29982-1 (725409), страница 11

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 11)

Другие регионы вынуждены были воспользоваться собственной антикризисной стратегией, т. к. высокая концентрация наукоемкого ВПК не позволила местным властям рассчитывать на поддержку государства для всех предприятий области. В Нижегородской области местная элита избрала радикальные рыночные средства, сделала ставки на привлечение инвестиций и активное сотрудничество с Западом. В разработке такой стратегии большую роль сыграло географическое положение - область является крупнейшим в России центром торговли. Финансовую независимость региона от Центра местные власти используют в качестве основного козыря в переговорах с международными кредитными учреждениями.

В ходе президентских выборов за Б. Ельцина было подано 77% голосов - Свердловская, 52,2% - Нижегородская и 52,3% - Самарская области.

Четвертую группу образуют аграрные и агропромышленные регионы: Центрально-Черноземный (Белгородская, Брянская, Курская, Воронежская и др. области), Краснодарский и Ставропольский край и бывшие автономные республики верхнего Поволжья.

Территории существуют за счет собственных ресурсов, полностью обеспечивают себя продовольствием и частично потребительскими товарами. Внешнеэкономическая деятельность их слаба и ориентируются они, в основном, на развитие внутреннего рынка. Региональные элиты последовательно отстаивают интересы отечественных производителей и высказываются за расширение экспорта. По мнению зам. министра внешних связей Чувашии И. Садовского “концепция развития экспорта продукции республики представляет собой систему приоритетов органов государственной власти и производителей”.

Президент республики Марий Эл В. Кислицын большие надежды возлагает на инвестиции, для чего принят местный закон о налоговых льготах. “Привлечение капитала в размере не менее 100 тыс. долларов дает освобождение от налогов в течение первых двух лет - на 100%.

В политическом плане регионы этой группы образуют “красный пояс”, их отличает оппозиционность нынешней власти. Традиционно настроенное сельское население голосует за коммунистов, поэтому партийно-советской номенклатуре удалось сохранить здесь свою власть. В ходе президентских выборов в Чувашии за Г. Зюганова было подано 64% голосов, в Белгородской и Брянской областях - 59,1% и 54,4%.

К пятой группе относятся “депрессивные” регионы (республики Северного Кавказа: Адыгея, Дагестан, Ингушетия, а также республики Алтай, Бурятия, Калмыкия, Читинская область), характеризующиеся застоем экономики, слабым спросом на товары, массовой безработицей; их перспективы развития проблематичны. Одни национальные элиты рассчитывают на помощь центра и получение субсидий, другие местные элиты пытаются дистанцироваться от федеральной власти и ищут собственные источники финансирования (Калмыкия, Ингушетия). В большинстве регионов сложилась модель жесткого государственного управления, и экономика полностью контролируется местной элитой.

Что касается политической ориентации регионов, то в ряде территорий был использован “мобилизационный способ голосования”, а электорат отдал голоса за того кандидата в президенты России, которого поддержали местные элиты.

Таким образом, в регионах формируются собственные интересы: либо ориентирование на помощь центра, либо - использование возможностей, которые открывает рынок. Местные элиты, отстаивая региональные интересы на общенациональном уровне, используют лоббирование, превращая его в основной элемент российской политической жизни. (Лобби - система организаций, оказывающих воздействие на законодателей и чиновников в пользу того или иного решения). Лоббирование частных решений осуществляется через ключевые фигуры российской политики, а также отстаивание региональных интересов - через законодательную и исполнительную власть. Самый эффективный канал лоббирования в нынешней России - это “проведение” нужных решений через видных московских политиков. А. Афанасьев приводит выводы Экспертного института российского союза промышленников и предпринимателей: “анализ принятых Правительством ... постановлений и распоряжений по предоставлению льгот регионам ... поражает по своему размаху и размерам. Показательно то, что в это время практически не принимались постановления по отраслям и подотраслям”.

Наибольшие шансы строить отношения с Президентом России имеют республиканские лидеры, т. к. угроза отделения, которую потенциально несут в себе национальные республики, превращает их руководителей в наиболее сильных лоббистов, с которыми Президент вынужден считаться.

Могущество недавно еще всесильного губернатора Приморского края Е. Наздратенко держалось на его связях с бывшим вице-премьером О. Сосковцом и начальником службы безопасности Президента А. Коржаковым, которые сумели даже нейтрализовать попытки проведения в Приморье правительственных проверок.

