krim (695921), страница 4

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 4)

Криминалистика — юридическая наука. Взгляд на криминалис­тику как на юридическую науку сформировался в 1952—1955 гг. и впоследствии стал господствующим как в криминалистике, так и в правовой науке в целом. Первыми с обоснованием этой концепции выступили С. П. Митричев⁴, А. И. Винберг, Г. Б. Карнович, В. Г. Во время дискуссии о предмете криминалисти­ческой тактики (1955) концепция юридической природы кримина­листики была поддержана А. Н. Васильевым, А. А. Пионтковским, Г. Н. Александровым, Н. В. Терзиевым, С. А. Голунским и другими участниками дискуссии.

Содержание этой концепции и ее обоснование в настоящее вре­мя заключаются в следующем:

1) криминалистика является правовой наукой, ибо ее предмет и объекты познания лежат в сфере правовых явлений;

2) криминалистика является правовой наукой, так как ее слу­жебная функция, решаемые ею задачи относятся к правовой сфере деятельности государственных органов, к правовым процессам (расследование, судебное разбирательство);

3) все рекомендации, разрабатываемые криминалистикой для практики, носят строго выраженный правовой характер, основаны на законе, соответствуют его духу и букве; они вызваны к жизни потребностью ликвидации в нашей стране преступности и «разви­вались в советском уголовном процессе лишь с единственной целью оказания научной помощи следственным и судебным органам в отыскании истины по делу» ¹;

4) криминалистика связана со многими науками — как обще­ственными, так техническими и естественными, но связи эти носят преимущественно частный и локальный характер, тогда как ос­новной «питательной средой» для криминалистики является пра­во, правовые науки, следственная, судебная и экспертная практи­ка; наконец, исторически криминалистика зародилась в рамках именно правовой — уголовно-процессуальной — науки.

Полностью разделяя эту концепцию, следует отметить, что в отличие от предыдущих она подтвердила свою жизненность. Мы не видим, в данном случае, оснований для ее пересмотра ни в настоящее время, ни в обозримом будущем, несмотря на процессы дифференциации и интеграции научного знания, которые не могут не затронуть кри­миналистику. Основанием для такого вывода служит анализ взглядов некоторых ученых, пытающихся в последнее время не­сколько изменить или «исправить» представление о правовой при­роде криминалистики.

Так, например, в 1963 г. А. А. Эйсман высказал мнение о воз­можности характеризовать криминалистику одновременно и как юридическую и как естественно-техническую науку¹. В подтверж­дение этого взгляда он сослался на мнение специалиста в области теории государства и права А. Ф. Шебанова, который включил криминалистику в группу таких юридических наук, которые «по своему содержанию... относятся в большей своей части к наукам естественным и техническим» ², и на тезис С. П. Митричева о том, что криминалистика является юридической наукой, изучающей, помимо прочего, и технические средства выполнения процессуаль­ных действий ³. Двойственный характер криминалистики, по мыс­ли А. А. Эйсмана, объясняется двойственностью ее содержания, а также тем, что она является переходной, или пограничной, наукой, подобно физической химии, химической физике, биохимии и т. п.

Едва ли можно согласиться как с данной точкой зрения А. А. Эйсмана, так и с ее обоснованием.

Начнем с того, что А. Ф. Шебанов, относя криминалистику в большей ее части к наукам естественным и техническим, явно придерживается изложенной выше концепции двойственной приро­ды криминалистики, которая исходит не из двойственной оценки криминалистики в целом, а из различной оценки различных частей данной науки.

То, что, по мнению С. П. Митричева, криминалистика, являясь юридической наукой, изучает технические средства, вовсе не дает оснований считать криминалистику не только юридической, но и технической наукой по следующим причинам. Во-первых, термин «техника» в криминалистике в значительной степени имеет ус­ловное значение; во-вторых, даже если отвлечься от этого, то и тогда нельзя не учитывать, что технические средства составляют только часть, и притом небольшую, содержания криминалистики и уже поэтому они не могут определять природу всей науки; и, наконец, в-третьих, из сказанного С. П. Митричевым вовсе не сле­дует, что юридическая наука, изучающая некоторые технические средства, в силу этого становится и технической. Технические средства изучают, например, и археология, и науковедение, кото­рые, несмотря на это, отнюдь не считаются техническими науками.

