157908 (767587), страница 4
Текст из файла (страница 4)
1 Как пишет Жан-Люк Нанси: "Нет ничего более означающего/означаемого, чем класс, труд и борьба классов. Нет ничего менее далекого от семиологии, нежели усилия, затраченные силами, скручивание мускулов, костей, нервов. Посмотрите на руки, на мозоли, на въевшуюся грязь, посмотрите на легкие, на позвоночники. Тела, замаранные заработком, — замаранность и заработок в качестве замкнутого кольца значений. Все прочее — литература" [8; с. 145-146].
2 На примере шамана образ действия таких фигур показывает К. Леви-Строс: "Отношение между микробом и болезнью для сознания пациента есть отношение чисто внешнее — это отношение причины к следствию, в то время как отношение между чудовищем и болезнью для того же сознания (или подсознания) есть отношение внутреннее — это отношение символа к символизируемому объекту… Шаман представляет в распоряжение своей пациентки язык, с помощью которого могут непосредственно выражаться неизреченные состояния и без которого их выразить было бы нельзя. Именно этот переход к словесному выражению (которое вдобавок организует и помогает осознать и пережить в упорядоченной форме настоящее, без этого стихийное и неосознанное) деблокирует физиологический процесс, т. е. заставляет события, в которых участвует больная, развиваться в благоприятном направлении" [10; с. 176].
3 При этом совсем неправильно было бы в данном случае отождествлять все необходимое с природой, а все случайное — с культурой, следуя неокантианской логике противопоставления номотетического и идеографического методов. Тем более нелепо было бы сделать из этого вывод о том, что жизнь архаических обществ более "естественна", тогда как существование современных обществ более "искусственно". Как в случае с архаическими, так и в случае с современными обществами, речь должна идти об особом культурно-природном или природно-культурном континууме социального существования, — причем обе части этого континуума оказываются равноправными. Категории же случайного и необходимого имеют отношение лишь к способам вхождения в историю, когда случайность и необходимость в разных пропорциях и сочетаниях внедряются в ход исторического движения, выступая одновременно в качестве форм историчности.
4 Ж. Бодрийяр пишет: "Сама реальность жизни возникает лишь в результате разобщения жизни и смерти. Таким образом, эффект реальности (…) это лишь структурный эффект разобщения двух элементов, а наш пресловутый принцип реальности, со всеми своими нормативно-репрессивными импликациями, — это лишь распространение такого дизъюнктивного кода на все уровни (…) Символическое как раз и ликвидирует этот код дизъюнкции и разделенность элементов. Это утопия, ликвидирующая раздельные топики души и тела, человека и природы, реального и не-реального, рождения и смерти" [11; с.244].
5 Как отмечает П. Бурдье, "…никогда нельзя точно сказать, понимается ли под правилом принцип юридического или квазиюридического характера, более или менее сознательно произведенный и усвоенный агентами, или же это совокупность объективных закономерностей, которые навязываются всем, кто входит в данную игру (…) умалчивая о таких различениях, можно поставить себя под угрозу впасть в одно из самых пагубных заблуждений в социальных науках, которое состоит в том, чтобы выдавать, по старому выражению Маркса, "логические вещи за логику вещей"" [13; с. 95-96].
6 Как пишет Мерло-Понти, "на уровне элементарных структур законы обмена, полностью определяющие поведение людей, поддаются статистическому изучению, и человек подчиняется им почти так же, как атом подчиняется определяющему его закону распределения, при этом он не выражает это с помощью теоретических положений. На другом полюсе антропологии структуры проявляются, заявляя о себе в определенных сложных системах, во взаимных детерминациях, в "исторических" мотивациях. Здесь обмен, символическая функция, общество не выступают в качестве второй природы, столь же властной, что и противостоящая ей первая природа" [12; с. 98].
