176668 (685572), страница 22
Текст из файла (страница 22)
Рассматривая эти вопросы, он показал, что правильно понятая теория предельной полезности не только не опровергает трудовую теорию стоимости Д.Рикардо и К.Маркса, но и представляет собой неожиданное подтверждение учения о стоимости данных экономистов. Как и большинство русских экономистов, М.И.Туган-Барановский не ограничился односторонним противопоставлением полезности и затрат как двух основных факторов ценности. Полагая, что теория Рикардо подчеркивает объективные факторы ценности, а теория Менгера - субъективные, он пытается доказать, теория Рикардо не исключает, а лишь дополняет теорию предельной полезности. Логика рассуждений М.И.Туган-Барановского такова: “Предельная полезность - полезность последних единиц каждого рода продуктов - изменяется в зависимости от размеров производства. Мы можем понижать или повышать предельную полезность путем расширения или сокращения производства. Напротив, трудовая стоимость единицы продукта есть нечто объективно данное, не зависящее от нашей воли. Отсюда следует, что при сопоставлении хозяйственного плана определяющим моментом должна быть трудовая стоимость, а определяемым - предельная полезность. Если трудовая стоимость продуктов различна, но польза, получаемая в последнюю единицу времени одинакова, то следует вывод, что полезность последних единиц свободно воспроизводимых продуктов каждого рода - их предельная полезность - должна быть обратно пропорциональна относительному количеству этих продуктов в единицу рабочего времени. Иначе говоря, должна быть прямо пропорциональна трудовой стоимости тех же продуктов”'. И значит, по мнению М.И.Туган-Барановского, обе теории находятся в полной гармонии. Теория предельной полезности выясняет субьективные, трудовая теория стоимости - объективные факторы хозяйственной ценности. Именно М.И.Туган-Барановский обосновал положение, что предельная полезность свободно воспроизводимых хозяйственных благ пропорциональна их трудовым стоимостям. Данное положение называют в экономической литературе теоремой М.И.Туган-Барановского.
Значительный вклад был внесен Туган-Барановским в теорию распределения. В ней процесс распределения рассматривался как борьба различных классов за долю в общественном продукте. В росте самого продукта, т.е. в развитии производства, одинаково заинтересованы все классы. Этот подход позднее нашел развитие в трудах многих западных экономистов (Шумпетер, Хикс и др.).
Инвестиционная теории циклов М.И. Туган – Барановского.
Что касается вклада М.И.Туган - Барановского в современную экономическую науку, то он в значительной мере сводится к созданию современной инвестиционной теории циклов в которой предвосхитил современную концепцию "сбережения-инвестиции" главным фактором цикличности, по его мнению, является непропорциональность в размещении капитала, усилившаяся в связи с ограниченностью банковских ресурсов.
Его работа “Промышленные кризисы в современной Англии, их причины и влияние на народную жизнь” оказали значительное влияние на развитие данного направления экономической науки. В этой работе, полемизируя с “народниками”. М.И.Туган-Барановский доказывает, что капитализм в своем развитии сам себе создает рынок и в этом отношении не имеет ограничения для роста и развития. Хотя и отмечает, что существующая организация народного хозяйства, и прежде всего господство свободной конкуренции, чрезвычайно затрудняет процесс расширения производства и накопления национального богатства.
М.И.Туган-Барановский критикует не только теорию недопотребления как причину кризисов перепроизводства, но и теории, объясняющие кризисы нарушениями в сфере денежного и кредитного обращения.
В своей теории М.И.Туган-Барановский взял за основу идею Маркса о связи промышленных колебаний с периодическим обновлением основного капитала и заложил основы тенденции - превратить теорию кризисов перепроизводства в теорию экономических колебаний. Отмечая, что годы усиленного создания основного капитала являются годами общего оживления промышленности, М.И.Туган-Барановский пишет: “расширение производства в каждой отрасли усиливает спрос на товары, производимые в других отраслях: толчок к усиленному производству передается от одной отрасли к другой, и потому расширение производства всегда действует заразительно и имеет тенденцию охватывать все народное хозяйства. В период создания нового основного капитала возрастает спрос решительно на все товары”. Но вот расширение основного капитала закончилось (фабрики построены, железные дороги проведены). Спрос на средства производства сократился и их перепроизводство становится неизбежным. В силу зависимости всех отраслей промышленности друг от друга частичное перепроизводство становится общим - цены всех товаров падают и наступает застой. М.И.Туган-Барановский убежден в том, что если производство организовать планомерно, то как бы ни было низко потребление, предложение товаров не могло бы превысить спрос.