Нам кажется, что бездоказательным является и сравнение криминалистики с биохимией или физической химией. Это дей­ствительно переходные, а точнее — промежуточные, науки, расположенные на стыках между биологией и химией, физикой и хи­мией. Но понятие переходной науки вовсе не тождественно поня­тию науки пограничной. Пограничная наука не соединяет в себе начал двух разнородных наук. Она лежит на границе двух родов наук, но принадлежит только одному из них, а не обоим сразу. Криминалистика граничит с естественными и техническими наука­ми, но принадлежит к юридическим наукам. Точно так же если бросить взгляд «с другой стороны», например со стороны есте­ственных наук, то можно сказать, что судебная медицина является пограничной наукой — лежит на границе между медицинскими и юридическими науками, но остается медицинской наукой и не при­обретает в силу своего «территориального» положения качеств науки юридической. Использование же криминалистикой методов других наук еще не дает основания пересматривать вопрос о ее природе.

Противоречивую позицию в вопросе о природе криминалистики занимает А. Н. Васильев. Наряду с многочисленными утвержде­ниями о том, что это наука юридическая, в его выступлениях иног­да выражается солидарность с взглядами М. С. Строговича, о которых уже говорилось выше¹, или содержатся высказывания о том, что криминалистика «не чисто юридическая» наука². К че­му это приводит, автор постарался показать при анализе предло­женных А. Н. Васильевым определений предмета криминалистики.

Мнение о юридическом характере криминалистики в настоящее время разделяется большинством процессуалистов и ученых других юридических специальностей. Правда, иногда еще предпри­нимаются попытки как-то отделить криминалистику от других пра­вовых наук, объявляя ее не правовой, а юридической наукой, ус­матривая различие в этих терминах вопреки элементарной логике. Однако эти попытки не заслуживают серьезного внимания.

В настоящий момент среди отечественных криминалистов сформировалось следующее мнение.

Криминалистика является отраслью юридической науки. На это указывает ряд обстоятельств:

—объектно-предметная область криминалистики самым непосредственным образом связана со сферой правовых явлений и отношений;

— реализация практических функций, целей и задач криминалис­тики направлена на удовлетворение потребностей правоприменительной деятельности, практики государственных органов, ведущих борьбу с преступностью;

— разрабатываемая в криминалистике научная продукция носит четко выраженный правовой характер, основана на законе, соответствует закону и ориентирует практиков на безусловное выполнение законов;

— правовые науки, следственная, прокурорская, оперативно-ро­зыскная, экспертная и судебная практика — основная «питательная среда» для криминалистики, зародившейся в недрах уголовно-процессуальной науки.

Как составная часть юридической науки, криминалистика входит в группу наук так называемого уголовно-правового (криминального) цикла (наряду с криминалистикой сюда же отнесены уголовно-правовая и уголовно-процессуальная науки, криминология, судебная статис­тика, судебные медицина и психиатрия, теория оперативно-розыскной деятельности и ряд других дисциплин).

Большое значение для развития криминалистики, совершенствова­ния ее научной продукции как теоретического, так и прикладного ха­рактера, имеют достижения естественных, технических, общественных наук. В криминалистике активно и плодотворно реализуются многие идеи, теории, подходы, методы философской науки (в частности, логи­ки), психологии, медицины, науки управления, социологии, физики, химии, других наук неюридического профиля.

2.2 Место криминалистической науки в системе юридических наук

Для того чтобы правильно определить место криминалистики в системе юридических наук и ее связи со смежными науками этого рода, следует вначале хотя бы вкратце остановиться на классифи­кации юридических наук.

Юридические науки относятся к классу общественных наук. В теории государства и права юридические науки обычно делятся на общетеоретические (теория и история государства и права) и конкретные. Последние подразделяются на отраслевые, т. е. те, ко­торые изучают отдельные отрасли права (государственное, финан­совое, административное, уголовное, процессуальное и др.), межот­раслевые — типа жилищного, хозяйственного, транспортного пра­ва, и специальные.

