130905 (720921), страница 3

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 3)

На этом примере видно, как буржуазные идеологи, абсолютизируя некоторые психические состояния, при­сущие людям, превращая эти состояния во всеобщие (антропологические) характеристики человека, утверж­дают в массовом сознании мысль о религиозной вере как необходимом и единственном пути спасения.

Индивидуально-психологический анализ психологиче­ских корней религии предполагает, прежде всего, изу­чение ряда психических особенностей человека, которые оказывают влияние на формирование религиозной веры.

Психолог К.К. Платонов относит к пси­хологическим корням религии противоречие в психике человека между осознанным и неосознанным, созна­нием и бессознательным. Исходя из известного высказы­вания Л. Фейербаха, согласно которому «тайна религии есть, в конце концов, лишь тайна сочетания сознания с бессознательным, воли с непроизвольным в одном и том же существе», К.К. Платонов полагает, что неспо­собность понять и объяснить неосознанные и непро­извольные проявления человеческой психики толкает людей в сторону религиозной мистификации этих явле­ний.

Проблема психологических корней религии не может быть решена и без учета тех кризисных и критических состояний, которые испытывает человек под воздействием социальной среды и которые в психологической литера­туре обозначаются различными терминами (стресс, фру­страция, конфликт, кризис). Ф.Е. Василюк в книге «Психология переживаний» указывает на один из возможных вариантов «защи­ты» от критических ситуаций: «Отрицание, искажение, сокрытие от себя реальности, бегство от нее, само­обман» '. Это один из путей иллюзорного выхода из критических ситуаций, выхода, при котором достигается лишь психологическое уравновешивание личности, субъ­ективное успокоение или утешение. Именно такой вы­ход предлагает религия.

Выбор личностью того или иного вы­хода из критических ситуаций, как уже говорилось, детерминируется социальными факторами, в число которых входят мировоззренческие, идейные позиции самой личности и система ее взаимоотношений в коллективе, в социальной группе. Иллюзорный, рели­гиозный выход из критической ситуации может быть избран индивидом и под влиянием воспитания, и в силу слабых связей его с окружающими людьми, когда пси­хологические потребности в сочувствии и сопереживании не удовлетворяются или удовлетворяются носителями религиозной идеологии, использующими это в своих целях.

В богословской и философско-идеалистической лите­ратуре значительное внимание уделяется страху смерти, который рассматривается как один из важнейших источ­ников религиозной веры.

Католический психолог-религиовед В. Херр подчер­кивает, что «основной онтологический факт, который логически ведет к изучению психологии отношения че­ловека к богу, есть реальность смерти». По его мне­нию, проблема жизни и смерти может рассматриваться как указание на непрочность человеческого существо­вания и на последовательную и полную зависимость от силы, которая может обеспечить человеку жизнь после смерти.

Искусственно возбуждая и стимулируя страх смерти, защитники религии пытаются принизить роль разума, утвердить в сознании людей веру в бога и в бес­смертие души как якобы единственный выход из «тра­гизма существования» человека.

Религиозная вера

В системе любой религии вера занимает центральное место. Вне веры в сверхъестествен­ное невозможна сама рели­гия, ее культовые и институциональные формы. Не слу­чайно слово «верующий» отождествляется в нашем сознании с понятием «религиозный человек».

Анализ феномена веры может про­водиться с различных теоретических позиций и вычле­нять разные стороны этого сложного явления. Выделяют три аспекта изучения веры:

1.Гносеологический аспект - исследует предмет веры, выясняя при этом, является ли он чем-то реальным, объективно существующим, либо иллюзорным, фантасти­ческим ;

2.Социологический аспект главное внимание уделяет проблеме социальной детерминации веры, выявляя те общественные условия и обстоятельства, ко­торые ее породили ;

3.Психологический аспект изучает специфику и сущность тех психологических процессов, которые участвуют в вере, рассматривая последнюю как специфическое психическое состояние личности.

С материалистической точки зрения все назван­ные выше аспекты изучения веры находятся в тесном единстве, понять особенности различных типов веры можно лишь при учете всех трех аспектов. Однако эта многоаспектность фено­мена веры является одним из факторов, обусловивших много­образие подходов к ее объяснению и оценке.

В рамках психологии религии речь, естественно, пойдет прежде всего о социально-психологическом ана­лизе веры, и при этом главное внимание будет уделено особенностям религиозной веры. Религиозная вера с точки зрения психологических ее особенностей есть лишь ча­стный случай веры вообще, необходимо выяснить, ка­кова социально-психологическая природа феномена ве­ры вообще и чем нерелигиозная вера отличается от веры религиозной. Наконец, представляется уместным и полезным показать многообразие различных точек зре­ния на веру, обратившись к истории теологии, философии и психологии и выделив лишь некоторые, наиболее су­щественные тенденции, которые типичны не только для прошлого, но и в той или иной форме существуют и в настоящее время.

