31147-1 (668093), страница 5

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 5)

Государственный аппарат с характерным тесным слиянием с ним светских и духовных феодалов, армия и пенсии – вот те основные каналы, через которые господствующий класс феодалов был приобщен к государственным доходам. Уступив монархии в политическом соперничестве, господствующий класс именно через налоговую систему частично вернул потери, которые принесли ему развитие сеньориальной ренты в условиях товарно-денежных отношений, освободительное движение городов и сам процесс централизации. В ряде случаев он приумножил свои богатства только с помощью государства, он, в частности, смог получить доступ к доходам от орудий труда в городе, с растущим значением которых в экономике феодального общества были связаны перспективы исторического развития.

Приведенный в главе материал показал сложность процесса формирования общегосударственной налоговой системы, неустойчивость и громоздкость налоговой системы на протяжении почти всего XIV в. и даже в XV в., когда налоги выступали в виде вассальной помощи, талья и косвенные налоги могли взаимодействовать, отсутствовал единый принцип обложения прямым налогом, а размеры и формы налогов менялись не только по инициативе государства, но, в частности, благодаря вмешательству местных сословных собраний, тем не менее не могли скрыть того обстоятельства, что французское государство сделало важный шаг на пути к абсолютизму, элементы которого, в частности, в сфере управления, формировались уже не этапе сословной монархии.¹

ГлаваV. Государство и сословия в правовой практике Парижского Парламента XIII-XV веков.

Право в качестве одного так называемых вторичных общественных явлений занимает, как известно, исключительное место в эпоху средневековья. Эта исключительность объясняется своеобразной ролью политического фактора в системе феодальных отношений и связанного с ней дуализма в эволюции господства и подчинения. Этап сословной монархии во Франции XIV-XV вв., когда центральная власть начинает заметно теснить локальный суверенитет, дополнительно активизировал действие правового фактора. Это явление было в первую очередь связано с процессом сословного оформления общества, который получал свое логическое завершение в юридическом оформлении социально-экономического статуса сословий, подтвержденном письменным договором.

Развитие права во Франции способствовало усложнению социальной структуры общества благодаря оформлению особой социальной прослойки чиновников-юристов, заполнивших растущий государственный аппарат. И хотя значительную их часть составляли выходцы из городского сословия, государственная служба, в том числе в судебных органах, и прежде всего в Парижском Парламенте, позволила им занять особое положение и даже аноблироваться. Дополнительным фактором юридической активности служила и практика сословного представительства, стимулировавшая не только развитие политико-правовых теорий, но и деятельность легистов на общегосударственной арене уже в качестве депутатов сословий.¹

Особое внимание правовая мысль обращала на обоснование истинно публичного характера королевской власти, которая в отличие от патримониальной представляла интересы всех.

Любопытно, что в доктрине королевской власти среди трех ее исключительных прерогатив – права налога, права войны в желаемых границах (отсюда право иметь постоянное войско в XV в.) – названо право высшей судебной власти.

5.1 Инфраструктура королевского суда.

Королевский суд составлял инфраструктуру судопроизводства в стране, которая покрывала и теснила сеньориальную, церковную, городскую, провинциальную юрисдикцию и была призвана реализовывать теоретические построения легистов. Все нити этой инфраструктуры сходились в Парижском Парламенте, высшей судебной и апелляционной инстанции страны.

Как институт, представляющий суверенитет короля в действии, Парижский Парламент был объявлен эманацией королевской власти; убийство его советников рассматривалось как преступление против королевского величества. Идентификация его с персоной короля явилась выражением его верховенства над всеми другими куриями, в том числе и королевского суда. Уже в XIV в. определилось политическое могущество Парижского Парламента, что объяснялось исключительно ролью данного учреждения в реализации притязаний самого монарха. Юстиция служила главным средством и выражением собственно «правления» короля, облекающего в силу этого Парламент большим политическим авторитетом. По этой же причини учреждение смогло стать причастным к законодательной политике монархии, приобретя право ремонстрации. Последнее предполагало контроль за соответствием нового указа духу законов и обычаев страны и возможность «указания», то есть политического демарша с случае его несоответствия.