В соответствии с этой классификацией криминалистика отно­сится к числу специальных юридических наук, которым не соответ­ствует какая-то определенная отрасль права или группа норм из разных отраслей права. Вместе с криминалистикой в эту группу входят криминология, судебная статистика и некоторые другие науки. Однако принадлежность кримина­листики к этой группе наук вовсе не означает, что она наиболее тесно связана именно с ними. С точки зрения интенсивности свя­зей, криминалистику следует отнести к группе криминально-пра­вовых наук, изучающих преступность и меры борьбы с ней. Фор­мирование этой группы выходит за пределы приведенной выше классификации и поэтому в нее включаются как отраслевые, так и специальные юридические науки: уголовное право, уголовный процесс, исправительно-трудовое право, криминалистика, кримино­логия, теория оперативно-розыскной деятельности, уголовная ста­тистика¹.

Характеризуя место криминалистики в системе научного зна­ния, следует руководствоваться ее предметом, значением для практики борьбы с преступностью, тем влиянием, которое на кри­миналистику оказывают другие юридические науки и которое, в свою очередь, она оказывает на них. В связи с этим определенный интерес представляет решение вопроса о том, как следует пони­мать отнесение криминалистики к числу прикладных наук и не лишает ли это ее права называться самостоятельной наукой.

И. Н. Якимов, раскрывая понятие криминалистики, именуемой им тогда уголовной техникой, писал, что она, «не будучи самостоятельной научной дисциплиной... является прикладной наукой, преследующей практические цели» ². Таким образом, между по­нятиями «прикладная наука» и «несамостоятельная наука» он ставил знак равенства. В дальнейшем такое же значение термину «прикладная наука» придавала В. Е. Коновалова³, а С. П. Митричев отождествлял понятие «прикладной науки» с понятием «науки вспомогательной».

Предпочтительнее поэтому не отделять теоретические части наук от экспериментальных, что неизбежно происходит, когда первые под именем «теоретических наук» группируются независимо от вторых. Эта классификация представляется такой же устарелой, как и тер­мины «созерцательные» или «описательные» науки».

Теми же соображениями руководствовался и Б. М. Шавер, когда возражал против отнесения криминалистики к числу прикладных наук в первоначальном смысле этого термина. Он писал: «Прикладных наук нет, а есть прикладные дисциплины, под которыми понимается совокупность знаний, определяющих порядок практического применения теоретических принципов той или иной науки. Криминалистику никак нельзя отнести к разряду прикладных дисциплин. Прикладная дисциплина всегда есть част­ное применение общих принципов той науки, из которых она выте­кает. Принципы какой же науки выражает криминалистика? Обыч­но ее считают вспомогательной наукой по отношению к науке уго­ловного процесса, вытекающей из принципов последней, но это — полный абсурд, так как разрабатываемые криминалистикой данные вовсе не вытекают из теоретических принципов уголовного процес­са, криминалистика не есть практическое применение этих прин­ципов. Данные криминалистики всегда согласуются с данными уголовного процесса, ибо практически они применяются в процес­се расследования, который регулируется уголовно-процессуальным правом, но эти данные не вытекают из теоретических принципов уголовного процесса» ¹.

Криминалистика, разумеется, не является вспомогательной нау­кой по отношению к науке уголовного процесса. Этот тезис Б. М. Шавера получил развитие в работах С. П. Митричева, А. И. Винберга и Н. Т. Малаховской и других криминалистов и не нуждается в дополнительной аргумен­тации.

Выяснение связей криминалистики со смежными юридическими науками одновременно есть и отграничение ее предмета от предме­тов этих наук, что представляет особый интерес, если учесть нашу попытку по-новому определить предмет криминалис­тической науки.

Понятие предмета криминалистики взаимосвязано с понятиями предметов смежных областей знания. Поэтому, для того чтобы убе­диться в отличии предмета криминалистики от предмета других наук, необходимо решить вопрос о том, являются ли специфически­ми именно для криминалистики круг исследуемых ею объективных закономерностей и аспект их исследования. Что касается естествен­ных, технических и общественных неправовых наук, о которых речь еще впереди, то в этих случаях положительный ответ на этот воп­рос можно получить в процессе сопоставления предмета кримина­листики и предметов всех этих областей знания: ни одна из них не изучает той специфической группы закономерностей, которые со­ставляют предмет криминалистики и это положение достаточно очевидно, чтобы не вызывать сомнений. То же самое можно сказать и об отличии криминалистики от общетеоретических наук о госу­дарстве и праве, административно-правовых, государственно-пра­вовых и гражданско-правовых наук. С этими науками кримина­листика связана через общую систему правовых наук, но они не являются ее ближайшими «соседями».

