Главная » Лекции » Философия » История философии » 13 Русская философия

13 Русская философия

2021-03-09 СтудИзба

4. Русская философия

4.1. Основные черты и периодизация русской философии

Русская философия - сложный и многогранный процесс, который включает в себя многие направления как идеалистической, так и материалистической ориентации.

Ее возникновение происходит под влиянием факторов, которые заставляют сравнивать эти процессы с западноевропейскими. Западная Европа сознавала себя наследником античной философии, и это вводило в ее интеллектуальную культуру готовую философскую терминологию и определенную структуру философской мысли. Иная основа философии русской: она постоянно находила рядом с собой «напряженную и активную философскую мысль на Западе» и долгое время формировалась под влиянием творческого влияния западно-европейских мыслителей. Но идеи Запада переплавились в историософию П.Я. Чаадаева, «русскую идею» славянофильства, «философию всеединства» Вл. Соловьева. Этот процесс принимает форму диалектического единства заимствования и самобытности русской философии и воспринимается как закономерность, если принять за основу определение, данное русской философии А.Ф. Лосевым: «русская философия является насквозь интуитивным … даже … мистическим творчеством, у которого нет времени, а, вообще говоря, и охоты заниматься логическим оттачиванием мысли. С этих позиций становится понятным и определение русской философии как «жизнетворчества», «жизнеутверждения».

И культура, и религия определяли зависимость русской философии от государства и политических процессов в России. Следует подчеркнуть, что русской философии (в разной степени в различные исторические периоды, но всегда!) было свойственно «вдохновение свободы». Сложность и противоречивость историко-философского процесса в России сделали затруднительным периодизацию русской философии – вопрос до настоящего времени остается дискуссионным. Думается, что наиболее приемлемым представляется периодизация, в основе которой лежит характеристика русской духовной культуры и специфика российской истории.

- Первый этап – XI-XVII вв. Длительный период от языческой политеистической картины мира к монотеизму православия. Основная форма общественного сознания – религия. Основная проблематика философской культуры этого периода – религиозно-этическая. Но и в этих рамках ставятся вопросы философско-мировоззренческого характера.

- Второй этап – конец XVII – начало XIX века по проблематике может быть соотнесен с западноевропейским Возрождением. Именно в это время формируется русская наука, закладывается система отечественного образования. Формируется натурфилософия (Ломоносов) и антропология (Радищев) в классических вариантах.

Рекомендуемые файлы

- Третий этап – XIX век – характеризуется формированием национального самосознания, и в соответствии с этим – самобытной русской философии. В начале века наибольшими авторитетами для русских мыслителей были французские просветители, в 20-30 годах – Фихте и Шеллинг, в 40-50-ых – Гегель и Кант, с 60-70 годов философскими авторитетами стали позитивисты, затем Маркс и Энгельс. Последние десятилетия века выдвинули в «зону повышенного внимания» русских интеллектуалов творческие искания А. Шопенгауэра и Ф. Ницше.

Проблемное поле русской философии XIX века распадается на три сравнительно автономные, но тесно взаимодействующие сферы: «познания», с основной оппозицией «вера-знание»; «действия» с основной оппозицией «аполитизм - революционность»; «ценностей» (нравственности) с основной оппозицией «альтруизм - эгоизм». В каждой из сфер присутствует альтер­нативная ориентация на определенный «идеал» или «тип». В сфере познания это идеал рациональности (духовности), задаваемый либо религией, либо наукой. В сфере действия - идеал социаль­ности, представляемый либо монархией, либо демократией. В сфере ценностей - идеал человека, определяемый либо с помощью некоторых форм коллективности («государство», «народ», «община», «церковь»), либо посредством личностных атрибутов («разумность», «нравст­венное чувство», «природа человека»). Русская философия предстает как многообразие философских доктрин, систем, школ и традиций, организованных вокруг двух «полю­сов» - «философии тотальности» (целостности, коллективности) и «философии индивидуальности».

- Четвертый этап – это философия ХХ века. Название весьма условное, так как оно характеризует лишь хронологические параметры. Особенности русской философии ХХ века состоят, прежде всего, в отсутствии целостности – и проблематической и организационной. В философии этого периода можно выделить:

а) философию «серебряного века», которая характеризуется духовным «взлетом» самобытной русской философии и формированием нового религиозного сознания;

б) философия, которая развивалась в рамках советского общества в послеоктябрьский период. Тоталитарный режим не смог искоренить оригинальности философского мышления Г. Шпета, А. Лосева, М. Бахтина, В. Асмуса, Э. Ильенкова, многих других;

в) русская философия в эмиграции: развитие русского экзистенциализма, утверждение принципов евроазийства, проблемы русской культуры и истории в трудах Н. Бердяева, Л. Шестова, И. Ильина и др.