Нередко интересы территорий отстаивались по линии землячеств. Московские политики - выходцы из провинции, - конечно же, продолжают поддерживать отношения с местными элитами, оказывая помощь родному региону. Интересы Санкт-Петербурга отстаивал А. Чубайс, работая в правительстве. После прихода в “коридоры власти” представителей Поволжья в 1997 г. и 1998 г. при смене правительства следует ожидать укрепления позиций этого региона.

Участие региональных элит и их представителей в законотворчестве позволяет им принимать законы, выгодные отдельным территориям. С этой целью в нынешней Думе создана депутатская группа “Российские регионы”, одна из первых поддержавшая С. Кириенко при утверждении на пост премьера.

Как отмечают СМИ, наиболее “лоббистскими” являются фракции ЛДПР, постоянно работающая с различными “группами интересов”, и проправительственная “Наш дом - Россия”.

Депутаты от Санкт-Петербурга, Ленинградской области и избранные от других округов петербуржцы, образовали в Думе группу “Невская инициатива”, чтобы эффективнее отстаивать интересы региона.

Через высшую палату парламента - Совет Федерации, состоящую из руководителей исполнительной и законодательной властей регионов, региональные элиты имеют возможность блокировать любые решения Госдумы, которые не совпадают с их интересами.

К лоббированию привлечены и институты исполнительной власти: интересы добывающих районов отчасти отстаивает Министерство топлива и энергетики.

Каналом индивидуально-группового лоббирования стали и всевозможные “круглые столы” при Президенте, Правительстве, главах исполнительной власти в регионах, попечительские советы. Поскольку формируются они без выборов, а по усмотрению руководителей и аппарата, то и являются формальными (декоративными) органами. Однако за декорациями происходит “действительное буржуазно-бюрократическое сращивание, налаживание индивидуально-групповых связей, складывание клиентарных группировок”.

Самостоятельность регионов способствовала осознанию ими полезности корпоративной региональной общности. Регионы с сильной экспортной ориентацией, торгово-промышленные регионы, обладающие большим экономическим и политическим весом, пытаются сообща отстаивать свои интересы. В качестве примера можно привести Ассоциацию “Большая Волга”, которой в 1998 г. исполняется восемь лет, и как заявил ее президент - губернатор астраханской области А. Гужвий “она приобрела опыт в межрегиональном сотрудничестве, установила тесные контакты с исполнительной и законодательной властью центра, министерствами и Правительством РФ, признана названными структурами”. В Совете Федерации ассоциация предоставлена 22 голосами, что позволяет эффективно лоббировать регионам нужные решения и согласованно отстаивать интересы своих территорий. С 1993 г. по 1996 г. ассоциацией руководил Самарский губернатор К. Титов (в соответствии с Уставом - на общественных началах). Разработаны совместные программы: “Возрождение Волги” (экологическая), “Возрождение российского торгового флота” и др. Ассоциацию “Центральная Россия” возглавляет губернатор Ярославской области А. Лисицын. На конец 1997 г. насчитывалось восемь Ассоциаций.

Внутреннее экономические положение региона, его влияние на политическую жизнь России определяется стратегией руководителя, политическим поведение, путями реализации задач.

Под типом лидерства поднимается “набор идеологически оформленных политических средств, которые используются региональными руководителями в их деятельности и борьбе за власть”. Рассмотрим сформировавшиеся в российских регионах типы лидерства, выделенные Н. Лапиной. В зависимости от поведения лидера формируется и характер местной элиты.

Патерналистский тип присущ “русским регионам”, нуждающимся в “патронаже” (покровительстве) со стороны властей, и сложился в аграрных и аграрно-промышленных районах с высокой долей пожилого сельского населения, где преобладают консервативные настроения и сохраняется неприятие новых идей. Здесь не отмечалось активного демократического движения, а советская партийно-хозяйственная номенклатура сохранила свои позиции в структурах власти. К лидерам этого типа могут быть отнесены губернаторы Краснодарского края Н. Кондратенко (бывший председатель крайисполкома и первый секретарь крайкома КПСС), Воронежской области И. Шабанов (бывший председатель облсовета и первый секретарь обкома КПСС), Брянской области коммунист Ю, Лодкин, Тульской области В. Стародубцев (член ГКЧП, председатель Аграрного союза), Ульяновской Ю. Горячев (бывший первый секретарь обкома КПСС), к этой группе может быть отнесен и губернатор Курской области А. Руцкой (бывший вице-президент СССР).

