Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 6)

Сходство можно найти и в том, что в период заключения Японией неравноправных договоров, когда иностранцы начали мощную экспансию с континента на архипелаг и японское сознание наполнили патриотические мысли, требовавшие освобождения от чужеземцев, японское население выступало с призывом: «Долой варваров!».

Таким образом, вид «дипломатической изоляции, носящей, при этом, немного шовинистический характер», получивший применение в XI-X вв. в Византии, в каком-то смысле был присущ и изоляционной политике японского государства в более позднем Средневековье.

Другой вид изоляционной политики имеет «экономико-идеологический» характер. И здесь речь пойдёт о самом, пожалуй, независимом и своевольном государстве Новейшего времени – о знаменитом «Острове свободы», о Кубе.

Как известно, в 1953 году группа молодых революционеров под руководством адвоката Фиделя Кастро выступила против диктаторского режима генерала Фульхенсио Батисты, действующего на тот момент в стране.1 января 1959 года диктатура была свергнута, на острове победила революция. Революционное правительство было сформировано уже в феврале, возглавил его Ф. Кастро.

На Кубе начались революционные преобразования.

Радикальное крыло единственной в стране партии приступило к коренной ломке экономических и социальных устоев общества в пользу беднейших слоёв населения. Реализовать эти планы они намеревались с помощью революционной диктатуры, опирающейся на массовые организации трудящихся.

Однако развитие Кубы в условиях революционного режима сопровождалось рядом трудностей и противоречий. Во-первых, в 1960 году произошёл разрыв Кубы с США: американцы торгово-экономические отношения с островом, подвергнув его экономической блокаде. Это побудило кубинское правительство национализировать собственность американских компаний и пойти на сближение с Советским Союзом.

Однако СССР был очень далеко, а США – в пределах досягаемости. Более того, латиноамериканские страны на тот период не были так солидарны, как сейчас – они были слишком заняты собственными внутриполитическими проблемами. Поэтому действия Кубы вполне можно оценивать, как своеобразную политику изоляции, вызванную обострением экономико-политической ситуации в странах Нового Света.

В предыдущей главе мною подробно рассматривалась ресурсно-товарная база, обеспечившая относительное самообеспечение Страны Восходящего солнца в период изоляции. Рассмотрим экономические возможности Кубы в 60- 70-е гг. XX века, которые могли позволить ей изолироваться от других стран.

Революционная диктатура и последующее за ней установление бюрократического тоталитарного левого режима привели к проведению ряда мероприятий, направленных на «социализацию» государства, весьма и весьма похожих на преобразования периода становления Советского государства. Во-первых, это национализация предприятий, в которой пострадали и американские компании, ликвидировались индивидуальные предприятия сферы обслуживания. В 60-е гг. кубинское правительство взяло курс на ускоренный переход к «коммунистическому обществу»: вводилось карточное снабжение населения продуктами и товарами первой необходимости. В деревне ликвидировались частные хозяйства, 60 % всех земель передавались госсектору. Был ликвидирован рынок, товарно-денежные отношения. Внедрялись уравниловка в оплате труда, бесплатный «коммунистический» труд в сверхурочное время.

По примеру нашей страны мы знаем, что административно-командная система, вкупе с жёстким контролем государства во всех сферах жизни общества, а также активная конкуренция с соседними капиталистическими странами, даёт стимул к развитию и применению внутренних резервов. СССР смог добиться этого в год Великого перелома, когда страна стала индустриальной; индустриализация, в свою очередь, дала толчок к началу периода НТР.

Куба тоже возлагала большие надежды на проведение ускоренной индустриализации, однако, реализация этой идеи была надолго отложена; планировала Куба увеличить объёмы производства и экспорта сахара, что тоже не принесло больших дивидендов, хотя эта отрасль производства в стране была налажена лучше остальных. Поэтому, хоть Куба своей первостепенной стратегической задачей ставила ограничение влияние США в западном полушарии, неразвитая ресурсная база не позволяла ей на это надеяться. Поэтому большую роль в удержании кубинской экономики на плаву играла финансовая помощь Советского Союза.

В 90-х гг. ХХ века Куба продолжала оставаться государства с тоталитарным «социалистическим» режимом, огосударствленной экономикой и концентрацией власти в руках партийно-государственной верхушки во главе с бессменным лидером Ф. Кастро. Куба сколь угодно долго могла бы существовать отдельно ото всех латиноамериканских и американских соседей, если бы в начале 1993-1994 гг. отчетливо не выявилась неэффективность командно-административной системы хозяйствования.

