакторное свойство. Каждый фактор — это двухполюсный компонент переживания: удовольствие — неудовольствие, возбуждение — успокоение и напряжение — разрешение (разрядка). Модальность конкретного эмоционального процесса в каждый момент времени изображается тогда точкой в трехмерном пространстве, где осями служат указанные отдельные качества переживания. С течением времени каждый из трех факторов может претерпевать изменения, и, следовательно, их комбинация, определяющая модальность, есть непрерывно меняющийся показатель текущей эмоции. Теоретическая сторона построений В. Вундта на доказательном уровне пока не опровергнута. Но практические неудобства очевидны.

Возможно, этим обусловлено введение в науку так называемых «базовых» модальностей (или базовых эмоций), опирающихся на различные комплексные (и не всегда внятные) критерии. Значительное распространение получила шкала из десяти «фундаментальных» эмоций, предложенная К. Е. Изардом [288, 289] (табл. 12.1).

Таблица 12.1

Фундаментальные эмоции (по К. Изарду)

Описание: 2_0442_UR_3

Однако уже сам К. Изард признавал изъяны в своем списке: не все указанные им эмоции отвечают пяти выдвинутым им же требованиям для базовой эмоции. Неясны и принципы градации каждой из десяти основных эмоций.

Восемь базовых эмоций предложил Р. Плутчик (R. Plutchik), сгруппировав их в четыре пары альтернатив по признаку противонаправленности связанных с этими эмоциями действий: 1) гнев (агрессия, разрушение) — страх (защита); 2) одобрение (принятие) — отвращение (отвержение); 3) радость (воспроизведение) — уныние (лишение); 4) ожидание (исследование) — удивление (ориентация) [974, 975]. Несовершенства этой системы также очевидны. Например, трудно признать в качестве альтернатив ожидание и удивление и соответствующие им исследовательские и ориентировочные действия. Довольно натянутыми кажутся связки «радость с воспроизведением» и «уныние с лишением». Неполноту перечня важных эмоций Р. Плутчик восполнил предложением из восьми базовых эмоций, названных им первичными, путем их различных сочетаний получить ряд вторичных эмоций. Например: радость + принятие = любовь; радость + гнев = гордость; страх + принятие = скромность. Опираясь на изучение мимического выражения эмоций, П. Экман (P. Ekman) и В. Фрайзен (W. Friesen) выделили шесть базовых эмоций: страх, гнев, отвращение, удивление, печаль, радость [943, 944]. Е. П. Ильин в своем капитальном труде «Эмоции и чувства» подробно описал и проанализировал 26 эмоций, не присваивая им статуса базовых, но группируя в пять классов по функциональному признаку [299]:

● эмоции ожидания и прогноза (волнение, тревога, страх, отчаяние);

● эмоции удовлетворения и радости;

● фрустрационные эмоции (обида, разочарование, досада, гнев, исступление, печаль, уныние, тоска — ностальгия, горе);

● коммуникативные эмоции (веселье, смущение, смятение, стыд, вина, презрение);

● интеллектуальные «эмоции», или аффективно-когнитивные комплексы (удивление, интерес, чувство юмора, эмоция догадки, сомнение).

Интегральной характеристикой эмоций выступает их адекватность — соответствие эмоции как складывающейся ситуации, так и актуализированной этой ситуацией потребности по всем параметрам.

Итак, к общим свойствам эмоций относятся: направленность, длительность и фазовость, интенсивность, модальность (и знаковость) и адекватность.

Классификация эмоций

Как и предшествующие процессы, эмоции не поддаются простой линейной классификации в силу своей сложности, многогранности, многоуровневого проявления. Поэтому для разделения всего множества эмоциональных процессов на отдельные классы используют целую систему признаков. Наиболее распространены следующие группировки эмоций.

I. По величине (интенсивности):

1) слабые (эмоциональный тон);

2) средние (собственно эмоции);

3) сильные (аффекты).

II. По знаку (модальности):

1) положительные;

2) отрицательные;

3) неопределенные.

III. По характеру воздействия на организм:

1) стенические (усиливающие);

2) астенические (ослабляющие).

IV. По осознанности:

1) неосознаваемые;

2) частично осознаваемые;

3) полностью осознаваемые;

4) ошибочно осознаваемые.

V. По динамике развития:

1) исходные (первичные, ведущие);

2) производные (ситуативные).

Коротко рассмотрим выделенные группы.

