55201 (670395), страница 3
Текст из файла (страница 3)
В сентябре 1929 г. Месягутовский кантком ВКП(б) выступил с инициативой об объявлении Верхне-Кигинской волости полностью охваченной сплошной коллективизацией. На территории волости функционировали два кустовых (групповых) объединения колхозов - «Большевик» (с. .Лагерево) и «Еланлино» (с.Еланлино), которые стали первой базой массовой коллективизации крестьянства19. Подобные инициативы в немалой степени подстегивались указаниями со стороны высшего партийного руководства.
7 ноября 1929 г. центральный печатный орган правящей партии "Правда" опубликовал статью генерального секретаря ЦК ВКП (б) И.В.Сталина «Год великого перелома». Содержание статьи сводилось к тому, что колхозным движением теперь охвачены не только беднота, но и середняки, т.е. основная масса крестьянства. А это, по мнению автора, символизировало решающую победу в социалистическом преобразовании села. Данная публикация была воспринята партийной номенклатурой как призыв к массированной сплошной коллективизации. Эта тенденция четко отразилась в резолюциях ноябрьского /1929г./ Пленума ЦК ВКП (б) согласно которым сельские коммунисты и присланные им в помощь городские уполномоченные должны были стать главными организаторами колхозного движения. В свою очередь, решения, принятые высшими партийными органами власти, послужили сигналом для форсированных темпов насильственного объединения крестьянства и на территории БАССР. В декабре 1929 г. пленум Башкирского обкома ВКП (б) распорядился о проведении в 1930 г. сплошной коллективизации в Аргаяшском /5 волостей/, Бирском /25 волостей/, Месягутовском /11 волостей/ кантонах, а также в 35 волостях остальных кантонов. Полностью завершить коллективизацию во всех 110 волостях БАССР предполагалось в 1931 г. Здесь следует отметить, что решения республиканских органов власти о сплошной коллективизации носили явно левацкий характер.
8 декабря 1929 г. Комиссия Политбюро ЦК ВКП (б) по вопросам коллективизации определила, что объединение крестьянских хозяйств БАССР должно завершиться к весне 1932 г,
Главной организационной формой должна была стать сельхозартель, где обобществлялись основные средства производства (земля, инвентарь, рабочий скот) при одновременном сохранении в частной собственности крестьян мелкого инвентаря, мелкого скота, молочных коров.
Сплошная коллективизация развернулась форсированными темпами в восточных кантонах БАССР (Аргаяшский, Зилаирский, Месягуговский, Тамьян-Катайский), где преобладало башкирское население. Так, за декабрь 1929 - январь 1930 гг. в некоторых волостях этих кантонов уровень коллективизации составил 60% крестьянских хозяйств. Одной из причин этого явления было то, что обобществление сельхозпроизводства здесь в определенной мере совпало с повышением роли земледелия в хозяйственной жизни башкир, которые раньше предпочтение отдавали скотоводству. Возникновение коллективных хозяйств обеспечивало относительно благоприятные условия для расширения посевных площадей, повышения культуры земледелия. Следует указать на историческую традицию общинного владения землей у башкир (угодья находились в совместном владении жителей волости или аула), что также облегчало проведение коллективизации, функционировавшие в указанных кантонах зерносовхозы также оказывали воздействие на относительно быстрое обобществление крестьянских хозяйств.
Для ускорения реализации намеченных преобразований села партийно-государственные органы в начале 1930 г. приняли ряд решений. 5 января 1930 г. ЦК ВКП (б) опубликовал постановление «О темпе коллективизации и мерах помощи государства колхозному строительству». Главным принципом при организации колхозов должна была быть добровольность вступления в них сельского населения. Однако партийный документ призывал к развертыванию соревнования по обобществлению крестьянских хозяйств, что явно противоречило принципам добровольности. Сельхозартель объявлялась главной формой колхозного строительства, но лишь как переходная к коммуне. Таким образом, коммуна фактически была провозглашена конечной целью в процессе реформирования села. Важным моментом этого постановления стало решение о проведении политики ликвидации так называемого кулачества, т.е. зажиточных крестьян.
В свою очередь, республиканские власти вновь официально заявили о возможности быстро завершить коллективизацию. В резолюциях сессии ЦИК БАССР 8 января 1930 г. подчеркивалась актуальность окончания коллективизации к весне 1931 г. Ведущими организаторами этого процесса должны были стать уполномоченные. Так, за первую половину 1930 г, было направлено из городов 1500 партийных функционеров. Кроме того, еще ноябрьский /1929 г./ Пленум ЦК ВКП (б) принял решение о направлении в помощь колхозному движению 25000 передовых рабочих. В БАССР было направлено 512 рабочих из крупных промышленных предприятий Урала20. Так называемые двадцатипятитысячники стали главной опорой режима в реформировании села, т.к. они обычно выполняли обязанности председателей колхозов, волостных и сельских исполкомов, членов правлений колхозов, инструкторов по коллективизации.
