Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 4)

Однако при всех этих существенных «плюсах», были и свои «минусы».

Голландцы, в отличие от своих предшественников-миссионеров, чувствовали себя в Японии отнюдь не вольготно, даже после того, как остальные европейцы покинули страну и у голландцев, по сути, были развязаны руки. Но члены дома Токугава, становившиеся сёгунами после кончины Иэясу, твёрдо уяснили для себя, что давать волю чужеземцам опасно. Поэтому голландцы, согласно установленному в стране режиму, тоже попали в своеобразную изоляцию. Спустя 4 года после Симабарского восстания, голландцев заставили покинуть свою факторию в Хирадо и переселили их на остров Дэсима в бухте Нагасаки, куда как раз и прибывали голландские и китайские корабли. Дэсима фактически стала единственным японским «окном в Европу (и, в целом, в мир)».

Кроме того, голландские купцы ежегодно должны были предоставлять сёгуну доклады обо всём, что происходит за пределами Японии. Купцам не по душе были аудиенции при дворе сёгуна, не устраивало их и принуждение составлять отчёты о событиях, происходящих вне Японии. Однако при всём этом, подобные приёмы и доверие сёгуна позволяли европейцам утвердиться во мнении, что они не последуют за испанцами и португальцами. Японское правительство поощряло не только коммерческую, но и научную деятельность иноземцев: они переводили на японский язык голландские книги по астрономии, навигации, кораблестроению, математике, медицине, географии, ботанике и т.д. На протяжении всей своей 2-хвековой изоляции Япония активно заимствовала европейские научно-технические знания и навыки, при этом, пресекая на корню проникновение любого идеологического влияния в страну – сёгунат всерьёз опасался нового «брожения умов», которое могло бы сломать феодальные устои в обществе.

Голландцы стали покидать Японию, начиная с XIX, но отбытие их было вызвано не только отсутсвием каких-либо свобод. Несомненно, притеснения иностранцев в Японии, вызванные ужесточением политического курса, сыграли одну из определяющих ролей в том, что голландцы покидали страну. Но был и другой фактор: голландцев больше не прельщала возможность обогатиться за счёт Японии. Об этом свидетельствует уменьшение интенсивности товаропотока в страну^*: если в первые несколько лет своего пребывания в Японии голландцы вывозили оттуда золото и серебро, а, напротив, ввозили товаров более чем на 4 миллиона японских кан, то уже в первой половине XVIII века было ввезено товаров чуть меньше, чем на 1,5 миллиона японских кан. В преддверии же XIX века голландцы импортировали в Страну Восходящего Солнца товаров на 593 839 тысяч кан.

Снижение интенсивности потока товаров объясняется двумя факторами. Во-первых, порт Нагасаки принимал иностранные суда лишь дважды в год, что не могло обеспечить большого количества товаров. Во-вторых, голландцы, вывозившие из страны золото и медь, в свою очередь, ввозили в неё сахар, шёлк и прочее. Однако вскоре японцы научились самостоятельно изготавливать необходимые товары, и, посему, не было нужды их импортировать. Подобное само обеспечение и способность адаптировать всё новое определили экономические особенности периода изоляции страны¹.

Голландцы остались не у дел: и если с 1609 по 1709 годы Японию посетили 480 торговых судов, то с 1709 по 1809 годы – только лишь 70. Однако голландская фактория продолжала своё существование вплоть до 1854 года, хотя страна целиком погрузилась в изолированное состояние.

Часть II. Япония в период международной изоляции

Глава I. «Закрытие» и «открытие» страны

Существует мнение, что механизм выработки внешней политики Японии подвергается перестройке в процессе осуществляемого в стране реформирования политической системы⁶.

Данное высказывание относится к современной Японии, однако, вне всяких сомнений, применимо оно к Японии средневековому периоду.

Изменение курса внешней и внутренней политики Средневековой Японии в XVII веке невозможно рассматривать без учёта изменения системы управления страной. С установлением сёгуната ситуация в стране изменилась, произошли изменения и во внешней политике.