Анализ парламентских позволяет выделить несколько каналов судебной практики, по которым осуществлялась государственная политика по отношению к сословиям. Наиболее важным их них являлась практика апелляций, которая хотя и не ликвидировала сеньориальной, церковной или городской юрисдикции, тем не менее лишала их прежнего авторитета. Не менее существенным был канал изъятия государством их компетенции некоролевского суда так называемых королевских дел, связанных с идеей королевской власти как хранительницы общественного порядка.¹

Далее следует назвать практику (jus retenu), то есть «удержанной» королем юрисдикции. Она бала связана не с характером дел, а с судопроизводством, и предполагала, что вся полнота власти принадлежит королю, любая их другая юрисдикция только переуступлена им. В случае, если исполнитель плохо выполнял свой долг, король был вправе отозвать дело в Королевский Совет (право evocation). В этом случае дело рассматривалось экстраординарной комиссией.

Тесно примыкали к практике отзыва дел помилования, представляющие собой дар короля, не отвечавший никакому праву и даже противоречащий ему. Как выражение воли государя, считалось, что они не нарушали генеральный закон в целом. Парламент пытался контролировать достоверность писем помилования (форма, печать).

Следует сказать, что процесс государственной централизации и оформление сословной монархии, результаты которого отчетливо определились в стране к концу XIII в., оказал самое решительное воздействие на судьбы права – его источники, формы и особенности развития.

К обычаям – куриям и каноническому праву качестве источников права в гражданском обществе добавляются государственное законодательство и римское право, рецепция которого в обществе была вызвана потребностями социально-экономического и политического развития.

5.2 Парламентская корпорация. Социальные и политические аспекты проблемы.

Законодательная деятельность французской монархии на протяжении более чем столетнего периода (начиная с 1345 г.), положив конец ежегодному обновлению Парламента и внедрив принцип выборности или кооптации нового члена главным образом внутренним решением судебного ведомства, создала условия для стабилизации института и оформления парламентской среды в собственном смысле этого слова.

Социальная история Парламента конца XIV в. и особенно в XV в. в силу ряда особенностей выходит за рамки истории только судебного ведомства, отражая общие закономерности в эволюции государственного аппарата сословной монархии и ее социальной базы.

Эти особенности, в частности, отодвигают на второй план, как некую данность, проблему рекрутирования состава Парламента за счет выходцев из горожан, столь существенную для предшествующего этапа государственной истории.

В числе новых, имевших принципиальное значение тенденций следует назвать длительность карьеры и родственные связи, объединявшие членов парламента которые готовили общество к принятию в будущем принципа наследственности должностей.

Что касается данных по социальному составу Парламента, то здесь главной проблемой является соотношение дворянства и выходцев из неблагополучного сословия.¹

Социальная мобильность, связанная в первую очередь с судебным ведомством, прошла несколько этапов. На время с 1368 по 1388 гг. приходится самое большое число лиц аноблированных королевским пожалованием. Однако с конца XIV в. формируется статус парламентской группы, члены которой независимо от происхождения имеют титул «honopable homme et sage», «maitre», а сделавшие наиболее блестящую карьеру аноблируются по службе . Во второй половине XV в. происходит новое повышение статуса членов Парламента и их сближение с дворянством. Советники и адвокаты Парламента стали рассматриваться в качестве дворян, точнее приобрели «род дворянства». Однако же значение отмеченных явлений тем не менее не следует преувеличивать поскольку приобретение собственного дворянского статуса требовало определенных условий и процедуры; дворянство по должности могло быть пожизненным или наследственным в зависимости от места в служебной иерархии. Во французском обществе ни в XV веке ни позднее не произошло слияние наследственного дворянства и дворянства робы.

Силу дворянства в структуре Парламента выразительно отражали действующие в нем феодальные связи. С одной стороны, Парламент ломал вассальные связи, пытаясь небезуспешно сделать все население подданными французского короля. С другой стороны, столь же очевидны попытки принцев крови и крупных феодалов контролировать действия королевской администрации, создавая в частности, в Парламенте свою клиентелу, - обстоятельство, с которым не могла не считаться монархия.²

Высокая в целом численность феодалов в составе Парламента, а также наличие внутри феодальной группы значительной прослойки представителей высшей церковной и светской иерархии сильных своими политическими связями и влиянием.