Философия постсоветского периода еще требует дальнейшего изучения.

4.2. Философская культура России XIX века

4.2.1. Проблемы философского мировоззрения славянофилов и западников. П.Я. Чаадаев, А.И. Герцен

XIX век в России – период формирования самобытной национальной культуры. Вопрос об особом характере ее встал в достаточно острой форме после победы России в войне с Наполеоном. С новой силой вспыхивает тема русской самобытности – уже не во имя возврата к старой русской жизни, как это было в XVIII веке, а во имя «раскрытия «русской идеи», «русских начал, «доныне лежащих скрыто» в глубинах народного духа». Потребность яркого выражения самосознания нашла конкретное выражение во всех формах духовной культуры, и в значительной мере – в русской философии.

В первой половине XIX века в кружках, назваными позднее Б. Чичериным «легкими, которыми в то время могла дышать сдавленная со всех сторон русская мысль», были заложены философские основы двух основных направлений русской общественно-политической мысли – славянофильства и западничества.

А.И. Герцен сравнивал славянофилов и западников с двуликим Янусом: два лица, но одно сердце! «Мы все любили Россию, - говорит Герцен, - только одни как мать (славянофилы), другие как дитя (западники)».

Свое обоснование и развитие философские идеи славянофилов получили главным образом в работах И.В. Киреевского, А.С. Хомякова. Интересные представления о человеке, обществе, знании можно найти в работах Ю.Ф. Самарина, К.С. Аксакова. Споря между собой, славянофилы были объединены, по меньшей мере, тремя чертами. Во-первых, общим было учение о целостности духа. Органическое единство не только пронизывает церковь, общество и человека, но и является непременным условием познания, воспитания и практической деятельности людей. Подлинное знание доступно не отдельному человеку, а лишь такой совокупности людей, которая объединена единой любовью, т.е. соборному сознанию.   Начало соборности в философии славянофилов выступает как общий метафизический принцип бытия, хотя соборность характеризует в первую очередь церковный коллектив.

Во-вторых, для славянофилов характерно противопоставление внутренней свободы внешней необходимости. Человек должен руководствоваться своей совестью, а не рационалистическим определением выгоды.

Третьей характерной чертой славянофильского миропонимания была его религиозность. Славянофилы полагали, что в конечном счете вера определяет и движение истории, и быт, и мораль, и мышление. Поэтому идея истинной веры и истинной церкви лежала в основе всех их философских построений.

Философские идеи славянофилов в 60-е годы получили свое развитие в идеологии почвенничества, к которым причисляют Ф.М. Достоевского, А. Григорьева, Н.Н. Страхова.

В рамках западничества зародилась философия двух замечательных русских мыслителей – П.Я. Чаадаева и А.И. Герцена.

П.Я. Чаадаев (1794 – 1856) поразил современников – и друзей и врагов – оригинальностью философских находок, и до настоящего времени его творчество является  источником многих биографических загадок.

В Московском университете, куда Чаадаев поступает в 1809 году, он знакомится с основами философских систем Локка, Декарта, Фихте, Шеллинга. Наиболее яркая и дискуссионная философская работа П.Я. Чаадаева «Философические письма». Единственное письмо, напечатанное при жизни автора в 1836 году, вызвало мощную отрицательную реакцию власти. Герцен писал, что оно произвело впечатление «выстрела, раздавшегося в темную ночь». Чаадаев был официально объявлен сумасшедшим, и за ним установили обязательный  медицинский надзор.  

По исходным позициям своих философских взглядов Чаадаев - объективный идеалист. Его важнейшая предпосылка - мир сотворен богом, бытие - порождение бога, его излучение. Он различает три формы бытия: материальное бытие, или бытие природы, историческое бытие людей, или социальное бытие, духовное бытие.

Духовное   бытие,   хотя  и  воздействует  на   бытие   природы,   в   котором раскрывается всеобъемлющая сила «высшего разума», все же, в представлении Чаадаева лишь в историческом или социальном бытии они сливаются воедино.