С полным основанием можно сказать, что М.И.Туган-Барановский первым сформулировал основной закон инвестиционной теории циклов: фазы промышленного цикла определяются законами инвестирования. Нарушение же ритма экономической активности, приводящее к кризису, вытекает, по мнению М.И.Туган-Барановскою, из-за отсутствия параллелизма на рынках разных сфер в период экономического подъема, несовпадения между сбережениями и инвестициями, из-за диспропорциональности в движении цен на капитальные блага и потребительские товары. Основная идея М.И.Туган-Барановского состоит в том, что в основе общего товарного перепроизводства лежит частичное перепроизводство, непропорциональное распределение “народного труда”. Таким образом, первое представляет собой своеобразное выражение второго.
Исследовал М.И.Туган-Барановский и роль ссудного капитала в процессе циклических колебаний экономики. Он отмечал, что повышение ссудного процента является верным признаком того, что свободного ссудного капитала в стране слишком мало для нужд промышленности и делая отсюда вывод, что непосредственной причиной кризисов является не избыток ссудного капитала, не находящего себе применения, а его недостаток. Как видим, у М.И.Туган-Барановского обнаруживаются многие элементы современной инвестиционной теории циклов.
Кембриджская школа. А. Пигу
Главное сочинение А. Пигу – “Экономическая теория благосостояния” (первое издание – 1920 г.). В центре его теории – понятие национального дивиденда (национального дохода). Пигу считал национальный дивиденд показателем не только эффективности общественного производства, но и меры общественного благосостояния. Пигу поставил задачу – выяснить соотношение экономических интересов общества и индивида в аспекте проблем распределения, используя понятие “предельный чистый продукт”.
Ключевым понятием концепции Пигу является дивергенция (разрыв) между частными выгодами и издержками, выступающими как результат экономических решений отдельных людей, с одной стороны, и общественной выгодой и затратами, выпадающими на долю каждого, – с другой. Примером является фабрика с дымящейся трубой, выпускающая потребительские товары. Фабрика использует воздух (общественное благо) и возлагает на других внешние издержки. Пигу считал, что подобные нерыночные связи глубоко проникают в индустриальную экономику и представляют собой большой практический интерес. Средством воздействия на них должна быть система государственных налогов и субсидий.
В итоге, считает Пигу, достижение максимума национального дивиденда возможно через действие двух дополняющих друг друга сил – своекорыстного частного интереса и вмешательства государства, выражающего интересы общества.
Обратим внимание также на эффект Пигу. Классики считали, что при наличии гибкой заработной платы и подвижных цен процентная ставка будет приводить в равновесие сбережения и инвестиции, а также спрос и предложение денег при полной занятости. А как обстоит дело в условиях безработицы? Неоклассическая концепция равновесия в условиях безработицы названа эффектом Пигу. Этот эффект показывает влияние активов на потребление и зависит от той части денежной массы, которая отражает чистую задолженность правительства. Поэтому эффект Пигу основывается на “внешних деньгах” (золото, бумажные деньги, государственные облигации) в отличие от “внутренних денег” (чековые депозиты), применительно к которым снижающиеся цены и зарплата не порождают чистого агрегатного эффекта. Следовательно, когда цены и зарплата снижаются, отношение предложения “внешнего” ликвидного богатства к национальному доходу возрастает до тех пор, пока стремление к сбережениям не начнет насыщаться, что в свою очередь стимулирует потребление.
Эффект Пигу рассматривается и применительно к инфляции: повышение уровня цен приводит к тому, что реальный экономический субъект чувствует себя беднее (рост Р при неизменном номинальном предложении денег М). Это приводит к сокращению спроса на рынке товаров и влечет за собой давление на цены в сторону их снижения. Но автоматический выход возможен только из непрогнозируемой. Или неожидаемой инфляции. Если у населения сформировались инфляционные ожидания, то, несмотря на ежедневный рост уровня цен. Население может увеличивать закупки на товарном рынке (ажиотаж 1998 года).
Анархизм: Бакунин М. А., Ткачев П.Н.
Михаил Александрович Бакунин (18 мая 1814 г - 1 июля 1876 г )родился. в деревне Премухино Новоторжокского уезда Тверской губернии, в семье родовитого дворянина.