Им присущ популизм, критика нынешних властей, демонстрация образа защитников “простого народа”, что и обеспечило массовую поддержку в ходе региональных выборов.

Лидеры ряда регионов придерживаются национально-державной идеи, что характерно для пограничных регионов, где в последние годы возросли межнациональные противоречия (Краснодарский и Приморский края, Псковская область). Н. Кондратенко (Краснодарский край) - пропагандист национальной, русской идеи, патриотизма, губернатор Приморского края Е. Наздратенко снискал поддержку жителей края (на выборах в 1995 г. получил более 70% голосов избирателей), отстаивая неприкосновенность российских территорий на Дальнем Востоке.

Патриархальный тип лидерства имеет место в этнических республиках (Татарстан, Калмыкия, Башкортостан, Якутия), где лидер призван отстаивать этнокультурные и национальные ценности, его воспринимают как “отца народа”, вождя. В Якутии республиканской элитой разработана концепция “Якутия - XXI век”, в которой декларируется построение современного государства под руководством президента М. Николаева, формирование в республике среднего класса. Президент Калмыкии К. Илюмжинов, заработав на заре перестройки сомнительными способами капитал, пришел к власти на волне популизма под лозунгом превращения Калмыкии во второй Кувейт - богатейшую республику. За годы его правления экономичная ситуация не улучшилась, но создав у народа положительный образ власти К. Илюмжинов после двух лет президентства в 1995 г. досрочно переизбирался до 2000 г., получив 87% голосов избирателей.

Борьба за национальную независимость обеспечила президентам национальных республик, бывшим республиканскими партийными руководителями, по сути дела, сохранение власти (получив при этом значительно больше полномочий), а противостояние центру в период суверенизации (1991-92 гг.) - забыть об их партийном прошлом. На Кавказе, где к военным всегда относились с особым уважением, к руководству пришли Д. Дудаев и А. Масхадов в Чечне, Р. Аушев в Ингушетии.

Патриархальный и вышеназванный патерналистский лидеры стремятся замкнуть на себе принятие основных решений, контролируют политическую жизнь и СМИ в регионе, тяготеют к жестким методам управления экономикой. Они единовластно распоряжаются экономическими ресурсами региона, манипулируют электоратом, оказывая на него прямое административное давление. Стоило М. Шаймиеву по местному татарскому телевидению предупредить о “нежелательности” победы в районах руководителей - кандидатов от КПРФ, как во втором туре президентских выборов за Б. Ельцина проголосовало 63% избирателей. Политическая элита Татарстана была сформирована “добровольно” избирателями, при вмешательстве президента республики.

Модернистский тип лидерства сложился в промышленно развитых регионах с сосредоточение населения и экономической жизни в крупных городах. В структуре населения преобладают квалифицированные кадры, высока доля предпринимателей и лиц, занятых в частном секторе (Санкт-Петербург, Самарская, Нижегородская, Свердловская области). Такие лидеры ориентированы на западную модель развития, основные темы их выступлений: развитие рынка и конкуренция, эффективная экономика, научно продуманное принятие решений. При нижегородском губернаторе И. Склярове “создан экспертно-консультационный совет, куда входит 100 человек - лучшие специалисты и настоящие патриоты Нижегородского края”. Руководители этого типа заботятся о качестве жизни, строят дороги и жилье, заботятся об экологии. Саратовский губернатор Д. Аяцков занимается лично вопросами спасения берегов Волги, восстановлением лесопосадок. С точки зрения лидеров подобная деятельность должна сделать регионы более привлекательными для западных и российских инверторов. Нижегородская область получила высокие инвестиционные рейтинги авторитетных зарубежных агентств, а еврооблигации на сумму 100 млн. долларов были размещены на условиях более выгодных, чем удалось достичь Москве и Санкт-Петербургу. Политическим капиталом этих политиков является поддержка со стороны Центра, известность в России и за рубежом.

Подводя итог, можно сделать вывод, что прошедшие 1996 г. выборы губернаторов свидетельствовали о том, что власть в регионах перешла к прагматикам, людям, имеющим опыт управления, либо у власти остались демократы, умеющие работать с местной партийно-хозяйственной номенклатурой.

Большинство региональных лидеров не стремятся заявлять о своих политических пристрастиях, предпочитая демонстрировать управленческие навыки, “хозяйственные” способности и хорошее знание региональной специфики.

Характеристики

Список файлов реферата