23043-1 (750047), страница 5
Текст из файла (страница 5)
Думаю, важнейшую роль в этом сыграло то многоплановое воздействие, которое оказала экономическая реформа и способы ее проведения на перуанское общество и политику. Во-первых, модель структурного урегулирования, осуществлявшаяся в Перу, с самого начала исключала какое-либо обсуждение экономической политики в представительных институтах, поиск согласований и компромиссов. Если решения принимаются единовременно и секретно исполнительной властью (а по-другому они и не могут приниматься, по крайней мере на этапе экономической стабилизации), то, естественно, возрастает роль президентских структур и уменьшается роль парламента и политических партий. Политика структурного урегулирования, в особенности в ситуации острейшего экономического кризиса, сама по себе ведет к сокращению пространства публичного диалога, к сужению каналов эффективного политического представительства и участия. К этому в случае Перу добавилась агрессивная пропаганда исполнительной власти, направленная против парламента и партий как институтов, в принципе излишних, мешающих эффективной работе правительства. Поскольку п предыдущий период институты представительной демократии действительно продемонстрировали крайне низкую эффективность и надежность, критическая позиция в отношении "партократии" разделялась большинством перуанцев. В общественном мнении формировалось устойчиво негативное отношение к политической сфере вообще, поскольку политика воспринималась главным образом как досадное препятствие, мешающее осуществлению экономических планов. Таким образом, экономическая реформа уже в силу своего институционального дизайна вела к прогрессивной "де-демократизации" общественной жизни [II].
Во-вторых, либерализация экономики, в особенности на ее первом этапе в 1992-1993 годах, усугубила все социальные проблемы, порожденные экономическим кризисом. По данным перуанского правительства, в 1992 году 70% населения проживало за чертой бедности, из них 30% - в условиях крайней нищеты [10, р. 33]. Рост же социального неравенства и бедности неизбежно вел к углублению кризиса представительной системы, наметившегося в предыдущее десятилетие. В ситуации социального отчаяния политические партии нс могли предложить никакой реальной альтернативы ни неолиберальному экономическому курсу, ни процессу модернизации в более широком плане. В 1992 году 81% опрошенных перуанцев считали, что ни одна из существующих политических партий не представляет их интересов [1 1, р. 131.
Эта ситуация оказалась идеальной для утверждения "легальной" диктатуры Фухимори. Большинство бедных были безразличны к судьбе далеких от них, а то и враждебных представительных институтов, а богатые увидели в последовательности и настойчивости, с которой президент осуществлял свой экономический курс. долгожданный свет в конце туннеля и надежду на стабильность. Находящиеся между этими полюсами средние слои в большинстве своем выступили в поддержку президента как сторонники порядка любой ценой. Фухимори стал единственной общенациональной фигурой, интегрирующей самые разные, зачастую противоположные общественные интересы. Приступив к осуществлению экономической программы, которая до начала 90-х годов ассоциировалась у большинства со старой политической элитой, Фухимори смог полностью отстранить эту элиту от власти и одновременно осуществить деинституционализацию политической сферы, лишив представительные органы части полномочий и поставив их под контроль исполнительной власти. Ставка исключительно на военную силу. успешно примененную для достижения главной цели - военного разгрома "Сендеро Луминосо", способствовала легитимизации силовых методов и авторитарных решений во внутренней политике Перу.
С 1994 года политика экономической либерализации начала приносить плоды: в Перу возобновляется экономический рост (12,7% в 1994 году и 7,7% в 1995 году), начинается оживление промышленного производства в приватизированных секторах, впервые отмечен рост занятости. Экономические успехи еще больше укрепили положение Фухимори перед президентскими выборами 1995 года, на которых он уже в первом туре одерживает победу с 65% голосов. Ббльшая часть оппозиции объединилась на этих выборах вокруг фигуры бывшего генерального секретаря ООН X. Переса де Куэльяра, пытаясь воспроизвести в Перу ту модель действий, которую чилийские демократические силы применили в 1989 году против А. Пиночета. Однако оппозиции не удалось убедить перуанцев в своей способности эффективно управлять страной с помощью демократических методов и предложить экономическую модель, не ведущую к углублению социального неравенства. Большинство из них оказалось глухо к политическим аргументам оппозиции: соображения политической и экономической стабильности и порядка перевесили и многочисленные свидетельства вопиющих нарушений прав человека, и многообразное присутствие военных в ключевых сферах государственного управления, и очевидные связи воинских начальников с наркомафией, и многое другое. Общество, говоря словами Р. Леттса, сознательно встало на сторону победителей во внутренней войне.