Кубинское правительство вынуждено было пойти на реформы. Стало поощряться совместное с иностранным капиталом предприятий, хотя прежде об этом и думать никто не смел. Было допущено обращение на острове иностранной валюты, разрешено посещение эмигрантами своих родственников на Кубе. Были легализованы мелкое предпринимательство и розничная торговля. Кастро стал высказываться за нормализацию отношений с США. Наше государство, по понятным причинам, на тот момент не могла оказывать Кубе той же материальной поддержки, что и раньше. Здесь также можно провести параллель с японским государством: прижатое к стене неравноправными договорами во времена «открытия» страны, оно вынуждено было пойти на уступки, как в экономике, так и в политике.

Однако в настоящий момент ситуация вновь резко изменилась: с приходом к власти в США Джорджа Буша-младшего отношения «звёздно-полосатых» и представителей Острова свободы ухудшились.

Причиной тому стала непродуманная политика американского президента. Фидель Кастро словно вспомнил лихие 60-е: он регулярно подвергал любые действия Буша резкой критике, а вскоре предпринял и ряд мер, дабы задеть США. Так как теперь Куба наладила не только экспорт сахара и знаменитых кубинских сигар за рубеж, но и сумела развить индустрию туризма, число иностранцев, посещающих Остров свободы, особенно американцев, заметно выросло. Поэтому в 2006 году в свет вышел указ Кастро о запрете любых контактов и общения с иностранцами. Этим же указом уменьшался допустимый лимит иностранцев в стране. Похожий указ в своё время выходил и в Средневековой Японии³, и, между прочим, именно этим актом в Японии окончательно был установлен курс на изоляцию. Повторится ли ситуация? Возможно. А возможно и нет.

Маленькая Куба вновь «замахнулась» на мощные Соединённые Штаты. Но если раньше среди латиноамериканских стран Куба была одинока в своей локальной борьбе, то теперь у неё появился довольно сильный союзник – Венесуэла, где в своё время также произошли политические изменения. Теперь Фидель Кастро и Уго Чавес – президент Венесуэлы – партнеры и главные борцы с засильем Соединённых Штатов Америки. И хотя сейчас Кастро отошёл от дел, можно только догадываться, чего может добиться тандем этих двух латиноамериканских стран.

Примеров экономической и политической изоляции можно привести довольно много: в какой-то степени, до наступления «полосы признания» в 20-30 гг. ХХ в., изолированным государством был и СССР. Был «закрыт» для внешнего мира Средневековый, а позже (в некоторых аспектах) и Коммунистический Китай, достаточно замкнутым государством остаётся и по сей день Северная Корея…. Эти виды экономико-идеологической изоляции, как в некоторых чертах и японская изоляция, основывались на твёрдой политике, административно-командной системе и вере в то, что в собственном государстве жизнь намного лучше, чем за рубежом.

К счастью, в наши дни практически не применяется политика «блестящей изоляции», хотя какие-то её отголоски сейчас звучат в высказываниях политиков стран Ближнего Востока. В некоторой степени это отчасти шовинистическое мировоззрение коснулось и Японии, хотя японцы пришли к мысли о своём божественном происхождении под влиянием Китая, но не Византии.

Как бы то ни было, во всех этих политических программах есть что-то общее. Но, при этом, каждая из них несёт в себе что-то своё, не похожее на другие идеи и взгляды. В этом и заключается важность любого исторического события в ходе мировой истории. И даже сейчас, во времена глобализации, история каждой страны сохранит в себе воспоминания об изоляционных периодах, ибо они привнесли что-то особое, отдельное, специфическое в развитие каждой из вышеупомянутых стран.

Часть III. Япония и Россия

Глава I. «Знакомство» Японии с Россией в XVIII-XIX веках

«Курильский вопрос»

Итак, искусственная изоляция Японии, длившаяся около двух веков, завершилась. Страну насильно «открыли» для остального мира, вынудили вступить в мировое сообщество американцы и англичане. Ряд международных договоров, ставящих Японию в зависимое положение, социально – политические противоречия внутри страны, а также разрушение укоренившегося национального самосознания о безопасности населения архипелага в условиях закрытых границ – всё это заставило Японию оглянуться по сторонам и по-новому посмотреть на окружающий её мир. И далеко не всё, что предстало её взору, пришлось ей по душе.