Интенсивностьколичественная характеристика, указывающая на силу протекающего эмоционального процесса. Ее величина может меняться от нуля (отсутствие эмоции) до некоторого предела, за которым могут происходить нарушения психической деятельности или даже разрушение соответствующих нервных структур. Условно эти границы можно сопоставить с нижним и верхним абсолютными сенсорными порогами. Также условно можно выделить на общей шкале показателей интенсивности зоны низких, средних и высоких величин (в косвенных единицах измерения вегетативных реакций, самооценок или экспрессии). Этим зонам и будут соответствовать три выделенные группы: слабые, средние и сильные эмоции.

Гамму вяло протекающих и слабо выраженных эмоций иногда называют эмоциональным тоном , подчеркивая их фоновый характер для других психических процессов. Например, легкое удивление, мимолетная досада, слабое недовольство и т. д.

Неясным выглядит выделяемый в науке как частный случай этого уровня аффективных переживаний эмоциональный тон ощущений . Его обычно относят к элементарным, так называемым физическим чувствованиям, связанным с органическими процессами. Эти чувствования могут иметь относительно специализированный характер, выступая в виде эмоциональной окраски (тона) отдельных органических ощущений (голода, жажды и т. д.). Но подобные переживания могут носить и более общий, размытый, неспециализированный характер, выражая общее разлитое органическое самочувствие индивида. Считается, что обычно такие эмоциональные переживания «беспредметны», т. е. человек не осознает эмоциогенного фактора.

На наш взгляд, эмоциональные переживания, сопутствующие органическим процессам, могут быть и высокоинтенсивными, т. е. входить в группу средних или даже сильных эмоций (например, при сильных болевых ощущениях, острой жажде и т. п.). Понятно также, что не только органические (интерорецептивные) ощущения могут иметь слабую эмоциональную окраску, но и любые экстерорецептивные (внешние) и проприорецептивные (кинестетические) ощущения. К тому же «беспредметность» эмоции не обязательно определяет ее низкую интенсивность. Так, беспредметные тоска или тревога, беспричинные радость или печаль вполне могут достигать по крайней мере среднего уровня силы. Представляется, что понятие «эмоциональный тон ощущений» нельзя использовать ни как интенсивностную характеристику эмоций, ни как эмоциональный эквивалент органических ощущений. Пожалуй, это понятие удачно применимо только для описания первых этапов становления эмоциональной регуляции в филогенезе (возможно, и в онтогенезе).

Е. П. Ильин вводит еще одну сходную категорию — эмоциональный тон впечатлений как выражение эстетического удовольствия — неудовольствия, который противопоставляет эмоциональному тону ощущений как выражению физического удовольствия — неудовольствия [299]. Возможно, в этом есть резон, если отталкиваться в подобном размежевании от категорий «удовольствие» и «неудовольствие», понимаемых как первичные формы психического отражения (по мнению некоторых ученых, даже предшествующие ощущениям, поскольку в них еще не отражаются свойства раздражителей, а лишь сам факт наличия полезного или вредного воздействия). Неясно, правда, куда отнести тогда легкие переживания (как приятные, так и неприятные), вызванные, скажем, окраской стен в помещениях, несильными акустическими воздействиями, играющими роль «шумов и помех» и т. п. Кроме того, противопоставление ощущений впечатлениям по признаку «физическое — эстетическое» переживание требует более весомой аргументации, нежели приведенная Е. П. Ильиным. Но зато очевидно, что эти категории относятся к разным уровням психического отражения: ощущения — к сенсорному, а впечатления — к мнемическому. Соответственно, в первом случае речь идет об эмоциональной окраске первичных образов, а во втором — вторичных (представлений). Почему при этом первичные образы надо сопоставлять с «физическими» факторами, а вторичные — с «эстетическими», непонятно.

Эмоциональные процессы со средними величинами энергетических показателей обычно относят к группе собственно эмоций , подчеркивая тем самым усредненный характер условий возникновения и протекания соответствующих переживаний, их «обычность». В этих условиях индивид «нормально» взаимодействует со средой, справляется с возникшими обстоятельствами, его реакции на складывающуюся ситуацию адекватны, а поведение, как правило, эффективно и «разумно». Собственно эмоции более предметны и осознаваемы, чем эмоциональный тон. Они носят опережающий характер, т. е. отражают событие в виде его обобщенной субъективной оценки в начале развертывания этого события, предвосхищая результат. Они смещены к началу действия в данной развертывающейся ситуации, способствуя тем самым выбору наиболее приемлемого способа реагирования на воздействие эмоциогенного фактора.