Обремененный     религиозно     -     идеалистическим     грузом     своего миропонимания, называющий «богом закон, гармонию, вселенную», Чаадаев уходил   от   четкого   ответа   на   такие   важные   вопросы   философии,   как происхождение Земли, вселенной, возникновение растительного и животного мира, человека и т.  д. Однако сам Чаадаев,  объясняя первоосновы природы, нередко стоял на почве данных науки своего времени и даже пользовался отдельными выводами философского материализма. Он признает открытия Галилея, Кеплера, Ньютона, Ломоносова и других великих ученых крупными завоеваниями человеческой  мысли, имеющими огромное практическое значение. Весьма примечательным, в этом отношении, являлось признание им атомистики.

С основными понятиями бытия природы и духа у Чаадаева связаны понятия пространства, времени, движения.

Чаадаев строит учение о бытии таким образом: над «всем» (т.е. над тварным миром) стоит бог, от которого исходят творческие излучения в мир; сердцевина мира есть всечеловеческое мировое сознание, приемлющее эти излучения; ниже идет отдельный человек, ныне в силу  первородного   греха,  утративший  сознание   своей   связи   с  целым   и оторвавшийся от природы; еще ниже идет вся человеческая природа.

Чаадаев всячески утверждает реальность человеческой свободы. Его учение о свободе не отличается достаточной ясностью, но значимость свободы для него бесспорна. Чаадаев говорит: «Наша свобода заключается лишь в том, что мы не сознаем нашей зависимости», - т.е. свободы нет реально, есть лишь «идея» свободы, - утверждает он, в тоже время называя человеческую свободу «страшной силой», пишет об «ослеплении обманчивой самонадеянности».

Смысл истории осуществляется «божественной волей, властвующий в веках и ведущей человеческий род к его конечным целям».

Успехами культуры  измеряет Чаадаев силу христианства. В этом ключе следует рассматривать чаадаевскую критику России. Чаадаев не смог включить в Россию в ту схему провиденциализма, какую навевала история Запада: «Провидение, - говорит он, - исключило нас из своего благодетельного действия на человеческий разум…, всецело предоставив нас самим себе». И далее: «Провидение как бы совсем не было озабочено нашей судьбой». Россия, по словам Чаадаева, заблудилась на земле. Отсюда его частые горькие упреки русским людям: «мы живем одним настоящим … без прошедшего и будущего», «мы ничего не восприняли из преемственных идей человеческого рода», «исторический опыт для нас не существует» т.д.

Одним из самых ярких людей сороковых годов в России был А.И. Герцен (1812–1870). Его имя большинство исследователей истории русской культуры связывает с литературой и революционной деятельностью. Гораздо меньше говорят о нем, как о философе, и это не справедливо.

А.И. Герцен в 1829 году поступает в Московский университет на физико-математическое отделение, и уже через 3 года пишет статью «О месте человека в природе». После окончания университета Герцену предсказывали блестящую научную карьеру, но он, вместе с другими членами студенческого общественно-философского кружка, был арестован и выслан из Москвы. Его первые философские работы появились уже после возвращения из ссылки и сразу же привлекли внимание интеллигенции.  Объектом философского анализа Герцена стала наука. И он сам, и круг его единомышленников-западников первоначально именно в науке видели не только мощный фактор социального развития и обновления, но и альтернативу попыткам чисто насильственного преобразования общества.

В 1845 г. он начинает публиковать серию статей под названием «Письма об изучении природы», в которых пишет о необходимости для философии опираться на естественные науки, которыми «многое уясняется в вечных вопросах», и одновременно о необходимости философии для наук о природе.

Вся   история   философии,   по   Герцену,   свидетельствует о   стремлении человечества к  истине через  преодоление дуализма духа и природы, через уяснение того, что духа вне природы не существует, что сама природа развивается до духа.

Ключом к решению вопроса об отношении мышления к бытию является для Герцена идея развития. Те, кто отрывает мышление от природы, подчеркивает он, исходят из идеи, что природа не развивается. Если же рассматривать природу в развитии, т.  е. «так, как она есть», то окажется, что «сознание вовсе не постороннее для природы, а высшая степень ее развития».

И проблемы науки  и проблемы онтологии имели для Герцена значение основы философии человека. Все философские размышления Герцена одухотворены мыслью, что личность является основной ценностью, что вне личности, без ее участия в обществе невозможно никакое движение. Его привлекала идея гармонического единства человека, который не может быть сочетанием двух разнородных стихий – духа и плоти, но есть цельное, единое существо – личность.