Начал писать в 1842 – 1843 гг. Статьи "Реакция в Германии" и "Коммунизм", опубликованные, соответственно, в 1842 и 1843 гг. В первой из них содержится знаменитая фраза: "Страсть к разрушению есть вместе с тем и творческая страсть". Эти слова приобретут значение девиза практической деятельности Бакунина много лет спустя. Тогда же он не имел еще ни анархической, ни какой-либо другой своей программы, хотя его взгляды приобретали уже очевидно революционно-демократический характер. Отвергая "коммунистическое" общество, ("Это не свободное общество, не действительно живое объединение людей, а невыносимое принуждение, насилием сплоченное стадо животных, преследующих исключительно материальные цели и ничего не знающих о духовной стороне жизни и о доставляемых ею высоких наслаждениях"), Бакунин утверждал, что в основе "истинного коммунизма" лежат "священные права и гуманнейшие требования", что "коммунизм исходит не из теории, а из практического инстинкта, из народного инстинкта, а последний никогда не ошибается". Он уверен, что Европа находится "накануне великого всемирно-исторического переворота", что бедные и угнетенные массы свергнут существующий социально-политический строй и реализуют лозунги французской революции - "свобода, равенство и братство".
Революционная анархистско-социалистическая концепция была изложена Бакуниным еще в 1868 г. "Наша программа", опубликованная на страницах русской эмигрантской газеты, четко формулировала задачи освобождения умственного (распространение в народе атеизма и материализма), социально-экономического (передача средств производства земледельческим общинам и рабочим ассоциациям) и политического (революционная замена государственности свободной федерациею вольных рабочих как земледельческих, так и фабрично-ремесленных артелей"). Предполагалось также осуществить "полную волю всех народов ныне угнетенных империею, с правом полнейшего самораспоряжения".
В своих наиболее крупных работах- "Кнуто-Германская империя и социальная революция" (1871 г.) и "Государственность и анархия" (1873 г.) - М. А. Бакунин попытался дать наиболее обстоятельную критику института государственности и его сторонников, в первую очередь марксистов. Сейчас, с высоты драматического опыта XX в., трудно сделать вывод о том, кто был более прав в этой полемике. С обеих сторон в ней присутствовала изрядная доля утопизма. К тому же рассуждения велись как бы на различных, не стыкующихся уровнях. Подробно конспектируя "Государственность и анархию", К. Маркс справедливо упрекал автора в идеализме: "Он абсолютно ничего не смыслит в социальной революции, знает о ней только политические фразы. Ее экономические условия для него на существуют". Однако Бакунину нельзя отказать в политическом чутье и понимании социальной психологии.
Критикуя сторонников Маркса, Бакунин предупреждал, что "ученые коммунисты", "доктринальные революционеры", заполучив государственную власть, попытаются уложить жизнь будущих поколений в прокрустово ложе своего социального идеала. "Дайте им полную волю, они станут делать над человеческим обществом те же опыты, какие ради пользы науки делают теперь над кроликами, кошками и собаками". Бакунин пророчествовал о том, что реализация идеи диктатуры пролетариата как представительной демократии на основе всеобщего избирательного права неизбежно выльется в деспотическое управление массами со стороны "незначительной горсти привилегированных избранных или даже не избранных". И даже рабочее происхождение новых "правителей" и "представителей народа" ничего не решает: став государственными чиновниками, они "будут представлять уже не народ, а себя и свои притязания на управление народом". "Начальники коммунистической партии", - с иронией прогнозировал Бакунин развитие событий "по Марксу", - в результате народной революции "сосредоточат бразды правления в сильной руке, потому что невежественный народ требует весьма сильного попечения; создадут единый государственный банк, сосредоточивающий в своих руках все торгово-промышленное, земледельческое и даже научное производство, а массу народа разделят на две армии: промышленную и землепашественную под непосредственною командою государственных инженеров, которые составят новое привилегированное науко-политическое сословие".
К сожалению, во многом Бакунин не ошибался. Но и его альтернатива: "свобода может быть создана только свободою, т. е. всенародным бунтом и вольною организациею рабочих масс снизу вверх" - тоже, как показал злосчастный опыт анархистов XX в. в России, Испании и т. д., оказалась дорогой, ведущей куда угодно, но только не в царство свободы, справедливости и братства.
Петр Никитич Ткачев (1844–1886) – идеолог "русского бланкизма" – происходил из купеческой среды .
