Реферат: Сословно-представительная монархия во Франции

Сословно-представительная монархия во Франции

Содержание

• Сословно-представительная монархия во Франции
• Сословия представляют собой общественные группы людей, различавшиеся по своему экономическому и правовому положению; характерна для докапиталистических обществ. Следует отметить, что в основе сословного деления лежало классовое деление общества. Характерные черты сословного деления: закрепление за сословиями определенных прав и обязанностей, замкнутость сословий, передача сословной принадлежности по наследству, привилегированное положение высших сословий.
• Наибольшее развитие и четкое формулирование сословия получили при феодализме, сословия делились на «высшие» привилегированные, и «низшие», непривилегированные. Основой привилегированного положения «высших» сословий была принадлежность к господствующему, феодальному классу. Привилегированные сословия составляли в каждой стране меньшинство населения. «Высшими» считались сословия духовенства и дворянства, за которыми закреплены определенные привилегии; основные из них: освобождение от уплаты налогов (или значительные податные льготы), преимущественное, в некоторых странах исключительное право владения землей и другие. Следует отметить, что определенный класс составлял два сословия в силу особенностей прав церкви и светских феодалов на землю (наличие феодальной земельной монархии у светских феодалов, отсутствие у духовенства индивидуальной собственности на землю и другие). В сословной монархии сословия занимали господствующее положение, имели преимущественное число голосов в сословно-представительских собраниях и оказывали решающее влияние на политику государства. Сословия дворянства (светских феодалов), в свою очередь, подразделялось на ряд категорий (например, бароны и рыцари – в Англии, грады и идальго – в Испании, графы и герцоги – во Франции). По основной своей обязанности – уплате налогов – «низшие» сословия назывались также податными. Крестьянство было наиболее эксплуатируемой частью, на которую падала вся тяжесть феодального гнета. Представляя духовенство, различные группы дворянства и обычно высший слой горожан социально-представительские учреждения ни в одной стране не являлись органами народного представительства. Вместе с королевской властью они защищали, главным образом, интересы класса феодалов. Представители городов, как правило, играли в них второстепенную роль, в основном они санкционировали сбор налогов с городов, обличая правительству их взимания.1
• В феодальных странах Европы 14-17 вв. представители трех сословий, принимавшие участие в работе созываемых королем законосовещательных органов, которые рассматривали, главным образом, вопросы налогообложения, войны и мира. Для короля решение этих органов небыли обязательными. Крупная феодальная власть была представлена в законосовещательных органов персонально, среднее и мелкое дворянство и горожане посылали своих делегатов. Основная масса населения – крестьянство – была лишена права участия в работе этих органов.
• Сословное деление являлось своеобразным делением в сфере надстройки корпоративного характера собственности, не свободной от ограничений политическо-юридического характера. Для индивида обладание юридическим статусом и реализация связанных с ним прав и обязанностей определялись его принадлежн6остей к сословию и, следовательно, носили ограничительный характер.1
• Само же приобретение юридического статуса той или иной общественной группы являлось логическим закреплением ее социально-экономического статуса, который характеризовался определенной функцией и специфическим отношением к средствам производства и орудием труда.
• На этапе феодализма, и особенно в условиях централизации, наблюдается процесс оформления и постепенной консолидации сословий, а также рост их политической активности. Социальные коллективы утверждали свои права и привилегии в хартиях – процесс, который постепенно привел к выработке общественных требований в начале в рамках отдельных провинций, затем государства. В качестве социальной черты феодализма сословное деление в свою очередь подчеркивало неразрывную связь феодальной собственности с полной властью и значительное влияние этой собственности на социальную структуру общества.
• Полная автономия сословий имела договорную юридическую базу и, предполагает их право на диалог и соглашение с монархией, ставило существенные ограничения к притязаниям королевской власти. Государь мог помощью легестов объявить и пытаться применить в своей внутренней политике формулу римского права «Quod principi plasuit, legis habet rigorem» – что угодно государю имеет силу закона. Однако на данном этапе государственности формула была лишена реального содержания. Отсутствовали система постоянных налогов, постоянная армия, достаточно действенный исполнительный аппарат; требовались согласие и помощь сословий на крупные государственные внутренние и внешние акции.
• Не всякая общественная группа, располагавшая юридическими привилегиями, приобретала статус сословия, подобно тому, как монархи с общественными силами страны имели самые разнообразные формы – от частных консультаций и частного договора повседневного характера до самой яркой формы диалога – сословно-представительного учреждения на местном провинциальном и общегосударственном уровнях. Участие в нем институционально завершало процесс сословного оформления.2
• Оценка сословной монархии как особого этапа в развитии феодальной государственности, не может быть сведена к вопросу о судьбах и особенностях сословного представительства. Учитывая важность в этой характеристике факта оформления и развития сословий, можно утверждать что термин «сословная монархия» также имеет право на существование, хотя принятое советской медиевистике определение «феодальная монархия с сословным представительством» точнее передает классовую сущность этой государственной формы. И хотя сословно-представительное учреждение составляло наиболее характерный признак данной формы государственности, его судьба, как и судьба государства, зависела от степени консолидации и активности сословий, от их позиции по отношению к центральной власти.1
• Документы 1302-1308 гг. отражают организационную неоформленность органа сословного представительства, непрерывные изменения в политике королевской власти по отношению к представительным собраниям, свидетельствуя о том, что правительство не выбрало еще определенных принципов организации ассамблей.