Сёгун, - как пишет в своей работе «История сёгуната в Японии» В.М. Мендрин, - слово не японское; это укороченное японизированное китайское выражение «сэйи тайсёгун» - «предводитель войск». «Наследственно – военные роды, захватившие верховную власть в свои руки, которые правили по своему усмотрению, не считаясь с императором. Они довольствовались лишь титулом сёгуна, оставив императору его титул, который для них не значил ровным счётом ничего. Сёгуны были правителями всей страны, императоры же в их руках были лишь игрушкой, оставаясь не у дел, что дало европейцам, не знавшим ещё истинного положения вещей в Японии, решить, что в стране два императора: один светский – сёгун, другой духовный – микадо. На самом же деле ничего подобного не было. В Японии был один император – микадо, сёгун был военачальником, имевшим свои войска и располагавшим ими по своему усмотрению» ¹⁰. Путаница возникала довольно часто; европейцам долго не удавалось разобраться в тонкостях системы власти в Японии. Англичанин Уилл Адамс, после своей первой аудиенции у Иэясу, написал в своём дневнике: «12 мая 1600 года я прибыл в город, где проживал великий король, который задал мне ряд вопросов: откуда мы родом, что побудило нас отправиться в столь далёкое путешествие и прибыть в его страну». Адамс ошибся: в 1600 году Иэясу не был ни императором, ни сёгуном.

Сёгунский режим просуществовал в Японии до второй половины XIX века, и воспринимался он двояко: с одной стороны, ужесточилась внутренняя политика государства, особенно пострадало низшее крестьянство – но. С другой стороны, жёсткие рамки режима и присутствие во главе Японии сильных, харизматичных правителей способствовали объединению страны.

Что же касается внешней политики, то в этой сфере, по всем канонам приведённого выше высказывания, решающее значение имела деятельность двух правителей конца XVI - начала XVII века: Тоётоми Хидэёси и Токугава Иэясу. Именно эти сёгуны воплотили в жизнь политический режим невмешательства Японии в общемировые дела и, соответственно, недопущения мира во внутренние дела Японии, режим, получивший название Периода международной изоляции страны.

В предыдущей главе достаточно подробно были описаны причины, по которым Япония была «закрыта», посему нет смысла вновь их перечислять. Обратимся непосредственно к мерам, принятым для выселения чужеземцев из Японии, а также к документам, в которых эти меры были закреплены.

Как уже упоминалось, первые попытки вытеснить европейцев за пределы Японии предпринял сёгун Хидэёси. В 1587-1588 гг. свет увидели 2 его антихристианских указа, однако, в связи с кончиной сёгуна, реализованы они не были.

Сменивший Хидэёси Токугава Иэясу своей целью поставил установление и поддержание стабильного социального порядка, что напрямую зависело от контактов местного населения с европейцами: на юге государства быстрыми темпами распространялось влияние христианских миссионеров и увеличивался импорт огнестрельного оружия, которое князья использовали в борьбе за независимость. Поэтому в 1614 году Иэясу особым указом запрещает христианскую религию. В 1616 году торговля с иностранцами была ограничена портами на Кюсю – Нагасаки и Хирадо. В период с 1624 по 1636 годы вышел ряд указов об ограничении связей японцев с европейцами, также испанцам запрещался въезд в страну.

В 1633 году был издан указ, строго запрещавший направлять суда за пределы территориальных вод Японии, за исключением специальных разрешений о выезде, полученных у родзю^*. Владельцам судов под страхом смертной казни запрещалось брать на борт тех, кто не имел разрешения на въезд или выезд; за всех миссионеров, все-таки проникнувших в страну, ответственность возлагалась именно на судовладельцев.

1636 год ознаменовался указом, под страхом смертной казни запрещающим японцам покидать свою страну. Запрещалось также строить большие корабли, которые можно было бы использовать для дальних плаваний. Из всех видов деятельности была разрешена только торговля; при этом, все торговцы с островов Кюсю и Хирадо переселились на островок в бухте Нагасаки, где они должны были жить в изолированных условиях.

В 1637 году близ Нагасаки произошло Симабарское восстание крестьян, подвергшихся влиянию христиан. Реакцией на него было утверждение в 1639 году нового сёгунского повеления: португальцы высылались из страны вслед за своими пиренейскими соседями. Англичане, имевшие собственную факторию в Хирадо, покинули Японию в 1623 году. В 1639 году японцам, под угрозой смертной казни запрещалось любое общение с европейцами, а в 1641 году единственных иностранцев, оставшихся в Японии, - голландцев, - с острова Хирадо переселили на островок Дэсима, значительно ограничив их права. Эти законодательные акты завершили серию мер, направленных на изоляцию страны.

В закрытом состоянии Япония пребывала, начиная с 1641 года, более двух веков; токугавский сёгунат мог, конечно, следовать своей политике «сакоку» ^*, продолжая удерживать страну в жёстких рамках, однако правительство не могло остановить разложение феодальных устоев. В связи с сохранением феодального устройства государства возникали конфликты, свидетельствующие о кризисе феодальной системы: разгораются очаги народного недовольства сёгуном, в противовес выдвигается идея священства императора и имперской власти. Сёгун был объявлен узурпатором, началось создание антиправительственных коалиций, своей целью ставящих восстановление «законной» императорской власти.

