Диссертация (793016), страница 19
Текст из файла (страница 19)
Имеется различие впонимании человеческого духа восточными отцами и в неотомизме. Поопределению Жильсона, «человек есть конечный дух в материальном»115. Тоесть конечным является не только тело, но и дух как сотворѐнное начало.Отцы Церкви, особенно поздние, такие как Иоанн Дамаскин иГригорий Палама, утверждали, что дух человеческий не является конечным.Человеческая душа наделена разумом – способностью постигать духовное114Жильсон Э. Философ и теология.
М. : Гнозис, 1995. URL:http://pstgu.ru/download/1282643668.kiryanov.pdf. (Дата обращения 15.08.2017).115Там же.90начало вещей – их форму, сама же она есть «форма форм». Кроме того, душанаделена еще одной способностью – волей, которая свободна в силу того, чтополучена как дар от Бога. При этом свобода воли существует в рамкахБожественного провидения. Подобно тому, как навигационные карты неограничивают свободу капитана, так и Божественное провидение неограничивает свободу действий человека, но указывает путь и помогаетизбежать ошибок. Свобода человека определяет его ответственность за всеего действия; она тесно связана с нравственностью. Свободой человеческоговыбора также объясняется наличие зла в мире.Согласно неотомизму, существуют три формы постижения истины:наука, философия и теология.
Низшая из них – наука – фиксирует явления иустанавливает причинно-следственные связи между ними. Философия –более высокая ступень рационального знания. Будучи наукой о причинахвещей, философия одновременно является учением о Первой высшейПричине – здесь она смыкается с теологией, которая соединяет в себевершину рационального знания и нерациональное сверхразумное ведение,тождественное вере. Всѐ сотворенное Богом образует иерархию бытия – отминералов, стоящих на нижней ступени иерархической лестницы – первыхобъектов, характеризующихся материей и формой, через возвышающееся наднеорганическим миром царство растений и животных, обладающих смертнойдушой, далее – человек и девять чинов ангельских.
Человек есть единствопотенции и акта, материи и формы. Формой, определяющей бытие человека,является его бессмертная душа. Вопрос о соотношении бытия Бога ссотворѐнным Им бытием неотомисты решают посредством учения обаналогии Бога и мира. В силу этой аналогии, по свойствам всякого бытияможно составить определенное представление о свойствах Бога. Неотомизм,начиная со II Ватиканского собора (1962 – 1965 гг.), где прозвучала критика вего адрес, начал трансформироваться в свою «гибкую» форму, названную«ассимилирующийнеотомизм»,активно91воспринимающуюиприспосабливающую к потребностям католицизма идеи экзистенциализма,феноменологиии, структурализма.2.2. Неопатристический синтез и его антропологическое измерениеА теперь, рассмотрев христианскую мысль ХХ века, выделим в нейособое русло, которое и составляетнаправление неопатристическогосинтеза.
Русская революция, как сказано выше, привела к перемещениюинтеллектуальных сил общества, их концентрации вне очага революционныхсобытий. Одним из таких мест стал в 20-е годы ХХ века Париж, в которомобосновались философы и богословы – выходцы и изгнанники из России.Русская мысль на протяжении всего периода своего развития была в диалогес Западом. Новая ситуация не просто углубила этот диалог. Крушение Россиипредельно заострило всю проблематику русской культуры, поставило задачуосмысления причин катастрофы, поиска выхода из неѐ. «Серебряный век»отечественной философии, еѐ небывалый расцвет в начале ХХ века поставилмного вопросов, на которые не успел дать ответ.
Он явился ускорителем напути русской мысли «от марксизма к идеализму». Вся послереволюционнаяситуация как в России, так и за еѐ пределами, способствовала религиозномупереосмыслениювсейфилософскойпроблематики,еѐкрайнейэкзистенциальной заостренности. В 1925 году состоялось открытие СвятоСергиевского богословского института в Париже, ставшего в ХХ векекрупнейшимцентромправославногобогословиявевропейскомпространстве. Институт объединил лучшие умы России, оказавшиеся визгнании: С.Н. Булгакова, Б.П. Вышеславцева, Г.В.
Флоровского, В.ВЗеньковского, А.А. Афанасьева, Л.А. Зандера и других116. Свято-Сергиевскийбогословский институт стал ядром формирования целого круга философов ибогословов,получившегоназвание«Парижскаяшкола».Многиепредставители этого круга являлись преподавателями в институте, некоторые116URL: http://saint-serge.ru/ (Дата обращения 07.11.2017).92выступали там с лекциями или докладами на конференциях, иныенаходились в диалоге или даже в полемике, но можно с определѐнностьюсказать, что в Париже, начиная с середины 20-х годов, возникло смысловоеинтеллектуальное поле высокой степени напряжѐнности.
