Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 3)

В зарубежной литературе широко распространены взгляды о том, что совершенно обойтись без наводящих вопросов невозмож­но. Так, по мнению Бертта, наводящий вопрос допустим после от­вета на нейтральную форму вопроса для проверки твердости пока­заний. Другие авторы считают, что наводящие вопросы допустимы на повторных допросах².

Несостоятельность таких рекомендаций очевидна. Какова бы ни была цель наводящих вопросов, все они таят серьезную угрозу искажения истины, опасность того, что свидетель даст показания о деталях и подробностях, которых он в действительности не наблю­дал. На свидетелей, настроенных неприязненно по отношению к следователю, наводящие вопросы могут производить и противопо­ложное воздействие, возбуждать психическое явление негативизма, выражающееся в стремлении отрицательно реагировать на постав­ленный вопрос, утверждать противоположное.

Особую осторожность надо соблюдать при допросе несовершен­нолетних, которые чрезвычайно легко подвергаются внушению.

4. Повторное свидетельствование

Известно, что показания обычно даются по крайней мере два раза: на предварительном следствии ив суде. Кроме того, свиде­тель участвует в таких следственных действиях, как очная ставка, предъявление для опознания и проверка показаний на месте, психологическая природа которых близка к свидетельствованию. Между первым и последующими допросами дей­ствие описанных выше факторов, влияющих на формирование сви­детельских показаний, не прекращается, в связи с чем продолжает­ся и переработка материала последних. Однако первый допрос ока­зывает положительное влияние на последующие показания, кото­рое состоит в том, что воспроизведенный материал лучше закреп­ляется в памяти свидетеля и забывание происходит намного медлен­ней. Это необходимо учитывать при ссылке допрашиваемого на то, что он забыл ранее описанные им факты.

Привлекая внимание свидетеля к определенным обстоятель­ствам и мобилизуя его память, первый допрос служит стимулом для последующего воспоминания забытых фактов и восполнения про­белов при повторном свидетельствовании.

Дополнения в повторных показаниях могут быть вызваны и тем, что часть информации, сообщенной на первом допросе, не бы­ла воспринята и зафиксирована допрашивающим.

Но дополнения и изменения показаний требуют осторожного к себе отношения, поскольку в процессе расследования свидетель обычно начинает проявлять больший интерес к делу и получает много посторонней информации, которая накладывается на его по­казания. Может сказаться на содержании показаний и сознатель­ное внушение со стороны заинтересованных лиц.

Ошибки, допущенные на первом допросе (искажения, порож­денные внушением, неверная интерпретация показаний и их фикса­ция допрашивающим), легко переносятся в последующие показания и с трудом могут быть устранены. Исходя из этого и учитывая пре­имущества немедленного воспроизведения, иногда полагают, что при прочих равных условиях первый допрос является более ценным, а первые показания свидетеля всегда более правильны, чем после­дующие.

Некоторые юристы даже утверждают, что картина, установ­ленная на предварительном следствии, точнее и лучше той, что удается воспроизвести в суде.

Однако это утверждение явно тенденциозно. Возможности все­стороннего исследования и правильной оценки обстоятельств дела у суда больше, чем у следователя, и этому не препятствует большая давность исследуемого события.

Принципиально недопустимо начинать повторный допрос с во­проса, подтверждает ли свидетель ранее данные показания или с предложения повторить их. Такой порядок толкает допрашиваемо­го на то, чтобы ограничиться точным воспроизведением ранее ска­занного, избегая дополнений и коррективов, даже когда они совер­шенно необходимы. Недопустим подобный образ действий и при проведении очной ставки и проверки показаний на месте.

Во избежание механического повторения прежних показаний, закон допускает их оглашение лишь после дачи новых показаний и их фиксации.

В повторных показаниях нередко наблюдается явление, именуе­мое. «репродукцией воспроизведения». Речь идет о том, что свиде­тель иногда воспроизводит не первичную информацию, не то, что он в свое время воспринял, а свои суждения, высказанные на пер­вом допросе, свои первоначальные показания. Зная о необходи­мости в дальнейшем повторить показания, допрашиваемый старается не забыть сказанного. При этом действительное событие отодвигается на задний план. Чтобы отделить повторное воспоми­нание факта от того, как он вспоминался и описывался в первых показаниях, прибегают к допросу «в разбивку» или в последова­тельности, обратной первоначальному описанию, и другим подоб­ным приемам.

Некоторые свидетели даже стремятся заучить то, что говорилось на предыдущих допросах, чему может способствовать неправильно понятое предупреждение об уголовной ответственности за дачу ложных показаний '.

На практике при получении повторных показаний отмечаются две тенденции.