В 1847 году Герцен уехал в Западную Европу переполненный утопической верой в прогресс и западноевропейскую борьбу за свободу и социальную правду.

Одним из первых среди деятелей русского освободительного движения Герцен понял неоправданность революционного насилия без понимания перспектив социального развития, без преобразования народного сознания. Насилие способно только расчищать место для будущего, для социального созидания нужно развитое народное сознание. «Нельзя людей освобождать в наружной жизни больше, чем они освобождены внутри». Эта фраза является ключевой в философских исканиях Герцена.

4.2.2. Особенности русского гуманизма.

Ф.М. Достоевский, Л.Н. Толстой

В русской философии практически на всех этапах ее развития рассматриваемые проблемы связывались с попыткой определения сущности человека.

Ко II половине XIX века русская интеллектуальная мысль накопила значительный материал для определения человека и с позиций объективного идеализма, и с позиций материалистических воззрений (социально-личностная характеристика потребностей, интересов и целей, данная В.Г. Белинским; антропологический материализм Н.Г. Чернышевского).

Новое звучание эта тема получила в творчестве великих русских писателей-философов – Ф.М. Достоевского и Л.Н. Толстого.

Творчество Ф.М. Достоевского (1821–1881) сосредоточено вокруг вопросов философии духа – это темы антропологии, философии истории, этики, философии религии.

В 1845 году Достоевский печатает первое произведение «Бедные люди», сразу выдвинувшее его в первоклассные писатели. С этого времени Достоевский с упоением отдается литературной  деятельности. Но работа Достоевского неожиданно прерывается: 23 апреля 1849 года его арестовывают по подозрению в политическом заговоре и привлекают к суду за участие в работе кружка, организованного Петрашевским. Достоевскому заменили казнь четырехлетними  каторжными работами в Сибири. Здесь оттачивается умение Достоевского видеть «чужие души».

Однозначно решить вопрос о материализме или идеализме Досто­евского трудно. Для художника-философа основной вопрос философии - это вопрос «нижнего этажа» ее, из которого нельзя механически вывести вопросы «этажа высшего». А высший этаж - это человек. Он и есть для писателя предмет философии. Философия Достоевского - философия человека. Вместе со всей русской мыслью Достоевский – антропоцентричен.

Разгадка «тайны» человека привела Достоевского к постижению двойственности его природы. Большинство героев писателя постоянно противоречивы, они хотят ссор – и уходят от них, хотят делать добро – и делают зло. Двойственность и сложность человека заставляет Достоевского поднять проблему, во многом традиционную для антропологических взглядов русских мыслителей – проблему свободы.

Свобода - основа противоречий человека, она - «сокровенная   суть   человека»,   но   именно   она   раскрывает  темные   и   низшие   силы человеческого поведения. Вот почему свобода не есть «последняя правда о человеке», эта правда определяется тем путем, который выбирает человек в своей свободе - путем добра или    зла.     

Человек выше логики. Человек выше сознания, он есть и бессознательное: не только ум, но и сердце. Бессознательное проявляется через чувство тоски, так часто владеющее героями Достоевского.

Обращение Достоевского к бессознательному дает повод говорить о том, что русский писатель в ряде положений предвосхитил Зигмунда Фрейда.

Задолго до знакомства с работами Фридриха Ницше, Достоевский в действиях и размышлениях своих героев попытался выразить и волю к жизни, и волю к власти как  основания поступков, опровергающих нравственность.

В истории русской философии Л.Н. Толстой (1828-1910) занимает особое место. Гениальный художник, до конца дней продолжавший заниматься художественным творчеством, он был в то же время глубоким мыслителем. Толстой все подчиняет морали, но это уже не «примат практического разума» (как у И. Канта), это – настоящий «панморализм».

Основные вопросы философии Толстого – что есть человек и в чем раскрывается его сущность, что есть жизнь и что представляет собой смерть – рассматриваются во многих философско-публицистических работах великого мыслителя. Главными считаются «Исповедь» (1879-1881), «В чем моя вера» (1884), «Закон насилия и закон любви» (1908) и др. Философскими проблемами «нагружены» художественные произведения Толстого.

