13856-1 (714412), страница 3
Текст из файла (страница 3)
___________________________________________________________
¹См.: Витрук Н.В. "Конституционное правосудие в России".
²См.: Монография "Договор и последующая практика в международном праве" (Karl W. Vertrag und spatere Praxis im Volkerrecht. Berlin, 1983. 437 S.).
один из критериев разрешения конституционно - правовых проблем как дополнительный, подчас весьма весомый аргумент в обосновании принимаемых решений.¹
Именно благодаря решениям и правовым позициям Конституционного Суда Российской Федерации Конституция Российской Федерации представляет собой развивающееся, динамичное по содержанию правовое явление без изменения её текстуального выражения.
Сказанное ранее свидетельствует о сложности и важности оптимального текста договора. Практика конституционно - правовых договоров Российской Федерации свидетельствует, что договоры более позднего периода, примерно с 1996 являют собой более сбалансированные и четкие в формулировках соглашения.² Однако задача состоит в том, чтобы обеспечить точность и емкость формулировок, соблюдать требования логики и семантики, использовать все богатство правового инструментария. Формальная определенность - необходимое качество права. От четкости и юридической определенности формулировок в значительной мере зависит эффективность как внутрифедеративных законов, так и конституционно - правовых договоров. В связи с процессом демократизации федеративных отношений в Российской Федерации, особое значение приобретает понимание содержания внутрифедеративных законов и договоров широкими слоями населения. В отечественной юридической литературе подчеркивается значение ясности и четкости языка правовых актов.
__________________________________________________________
¹См.: Марочкин С.Ю. Юридические условия действия норм международного права в правовой системе РФ//Московский журнал международного права. 1998. № 2 С. 53.
²См.: Болтнкова Л. Асимметричность Федерации // Журнал Регионология, 1997. №1 С.24.
В частности В. Б. Евдокимов подчеркивает, "... правовая специфика юридических терминов должна сочетаться с доступностью языка изложения договорных текстов".¹
Разработке оптимального текста препятствуют сложность подлежащих регулированию отношений, в значительной мере трудности с несложившимися или неурегулированными ещё в должной мере внутрифедеративными процессами подготовки текста, особенно когда речь идет о многосторонних договорах, и некоторые другие факторы. Практике известно подписание трехстороннего договора между администрацией Тюменской Области и администрациями Ханты - Мансийского и Ямало - Ненецкого автономных округов, договаривающиеся стороны не достигли общего понимания самостоятельности округов, об этом свидетельствует текст договора, не содержащий четких формулировок и определений относительно того являются ли территории округа частью территории области (края) или нет, из чего следует решение вопроса о пределах властвования органов государственной власти области (края), о действии устава области на территории входящих в нее округов. Лишь Конституционный Суд РФ своими постановлениями (см. постановление от 11 мая 1993 по делу о проверке конституционности Закона Российской Федерации от 17 июня 1992 года "О непосредственном вхождении Чукотского автономного округа в состав Российской Федерации";²
_________________________________________________________
¹См.: В.Б. Евдокимов. Некоторые проблемы теории и практики договоров "о компетенции" между центром и субъектами российской Федерации. // Журнал Научный Ежегодник № 1. С.213.
²См.: Ведомости Съезда народных депутатов Российской Федерации и Верховного Совета Российской Федерации. 1993. № 28 С.1083.
постановление от 14 июля 1997 года по делу о толковании содержащегося в части четвертой статьи 66 Конституции Российской Федерации положения о вхождении округа в состав края.)¹, смог внести ясность в вопрос сущностного понимания самостоятельности округов, что в свою очередь имеет значение для развития содержания и формы, соответствующих конституционно-правовых договоров.
Так, текст четырехстороннего договора от 1 ноября 1997 года "О разграничении предметов ведения и полномочий между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти Красноярского края, Таймырского (Долгано-Ненецкого), Эвенкийского автономных округов"², имеет относительно определенное и сбалансированное содержание, уже седьмым абзацем преамбулы настоящего договора определено, что стороны руководствуются в первую очередь Конституцией РФ и постановлением Конституционного Суда от 14 июля 1997 года по делу о толковании содержащегося в части четвертой статьи 66 Конституции Российской Федерации положения о вхождении округа в состав края. Таким образом, необходимо подчеркнуть, что часто на переговорах не удается достичь согласия по конкретным положениям и приходится прибегать к формулировкам общего характера, которые могут наполняться конкретным содержанием в процессе осуществления договора. Следует также учитывать, что даже самая тщательная отработка текста не может обеспечить решения всех вопросов и, соответственно, в процессе осуществления договора потребуются уточнения, и в первую очередь,
___________________________________________________________
¹ СМ.: Собрание законодательства Российской Федерации 1997. № 29.С.3581.