Криминалистика должна быть отграничена от тех правовых на­ук, с которыми она непосредственно взаимосвязана, т. е. от дру­гих наук «криминальной» группы: криминологии, уголовной ста­тистики, уголовного права, уго­ловного процесса и теории оперативно-розыскной деятельности.

Предметом науки криминологии являются закономерности, определяющие состояние, динамику, формы и причины преступности и меры ее предупреждения¹. Из этого определения следует, что криминология и криминалистика изучают разные объективные за­кономерности и совпадение в этой части их предметов отсутствует.

Как видно из сказанного, криминология изучает и меры пре­дупреждения преступности. Криминалистика также занимается разработкой мер предупреждения преступлений. Однако и в этой области нет дублирования между предметами криминалистики и криминологии. Предметом криминалистики являются такие меры предупреждения преступлений, которые относятся к техническим и тактическим. Их разработка основывается на познании закономер­ностей возникновения доказательств и работы с ними (например, технические меры по охране определенных объектов от преступных посягательств разрабатываются на основе изучения способов со­вершения соответствующих преступлений, т. е. в конечном счете, на изучении определенной разновидности процессов возникновения доказательств). Предметом криминологии является разработка системы предупредительных мер, «направленных на окончательную ликвидацию преступности и иных правонарушений и всех порож­дающих их причин». В эту систему криминология включает и криминалистические меры предупреждения отдельных видов прес­туплений, но пользуется ими как данными науки криминалисти­ки, т. е. сама разработкой таких мер не занимается.

Так, по нашему мнению, должен решаться вопрос о соотноше­нии и связи предметов криминалистики и криминологии.

Уголовное право, как наука изучает закономер­ности, определяющие виды и формы преступных посягательств, процесс развития преступной деятельности, виды наказаний и ус­ловия их применения к лицам, виновным в совершении преступле­ний. Из этого следует, что и в данном случае речь идет не о тех закономерностях, которые изучаются криминалистикой. Пользуясь принятой нами терминологией, можно сказать, что уголовное право изучает закономерности возникновения, формирования и развития самого отражаемого объекта, но не процесса его отражения в сре­де и тем более не процесса обнаружения и использования этого отражения в доказывании. Из этого, конечно, не следует, что криминалистика не связана с наукой уголовного права. Эта связь существует, и она выражает­ся в том, что криминалистика использует разрабатываемые в уго­ловном праве характеристики отражаемого объекта, пользуется ими как данными. Дублирование в предметах наук отсутствует по­тому, что криминалистика не разрабатывает вопросов уголовного права, а берет готовые решения этой науки точно так же, как нау­ка уголовного права не разрабатывает, а использует для своих тео­ретических построений уже разработанные иными науками, на­пример медициной, отдельные положения, не включая их при этом в свой предмет. Налицо обычный процесс взаимопроникновения научных знаний в целях их взаимного обогащения и развития.

Самым сложным вопросом в рассматриваемом аспекте является вопрос о связи и разграничении предметов криминалистики и нау­ки уголовного процесса. Криминалистика, как область научного знания, возникла в рамках уголовно-процессуальной науки. А. А. Эйсман, по моему мнению, прав, когда пишет, что «форми­рование самостоятельных, специфических знаний, составляющих предмет криминалистики, нетрудно проследить исторически. Перво­начально эти знания, касающиеся приемов собирания, обнаружения и исследования доказательств, выходящие за пределы собственно процессуальной теории, фигурируют в трудах процессуалистов... Лишь постепенно, возрастая по объему, накапливаясь и приобре­тая внутреннее единство, эти сведения оформляются в самостоя­тельную науку — криминалистику» ¹.

Правда, при ознакомлении с работами известных криминалистов может сложиться неверное мнение, что криминалистика возникла независимо от уголовно-процессуальной науки, так как многие ее теоретические положения появились на свет в процессе создания научно обоснованных регистрационно-учетных систем в связи с разработкой научных методов идентификации вначале для удовлетворения нужд сыскной и пенитенциарной практики и зна­чительно позднее — собственно уголовного судопроизводства, ког­да эти положения стали разрабатываться в более или менее тес­ной связи с наукой уголовного процесса. Иными словами, можно подумать, что связь между криминалистикой и уголовно-процессуальной наукой (связь, но не происхождение первой от второй!) возникла лишь тогда, когда сложилась некоторая система специ­альных знаний, поставленных на службу борьбы с преступностью.

Характеристики

Список файлов реферата