На основе вышеизложенного можно сделать вывод о том, что социально- политический смысл спешно и насильственно проведенной коллективизации стоял в стремлении партийно- государственной бюрократии уничтожить экономическую самостоятельность крестьянства и полностью подчинить государству под видом решения зерновой проблемы. Лозунг «Земля тем- кто ее обрабатывает» лишился своего первоначального содержания, земля перешла в руки государства, в лице бюрократического аппарата.
1.3 Репрессии против крестьян.
Гражданский мир, установившийся с переходом к новой экономической политике, продолжался недолго. Как уже говорилось выше, для выхода из хлебозаготовительного кризиса, который разразился в конце 1927 года, по инициативе высшего партийного руководства страны были применены чрезвычайные меры против крестьянства. Первоначально репрессии коснулись лишь богатых крестьян. Однако очень быстро они охватили все крестьянство, независимо от его социального и имущественного положения. Как уже указывалось, к владельцам хлеба, отказывающимся продавать его государству по низким ценам, применялась 107-я статья Уголовного кодекса РСФСР, предусматривавшая лишение полной свободы по суду до трех лет с полной или частичной конфискацией имущества. О масштабах репрессий тех лет можно судить по высказыванию тогдашнего наркома юстиции БАССР на пленуме обкома ВКП (б) в мае 1928 года: « Мы за 3- 4 месяца ... осудили 2424 человека… Мы переполнили тюрьмы настолько, что яблоку негде упасть».1
В то время не было еще Особого совещания и «троек». Приговоры по хлебным делам выносили народные суды и они были довольно мягкими. В основном подвергали имущественным взысканиям, принудительным работам и, как крайняя мера, лишению свободы сроком до одного года. Но уже на июльском (1928 г.) пленуме ЦК ВКП (б) И.В.Сталин выдвинул тезис о том, что «по мере нашего продвижения вперед, сопротивление капиталистических элементов будет возрастать, классовая борьба будет обостряться» 2. Он стал теоретическим обоснованием репрессий в широких масштабах.
В 1929 г. меры наказания ужесточаются: увеличивается число условно осужденных.3
С началом коллективизации и «ликвидации кулачества как класса» наступает вторая волна репрессий, принявшая характер массового террора. На местах появляются несудебные органы- «тройки», куда входили руководитель районного отдела ОГПУ, председатель райисполкома и прокурор района. «Тройка» создается и при ОГПУ БАССР. За 15 месяцев (1930-1931г.) в Башкирии было арестовано 12 тыс. человек. Лишь за январь- март 1931 год «тройкой» при ОГПУ было осуждено 2878 человек, из них 143- к расстрелу, 1587- к заключению в концлагерь, 1028 человек- к ссылке.1 Это были первые массовые жертвы ложной и страшной теории о разгорающейся классовой борьбе по мере продвижения к социализму.
Следует отметить, что уничтожение классов теоретически вовсе не предполагает физическое истребление людей. Этой цели можно достичь, преобразуя социально- экономические условия, обеспечивающие их воспроизводство. Именно так понимали ликвидацию классов многие идеологи социализма. Однако существование данного теоретического положения на практике в условиях России пошло совершенно по иному пути. Раскулачивание обернулось репрессиями и физическим уничтожением тех групп населения деревни, которые казались властям потенциально опасными для нового строя. Одновременно это было грозным предупреждением всем, кто не пожелал бы вступить в колхоз или выразить возмущение политикой Советской власти в деревне.
Трагизм положения заключался в том, что при раскулачивании повсеместно допускался произвол со стороны местных властей, на откуп которым было отдано право решать, кто именно является кулаком. Решения по раскулачиванию часто носили произвольный характер, немалую роль при их принятии играли случайные моменты: сведение счетов, личная неприязнь и так далее. Именно по этому раскулачивание затронуло самые разные слои крестьянства- не только зажиточную верхушку деревни, но и середняцкие слои и даже бедняков.
Практика привлечения к уголовной ответственности крестьян, лишения их жизни была упрощена до предела. Самыми распространенными стали обвинения в агитации против создания колхозов, закрытия мечетей, которые квалифицировались как контрреволюционное преступление и попадали под действие 58-й статьи Уголовного кодекса РСФСР. Для разбора дел о контрреволюционных преступлениях в 1934 году учреждаются особые суды – « спецколлегии». Тогда же создается Особое совещание при наркоме внутренних дел СССР. Дела, по которым не было достаточных документальных материалов для передачи в суд, направлялись на рассмотрение Особого совещания. Санкции на арест выдавались прокурорами по первому требованию органов ОГПУ. Крестьянина могло арестовать любое должностное лицо: председатель колхоза, член правления, руководитель сельсовета, секретарь партийной ячейки, приезжий уполномоченный. Следователи не утруждали себя сбором материалов, подтверждающих виновность арестованного. Особое совещание, «тройки», «спецколлегии» за считанные минуты выносили решения, определявшие судьбы людей.