Входящие в третью группу сильные эмоции обычно носят название аффектов (в узком смысле слова). Аффектмощная кратковременная эмоциональная реакция на критическую ситуацию, из которой субъект не способен найти адекватный выход . В аффективном состоянии у человека резко сужается поле сознания. В первую очередь нарушается внимание: уменьшается его объем и распределение, сильно снижается переключаемость. В силу этих нарушений в поле восприятия включены только те объекты, которые связаны с текущим переживанием. Все остальные раздражители, не вошедшие в этот комплекс, практически не осознаются. Это является одной из причин неуправляемости аффективным состоянием. Одновременно ослабляется концентрация внимания, и человек не в состоянии сосредоточиться и найти выход из ситуации. Нарушения внимания автоматически сказываются на процессах восприятия, памяти, мышления, воображения, воли. Все психические функции сужаются, тормозятся, становится невозможным целесообразное поведение. Аффект в этом смысле обладает свойством доминанты, подавляя не связанные с ним психические процессы и навязывая тот или иной стереотипный способ «аварийного» разрешения ситуации (агрессия, бегство, оцепенение). В этом состоит основная регулирующая функция аффектов : индивид не может самостоятельно овладеть ситуацией и найти выход из нее, тогда на помощь приходит «память предков», дающая самое общее решение. Однако сложившиеся в эволюции стереотипы поведения оправдывают себя лишь в типичных биологических ситуациях, что, к сожалению, не всегда соответствует социальным обстоятельствам, в которые попадает человек. Вторая важная регулирующая функция аффектов состоит в формировании специфического опыта — следов в памяти, называемых «аффективными комплексами», которые в дальнейшем определяют избирательность к ситуациям (и их элементам), прежде вызывавшим аффективное состояние. Этот опыт позволяет уклониться от повторения подобных или сходных ситуаций в целом или их отдельных обстоятельств.

В отличие от собственно эмоций аффект возникает в ответ на уже происходящее событие и как бы сдвинут к концу действия в данной ситуации. Он позволяет только выйти из нее, но не управлять ею.

Группировка эмоций по знаку отражает их оценочную функцию. К положительным эмоциям относят те, которые отражают факт удовлетворения актуальных потребностей или приближения к их удовлетворению . В итоге индивид испытывает приятные переживания. Эти переживания могут быть результатом происходящего действия, текущего события. Тогда мы имеем дело с эмоцией удовольствия или наслаждения . Но положительные эмоции могут возникать и как ожидание грядущего удовольствия. Именно с таким ожиданием чаще всего связана радость .

Если удовлетворению актуальных потребностей что-то препятствует, то возникают отрицательные эмоции , отражающие негативное отношение индивида к этим препятствиям . В результате испытываются неприятные переживания. Возникшее неудовольствие в зависимости от уровня возбуждения и напряжения (по Вундту), а также от специфики потребности и препятствующих факторов переживается как грусть, печаль, негодование, презрение, гнев, страх и т. д.

Появление полярных эмоций зависит, как уже говорилось, от специфики эмоциогенного фактора, от степени актуализации той или иной потребности, от хода текущей деятельности по удовлетворению актуализированной потребности. Однако изредка возможны и нейтральные участки деятельности, когда выполняемые операции не имеют самостоятельного значения и не несут какой-либо важной содержательной нагрузки. Выполнение этих операций оставляет человека равнодушным, эмоционально нейтральным .

Кроме положительных и отрицательных, выделяют еще группу неопределенных эмоций . Обычно эти эмоции связаны с ориентировкой в неясных ситуациях , когда незнакомые предметы, обстоятельства, явления вызывают состояния волнения, но не поддаются обобщенной оценке «опасно — безопасно». В этих случаях человек переживает удивление, недоумение, сомнение, интерес, любопытство . Это эмоциональная сторона первичной ориентировки в новых впечатлениях. Довольно ярко любопытство проявляется у животных. Новые, незнакомые предметы «притягивают» их, чем часто пользуются охотники. Зачастую единственной потребностью, лежащей в основе этих переживаний, выступает потребность понять, «что это такое». Подобные неопределенные эмоции, как правило, непродолжительны. Ориентировочное состояние снимается изменением ситуации и переходит в положительное или отрицательное отношение к объекту, вызвавшему неопределенную реакцию.