Толстой был религиозным человеком в своих моральных исканиях – он жаждал безусловного абсолютного добра. Без такого «вечного добра» жизнь становится для него лишенной смысла. В свете исканий «безусловного блага» раскрылась перед Толстым вся бессмысленность той безрелигиозной, не связанной с абсолютом жизни, какой жил и живет мир.

Как считает Л.Н. Толстой, суть нравственного идеала наиболее полно выражена в учении Иисуса Христа. Только Христос возвысил любовь до уровня основополагающего, высшего закона жизни.

По мнению Толстого, главной является заповедь: «не противься злому», налагающая запрет на насилие.  Древний закон, осуждавший зло и насилие в целом, допускал, что в определенных случаях они могут быть использованы во благо - как справедливое возмездие по формуле «око за око». Иисус Христос отменяет этот закон. Он считает, что насилие не может быть благом никогда, ни при каких обстоятельствах. Запрет на насилие является абсолютным. Не только на добро, но на зло надо отвечать добром.

По мнению Толстого, человек находится  в разногласии, разладе с самим собой. В нем как бы живут два человека - внутренний и внешний, из которых первый недоволен тем, что делает второй, а второй не делает того, чего хочет первый. Эта противоречивость, саморазорванность обнаруживается в разных людях с разной степенью остроты, но она присуща им всем. Противоречивый в себе, раздираемый взаимно отрицающими стремлениями человек обречен на то, чтобы страдать, быть недовольным собой, он постоянно стремится преодолеть себя, стать другим. Человек не просто живет, он хочет еще, чтобы его жизнь имела смысл. Смысл жизни становится вопросом тогда, когда жизнь лишается смысла. По существу, постановка вопроса «зачем жить?» есть мысль о неизбежности смерти человека, в которой существенную роль играют социально-этические и нравственно-гуманистические факторы, проходит красной нитью через все творчество Л.Н. Толстого. Она неразрывно связана с утверждением его нравственного, духовного бессмертия. Все философские и художественные произведения Л.Н. Толстого пронизывает эта идея, согласно которой «про состояние после смерти нельзя сказать, что оно будет. Бессмертия не будет и не было, оно есть».

Руководством для человека является недостижимое совершенство идеала. Таким идеалом, достижимость которого представляется только в бесконечности, является идеал слияния личности с другими. Понятие Бога, свободы, добра, раскрывающие бесконечный смысл нашей конечной жизни, и есть тот самый идеал, практическое назначение которого - быть укором человеку, указывать ему на то, чем он не является. Толстой призывает к преодолению индивидуалистической настроенности, эгоистических притязаний и к беззаветному служению другим.

Философская мысль России восприняла главный итог поисков Л.Н. Толстого: добро должно быть абсолютным или оно не есть добро.

4.2.3. Русский космизм

В русской науке второй половины XIX века наиболее полно проявились особенности науки уже нового столетия. Задачи были сформированы в духе, опережающем время: во-первых, всесторонняя космизация научного знания, во-вторых, синтез естественных и гуманитарных наук, движение к «идеалу человеческого знания», в-третьих, превращение науки в непосредственную производительную силу в глобальном, планетарном масштабе.

Русский космизм неоднозначен. На естественно-научной основе строятся космические теории Циолковского, Вернад­ского, Умова, Чижевского. Философско-религиозный космизм представлен творчеством Николая Федорова. Своеобразный подход к проблемам космоса характеризует Павла Флоренского.

В русском космизме осознается серьезная опасность для
человечества,   появляется   тема,   которая приобретет особое
значение позднее, во второй половине XX века, и войдет в  число глобальных проблем человечества: человек как «геологический фактор»  в  истории  планеты   (В.И.   Вернадский). Многолетнее господство над природой привело к появлению    периода «мести»  природы  за  это  господство.   Конец мира придет от человека, а не от   «запредельных     сущностей».   И   надежды     человечества должны связываться с человеком, его нравственностью.     

Центральной фигурой в философии русского космизма стал Н.Ф. Федоров (1828-1903). Особое место в философии Федорова занимает учение «общего дела» - учение цельное, содержащее в себе по­пытку по-новому взглянуть на назначение человека в мире, поста­вить перед ним невиданную задачу, предложить пути ее выполнения. В «Философии общего дела» Федоров провозглашает общечеловеческие общепланетарные задачи эпохи, управление природой («внесение в неё воли и разума»), победа над стихийными силами, над голодом, болезнями и смертью; перевод военной мощи в созидательную и мирную. Фёдоров отчётливо понимал то катастрофическое направление, в котором движется развитие нынешней «эксплуатирующей, а не восстанавливающей» природу цивилизации. «Мы виноваты не в том только, что делаем (хищничество), но и в том зле, которое происходит по нашему бездействию».

