Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 3)

Кодекс этических норм Общества профессиональных журналистов от 1996 г. вменяет в обязанность журналисту:

• проявлять внимание к тем, кому может быть нанесен ущерб в результате репортажа;

• быть особенно чутким при сборе информации или публикации интервью или фотографий к тем, кого непосредственно затронула трагедия или горе²¹.

В этом же Кодексе содержится весьма важный пункт, который важно знать всем начинающим журналистам: «Поиск новостей – не основание для вседозволенности » ²².

Член Академии Российского телевидения, доктор филологический наук, профессор факультета журналистики МГУ им. Ломоносова Сергей Александрович Муратов советует следовать следующим рекомендациям:

• основываться в репортажном изложении на фактах, а не на эмоциях;

• не считать возможным брать на себя судейские функции или выступать адвокатом одной из сторон;

• не стимулировать излишнего возбуждения, сообщая об опасности новых вспышек насилия, и ни в коем случае не сообщать адресов и мест возможного возникновения беспорядков;

• консультироваться, принимая решения по ходу меняющейся обстановки, с руководством телекомпании и органами правопорядка;

• подчиняться распоряжениям представителей государственной власти, но немедленно ставить свое руководство в известность об этих распоряжениях²³.

При этом С.А. Муратов отмечает, что экстремизм, нетерпимость, слепая ярость не должны получать такое же экранное право голоса, что и разумные аргументы и стремления к доводам, а не к силе. Это обстоятельство в еще большей степени относится к интервьюированию преступников и террористов, сама возможность контакт с которыми заранее согласуется с органами правопорядка и руководством телекомпании. Подобного рода общения особенно следует избегать в прямом эфире, не гарантирующем от любой внезапной выходки собеседника. Крайней осторожности требуют интервью с заложниками и их похитителями, обнародование которых может поставить под угрозу жизнь невольных жертв. Признания перед камерой о вновь готовящихся терактах, покушениях, взрывах, поджогах, диверсиях должны быть немедленно доведены до сведения руководства компании и органов безопасности, от решения которых зависит возможность и мера их оглашения.

После событий 23-26 октября 2002 г. были предприняты попытки законодательного регулирования освещения терактов в электронных средствах массовой информации. В частности, было предложено внести изменения в Закон о СМИ, ограничивающие свободу средств массовой информации и, фактически, вводящие цензуру на работу журналистов во время проведения контртеррористической операции. В ответ на инициативу властей профессиональное объединение «Индустриальный комитет СМИ» выдвинуло «Антитеррористическую конвенцию», которая сформулировала правила поведения СМИ в случаях террористического акта и контртеррористической операции.

Конвенция была поддержана Национальной ассоциацией телевещателей, и всем телерадиовещателям было предложено добровольно присоединиться к ней. Почти сразу под Конвенцией подписались крупнейшие телекомпании страны. Учитывая важность этого документа для работы журналистов, мы привели полный текст Конвенции в приложениях.

Подписавшись под Конвенцией, журналисты добровольно согласились на «введение ограничений на распространение информации в чрезвычайных обстоятельствах». При этом отмечается, что «в целях обеспечения общества достоверной информацией СМИ имеют право и обязаны содействовать открытому обсуждению проблемы терроризма, информировать общество о ходе контртеррористических операций, проводить расследования, сообщать людям информацию о реальных проблемах и конфликтах». Тем не менее, приоритет в оценке того, нужно ли сообщать ту или иную информацию, отдан штабу контртеррористической операции.

Профессиональные кодексы и прежде всего Антитеррористическая конвенция позволила избежать законодательного ограничения свобод журналиста, поскольку такое ограничение стало бы опасным прецедентом, за которым могли последовать и другие меры с целью ликвидации независимой журналистики.

Как мы видим, нормативно-правовые акты, регулирующие поведение журналистов при освещении терактов, не могут полностью регламентировать работу журналистов. Поэтому очень многое при освещении теракта зависит собственно от журналиста. Следует особенно чутко прислушиваться к голосу своей совести, возможно, это позволит журналистам соблюсти врачебный принцип: «Не навреди», поскольку в условиях теракта ошибки журналистов могут привести к человеческим жертвам.

