13856-1 (714412), страница 2
Текст из файла (страница 2)
²СМ.: Сборник Законов РФ. 1999. №26 ст.3176.
²СМ.: Лукашук И.И. Конституционное право и международное право // Московский журнал международного права 1995. №2 С.33 – 34.
В выше упомянутом федеральном законе усмотрено, что языком договора является русский язык и, что, в случае необходимости, договор может быть составлен и подписан на государственном языке республики, органы государственной власти которой являются его стороной.
В последующих положениях данного закона также утверждается порядок подготовки и подписания договоров, который несколько походит на порядок принятия Федерального закона.
Все это дает возможность предположить, что конституционно - правовой договор должен иметь определенно письменное изложение своих положений, хотя, нельзя полностью отвергать существования устных и других не письменных соглашений, особенно на региональном уровне.
В вопросе о возможности регулирования данных соглашений конституционным правом, можно указать, что конституционные положения по настоящее время не применялись к соглашениям не в письменной форме и не затрагивали их юридической силы, хотя, можно предположить, что Конституция РФ как основополагающий кодифицирующий акт позитивного права страны, в потенции обладает возможностью применения своих норм и к соглашениям не в письменной форме, с учетом их особенностей.
Роль договорного текста настолько существенна, что зачастую в теории и практике их отождествляют, между тем договор и его текст - понятия не идентичные.¹
________________________________________
Ведь, устные соглашения не могут иметь текста, однако могут являть собой полновесные конституционно – правовые сделки, регулируемые конституционным правом РФ.
Больше того, наличие текста в договоре при толковании является главным, хотя и не единственным свидетельством его содержания. Так, органы конституционного правосудия РФ (Конституционный Суд, конституционные и уставные суды субъектов федерации) при толковании актов разграничения законодательной компетенции Федерации и её субъектов в сфере совместного ведения (коими являются и конституционно - правовые договоры) пользуются не только контекстом акта, но и дополнительными средствами толкования.
Примером может служить решение Конституционного суда РФ, исходившего из принципа федерализма при оценке Федерального закона "О дорожных фондах в Российской Федерации". В своем решении от 15 июля 1996 г. Конституционный суд подчеркнул, что "федеральный законодатель в сфере своей компетенции не вправе решать вопросы, затрагивающие конституционно - правовой статус субъектов Российской Федерации, без учета конституционных основ федеративного устройства"². В этом же постановлении защищен и конституционный принцип равноправия субъектов Федерации, что "диктует установление федеральным законодателем единых правил
___________________________________________________________
¹СМ.: Лукашук И.И. Структура и форма международного договора Саратов 1960г.
²СМ.: Собрание законодательства Российской Федерации 1996 № 23
взаимоотношений федеральных органов государственной власти со всеми субъектами Федерации"¹.
Можно предположить, что принципы федерализма, прокомментированные в каждом частном случае органом конституционного правосудия, являют собой и образуют те другие дополнительные средства толкования, применимые, в том числе, к конкретным конституционно - правовым договорам.
Последнее видится весьма важным, ведь не всегда текст конституционно-правового договора источает ясные нормоутверждения.
Будучи формой договора, текст выражает и закрепляет содержание соглашения. Текст и соглашение тесно между собой связаны, и существуют в относительном единстве. Договор не может не иметь той или иной формы, в которой отражается его содержание.
Содержание первично, а форма производна.¹ Данные утверждения вполне характерны и для конституционно - правовых договоров. Тесная связь формы и содержания не исключает, однако, противоречий между ними. В конституционно – правовых, как и в международных договорах, содержание динамично, а форма стабильна. Практики изменений формы каких - либо конституционно-правовых договоров РФ еще не много, хотя это совсем не значит, что её нет.
___________________________________________________________
¹СМ.: Боброва Н.А. Некоторые аспекты законодательной деятельности субъектов РФ
// Государство и право. 1995. № 11. С. 43-48.
²СМ.: Собрание законодательства Российской Федерации 1996 № 23
Развитие противоречий между реальным содержанием соглашения и его формой, может начинаться в виду качественно нового развития или изменения динамики конституционно - правовых отношений сторон¹, т.е. возникновения, изменения юридических фактов - жизненных обстоятельств, влекущих изменение в соглашении сторон. В этой связи, постепенно накопившиеся противоречия между реальным содержанием соглашения и его формой, могут привести к тому, что данная форма соглашения уже не сможет содействовать развитию договорных отношений между сторонами и будет тормозить его, что и определит необходимость в изменении формы.
Тем не менее, содержание конституционно - правовых договоров может меняться строго в пределах усмотренных Конституцией РФ. Возможность изменения содержания и формы удачно сформулирована Н.В. Витруком, указавшим, что законодатели и правоприменители самостоятельно, по своей инициативе должны изменять содержание нормативных актов, договоров, предпринимать необходимые правовые действия в соответствии с требованиями прямого действия положений Конституции Российской Федерации и правовых позиций Конституционного суда Российской Федерации.²
Примером имеющейся практики изменения формы договора в РФ можно считать "Договор о прекращении действия Договора о разграничении предметов ведения и полномочий между органами государственной власти Российской Федерации __________________________________
¹См.: Лучин В.О. Теория государства и права М. 2000. С.423 - 424.
²См.: Витрук Н.В. Конституционное правосудие в России (очерки теории и практики) М. 2001 С. 121.
и органами государственной власти Ивановской области от 26 февраля 2002г"¹.
Для должного регулирования конституционно - договорных отношений содержание договора должно обеспечить оптимальный баланс динамизма и стабильности.