Концепция «общего дела» у Федорова базируется на принципах нравственно-этических. Те конкретные формы зла, от которых страдает сам человек, сопровождают главного, «последнего врага» - смерть.

Реальность зла связана со слепыми силами природы, смертью, но нет радикального зла, онтологической злой воли. Зло лишь «недостаток», несовершенство мира, а не одна из первооснов бытия. Противодействие злу – это борьба против случайности, иррациональности, слепоты; это превращение вселенной в целесообразный, «сознательный», антиэнтропийный мир.

Человек у Федорова не только венец развития природы, но и сам должен стать субъектом обратного воздействия на породившую природу для ее преображения и одухотворения. Само возникновение сознания, как и жизни, считает Федоров, могло быть случайным про­цессом, но раз это произошло, человечество должно поставить себе главной задачей переделать мир согласно высшим, доступным ему нравственным нормам. Это волевой выбор человечест­ва, решившего изменить случайный и стихийный ход вещей. Благода­ря преобразовательной деятельности человека начинается поворот к сознательно планируемой и осуществляемой целесообразности.

Существенная черта русского космизма - стремление наметить связи между кон­цепциями мира как целого, пространства и времени (их конечности и бесконечности), форм и структурных уровней материи, самоорганизации и эволюции, человека. Эти концепции в науке конца XIX -начала XX века часто выступали как бы «разорванными» между раз­ными науками или сферами познания, существовал разрыв между кар­тиной мира физико-математического естествознания и картиной ми­ра натуралиста - обобщенным образом земной природы. Этот разрыв преодолевал К.Э. Циолковский на основе ряда выдвинутых им глубоко диалектических принципов. Отметим самые основные, составляющие в своей совокупности стержень всей космической философии.

К новым принципам Циолковский относил:

1. Принцип монизма, единства, важнейшей чертой которого явля­ется единство человека и космоса.

2.  Принципы самоорганизации и эволюции.

3.      Принцип  коэволюции  человека и Вселенной.

4. Принцип бесконечности.

5. Антропологический (антропный) принцип.

Идеи В.И. Вернадского о живом веществе, о космичности   жизни,    о биосфере и ноосфере,  о будущем человечества своими творческими корнями уходят в   новую,    начавшую   активно создаваться с конца XIX - начала XX века философскую традицию ос­мысления жизни и задач человека   как   вершинного   ее    порождения. По мнению Вернадского, идея эволюции и ее социальной вариации - прогресса - возникла сначала в философии и лишь потом проникла в естественные науки, претерпев под воздействием их методов сущес­твенные уточнения и трансформации.

Русский космизм строит понимание мира на основаниях, исключающих потусторонние сущности и невыявленные субстанции бы­тия. Весь мир здесь, и он явен. Для того чтобы он был здесь, на место невыявленного бытия ставится «обладание небесным простран­ством». В XIX веке русский космизм начинает поиски пространства, соразмерного душе человека, он ищет определение внешней величины, с которой сопряжена внутренняя жизнь людей. Только на уровне ко­смоса исчезает различие между внутренним и внешним. В русском космизме появляется новый поворот в разработке космической темы, который почти столетие спустя, получил название «глобально-эколо­гического». Конструируя множественность миров, русский космизм создает не учение о мире, а  определенную структуру, порождающую в людях человечески осмысленный взгляд на мир.

4.2.4. Особенности русской философии

конца XIX – начала ХХ века

Конец XIX – начало ХХ века было временем короткого и блестящего расцвета русской духовной культуры, справедливо названной культурой «серебряного века». Философия занимала в этой культуре особое место.