Говоря об основных тенденциях в объяснении веры, необходимо выделить, с одной стороны, теологическую традицию (речь пойдет только о христианской теоло­гии), а с другой — взгляды различных философов и пси­хологов. В первую очередь обратим внимание лишь на те моменты, ко­торые характерны для ортодоксальной теологической традиции. Прежде всего, следует отметить, что хри­стианские богословы рассматривают веру как «дар бо­жий», как нечто, в конечном счете, исходящее от бога, а не от человека. Протестантский теолог Карл Барт (1886—1968) писал, что вера «представляет собой... милостивое обращение бога к человеку, свободное личное присутствие Иисуса Христа в действиях человека». И далее: «Человек — субъект веры. Не бог, но человек верит. Однако именно это бытие человека как субъекта в акте веры выступает как предикат субъекта бога...»

Основа веры, с точки зрения теологов,— это боже­ственное откровение, данное, прежде всего, в «богодухновенной» книге — Библии. Так христианская церковь отмежевывается от субъективистских трактовок рели­гиозной веры, сводящих ее к тем или иным состояниям человеческого сознания. Если основа религиозной ве­ры— божественное откровение, переданное людям че­рез Библию (а единственной хранительницей этого откровения объявляется церковь), то тем самым «орто­доксальная вера» отделяется от всякого рода «ересей».

Поскольку христианская вера якобы исходит, в ко­нечном счете, от бога, то, с точки зрения богословов, она предполагает уверенность в могуществе и силе бога и одновременно сознание ничтожности и слабости че­ловека.

Мартин Лютер утверждал, что христианская вера представляет собой непременное условие справедливости, благочестия и спасения человека, а отсутствие веры означает грех. Ссылаясь на евангельский текст, он объявлял всех не­верующих «осужденными к погибели».

Таковы наиболее существенные особенности трактов­ки веры официальной христианской теологией. Следует учитывать, что характеристика веры христианскими тео­логами отнюдь не исчерпывается выделенными выше суждениями и оценками. В качестве примера приведем взгляды протестантского теоло­га Пауля Тиллиха, высказанные им в работе «Что такое вера». Тиллих определяет религиозную веру как «выс­ший интерес» личности, который находится в центре ее духовной жизни и обнимает все структуры, включая как бессознательные элементы, так и сознание. В акте веры, уверяет Тиллих, преодолевается противоположность между субъектом и объектом, между имманентным и трансцендентным. Вера, по его мнению, реализует не­посредственную связь между человеком и богом. При этом сам бог, в отличие от ортодоксальной традиции, рассматривается им не как трансцендентная сущность, а как «основа и источник» человеческого бытия.

Усилия многих теологов направлены также на то, чтобы избежать противопоставления религиозной веры знанию и разуму. Разными способами и путями доказы­вается, что религиозная вера якобы ничуть не противо­речит современному знанию, науке, человеческому мыш­лению. Подобные идеи теологов принципиально несостоятельны, поскольку совместить веру в сверхъестественное с наукой и челове­ческим разумом невозможно. Такие попытки говорят лишь о том, что устои религиозной веры, в свое время казавшиеся незыблемыми, в современную эпоху ока­зываются не столь уж прочными.

В философии прошлых веков предпринимались мно­гочисленные попытки раскрыть содержание понятия «вера», рассматривая его в широком, нерелигиозном кон­тексте.

Английский философ Давид Юм (1711 — 1776) считал, что вера, с одной стороны ,необходима для того, чтобы отличить продукты воображения от реальных фактов, а с другой — она лежит в основе тех связей в нашем сознании, которые рассматриваются как каузальные (причинные), а в действительности форми­руются на базе привычной последовательности впечат­лений.

С такой трактовкой веры, предложенной английским философом, нельзя согласиться. Основой причинных связей с точки зрения диалектического материализма является не вера в привычную последовательность впе­чатлений, а объективные связи между материальными явлениями, доказываемые человеческой практикой. Юм сделал веру необходимым компонентом всякого чувственного и рационального познания и тем самым растворил ее в познании, лишил ее социально-психоло­гической специфики.

Вера, по Бертрану Расселу, высту­пает как субъективно-психологическая основа челове­ческих действий (и даже поведения животных). Такое понимание веры, как и концепция веры у Юма, лишает ее всякой определенности с точки зрения психологиче­ской и с точки зрения ее предмета, т. е. гносеологиче­ской.