Первая состоит в том, что допрашивающий сам стремится (осо­бенно, когда прошлые показания ему кажутся предпочтительными) достигнуть буквального повторения свидетелем прошлых показа­ний и чуть ли не переписывает их заново, забывая о необходимости проверки и расширения имеющейся информации. Поэтому при оцен­ке повторных показаний наличие подобной репродукции всегда-должно настораживать.

Другая тенденция заключается в том, что следователь полно­стью игнорирует прошлые'показания, не сопоставляет их с после­дующими и не устраняет имеющиеся противоречия. В результате каждый последующий допрос вносит свою долю искажений, кото­рые сводят на нет доказательственную ценность показаний.

Исходя из того, что любой допрос способен исказить картину, имеющуюся в памяти свидетеля, некоторые авторы рекомендуют по возможности сократить число допросов, допуская повторные показания лишь тогда, когда необходимо устранить дефекты пер­вого допроса, выяснить новые обстоятельства, разрешить возник­шие противоречия или сомнения в правильности ранее данных по­казаний (в том числе и путем очной ставки) ².

Вряд ли следует разрешать этот вопрос с такой категорично­стью, Конечно, следует избегать не вызываемых необходимостью повторных допросов, как и всякой другой бесполезной работы. Однако нельзя забывать о том, что иной раз бывает целесообразно убедиться в правильности показаний, данных другому лицу, и про­верить, исчерпывается ли этими показаниями осведомленность сви­детеля.

Нередко процесс вспоминания протекает медленно и постепенно. Может потребоваться несколько допросов, чтобы в сложных слу­чаях восстановить все существенные обстоятельства, выявить не­обнаруженные на первом допросе «сбережения памяти». Повтор­ные показания могут быть использованы и как средства контроля

и проверки сообщаемой свидетелем информации (но, конечно, без всякого запутывания свидетеля и давления на него).

Ограничение повторных показаний тем более, неприменимо в ходе судебного разбирательства, когда допрос производится раз­ными лицами, с разных позиций, в свете разных материалов, рас­смотренных на том или ином этапе судебного следствия. При полу­чении и оценке показаний в суде не следует игнорировать и влия­ния''обстановки судебного заседания, в которой подчас теряются даже привыкшие к большой аудитории люди.

При повторном расследовании и рассмотрении дела исследование свидетельских показаний нередко представляет большие труд­ности. Свидетель, уже участвовавший в судебном процессе, после общения с другими участниками и прослушивания части судебного следствия бывает в значительной мере осведомлен обо всех обстоя­тельствах преступления. Это накладывает отпечаток на его после­дующие показания. На них сказываются судебные прения, отноше­ние аудитории, впечатление, произведенное показаниями других лиц. Свидетель проникается уверенностью или сомнениями в пра­вильности своих слов, сочувствием или антипатией к обвиняемому или потерпевшему, и все это непроизвольно деформирует его после­дующие объяснения (не говоря уже об искажениях информации в результате сознательно принятого решения, например по науще­нию заинтересованных лиц). ,

Весьма критически нужно относиться к изменениям показаний потерпевших, ибо, как показывает практика, в силу своего поло­жения, они особенно подвержены внушению и самовнушению. Стре­мясь убедить других в правоте своих слов, потерпевший несозна­тельно усиливает аргументацию, подчеркивает отдельные положе­ния, переходя, например, от неуверенного узнавания к категориче­скому опознанию.

Для правильной оценки повторных показаний целесообразно бывает проследить их историю, процесс становления от допроса к допросу в обратном порядке.

Установлено, что определенный вид ошибок проявляется иногда у нескольких свидетелей, в силу чего совпадение показаний не все­гда служит бесспорным признаком их достоверности. Совпадение ошибок может быть результатом единообразия психических про­цессов и действия общих для этих свидетелей причин (сходство восприятии, аналогичная их интерпретация, наличие внушения и т. п.).

Возможность непроизвольного искажения истины в свидетель­ских показаниях не обесценивает этот источник судебных доказа­тельств, а обязывает учитывать описанные выше закономерности при получении, проверке и оценке показаний, принимая м-еры к нейтрализации и преодолению нежелательных влияний.

Использованная литература:

А.Р. Ратинов «Судебная психология»

Днепропетровский государственный университет

по психологии

на тему: «Судебная психология»

Днерпопетровск, 1998 г.

ПЛАН:

Психология допроса

1. Получение, накопление и обработка информации.

2. Запечатление, сохранение и переработка информации.

3. Воспроизведение, словесное оформление и передача информации.

4. Повторное свидетельствование

Характеристики

Список файлов реферата