Самая общая характеристика русский философии определяет ее значимость не как научной системы, а как мировоззрения, «миросозерцания эпохи». В конце XIX - начале XX века русская философия выражает, по крайней мере, две характерные черты духовной культуры России: во-первых, ярко выраженную революционность, понимаемую как поиски новых  ценностных парадигм, духовных идеалов, наиболее полно отражавших потребности современной эпохи, во-вторых, стремление уравновесить нестабильность и бифуркационность социальных и политических процессов философским и художественным творчеством, утверждающим идеалы гуманизма. В первом случае формирующим и определяющим принципом философии является критицизм - от полного отрицания до переосмысления философской традиции как отечественной, так и западноевропейской. Но и этот принцип в русской культуре специфичен, в смене направленности русская философия этого периода весьма подвижна. Увлечение марксистской философией сменилось ее критикой уже в последние десятилетия XIX века, а затем - преклонением перед философскими изысканиями Ф. Ницше. Но уже в начале века антитезой ницшеанству стали статьи С. Франка, цикл работ по философии творчества, известный бердяевский «Смысл творчества». Утверждение принципа «любви к ближнему» - основе русского гуманизма, способствовало интересу к этике долга и нравственных императивов, что в свою очередь определило внимание к формированию теории ценностей, вызвало интерес к неокантианским школам Виндельбанда и Риккерта. Анализ специфической «ткани» самобытного историко-философского развития России закономерно вызывает обращение к классикам мировой философии.

Философия оказалась на гребне популярности. Богатство ярких индивидуальностей, необозримое количество литературы самых разных философских жанров, необычайная популярность периодических журналов - «Вопросы философии и психологии», «Логос», «Новые идеи в философии» - и в каждом «толстом» издании философских разделов, общественно-культурная деятельность издательств, наконец, нескончаемость философских споров в кружках, салонах, различных обществах и собраниях - все говорило о воспри­имчивости русского общества к философскому творчеству и о поощрении последнего. Очевидно, что наиболее убедительной характеристикой этого периода был «русский духовный Ренессанс», в конечном счете, оформившийся в религиозно-философское движение.

Философские идеи входили в практику социальных и культурных отношений, обосновывали ответ на вопрос о смысле истории (в частности, русской истории) и вместе с ней человека. С другой стороны, практика исторического самоопределения воздействовала на характер философских идей и способ их формирования. «Интеллигентская правда» безусловно преобладала над «философской истиной». В значительной степени эта ситуация разрешалась попытками соединения онтологии и гносеологии, созданием «философии жизни», которая, по словам С. Булгакова, была бы «жизнеутверждением, а не софистикой».

При всей национально-русской специфике, философия этого периода имела значение, выходящее за рамки одного периода и одной духовной культуры. В философских поисках русских мыслителей оформились принципы, ставшие актуальными в европейской философии позднее. Экзистенциализм в начале ХХ века связывался не только с художественным творчеством Ф.М. Достоевского, но и с философскими трудами Н.А. Бердяева, иррационализм получил обоснование в философской концепции Л.И. Шестова, впоследствии соединившего экзистенциальное бытие с иррациональным. Представители западного интуитивизма во многом обязаны разработкой гносеологических проблем в работах Н.О. Лосского и С.Л. Франка.

Но этим проблемам было дано философское обоснование в трудах В.С. Соловьева (1853-1900).

Философское творчество В. Соловьева было направлено на решение задачи «органического синтеза, на диалектическое связывание разнородных идей в одно системное  целое». По выражению С. Булгакова система  Соловьева «есть самый полнозвучный аккорд, какой только когда-либо раздавался в истории философии».

Центральной в философии Соловьева считают идею всеединства, поэтому всю его систему часто называют философией всеединства. В философии всеединства речь шла о единении Бога и человека, идеальных и материальных начал единого и множественного, рационального, эмпирического и религиозно-мистического знания,  нравственности, науки, религии, эстетики.

 «Все существует во всем» - такова самая общая формулировка принципа всеединства.

Но абсолютное всеединство - это идеал, к которому мир лишь стремится. Абсолютное всеединство - это Бог, а мир - всеединство в состоянии становления. Мир содержит божественный элемент (всеединство) как идею. Но без элемента божественного всеединства он не может существовать, ибо в этом случае рассыпался бы на изолированные и враждебные друг другу.

Моделью положительного всеединства служит для Соловьева живой организм. Для живого организма правилом является такое соединение частей, в котором каждая часть «заинтересована» во всех других и в целом.  Понятие организма опирается на более широкую категорию. Эта категория – «жизнь». Она занимает важное место в учении о всеединстве в философии В. Соловьева. Жизнь есть жестокая борьба за выживание. Это относится к жизни во всех ее проявлениях. Однако жизнь перестала бы быть жизнью, если бы свелась к конкуренции и взаимному истреблению, она была бы просто невозможна. Вот почему наряду с конкурентной борьбой в жизни существен момент солидарности и взаимопомощи. В сочетании борьбы и солидарности находит свое выражение «последняя тайна» жизни, особый замысел Божий или Премудрость Божия – София. София это прообраз мира, иначе говоря, идеальный план мира. С помощью понятия Софии Соловьев утверждает, что мир не сводится к хаотической стороне: в нем существен момент упорядоченности. Понятие Софии индивидуализирует понятие Души мира. С другой стороны София символ и наглядный образ любви. Любовь же - то, что объединяет. София и есть объединяющее начало.