Глава III. Практика освещения терактов
на телевидении

Наиболее актуальной проблема освещения терактов для отечественного телевидения стала после захвата заложников в Москве 23-26 октября 2002 г. Тележурналистам, освещавшим захват и освобождение заложников, пришлось решать несколько трудно совместимых задач: оперативно и полно рассказать о событиях, не навредить заложникам и не испортить отношения с властями.

Первое сообщение о том, что на спектакле «Норд-Ост» произошел захват заложников, прозвучало около 22:00 в самом конце информационного выпуска телеканала Ren-TV²⁴. Первые подробности трагедии на этом канале прозвучали только в 23:25.

На НТВ захват террористами заложников стал первой новостью в 22-часовом выпуске новостей. Специальный выпуск с подробностями вышел на НТВ в 22:48.

На ТВС первый экстренный выпуск вышел в 22:30.

В 22:30 экстренный выпуск вышел и на Первом канале, после чего продолжился показ очередной серии сериала. По его окончании в 22:50 телеканал выдал второй экстренный выпуск и картинку с места трагедии. Показав сериал до конца, телеканал выиграл в рейтинге: по окончании серии основная часть аудитории осталась смотреть новости.

«Россия» стала последней из центральных каналов, которая сообщила о захвате, - в 22:50. Как отмечал впоследствии ведущий «Вестей» Сергей Брилев: «Через 15 минут после первого потока информации, когда одна новость противоречила другой, мы поняли, что нужно давать только проверенную информацию. Иногда мы даже шли на осознанное отставание от коллег только потому, что ждали подтверждения от официальных источников» ²⁵.

С 9:00 до 16:00 днем 24 октября террористы по телефону через заложников передавали гендиректору Ren-TV Дмитрию Лесневскому требования найти журналистку Анну Политковскую, а также депутатов Госдумы Григория Явлинского, Ирину Хакамада и Бориса Немцова. Все это время рядом с Лесневским находился представитель спецслужб, который передавал эту информацию в оперативный штаб на ул. Мельникова.

В ночь с 24 на 25 октября террористы потребовали, чтобы к ним пришли журналисты НТВ. В тот момент на улице Мельникова работали две съемочных группы этой телекомпании. По согласованию с оперативным штабом в здание ДК вместе с доктором Леонидом Рошалем пошли корреспондент Сергей Дедух и оператор Антон Передельский. Они пробыли в здании около 40 минут, встретились с террористами и записали интервью с ними. По словам Дедуха, никаких предварительных гарантий безопасности от террористов журналисты не получали. «Нас никто не обыскивал и даже не просил показать документы. Никаких требований они нам не выдвигали. Они говорили, что их бригада называется «Смертники ислама», а их цель – остановить войну и вывести федеральные войска» ²⁶, - рассказал впоследствии Сергей Дедух.

Позже в здании побывал еще один корреспондент НТВ – Борис Кольцов, которому удалось снять только первый этаж и лестницу, где не было террористов. По согласованию с оперативным штабом еще до Сергея Дедуха в здании побывал третий корреспондент НТВ Тимофей Баженов. С ним была цифровая камера. Детали своей работы Тимофей Баженов не раскрыл до сих пор: в компании говорят, что «пока не время рассказывать» ²⁷.

Съемка о последствиях штурма (крупным планом трупы убитых террористов и женщин-камикадзе) была распространена Центром общественных связей ФСБ по всем каналам. Ее проводил оператор Первого канала. Аналогичная съемка велась и для канала «Россия», часть кадров была показана в воскресной программе «Вести недели» 27 октября.