Во второй половине 1860-х годов активно сотрудничая в журналах он сложился как публицист, чей авторитет и популярность в радикальных кругах приобрели устойчивый характер. После ареста в 1869 г. Ткачев четыре года провел в заключении, а затем отправлен в ссылку, откуда бежал в декабре 1873 г. За границей Ткачев – один из руководителей русских революционеров, автор многочисленных брошюр и статей. Представленная статья была опубликована в газете "Набат" (Женева) в сентябре 1881 г. В ней ткачевская проповедь терроризма достигает своей кульминации – революционный терроризм, как разрушающий иллюзию неприкосновенности самодержавия, рассматривается Ткачевым как единственное средство, способное освободить Россию и привести ее к нравственному возрождению. “Кто только вдумается в современное положение России, придет необходимо к заключению, что положение это одно из тяжелых и быть продолжительным не может. Наше экономическое положение потрясено; финансы в расстройстве; в управлении по крестьянским делам обнаружились такие существенные недостатки, что правительство нашлось вынужденным передать на рассмотрение земств вопрос о реорганизации крестьянских учреждений; крестьяне, составляющие в общей массе народонаселения России 80%, обеднели и оказываются почти не в состоянии нести тяжесть лежащих на них повинностей; учебная часть поставлена дурно, а учреждению народных школ и развитию грамотности в народе бывшее министерство народного просвещения ставило преднамеренные препятствия; еврейские беспорядки обнаружили присутствие в народных массах недоброго чувства не только против евреев, но и вообще против имущих классов; полиция оказывается несоответствующею обязанностям, на нее возложенным, и урядники вместе со становыми и исправниками не приносят ни народу, ни правительству пользы; злоупотребления и хищения расстроивают народный организм...”
Но кто же довел Россию до такого положения? кто расстроил и погубил народное благосостояние? Кто довел массу народонаселения до состояния нищенства и хронического голода? кто задавил крестьянство под “бременем непосильных” налогов и повинностей? кто препятствовал развитию в народе грамотности, кто “поставил дурно” нашу учебную часть? Кто водворил во всех отраслях общественного управления систему “хищения и всяческих злоупотреблений”? кто наградил нас урядниками, становыми, исправниками и иными “блюстителями общественного спокойствия”, не приносящими – по сознанию самих верноподданных – “ни малейшей пользы ни народу, ни государству”? Кто? – Самодержавная, бесконтрольная, вездесущая и всемогущая власть “царя-батюшки”. Ни один из верноподданных не может усомниться в этом факте, не перестав быть верноподданным. Усомниться в нем значит усумниться в силе, в всемогуществе, в самом принципе самодержавия. Но если самодержавие довело нас до такого положения, которое, по сознанию верноподданнейших из верноподданных, “продолжаться долее не может”, если оно, по сознанию тех же верноподданнейших из верноподданных “потрясло наше экономическое состояние”, “расстроило наши финансы”, “ввергло большинство населения в бедность и нищету”, “водворило во всех отраслях общественного управления систему хищничества и грабежа” и т.п., – то какие же чувства должно оно возбуждать к себе во всяком человеке, не утратившем “образа и подобия человеческого”?
Единственно практическое, единственно действительное средство достигнуть политического и социального возрождения России состоит в том, чтобы освободить верноподданных от гнетущего их страха перед “властью предержащею”, и только тогда, когда они освободятся от этого страха, в них проснутся человеческие чувства, в них пробудится сознание их человеческих прав, у них явится и желание, и сила, и энергия бороться за эти права... А так как сила гнетущего их страха прямо пропорциональна силе, дисциплине и организации “предержащей власти”, то отсюда само собою следует, что для ослабления первой, т.е. силы страха, необходимо ослабить, расшатать, дезорганизовать силу второй, т.е. данной государственной власти. Достигнуть же последней цели, т.е. дезорганизовать и ослабить правительственную власть, при существующих условиях политической и общественной жизни России, возможно лишь одним способом: терроризированием отдельных личностей, воплощающих в себе, в большей или меньшей степени, правительственную власть. Скорая и справедливая расправа с носителями самодержавной власти и их клевретами производит на эту власть, как доказали события последнего времени, именно то действие, которое, с точки зрения истинных интересов верноподданных, должно быть для последних наиболее желательным. Она ослабляет эту власть, нагоняет на нее панику, расстраивает ее функции, заставляет ее – в буквальном смысле этого слова – терять голову. В то же время, она умаляет ее авторитет и разрушает ту иллюзию неприкосновенности самодержавия, в которую так искренне верит большинство верноподданных. Иными словами, революционный терроризм, дезорганизуя, ослабляя и запугивая правительственную власть (или, что все равно, носителей этой власти), тем самым содействует высвобождению верноподданных из под гнета оболванивающего и оскотинивающего их страха, т.е. содействует их нравственному возрождению, пробуждению в них, забитых страхом, человеческих чувств; возвращению образа и подобия человеческого... Революционный терроризм является, таким образом, не только наиболее верным и практическим средством дезорганизовать существующее полицейско-бюрократическое государство, является единственным действительным cpeдcтвом нравственно переродить холопа-верноподданного в человека-гражданина.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