Таким образом, в 90-е годы произошли решающие изменения во взаимоотношениях государства и общества в Перу. Эти изменения подводят определенный итог тем противоречивым тенденциям социального и политического развития, которые действовали здесь на протяжении всего XX века. Процессы становления гражданского общества, которые казались очень плодотворными в последние десятилетия и которые в значительной мере компенсировали слабость государства, оказались в высокой степени обратимыми. Глубокий экономический кризис, стимулировавший самоорганизацию и автономные тенденции в обществе, одновременно способствовал ослаблению социальной ткани и ее нарастающей атомизации. В то же время сначала экономический кризис, а затем неолиберальные экономические реформы вели к такой трансформации государства в Перу, при которой оно все больше утрачивало институциональные связи с обществом. "Выхолащивание" институтов представительной власти, концентрация большей части реальных полномочий в руках президентских структур превращают Перу в "институциональную пустыню", что не только сокращает возможности демократического развития страны в будущем, но и ослабляет само государство.
С небольшой долей преувеличения можно сказать, что современная Перу является идеальным местом для осуществления неолиберального экономического проекта в его самом вульгарном варианте. Это место почти полностью очищено и от государственной экономики, и от самого государства, и от старой представительной политической системы, и даже от общества и его ассоциаций. Человек, индивид оставлен один на один с "оголенными, неинституционализированными властными отношениями" [1, р. 571. Думается, что та модель отношений власти и атомизиро-ванного социума, которая кристаллизовалась в Перу в период правления Фухимори, представляет собой достаточно долговременный вариант социального развития, обусловленный особенностями модернизации в стране со слабыми автономными ассоциациями гражданского общества и слабыми государственными институтами.
Будучи представлен в Перу, в силу исторических особенностей ее развития, в наиболее радикальном виде, такой вариант развития, по-видимому, характерен не только для этой страны.
Список литературы
1. O'DonneHG. Delegative Democracy//Journal of Democracy. 1994. Vol. 5.1.
2. Vlirgns Llosa M. El pez en el agua. Memorias. Barcelona, 1993.
3. Andnonzen A. Lo popular у las nuevas identidades // Andrianzen A„ Ballon E. (eds.). Lo popular en America Latina, una vision en crisis? Lima, 1992. P. 164.
4. Stepun A. The State and Society. Pery in Comparative Perspective. Princeton, 1978.
5. Ворожейкина Т.Е. Социальные последствия российских реформ в свете опыта Латинской Америки // Мировая экономика и международные отношения. 1995. 6.
6. Slokes S. Economic Reform and Public Opinion in Pery, 1990-1995 // Comparative Political Studies. 1996. Vol. 29. 5. P. 546.
7. (fe Soto E. The Other Path: The Invisible Revolution in the Third World. London, 1989. P. 235.
8. Dcgf'egoi'i C.f. Que dificil cs ser dios. Ideologia у violencia politica en Sendero Luminoso. Lima, 1990. P. 23.
9. Louienf-HcrrerQ /. Le parcours difficile de la communaute japonaise au Perou // Problemes d'Amerique Latine. 1990. 97. P. 48.
10. Fcfi-ero Costa E. Peru's Presidential Coup // Journal of Democracy. 1993. Vol. 4. 1. P. 30-32. 1 1. Andnanzen A. Democracia у partidosen el Peru //Pretextos. 1992. № 3-4. P. 8, 9.
11. Ворожечкина Татьяна Евгениевна. старший научный сотрудник Института мировой экономики и международных отношений РАН. преподаватель Московской высшей школы социальных и экономических наук. Государство и общество в Перу
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