Репрессии против крестьян не прекращались после завершения коллективизации и физического уничтожения многих из них. К уголовной ответственности могли привлечь любого руководителя, рядового колхозника или единоличника за разные «преступления», как- то: за укрывательство колхозного хлеба, продажу его на рынке до выполнения хлебозаготовок, неуплату налогов в срок. Неумение малограмотных, лишенных подлинно хозяйского отношения к земле колхозных руководителей организовать коллективный труд, неопытность механизаторов расценивались как преднамеренное вредительство. В 1931 году Уголовный кодекс РСФСР был дополнен статьей следующего содержания содержания: «Порча и поломка принадлежащих совхозам, машинно- тракторным станциям и колхозам тракторов и сельскохозяйственных машин, если порча или поломка вызваны преступно- небрежным отношением к этому имуществу,- принудительные работы на срок до шести месяцев. Те же действия, совершенные неоднократно или причинившие крупный ущерб,- лишение свободы до трех лет» 1.
Как уже говорилось выше, резкое увеличение объемов государственных заготовок сельскохозяйственных продуктов привело к сокращению натуральных выдач на трудодни и существенному потреблению продовольствия самим крестьянством. Полуголодное существование, бесхозяйственность, царившая в колхозах, отрицательно сказались на поведении крестьянства, деформировали его нравственные устои. В колхозах начались массовые, мелкие хищения, в частности зерна. В целях защиты
Колхозного имущества, оказавшегося поистине ничьим, 7 августа 1932 года ЦИК и СНК СССР принял постановление « Об охране имущества государственных предприятий, колхозов и коопераций и укреплении общественной (социалистической) собственности». Текст его был написан собственноручно И.В.Сталиным. В нем расхитители общественной собственности объявлялись врагами народа, по отношению к которым предусматривалось применение высшей меры наказания с заменой при смягчающих обстоятельствах расстрела лишением свободы на срок не менее 10 лет с конфискацией имущества. Народный комиссар юстиции РСФСР Н.В.Крыленко так разъяснил суть этого закона: «Всякому, кто покушается на общественную собственность, если это будет выходец из враждебной среды,- расстрел. Если это вовлеченный в кулацкую кампанию, поддавшийся кулацкому влиянию элемент, еще не отказавшийся от старых воззрений единоличник или колхозник,- 10- летнее лишение свободы. Вот как гласит закон».2В народе он получил название «Закон о колосках». Дело в том, что на
еще не вызревших колхозных полях отчаявшиеся от голода женщины, чтобы накормить детей, ночью тайком срезали ножницами колосья. В судебной практике даже появился термин - «парикмахеры».
Практика применения закона от 7 августа была безобразной. По этому закону во множестве случаев суду предавались лица, совершившие мелкие хищения. В Благовещенском районе, например, осудили двух женщин за кражу 2- 3 головок подсолнуха: одну – к 10 годам лишения свободы, другую - к одному году принудительных работ. Трудно сказать, сколько судеб сломал, сколько жизней погубил этот бесчеловечный закон. Известно, что только за девять месяцев его применения в республике было осуждено 5391 человек, из них 193 – к высшей мере наказания1. Однако указом Президиума Верховного Совета СССР от 13 апреля 1959 года он был призван «утратившим силу».
Эти репрессивные меры не дали, да и не могли дать ожидаемых результатов, так как государство боролось не с причиной зла, а с его следствием. Хищения продолжались. Чтобы как – то прокормить семью, руководители, рядовые колхозники вынуждены были идти на всякие ухищрения. В периодической печати тех лет много сообщений о таких фактах. Вот некоторые из них. «В колхозе «Авангард» Белокатайского района в овсяной соломе обнаружено до 10 % урожая… В колхозе « Малтуга» того же района в соломе и мякине до 25 % зерна, колхозники уносили мякину домой, провеивали и присваивали колхозный хлеб.
В январе 1933 года был создан особый репрессивный орган – политотделы МТС и совхозов. В решениях январского (1933 г.) пленума ЦК ВКП (б) говорилось, что необходимы для обеспечения правильного и своевременного применения законов Советского правительства об административных и карательных мерах в отношении организаторов расхищения общественной собственности, саботажа мероприятий партии и правительства в области сельского хозяйства.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