В отличие от Юма, Иммануил Кант дает довольно четкую гносеологическую и психологическую характеристику веры. В своем основном труде — «Критика чистого разума» он рассматрива­ет веру как особый способ признания истинности суж­дений. Согласно его взглядам, признание истинности суждения имеет три ступени: мнение, вера и знание. «Мнение есть сознательное признание чего-то истинным, недостаточное как с субъективной, так и с. объективной стороны. Если признание истинности суждения имеет достаточное основание с субъективной стороны и в то же время считается объективно недостаточным, то оно называется верой. Наконец, и субъективно и объектив­но достаточное признание истинности суждения есть знание». В этих рассуждениях Канта ценными являются попытки отделить веру от знания, под­черкнув при этом, что вера не имеет достаточного объ­ективного основания. Интерес представляет и стремле­ние Канта связать веру с «практическим разумом», с поведением человека, прежде всего с его моральным поведением. Кант отделял «моральную веру» от «церковной». «Основывающийся на Библии бого­слов,— писал Кант,— есть, собственно, знаток Священ­ного писания для церковной веры, покоящейся на уста­вах, т. е. на законах, исходящих от воли другого. Раци­ональный же богослов есть знаток разума для религиоз­ной веры, следовательно, для веры, покоящейся на внутренних законах, которые могут быть развиты из собственного разума каждого человека». Именно ре­лигиозную, а не церковную веру считал Кант необхо­димой из моральных соображений, поскольку она, по его мнению, обеспечивает соблюдение нравственного им­ператива.

В идеалистической системе Г.В.Ф. Ге­геля (1770—1831) вера рассматривается как одна из форм постижения «мирового духа».Он критикует точку зрения Ф.Г. Якоби (1743— 1819), который рассматривал веру как непосредствен­ное знание, в том числе и как чувственное познание ок­ружающего мира. «Из того, что критерием истины долж­но быть непосредственное знание,— писал Гегель,— сле­дует... что всякое суеверие и идолопоклонство объяв­ляется истиной...». Вере, понимаемой лишь как сфера чувства и непосредственного знания, Гегель противо­поставляет веру, оплодотворенную диалектическим мыш­лением и ведущую, по его мнению, к познанию «миро­вого духа». Гегель определяет веру «как свидетельство духа об абсолютном духе, или уверенность в истине». Будучи последовательным рационалистом, Гегель и ве­ру пытается рассматривать в контексте рационального познания. Признавая, что вера не может существовать без чувства, он в то же время отнюдь не сводил веру только к эмоциональному отношению, ибо «вера — это тоже знание, только в своеобразной форме».

В идеалистической философии XIX—XX вв. сущест­вовало влиятельное течение, в рамках которого веру трактовали с противоположных Гегелю позиций крайнего иррационализма. Так, например, обще­признанный предтеча современного экзистенциализма Серен Кьеркегор (1813—1855) резко выступает против рационализма Гегеля, против понимания истины как объективного содержания мышления. Для него «исти­на» лежит в сфере субъективной. «Это — истина для меня, идея, за которую я могу жить и умереть». Со­ответственно религиозная вера резко противопоставля­ется мышлению и познанию вообще.

В зарубежной психо­логии религии наблюдаются две противоположные тен­денции. Теологически ориентированные психологи стре­мятся всячески отделить религиозную веру от нерели­гиозной, подчеркнуть принципиальное различие между ними. Ирландский психолог Е. О'Догерти подробно обосновывает специфику религиозной ве­ры, которая направлена на объекты сверхъестественные, находящиеся вне прост­ранства и времени и недоступные для человеческого опыта. Религиозная вера есть свободный выбор лич­ностью определенного взгляда на мир, определенного мировоззрения. Она представляет собой не результат познавательной деятельности человека, а ее предпосыл­ку, ее исходный пункт, источником которого является «божественная благодать».

Представители противоположной тенденции пытаются вообще снять либо игнорировать отличие религиозной веры от нерелигиозной. Американ­ский психолог Дж. Пратт писал, что «веру можно кратко определить как ментальную (умственную) установку, утверж­дающую реальность данного объекта» ².(с 106) Его коллега П. Джонсон рассматривает веру как всеобщее достояние всех людей, включая и атеистов. «Сущест­вует естественная тенденция верить,— пишет он.— Каж­дый человек — верующий. Не все верят в одно и то же, но каждый верит во что-нибудь».

Растворяя религиозную веру в «вере вообще», игнори­руя принципиальные различия между религиозной и нерелигиозной верой, западные психологи тем самым объективно (независимо от их субъективных побужде­ний) стирают грань между научным и религиозным ми­ровоззрением.

Характеристики

Список файлов реферата