Социальный спектр деятельности Парламента охватывающий все классы и сословия французского общества, были шире его социального состава. Объединив в себе социальные силы, власть которых реализовывало феодальное государство (духовенство и дворянство – старое и новое) или которое приобрели политическое влияние на службе у этого государства (прослойка судейских лиц, выходцев из горожан). Парламент, отразил по линии судебного ведомства сложность и противоречивость судебного процесса формирования социальной базы сословной монархии.

5.3 Роль королевского суда в формировании общегосударственного права.

Прослеживаемое по источникам значительное расширение сферы королевской юрисдикции отразило конструктивную роль Парламента в процессе централизации страны. существенную сторону этого процесса составила тенденция унификации права. Паринсский Парламент формулировал новые нормы на основе государственного законодательства и ревизовал с помощью того же законодательства римского права и судебного прецедента уже сложившиеся кутумы, стремясь его генерализовать. Однако процесс унификации права развивался медленно и неоднозначно. Судебная практика исходила из факта признания обычая в качестве древнейшего источника права.

Римское право глубоко проникло в обычное право южных областей Франции и обрело в них характер закона хотя и там не смогло целиком вытеснить обычное право и варварский элемент в нем. Что касается севера страны то оно действовало только как писанный разум (ratio scripta), но не как закон (jus scripta).

Подводя итоги, можно сказать. что право и юрисдикция, реализуемые в Парижском Парламенте в XII-XV вв., сыграли исключительную роль в процессе централизации общества и складывания новой формы феодальной государственности. Правовая практика Парламента способствовала не только усилению королевской власти, хотя сама по себе эта роль судебного ведомства, которое помогло французской монархии выйти окрепшей из тяжелых для нее потрясений XIV-XV вв.; приобрела особое значение. Деятельность Парламента вместе с тем формировала публично-правовую природу королевского суверенитета в его наиболее существенной сфере проявления – сфере юстиции. В качестве важнейшего органа в котором реализовывались взаимоотношения монархии с сословиями и классами в области их имущественных, земельных, политических, юридических и социальных прав, в своей судебной деятельности и кадровом составе, Парламент не только отразил происходившие в обществе социальные сдвиги, но также способствовал им: ломка вассальных связей и перестройки внутри господствующего класса, часть которого оказывалась вовлеченной в работу судебного аппарата, формированию чиновного дворянства и расширению таким образом в целом социальной базы французской монархии. Парламент сыграл особую роль в сословном определении класса крестьян.¹

Сложившаяся в связи с развитием королевской юрисдикции парламентская общность отразила существенную черту социальную структуру средневекового общества – корпоративность, - выработав общий статус членов Парламента, определивший, таким образом статус каждого из них. Вместе с тем эта общность не смогла преодолеть внутренних противоречий которые в данном случае носили выраженный межсословный классовый характер.

Заключение.

В работе была предпринята попытка системного исследования политической и социальной организации французского общества на этапе сословной монархии, или феодальной монархии с сословным представительством.

Теоретический и конкретно-исторический анализ материала позволил определить сословную монархию как форму государства, в которой дуализм политической структуры, свойственный феодализму, характеризовался специфическим распределением суверенитета между государем и сословной группой, а также его договорной юридической базой правом сословий на диалог с монархом в соответствии с их местом в социальной иерархии.

В образовании новой формы государства, возникшей на определенном этапе централизации страны в условиях развитого феодализма, существенную роль сыграло усиление центральной власти, которая сопровождалась обретением его публично-правового характера. В процессе трансформации ее природы от власти государя-сюзерена к власти государя-суверена решающее значение имели приобретение ею наследственного характера, высшей судебной власти и функции правотворчества, централизация военных сил, оформление системы постоянных налогов и исполнительного централизованного аппарата.

Характеристики

Список файлов реферата