• За короткий промежуток времени, с 1302-1308 г. только по церковным вопросам было созвано несколько собраний, которые не являлись однородными. Так, в апреле 1302 г. король пригласил представителей трех сословий.
• В марте 1303 г. собрание было менее многочисленным, причем на нем присутствовали представители только первого и второго сословий. В июле 1303 г. король вновь пытался созвать ассамблею в Париже, затем отказался от этой мысли и прибегнул к иной тактике – посылает комиссаров на провинциальные собрания в ряде провинций. На собраниях в Монпелье, Каркас Соне опять представлены три сословия. Наконец, в 1308 г. (г. Тур) были созваны Генеральные штаты.
• Помимо собраний на которых обсуждались вопросы взаимоотношений королевской власти и папы, в указанное время да и несколько позже, происходили совещания, созываемые по причинам другого рода. Оснований назвать их Генеральными штатами нет, поскольку некоторые из них не являлись общесословными собраниями; отсутствуют данные и о наличии выборного представительства. На этих совещаниях скорее напоминающих поздние собрания нотаблей, король все «сепаратные» переговоры с отдельными сословиям, вызывая для этого угодных ему людей, руководствуясь соображениями государственной необходимости.1
• В 1308-1309 гг. король ведет переговоры с представителями сословий (в том числе и горожанами) некоторых провинций (Кейси, Сентонж, Нормандии) по вопросу о взимании налога эд в связи с браком ее дочери Изабеллы.
• Ассамблеи представителей отдельных сословий по налоговым и монетным делам подготовили генеральную ассамблею 1314 г, на которой Генеральные штаты обрели свое основное назначение вотирование налогов.
• Таким образом возникновение общесословного общегосударственного представительного учреждения не означало прекращение практики «расширенных» собраний Королевского совета, характерных для предшествующего периода. Документы ассамблей антипапской компании (1302-1308) свидетельствует также об отсутствии определенной формы созыва и четких условий представительства депутатов.
• Как правило все три сословия созывались побальяжем. Высшее духовенство (архиепископы, епископы, аббаты, приоры) и крупные светские феодалы должны были лично присутствовать на ассамблеях. Капитулы церквей и конвенты монастырей, как и общины городов посылали по 2-3 депутата обладавших всей полнотой власти. Правительство не располагало точным списком лиц, аббатов, городов и местерях, вызываемых на ассамблею, а в известной мере полагалось на инициативу местных чиновников***.
• Выборы и условия представительства депутатов от дворянства оставляют впечатления особой неопределенности. В письмах – вызовах направленных от имени короля, условия представительства дворянства вообще не оговариваются. Можно полагать, что второе сословие было представлено главным образом крупными феодалами, присутствующими на заседании Генеральных штатов**** по личному вызову. Не исключено, однако, что какая-то часть средних и мелких феодалов, с которыми король имел прямую связь, могла присутствовать на генеральных ассамблеях, но опять таки по личному праву, а не на условиях выборности.1
• У горожан также отсутствовали четкие нормы представительства. Правительственные выборы ничего не говорят о том, как должны были проводится выборы в городах. В большой группе грамот выбор депутатов осуществляется должностными лицами города: мэром, эшевенами, консулами. Значительная группа источников отразила реальные выборы депутатов. Среди них прежде всего следует выделить те документы, где речь идет о выборе всей общины: сообщается, что в определенный день по звуку колоколу или призыву глашатая по городскому обычаю, в определенном месте собиралась вся община или большая ее часть которая и «устанавливала» депутатов. Однако процедура избрания при этом остается не ясной. В грамотах иногда подчеркивается, что выборы проходили единодушно или что в выборах принимало участие не только население города но и округи. Однако присутствие «всех» жителей города еще не означало всеобщего участия, во всяком случае равного для каждого из жителей. Более того, в некоторых грамотах прямо говорится об ограничениях избирательного права в пользу какой-то части населения. В документах можно найти разъяснения, что подразумевается под выражением «вся община или большая ее часть», - это лучшая и наиболее здравая часть общины.
• Анализ грамот городов свидетельствует, во первых, об отсутствии правительственных норм по определению способов избрания депутатов от горожан и о полной самодеятельности городов в этом вопросе; во вторых, - о наличии в Генеральных штатах исследуемого периода определенной прослойки городских депутатов, уполномоченных на представительство не в результате выборов а только решением городских властей.
• Особое место в организационной истории любого представительного учреждения занимает вопрос о характере полномочий депутатов, по сколько именно последний является ярким показателем степени самостоятельности этого учреждения и его влияние на государственные дела.
• Грамоты называют депутатов различно: заместитель, поверенный, исполняющий обязанности. Если выдвигалось несколько кандидатур то выдвигалось условие представительства согласно которым каждый из них был полноправен, но обязан действовать за одно с другими представителями. В некоторых доверенностях подчеркивается идея «равноправности» депутатов или их личной ответственности. Действительность мандата подтверждало поручительство отдельного лица или группы делегировавшей представителя, своим имуществом.
• Стандартная формула мандата представляет обладателю право действовать так как действовали бы сами избиратели, если бы присутствовали при этом лично. Эта формула, однако, не должна восприниматься как свидетельства предоставления депутату свободы действий, ибо ограничивается что он не должен делать того, на что его не уполномочивали. «Программа» его действий порой в связи с этим могла быть довольно четко определена уже в самом мандате. Иногда указывалось, что следует согласиться с тем, что скажет король – формулировка, наиболее желательная для правительств.1
• Вернувшись, депутат должен был дать отчет о своей деятельности уполномочившим его. Примечательно, что в практике последующих ассамблей нередко применялись и санкции по отношению к депутатам, превысившим свои полномочия.
• Духовенство, дворянство и города посылали депутатов, чтобы они предстали перед королем и его советом. Таким образом, сословия четко осознавали, что инициатива в созыве представительных ассамблей, которые становились нормой их политической жизни и деятельности, принадлежит королевской власти.