Бытие у Соловьева имеет три модуса (воля, представление, чувство), деятельность - три главные сферы (жизнь, знание, творчество), само положительное всеединство - три модуса или образа (Благо, Истина, Красота). В итоге все разделы философии B.C. Соловьёва (онтология, гносеология, этика и эстетика) подчиняются принципу всеединства.

Познание у Соловьева связано с этикой, с эстетическими чувствами, но, главным образом, с реальным «собирательным творчеством».

В системе всеединства человек предстает посредником между Богом (абсолютно-сущим) и человеком. Вся человеческая история развертывается как восхождение к Богу, или как процесс богочеловечества. Пафос философии Соловьева - борьба за духовность в человеке, за высшие идеалы личности и общества.

Он настойчиво проводит мысль о социальном характере любого нравственного акта. В этом смысле Соловьев, подобно Канту, дает определение морального «закона» и для общества: «Принцип человеческого достоинства, или безусловное значение каждого лица, в силу чего общество определяется как внутреннее, свободное согласие всех, - вот единственная нравственная норма».

Антропологические идеи Вл. Соловьева получили широкое и индивидуально-философское осмысление в трудах Н.А. Бердяева (1874-1948), П.А. Флоренского (1882-1937), С.Н. Булгакова (1871-1944).

Библиографический список

1.      Антология мировой философии: в 4 т. М., 1993.

2.      Алексеев П.В. Философия России XIX-ХХ столетий. Биографии, идеи,  труды / П.В. Алексеев. М., 1999.

3.      Бердяев Н.А. Русская идея. Основные проблемы русской мысли XIX века и начала ХХ века / Н.А. Бердяев // Русская идея: В кругу писателей и мыслителей Русского Зарубежья: в 2 т. Т. 2. М., 1994.

4.      Бердяев Н.А. О человеке, его свободе и духовности: Изб. тр. / Н.А. Бердяев; ред.-сост. Л.И. Новикова, И.Н. Сиземская. М., 1999.

5.      Бердяев Н.А. Философия творчества, культуры и искусства: в 2 т. / Н.А. Бердяев.  М., 1994.

6.      Булгаков С.Н. Тихие думы / С.Н. Булгаков. М., 1996.

7.      Вернадский В.И. Несколько слов о ноосфере / В.И. Вернадский. М.: Современник, 1993.

8.      Вехи: сб. статей о русской интеллигенции. М., 1990.

9.      Галактионов А.А., Никандров П.Ф. Русская философия IX – XIX вв. / А.А. Галактионов, П.Ф. Никандров. Л., 1989.

10.  Герцен А.И. Дилетантизм в науке. Письма об изучении природы: статьи / А.И. Герцен // Собр. соч.: в 8 т. Т. 2. М., 1975.

11.  Замалеев А.Ф. Лекции по истории русской философии / А.Ф. Замалеев. СПб., 1999.

12.  Зеньковский В.В. История русской философии / В.В. Зеньковский. М.-Харьков, 2001.

13.  Курочкина Л.Я. Русская философия: учеб. пособие / Л.Я. Курочкина. Воронеж: ВГТУ, 2005.

14.  Лосский Н.О. История русской философии / Н.О. Лосский. М., 1994.

15.  Ноосфера: духовный мир человека. Л., 1989.

16.  Русская философия. Очерки истории. Свердловск, 1991.

Вместе с этой лекцией читают "14 Расчет количества рабочих для всу".

17.  Русская философия. Конец XIX – начало ХХ века. Антология. СПб., 1993.

18.  Русская философия. Словарь / под ред. М.А. Маслина. М., 1995.

19.  Соловьев В.С. Сочинения: в 2 т. / В.С. Соловьев М., 1989.

20.  Сто русских философов: жизнь, судьба, учение: в 2 т. М., 1994.

21.  Шкуринов П.С. Философия в России XVIII века. / П.С. Шкуринов. М., 1992.

Свежие статьи
Популярно сейчас