Обращает на себя внимание факт значительно большего разнообразия в языке обозначений отрицательных эмоциональных переживаний, чем положительных, хотя логика и диалектика подсказывает, что должно бы соблюдаться равновесие. Искусственно, видимо, можно подобрать антонимы многим отрицательным эмоциональным состояниям (правда, как правило, не на уровне эмоций, а на уровне чувств), тем не менее анализ русского и иностранных словарей показывает, что естественных специальных обозначений для негативных эмоций больше, чем для позитивных. Хорошей иллюстрацией такого положения являются приведенные выше списки «базовых» эмоций. В этих примерах соотношение положительных, отрицательных и неопределенных эмоций выражается следующими числовыми рядами: по Изарду — 1: 7: 2; по Плутчику — 2:4:2; по Экману — 1:4:1; по Ильину (без выделения «базовых» эмоций) — 5:17:4.

На отмеченное неравенство указывают и некоторые ученые-физиологи: «Следует обратить внимание на такой весьма тонкий аспект оценочной информации, как асимметрия позитивного и негативного полюсов оценок. Дело в том, что люди вообще более тонко дифференцируют негативную зону восприятий (и эмоций), более грубо — позитивную. Это связано и с нашими психофизиологическими особенностями, благодаря которым сигналы опасности воспринимаются более надежно (так называемая позитивно-негативная асимметрия восприятия). Предлагая шкалу оценок, мнений, мы почти всегда можем полагаться на ответы негативной зоны (например, оценки неудовлетворенности), но менее уверенно — на ответы позитивной зоны».

Объясняется этот дисбаланс, видимо, следующими основными причинами. Во-первых, любая деятельность есть череда преодоления различных препятствий на пути к достижению цели (в данном случае к удовлетворению потребности). Иначе говоря, успех (и связанные с ним положительные переживания) выступает как обобщение преодоления целого ряда препятствий и связанных с ними неприятностей, а следовательно, и целого ряда отрицательных переживаний. Богатство способов преодоления трудностей является условием успешности деятельности. Поэтому необходима четкая дифференцировка в психическом отражении этих способов. Отсюда гамма отрицательных эмоций разнообразнее положительных. Отрицательные эмоции отражают массу конкретных промежуточных условий жизнедеятельности по удовлетворению потребностей, а положительные — финальную ситуацию достижения цели. Вторая существенная причина количественного преобладания набора отрицательных переживаний над набором положительных состоит в том, что неудача, как правило, имеет и биологически, и социально большую значимость , нежели успех. Не преодолев какое-то препятствие, организм может погибнуть, личность потерять свой социальный статус. Успех же — это обычно некое упрочение или улучшение существующего положения, а не решение ситуации «жизнь — смерть» (и в биологическом, и в социальном смысле). Для успешной жизнедеятельности и в конечном итоге для выживания гораздо важнее дифференциация вредоносного, опасного, чем полезного и благоприятного. Отсюда вытекает необходимость в более четком отражении препятствующих успеху, чем способствующих ему факторов. Это и выражено в большей дифференциации отрицательных эмоций по сравнению с положительными, что сказалось и в языке.

Если различия в отрицательных эмоциях хорошо отражены в показателях модальности, то различия в положительных эмоциях больше выражаются в интенсивностных показателях. Например, ряду отрицательных переживаний «грусть — печаль — гнев — ярость» можно противопоставить ряд положительных переживаний «тихая радость — радость — сильная радость — бурная радость».

Мобилизующая функция эмоций отражается в их делении на стенические (усиливающие) и астенические (ослабляющие). Еще Б. Спиноза говорил об эмоциях как о состояниях, которые «увеличивают или уменьшают способность самого тела к действию, благоприятствуют ей или ограничивают ее» [758]. Всем нам хорошо известно, что в приподнятом, радостном настроении спорится любое дело, энергия переполняет нас, все нам дается гораздо легче, все получается. Печаль же, уныние, подавленность снижают наш энергетический уровень, ничего не хочется делать, теряется уверенность в своих силах, все «валится из рук». В первом случае переживаемые эмоции способствуют активизации организма, стимулируют человека к активным действиям. Во втором — происходит задержание действий вплоть до их прекращения, человек становится пассивен, вял, безволен.

Однако деление эмоций на повышающие и понижающие жизнедеятельность нельзя абсолютизировать, тем более нельзя отождествлять усиливающие эмоции с положительными, а ослабляющие с отрицательными. Одно и то же эмоциональное состояние в зависимости от различных условий может быть и стеническим, и астеническим. Так, страх вначале обычно способствует мобилизации всех энергетических ресурсов организма, предельному напряжению, а спустя некоторое время наступает упадок сил, апатия. Так же может «опустошать» сильная радость, первоначально вызвавшая подъем сил. Иногда досада, чувство вины, неудовлетворенность своими действиями и поступками сначала вызывают понижение активности, затем стимулируют ее рост через стремление исправить положение.