Дело в том, что за то время, пока японский архипелаг был для всех «закрыт», у самых его границ появились нежданные гости – это российские дальневосточные экспедиции вышли за пределы материка и, двинувшись вглубь Азии, добрались до островов Охотского моря.

Однако было бы наивным полагать, что японское правительство не было осведомлено о продвижении русских на восток. Уже с начала XVIII века в Японию доходили сведения о выходе России к побережью Тихого океана и её активном освоении этого региона. И в то время как японское правительство закрывало границы, в России уже началась собственная «эпоха географических открытий»: благодаря походам Ермака, Пояркова, Москвитина, Дежнёва, Атласова, Хабарова и мореплаванию на Тихом океане на карты был нанесён Татарский пролив, отмечено островное, а не полуостровное, как было принято считать раньше, положение Сахалина. В XVII веке к России была присоединена Камчатка. В первой четверти XVIII века была изучена и картографирована большая часть островов Курильской гряды, в 1732 году в ходе обследования северо-западной части Тихого океана участники русской экспедиции высадились на Американский континент.

Но каким бы существенным ни было продвижение русских по Тихому океану, японское правительство, похоже, считало, что угрозы границам страны нет и быть не может. Вполне вероятно, что сёгунат не допускал и мысли о том, что Россия двинется так далеко на восток. Об этом можно смело говорить, учитывая, что Япония исторически (и согласно некоторым географическим особенностям) не склонна к расширению своей территории. Продвижению за пределы границ не способствовала и политика изоляции страны. Словом, Япония оставила мысли о развитии страны “вширь” и направила все силы и средства на развитие “вглубь”, то есть на налаживание госаппарата, реформирование социальной политики и стабилизацию экономики. Россия же двигалась в направлении расширения своей территории, считая закрепление дальневосточных земель первостепенной задачей. Учитывая особенности японского сознания, слегка трансформированного изоляцированным положением и не допускающего выхода из этого состояния, можно предположить, что появление русских судов у берегов архипелага в 1739 году стало для японцев неприятным сюрпризом.

В июне 1739 года экспедиция М. Шпанберга и В. Вальтона впервые подошла к Северо-восточному побережью острова Хонсю и затем высадилась на Восточном побережье острова Эдзо^*.

Россиянам удалось наладить дружественные контанкты с местным населением, однако установить торговые отношения с Японией, в отличие от англичан, голландцев и португальцев, они не смогли: сказывалось влияние изоляционной политики страны. Местные бакуфу^* утвердили новое распоряжение о насильственных мерах в отношении иностранных кораблей.

Однако подобные методы не остановили российских участников экспедиции, так как они не могли не следовать приоритетному направлению политики России. Поэтому россияне продолжали систематическое изучение территорий вблизи берегов Японии. Во второй половине XVIII века русские поселения существовали на островах Парамушир, Шумшу, Симушир, Уруп и Итуруп. В то же время было проведено около сорока экспедиций на Алеутские острова и Аляску.

По всей видимости, японцы надеялись на то, что Россия “увязнет” в Америке, поэтому неохотно шли на контакт с чужеземцами и всеми способами пытались выселить их с занятых территорий. Россия действительно отдавала некоторое предпочтение исследованию Аляски и Алеутских островов: в 1799 году была создана Российско-Американская торговая компания, однако, вопреки ожиданиям сёгуната, не променяла архипелаг на континент, а наоборот, получила больше возможностей для исследования островов Курильской гряды.

Русское правительство всеми силами пыталось наладить отношения с тихоокеанским соседом. В 1792-1793 гг. в Японию было отправлено посольство А. Лаксмана. Несмотря на то, что пребывание русских в Японии было ограничено островом Эдзо, Лаксман был принят как официальный представитель и получил письменное разрешение на прибытие в Нагасаки одного русского корабля – беспрецедентный успех русского посольства в условиях закрытого государства, в котором вся торговля, по сути, была монополизирована голландцами. Но при всём этом, российское правительство в течение 12 лет ни разу не воспользовалось разрешением на торговлю. Причиной тому была жёсткая политика сёгуната в отношении иностранцев: прибывшему в 1804 году в Нагасаки посольству Н.П. Резанова было отказано даже в переговорах, не увенчались успехом и другие экспедиции1806-1807 гг.

Характеристики

Список файлов курсовой работы