² СМ.: "Российские вести", // N 221, от 27.11.1997.
конституционные - правовые уточнения в форме постановлений и правовых позиций Конституционного Суда России.
От расхождений между текстом и содержанием, порождаемых теми или иными объективными обстоятельствами, следует отличать сознательное использование таких расхождений в политических целях. Как известно, в гражданском праве существует понятие мнимых, или фиктивных, и притворных сделок. Г.К. РФ определяет мнимую сделку как такую, которая совершена "лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия". Притворная сделка - это сделка, "которая совершена с целью прикрыть другую сделку" (ст. 170 Г.К.)¹.
В международном праве также имеют место притворные и мнимые договоры. А. Ерусалимский писал: «примером притворного договора может служить заключенный между Германией и Японией "Антикоментерновский пакт", выступавший пропагандистским документом, прикрывавшим реальное секретное соглашение».²
Такие вопросы, как, имеют ли место в конституционно - правовых отношениях договоры, близкие по смыслу упомянутым фиктивным сделкам и, если они есть, то каковы их основные черты, а так же правовые последствия их признания таковыми, остаются открытыми для обсуждения, ибо почти не дискутировались в конституционно – правовой науке.
Коль скоро конституционно - правовые договоры могут регулировать, в числе остальных вопросов, властоотношения на всех уровнях (федерально-региональном, межрегиональном, регионально-местном, местном), можно предположить, что расхождения между
___________________________________________________________
¹См.: Граджанский кодекс Российской Федерации// комментарии части первой. М.1995.С.245
²См.: Ерусалимский А. О военных блоках в Европе // международная жизнь. 1995. № 3 С. 52.
текстом и содержанием, могут порождаться сознательным использованием таких расхождений в политических целях.
Причем на каждом из уровней он может иметь свои специфические особенности. Представляется, что несоответствие волеизъявления подлинной воле может быть порождено намеренно обеими сторонами договора для маскировки и скрытия реальных целей сторон от общественности. Кроме того, на федерально - региональном и региональном уровнях, договоры такого плана, могут существенно облегчать получение одобрения со стороны соответствующих парламентов. Получив такое одобрение, государственные органы исполнительной власти могут придерживаться реального соглашения, скрытого за официальным текстом. В результате могут образоваться два соглашения: видимое и скрываемое. Видится справедливым, что в случае обнаружения конфликта между ними, юридически расхождения должны решаться в пользу первого, как формально соответствующего и регулируемого Основным Законом РФ.
Возможным примером, в какой то степени, может служить соглашение между органами власти Российской Федерации и Чеченской Республики (см. Соглашения от 8 декабря 1995 года "Об основных принципах взаимоотношений между Российской Федерации и Чеченской Республикой)¹, где стороны намеренно исходя из создавшейся политической обстановки, старались придать содержанию наиболее приемлемые формулировки (иногда противоречившие природе взаимоотношения федерации и региона), для начального этапа возможности преодоления кризиса. Это и было реальной целью настоящего соглашения, скрытой под текстом,
_________________________________
¹См.,: Информационно – справочный обзор системы Гарант № 11. М 1996.
едва ли, содержавшем должные формулировки принципов и норм для данного вида отношений Федерации и ее субъекта.
В практике конституционно – правовых договоров довольно распространен прием, когда текст договора содержит только самые общие положения, конкретное содержание им придается различного рода дополнительными соглашениями.
Так Статья 3 договора от 20.05.1998 "О Разграничении предметов ведения и полномочий между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти Костромской Области"¹, полностью посвящена возможностям усовершенствования отношений сторон путем определения своих позиций соответствующими соглашениями. Далее в тексте указывается на то, что указанные соглашения являются неотъемлемой составной частью настоящего договора и могут быть заключены одновременно с подписанием договора, а также в любое время после его вступления в силу.
В свою очередь содержание конституционно-правовых соглашений может конкретизироваться в Протоколах. Так, в развитие Соглашения между высшими органами представительной власти Республика Саха (Якутия) и Республики Тыва (1993г.)², подписан Протокол о сотрудничестве между высшими органами представительной власти Республика Саха (Якутия) и Республики Тыва, в котором определены конкретные обязательства сторон по реализации данного Соглашения. ³
_________________________________________________
¹См.: Кутафин О.Е. Источники конституционного права РФ М.2002 С.
²См.: Сборник договоров и соглашений между органами государственной власти Российской Федерации и органами власти субъектов российской Федерации о разграничении предметов ведения и полномочий М. 1997 С. 174.
³ См.: Там же. С. 321.
Список литературы
Для подготовки данной работы были использованы материалы с сайта http://www.yurclub.ru/
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