Многое в конституционно - правовых договорах зависит от их формы нацеленности. Форма рассчитанных на длительные сроки конституционно-правовых договоров общей нацеленности должна открывать значительные возможности для развития содержания.
Форма договоров по конкретным вопросам должна быть предельно точной. Так, в отношении Федеративного договора, заключенного 31 марта 1992г, можно сказать, что его нормоутверждения носят общий характер, где содержание сознательно сформулировано сторонами таким образом, чтобы органы государственной власти Российской Федерации и органы государственной власти её субъектов имели реальные возможности для развития содержания федеративных отношений путем уточнения, изменения и даже признания недействительными его установлений. На первый взгляд может показаться странным, что возможность исключения признания действительности некоторых установлений Федеративного договора рассматривается как один из факторов развития его содержания, но необходимо признать, что динамизм и конституционное стремление развивать систему федеративных отношений не должны сдерживаться или тормозиться правовыми актами, даже самыми значимыми.
___________________________________________________________
¹См.: Договор о прекращении действия Договора о разграничении предметов ведения и полномочий между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти Ивановской области от 26 февраля 2002г // СЗ.РФ. 2002 № 10 ст. 2927
Вместе с тем, Заключительные и переходные положения Конституции РФ предусматривают (п.1), что практически все конституционно - правовые договоры всех уровней, в том числе и Федеративный договор, действуют в части соответствующей Конституции России.¹ Это уравнивает Федеративный договор со всеми остальными конституционно - правовыми договорами в возможности регулирования уточнения положений последнего с помощью Федеральных законов, исходящего из рецепированого в Российское право римского правила: lex specialis derogat generali - специальный закон отменяет общий (имеет перед ним преимущество).
Такая правовая коррекция Федеративного договора вовсе не означает его отмену, а имеет целью указать на новое развитие содержания данного договора, других конституционно - правовых законов, договоров и соглашений. Именно в силу того, что Федеративный договор и другие общецелевые конституционно-правовые договоры благоприятствуют развитию содержания в соответствии с меняющимися условиями и интересами сторон, они и сохраняют данную им форму.
В международном праве нормоутверждающие договоры называются договорами - законами², и, хотя они регулируют качественно иной (международно-правовой) уровень отношений, следует отметить их некоторую схожесть с конституционно-правовыми договорами.
Проблема формы и содержания договора, соглашения и текста не могла не привлечь к себе внимание юристов-международников. ___________________________________________________________
¹См.: Конституция РФ с комментариями Конституционного Суда РФ. М.2001. C 46.
²См.: Э. Беккет Annuare de l'Institut de droit internationa l / 1950-I. P. 438-439
Думается, что достаточно обоснованное решение проблемы с учетом динамизма содержания и стабильности формы договора содержится в Венской конвенции¹ о праве международных договоров. На первое место при толковании договора поставлен его контекст, т.е. подчеркивается значение стабильности формы. Одновременно оговаривается, что толкование должно осуществляться " в свете объекта и целей договора", а это уже имеет прямое отношение к динамизму содержания (ст.31).
В требовании толковать договор в свете его объекта и целей нашел выражение один из основных принципов толкования - принцип эффективности. В соответствии с этим принципом текст договора должен толковаться и применяться не формально, следуя лишь букве, а таким образом, чтобы обеспечить достижение его целей. Вместе с тем нельзя противопоставлять цели тексту. При определении целей следует в первую очередь руководствоваться текстом. В Конституционном праве применение принципа эффективности широко используется Конституционным судом РФ. Так, Н.А. Богданова отмечает, что "практика Конституционного суда Российской Федерации дает все основания к различению текста ("буквы") и содержания ("духа") конституции".² Текстуальные конституционные формулы, оставаясь неизменными, получают реальное раскрытие в толковании Конституционным Судом Российской Федерации, в выявлении им конституционно - правового смысла отраслевого (текущего) законодательства, в том числе и конституционно - правовых договоров. Смысловая интерпретация текста отдельных положений конституции зависит от соотнесения с другими положениями конституции. __________________________________________________________
¹См.: Талалаев А.Н. Венская конвенция о праве международных договоров. Комментарии. М., 1997
²См., Богданова Н.А. Система науки конституционного права. М., 2001, С.140-196.
Именно такой подход, - считает Н.В Витрук, - стал основанием для выводов о наличии сложносоставных договорных и иных правоотношений. ¹
Вектор толкования Конституционным судом принципа эффективности толкования конституционно - правовых договоров, впрочем, как и остального текущего законодательства РФ, всецело направлен на усовершенствование соответствия их текста ("буквы") и содержания ("духа") установлениям Федеральной Конституции.
Однако, это совсем не значит, что учет динамизма самих договоров рассматривается Конституционным РФ судом только с вышеупомянутых позиций. Венской конвенцией предусмотрено, в частности, что, наряду с контекстом, учитывается "последующая практика применения договора, которая устанавливает соглашение участников относительно его толкования" ², немецкий юрист В. Карл, обстоятельно обследовавший международные договоры и практику их применения, считает, что место, отведенное первоначальным намерениям сторон, необходимо рассматривать как дополнительное средство толкования, к которому прибегают в случае, если другие методы толкования не устранили неясности.
Можно предположить, что утверждения Венской конвенции о праве международных договоров вполне применимы и при толковании учета динамизма содержания отдельных видов конституционно - правовых договоров, ибо Конституционный Суд РФ использует положения международно - правовых актов как источник формирования внутреннего правового убеждения судей и
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