В атмосфере социального кризиса усилилась борьба с существующим режимом влиятельных князей на юге страны. Южные князья – тодзама - обладали экономической и военной самостоятельностью, однако, развиваться в условиях феодализма они не могли. Поэтому тодзама были первыми, кто нарушил старые законы, касавшиеся связей с иностранцами.

С другой стороны, «закрытие» Японии нельзя судить только с негативной точки зрения; разрушение феодальных порядков является естественным процессом во всех странах, где основы этого строя были заложены, и никогда переход к следующей формации, а именно к капитализму, не был безболезненным. Возможно, спустя время, Япония бы добровольно открыла свои границы, чтобы беспрепятственно начать развиваться в капиталистическом направлении, но Японии выпал иной жребий.

Середина XIX века была отмечена колониальной активностью западных стран. В 1842 году после 85-тилетней изоляции был насильно «открыт» Китай. Дальний Восток стал потенциальным рынком для стран с развивающимся капитализмом, поэтому Китай и Япония стали объектами большого интереса Запада.

В 1845 году конгресс предоставил президенту США полномочия на установление торговых отношений с Японией. После нескольких неудачных попыток начать переговоры с японцами, была снаряжена военная экспедиция к берегам японского архипелага.8 июля 1853 года в бухту Урага вошла эскадра коммодора Перри. Перри отказался перенести переговоры в Нагасаки и передал сёгуну письмо от президента, а также модели машин американского производства. Открытая демонстрация военной мощи сочеталась с обещанием ждать ответа до весны 1854 года. Американская «чёрная эскадра» ^* слово сдержала: военные корабли появились у японских берегов в обещанном 1854 году, вызвав панику местного населения. Правительство было в замешательстве, и сёгунат впервые нарушил установленную им же традицию: запросил совет у императора по поводу сложившейся ситуации. Японцы понимали, что давать вооружённый отпор агрессорам, даже применяя голландское оружие, было бы безумием – эскадра из 9 военных кораблей, оснащённых 250 пушками, с командой из 1800 человек на борту, угрозы коммодора вызвать в Эдо весь американский флот и высадка на берег 500 военных моряков для переговоров дали сёгунату понять серьёзность намерений США в отношении Японии.

31 марта 1854 года в городе Иокогама был подписан первый японо-американский договор, согласно которому, американские корабли получили право заходить в порты Симода и Хакодатэ, где при товарообмене или купле могли приобретать продовольствие, воду, уголь и другие товары. А в октябре 1854 года на тех же был подписан договор Японии со «старыми знакомыми» – англичанами. Эти пакты начали период, названный «временем заключения неравноправных договоров».

1853 год был отмечен прибытием в Японию русских судов, а двумя годами позже в Симода был подписан русско-японский договор о границах между этими государствами. Для российской торговли был также открыт порт Нагасаки.

Следом за американцами, англичанами и русскими в Страну Восходящего солнца прибыли голландцы. Покидали страну также не с пустыми руками: два голландско-японских пакта 1856-1857 гг. закрепили открытие для европейцев порта Нагасаки, введение таможенных пошлин, составлявших 35% от стоимости товара, установление консульской юрисдикции для голландцев. Каждая прибывающая в Японию страна стремилась отхватить себе кусок (а то и два) японского «пирога», при этом, не считаясь с её национальными интересами. Впору было говорить о сплошной интервенции.

Самый серьёзный удар по японскому самолюбию нанесло соглашение с Соединёнными Штатами. Договор предусматривал свободу торговли, устанавливал консульскую юрисдикцию и право проживания на территории государства американских settlements, т.е. переселенцев. Места проживания переселенцев подлежали открытию в Симода, Канагава, Иокогама, Нагасаки, Осака и Эдо. Снижались таможенные пошлины; Япония больше не могла контролировать тариф импорта. Этот, так называемый, договор о «дружбе и торговле» позволял Японии рассчитывать на помощь США в конфликтной ситуации с любой другой страной. Пакт также включал статью о праве Японии приглашать военных специалистов из США и закупать военное оружие.

7 августа 1858 года в Эдо между Японией и Россией было подписано соглашение о торговле и мореплавании. Россия была, пожалуй, единственной державой, не стремившейся ограничить права японцев. Но при этом, Япония никак не соглашалась отказаться от своих притязаний на Сахалин.

Характеристики

Список файлов курсовой работы