В диалоге сзападной философией, с католическим и протестантским богословиемпредставители русского зарубежья не только сами пришли к осмыслениюдуховной традиции православия (можно утверждать, что только уславянофилов философия твердо стояла на позициях православия, другие жепредставители русской религиозной философии в своих системах давали туили иную его авторскую редакцию), но и открыли его для Запада. Врезультате этого открытия на западе началось подлинное «патристическоевозрождение», многие европейские мыслители обратились к восточнохристианскому религиозно-философскому дискурсу или просто принялиправославную веру.
В рамках патристического возрождения ХХ векапроизошло ещѐ нечто чрезвычайно важное для всей истории русскойфилософии. Если до революции отечественную философию можно былоквалифицироватькакособуюшколувруслеклассическойзападноевропейской философской традиции, то в результате наметившегосяещѐ в России и ускоренного историческими обстоятельствами поиска новогостатуса для русской мысли, возникло убеждение, что русская философиявышла на совершенно новый уровень – идентификации себя как инойфилософской традиции. Эта новая традиция – выстраиваемая на фундаментевосточного христианства, т. е. на иной по отношению к Западу онтологии,современная философия: «…статус параллельной традиции, которыйвнутренне отвечал бы нашему положению в христианской ойкумене,впервые был интуитивно осознан и осмыслен в богословии русскойдиаспоры,всамосознаниирусскогоправославия,оказавшегосявинтеллектуальной реальности Запада.
Это – огромный вклад русскойдиаспоры в русское самосознание и философское самоопределение»117.117Хоружий С.С. Философская миссия русской эмиграции // Культурное наследие российской эмиграции.93Парижскаяшколааккумулировалавсебеважнейшиеинтеллектуальные процессы русского зарубежья, создала среду длядальнейшего развития отечественной философии, невозможного в этотпериод в России. В этой среде происходил взаимообогащающий диалогвосточного и западного дискурсов. Но главное – там произошло новоеобретение православного богословия и были предприняты существенныеусилия по его интерпретации на языке современной философской мысли –процесс, сходный с тем, которыйимел местов эпоху расцветасвятоотеческой письменности в Византии. Тогда в трудах великих ОтцовЦеркви была осуществлена выработка нового языка, рожденного из встречиправославного богословия с эллинской философией.
В спектре творческихисследований, которые осуществлялись деятелями Парижской школы, можновыделить четыре основных направления118: «патристическое возрождение»;«литургическое возрождение»; осмысление русской истории, культуры,литературы; направление, развивавшее традиции русской религиознофилософской мысли. За каждым – стоят свои имена, прославившие русскуюкультурунаЗападе.Главноеизних,определившееописываемое«патристическое возрождение», связано с именами протоиерея ГеоргияФлоровского (1893–1979), архиепископа Василия (Кривошеина, 1900–1985),В.Н. Лосского (1903–1958), архимандрита Киприана (Керна, 1909–1960),протоиерея Иоанна Мейендорфа (1926–1992).Вдохновителем обращения к святоотеческому наследию явилсявыдающийся представитель русской эмиграции, крупнейший философ ибогослов ХХ века, Георгий Флоровский (1893–1979).
Именно онсформулировал идею неопатристического синтеза, а его лозунг «вперѐд, кОтцам!»сталзнаменемзападноевропейского«патристическоговозрождения», охватившего религиозную философию ХХ века, культурнуюиобщественнуюсферы,открывшегомирусокровищаКнига 1. М., 1994 С. 240.118Митрополит Волоколамский Иларион (Алфеев). Церковь в истории.
М., 2013. С. 301.94восточно-христианской мысли и духовной традиции. Его фундаментальный труд«Пути русского богословия» является своего рода энциклопедией развитиярусской мысли, той исчерпывающей еѐ саморефлексией, которая позволяетей двигаться дальше и развиваться. Глубокое изучение Флоровскимнемецкого идеализма (к нему обращалась практически вся русскаяфилософия, традиция обучения дворянских детей в немецких университетахсуществовала в России ещѐ с XVIII века), привело его к выводу о егоантиперсонализме, принципиально несовместимом с русско-византийскимменталитетом, имеющим в основании православное миросозерцание.Возникшийвзападнойфилософии«трансцендентальныйсубъект»несовместим с христианской личностью.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