По степени осознанности эмоции можно разделить на неосознаваемые, частично осознаваемые и полностью осознаваемые. Дополнительно можно выделить ошибочно осознаваемые эмоции. Как уже говорилось раньше (при рассмотрении феномена психического), любой психический процесс может протекать на сознательном и бессознательном уровнях. Последнее не означает, что мы не испытываем, не переживаем данного явления. Это означает, что мы не соотносим его с окружающей действительностью и с собой, не осознаем истинную природу и источник этого переживания.

Люди также интересуются этой лекцией: ЗОЩЕНКО Михаил Михайлович.

В эмоциях отражаются отношение индивида к окружающему и его состояния, обусловленные взаимодействием с этим окружающим. В своих взаимодействиях с миром субъект может занимать более или менее активную позицию. Когда он преимущественно активен, то эмоции выражают в большей степени его отношение к действительности, когда же субъект преимущественно пассивен, то эмоции в большей степени отражают его состояние . В первом случае вероятность осознанности эмоций значительно выше, чем во втором случае. Общая пассивность субъекта способствует и снижению эмоциональной деятельности, а следовательно, и переходу эмоциональных переживаний на неосознаваемый уровень. Активность субъекта предполагает и его высокую эмоциональную работоспособность, при которой он гораздо лучше представляет себе всю палитру своих эмоциональных переживаний.

Осознать протекающую эмоцию — значит уяснить ее основные показатели (направленность, знак и модальность, силу) и определить эмоциогенный фактор. Если ничего из этого перечня не выявлено, то эмоция неосознанна . Если какой-то элемент из этого ряда не представлен в сознании (например, модальность или причина процесса), а остальные представлены, то эмоция осознаваема частично . Если же весь комплекс осознан, — то полностью осознаваема . Если какой-либо показатель эмоционального переживания в сознании отражен неадекватно, то говорят об ошибочном осознавании . Чаще всего искажено представление об эмоциогенном факторе.

Деление эмоций по критерию динамика развития на исходные и производные связано с тем, что в реальности почти никогда не бывает одиночных, «застывших» эмоциональных состояний. Эмоциональная жизнь — это непрерывный поток все время изменяющих свои характеристики различных переживаний. В любой момент времени нас сопровождает целая комбинация этих переживаний. И в таких комбинациях можно с определенной долей уверенности говорить только о доминирующей эмоции. Такое переплетение эмоций является основой чувств человека, подобно тому как взаимодействие ощущений предопределяет процессы восприятия.

Детерминировано это слияние эмоций, сложность состава каждого эмоционального состояния многообразием, многофакторностью объективной реальности, в которой протекает жизнь индивида. Непрерывная смена мотивов (когда достижение любой цели предстает как цепь достижений промежуточных целей, когда жизненные ситуации сменяют друг друга зачастую самым непредсказуемым образом) определяет постоянную динамику и потребностно-мотивационные установки, и системы эмоциогенных факторов . По современным представлениям, механизмы мотивации обеспечивают не только возникновение, но и развитие эмоций. Потенциально эмоциональная реакция на некоторый фактор является как бы разветвленной, причем каждая из таких ветвей соответствует определенной возможности ее дальнейшего развития, отвечающего тому или иному варианту изменения ситуации. Иначе говоря, мотивационные механизмы психики обеспечивают возникновение ведущей эмоции в сопровождении целого набора связанных с ней мотивационных установок, каждая из которых способна при соответствующих условиях перерасти в реально переживаемую производную эмоцию [144]. Синонимами ведущей эмоции выступают первичная и исходная эмоция, синоним производной — вторичная и ситуативная эмоция.

Момент преобразования первичной эмоции в «созвездие» вторичных можно сопоставить с точкой бифуркации (от лат. bifurcus — раздвоенный) в процессах развития любых систем, за которой невозможно предсказать ход этого развития (направление, интенсивность, форму и т. д.). Трудно (если вообще возможно) предсказуем как сам момент трансформации исходной эмоции в ситуативные, так и состав этой будущей констелляции эмоций и дальнейшее развитие всей гаммы переживаний.

Свежие статьи
Популярно сейчас