7 Даже если антропологи и этнологи подвергают критике подобную точку зрения, они остаются в плену допущений, лежащих в основе ее возникновения. Так, в частности, Ф. Боас, выражающий сомнения по поводу эвристического значения сравнительного метода в интерпретации древних культур и отвергая логику априорного признания незыблемого статуса наблюдаемого "факта", вместо этого просто апеллирует к исследованию отдельного варианта развития, неизменно детерминированного все той же априорной фактичностью, которая заключается во влиянии "внешней среды" и в воздействии "психологических условий". Подобная неизменность "фактических" детерминаций, по сути, признается залогом единообразия процессов культурного развития и теперь рассматривающегося на материале локальных географических ареалов, единообразия, как всегда делающегося ориентиром и, вместе с тем, своего рода родовой отметиной антропологического познания [17, с. 509-518]. А. Радклиф-Браун, критикующий предпосылки, методы и данные теории эволюции его предшественников, а также пытающийся поколебать уверенность в нейтральности их этнографических наблюдений, в итоге обращается к поиску "естественных законов человеческого общества", взамен одних профессиональных предрассудков, связанных с переоценкой возможностей и непроясненностью предмета дедукции, избирая другие профессиональные предрассудки, предполагающие столь же сомнительное применение индукции [18, 1997; с. 603-632]. Э. Эванс-Причард, также отвергающий чрезмерное тяготение к обобщениям, совершающимся на основе заведомо узкого эмпирического материала и ведущего к неоправданным выводам, взамен этого предлагает пользоваться широкими статистическими разработками. Однако проработка предмета и методов этих статистических разработок вряд ли оказывается более последовательной, развернутой и точной, нежели в ситуации произвольного сравнения особенностей отдельных культур спонтанного обнаружения закономерностей в их развитии [19, с. 654-680].
8 Под дисциплиной здесь понимается и область знаний, соответствующая некой человеческой способности, и совокупность принудительных условий, создание которых призвано удостоверить все систему наших способностей в ее тождественности самой себе, а каждого из нас по отдельности — в нашем соответствии образу человеческого существа как такового.
Список литературы
Маркс К. К критике политической экономии // Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. 2-е изд. Т. 13. М.: Госполитиздат, 1955.
Маркс К. Капитал. Критика политической экономии. Том первый. Процесс производства капитала. М.: Госполитиздат, 1953. 794 c.
Жижек С. Возвышенный объект идеологии. М.: Художественный журнал, 1999. 238 c.
Маркс К., Энгельс Ф. Немецкая идеология // Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. 2-е изд. Т. 3. М.: Госполитиздат, 1955.
Петти У. Экономические и статистические работы. М.: Соцэкгиз, 1940.
Смит А. Исследование о природе и причинах богатства народов. М.: Соцэкгиз, 1962.
Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. 2-е изд. Т. 29. М.: Госполитиздат, 1957.
Шрадер Х. Экономическая антропология. СПб.: Петербургское востоковедение, 1999.
Нанси Ж.-Л. Corpus. М.: Ad Marginem, 1999.
Мосс М. Очерк о даре // Общества. Обмен. Личность: Труды по социальной антропологии. М.: Изд. фирма "Восточная литература", 1996. С. 83-222.
Леви-Строс К. Структурная антропология. М.: Наука, 1985.
Бодрийяр Ж. Смерть и символический обмен. - М.: Добросвет, 2000.
Мерло-Понти М. От Мосса к Клоду Леви-Стросу // В защиту философии. М.: Изд-во гуманитарной литературы, 1996.
Бурдье П. От правила к стратегиям // Начала. М.: Socio-Logos, 1994.
Фуко М. Слова и вещи: Археология гуманитарных наук. СПб.: A-cad, 1994.
Гирц К. Влияние концепции культуры на концепцию человека // Антология исследований культуры. Т. 1. Интерпретация культуры. СПб.: Университетская книга, 1997.
Боас Ф. Границы сравнительного метода в антропологии // Антология исследований культуры. Т. 1. Интерпретация культуры. СПб.: Университетская книга, 1997. С. 509-518.
Радклиф-Браун А. Методы этнологии и социальной антропологии // Антология исследований культуры. Т. 1. Интерпретация культуры. СПб.: Университетская книга, 1997.
Эванс-Причард Э. Сравнительный метод в социальной антропологии // Антология исследований культуры. Т. 1. Интерпретация культуры. СПб.: Университетская книга, 1997.
Для подготовки данной работы были использованы материалы с сайта http://www.nir.ru
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