При этом практически все каналы ограничивали выпускаемую в эфир информацию. К сожалению, делать это они начали не сразу (к сожалению, потому что впоследствии этим обстоятельством воспользовались депутаты, требовавшие введения законодательных ограничений на свободу журналистов. При этом мы не оправдываем все действия журналистов, поскольку они действительно поставили под угрозу срыва операцию по освобождению заложников). Непосредственно после захвата заложников в прямом включении с места событий корреспондент Первого канала общался с продюсером мюзикла «Норд-Ост» Александром Цекало, который рассказал, что только что нарисовал сотрудникам спецслужб подробный план помещений Дома культуры и предположил, что вскоре начнется штурм здания. Почти сразу после этого ведущая выпуска Ольга Кокорекина сообщила, что по поступившей на телеканал информации, террористы и заложники смотрят телевизор. После завершения операции гендиректор Первого канала Константин Эрнст в интервью признался, что после трансляции заявления Цекало руководство канала приняло решение ввести «очень жесткую самоцензуру» ²⁸. Необходимо отметить также, что руководители ведущих СМИ страны после этих трагических событий признали, что «некоторые действия журналистов и средств массовой информации во время последнего теракта в Москве были неверными». Но, как отметили главы крупнейших СМИ, «это были ошибки, а не осознанное игнорирование той опасности, которые эти действия несли» ²⁹.

В ночь на 24 октября в прямом эфире НТВ ведущий Кирилл Поздняков общался по телефону с одной из заложниц. Затем ведущий попросил передать трубку одному из террористов. Однако после того, как террорист произнес: «Да, я вас слушаю», Поздняков объявил телезрителям, что связь прервалась, хотя голос его собеседника был слышен весьма отчетливо. Решение не выпускать в эфир разговор с террористом было принято руководством телекомпании, которое практически в полном составе находилось в тот момент в Останкине³⁰.

Единственный раз голос террориста прозвучал в прямом эфире около 5 утра 24 октября на канале Ren-TV. Ведущая разговаривала по телефону с заложницей, а затем трубку передали кому-то из террористов. Разговор длился не более полминуты, а затем прервался.

Пленка, которую записали побывавшие в здании ДК журналисты НТВ, была передана в оперативный штаб, а часть ее затем показана в эфире. Однако интервью Мовсара Бараева НТВ транслировать не стало. Уже после штурма интервью пошло в эфир всех телеканалов (на ТВЦ – без звука), однако было представлено как съемка оперативного штаба.

Власти внимательно отслеживали освещение телеканалами всей операции. Главный редактор ТВС Евгений Киселев отмечал, что помощник президента Сергей Ястржембский обратился к каналу с двумя просьбами: не показывать передвижение спецназа, чтобы не повредить ходу операции, и не транслировать наиболее эмоциональные интервью с родственниками заложников³¹.

25 октября Минпечати отключило эфир канала «Московия». Это было вызвано якобы тем, что в дневном эфире канала показали сестру одного из заложников, которая сообщила, что если не будут начаты хоть какие-то действия для выполнения условий террористов, то они начнут расстреливать заложников. Также «Московии» инкриминировалось нарушение закона о терроризме – демонстрация куска эфира катарского канала «Аль-Джазира» ³². Как заявил пресс-секретарь Минпечати Юрий Акиньшин, о недопустимости предоставления эфира чеченским бандитам представители СМИ были предупреждены ранее, однако не все это правило соблюдали. «Мы обращаем внимание на это всех СМИ, включая радиостанцию “Эхо Москвы”», – отметил он³³. При этом, как сообщил гендиректор «Московии» Владимир Жиронкин, вещание канала было прекращено техническими службами телевизионного технического центра за 10 минут до выхода в эфир. «Никаких официальных предупреждений и документов в компанию не поступало», - отметил руководитель телекомпании³⁴. Вещание канала было возобновлено на следующий день, после того, как Владимир Желонкин направил в Минпечати письмо, в котором заявил, что «руководство телекомпании “Московия” постоянно следит за тем, чтобы никаких нарушений действующего законодательства о борьбе с терроризмом и о средствах массовой информации в деятельности телекомпании не было» ³⁵.

Наряду с отключением «Московии», министерство печати направило обращение в адрес руководства министерства связи о прекращении работы сайта радиостанции «Эхо Москвы» в связи с публикацией на данном сайте интервью террористов. Однако позднее Минпечати отозвало свои претензии к сайту, так как с него были убраны интервью террористов.

Характеристики

Список файлов реферата