59081 (610961), страница 7
Текст из файла (страница 7)
Однако настоящими тамплиерами, восходящими к традиции Ордена Рыцарей Храма, члены московского "Ордена Света", конечно же, не были. И тамплиерство, усвоенное ими благодаря А.А. Карелину, имело, скорее всего, не исторический, а общекультурный характер (35, С. 25). Не принадлежали "братья-рыцари", судя по всему, и "ни к одной ветви масонства, хотя какие-то связи А.А. Карелина с Великим Востоком Франции (или сходной системой) и представляются возможными" (35, С.55).
В то же время, нельзя не учитывать, что символика божественного света, которой придерживались московские тамплиеры, является едва ли не основной в учении "вольных каменщиков". Уже только на этом основании их вполне можно записать "по масонскому разряду". Сближает их с масонами и особый пиетет перед Евангелием от Иоанна, Апокалипсисом и, особенно, перед образом Иоанна Крестителя, день которого является, как известно, главным праздником для масонов. Не следует забывать и о том, что в древнем Шотландском обряде 17-й градус - "Рыцарь Востока и Запада" - также отмечен почетным знаком восьмиугольника. На лицевой стороне его изображали обычно агнца с книгой Семи Печатей. Ассоциировались же они как с Апокалипсисом, так и с печатями мистического молчания из масонских легенд.
На масонскую сущность "Ордена Света" указывают и семь ступеней его внутренней структуры: ведь действительных степеней и в Шотландском масонском обряде насчитывается тоже семь: ученик, подмастерье, мастер, тайный мастер, рыцарь избранник Девяти, князь розенкрейцер (соответствует 18 градусу), рыцарь-кадош (соответствует 30 градусу). Да и в специальной литературе связь масонства с тамплиерством, в общем-то, не вызывает больших сомнений. Споры, скорее, идут здесь о формах и времени передачи традиций, нежели о самом факте ее существования.
Можно, таким образом, констатировать, что идейный установки и этические нормы, положенные в основание "Ордена Света", роднят его "братьев-рыцарей" не столько со средневековыми тамплиерами, сколько с "вольными каменщиками" нового и новейшего времени. Неприязнь к православию и традиционным русским национальным ценностям, поиски некоей новой философии, призванной синтезировать анархическое мировоззрение с мировоззрением раннего христианства, широкая пропаганда необходимости организации коммун, артелей и союзов анархистского толка не оставляют сомнений относительно масонского характера "Ордена Света".
Первый "звонок" для анархо-мистиков прозвенел еще в ноябре 1929 года, когда ОГПУ была арестована группа молодежи во главе с Н.Р. Лангом, работавшая при библиотеке Кропоткинского музея над библиографией трудов П.А. Кропоткина (36, С. 101). Однако по-настоящему за них взялись только в августе-сентябре 1930 года. 7 августа был "изъят" Н.А. Ладыженский, 14 августа в Мацесте арестовали Н.И. Проферансова - одного из руководителей сочинского филиала Ордена. Наиболее же крупная волна арестов пришлась на 11 сентября 1930 года. Обвинительное заключение по делу "контрреволюционной организации "Орден
Света" (дело ‘103514, 1930 год, по первоначальной нумерации) за подписью помощника начальника 1-го отдела СО ОГПУ Э.Р.Кирре было утверждено 9 января 1931 года, а уже 13 января Особым совещанием Коллегии ОГПУ (С.А. Мессинг, Г.И. Бокий в присутствии прокурора Р.П. Катаняна) была решена и участь арестованных: А.А. Солонович, П.Е. Корольков, Г.И. Аносов, Д.А. Бем, Н.И. Проферансов - по5 лет тюрьмы. 5 лет лагерей получил Л.А. Никитин. По 3 года тюрьмы получили почти все остальные.
В феврале 1928 года в Москве были проведены аресты по делу оккультного розенкрейцерского ордена "Эмеш Редивиус" во главе с Вадимом Карловичем Чеховским (1902-1929) и Евгением Карловичем Тегером (1890). Главной своей задачей руководители ордена ставили, с одной стороны, практическое решение вопроса о передаче мыслей на расстоянии, а с другой - овладение при помощи оккультных методов стихийными духами или элементалиями.
"В 1918 году, - говорит историк-эмигрант В.Ф. Иванов, - над Россией восходит пятиконечная звезда - эмблема мирового масонства. Власть перешла к самому злобному и разрушительному масонству - красному во главе с масонами высокого посвящения - Лениным, Троцким и их приспешниками - масонами более низкого посвящения: Розенфельдом, Зиновьевым, Парвусом, Радеком, Литвиновым... Программа борьбы "строителей" сводится к уничтожению православной веры, искоренению национализма, главным образом великорусского шовинизма, разрушению быта, русской православной семьи и великого духовного наследия наших предков" (17, С.497).
"Для торжества масонских идеалов, - отмечал он, - нужно было убить душу русского народа, вырвать у него Бога, национально обезличить, затоптать в грязь его великое прошлое, развратить молодое поколение и воспитать новую породу людей без Бога и Отечества, двуногих зверей, которые, выдрессированные укротителем, покорно засядут в масонскую клетку".
Самое любопытное, что общность конечных целей масонов и большевиков не отрицают и сами масоны. Читатель уже знает из "масонского дела", возбужденного в январе 1926 года ОГПУ против ленинградских "братьев", о весьма любопытном документе, адресованном правительству СССР. Датирован он августом 1925 года и принадлежит перу Генерального секретаря "Автономного русского масонства" Бориса Астромова. А говорилось в нем следующее: дорога и цель вольных каменщиков и коммунистов одни и те же - "обращение человечества в единую братскую семью... Преследуя одни и те же цели, признавая справедливыми и подлежащими проведению в жизнь одни и те же воззрения, коммунизм и русское масонство совершенно не должны подозрительно смотреть друг на друга, наоборот, пути их параллельны и ведут к одной цели". Разница, по мнению Б.В. Астромова, только в "методах действий", т.к. в отличие от революционного пути, которым идут большевики, "путь русского масонства - это путь медленной интеллектуальной работы, путь тихой сапы". А враги у большевиков и масонов, отмечал Б.В. Астромов, одни и те же - национальные и религиозные предрассудки, классовый эгоизм, частная собственность. Суть сделки, которую он предлагал большевикам, заключалась в том, что в обмен на "негласную легализацию" в стране масонских лож "братья" взяли бы на себя обязательства содействовать "перемагничиванию" русской интеллигенции на сторону советской власти, т.к. "стремления коммунизма совпадают в общих чертах со стремлениями русского масонства". Сопоставим теперь эти рассуждения масона Астромова, заподозрить которого в "черносотенстве" едва ли возможно, с высказываниями на эту тему противников масонства - Василия Иванова и митрополита Антония. Совпадение взглядов, как видим, поразительное.
"Не подлежит, однако, сомнению, - писал А.М. Асеев, - что в прошлом масонами были Анатолий Луначарский - нарком просвещения, и Карл Радек.
Принадлежали к масонству и один из крупнейших русских поэтов Валерий Брюсов (член коммунистической партии с 1920 года) и знаменитый писатель Максим Горький (Алексей Пешков). Ходили слухи, что масоном был Лев Троцкий" (3, С.32). Мы уже отмечали как бесспорный факт принадлежности к масонству двух большевиков: И.И. Скворцова-Степанова и С.П. Середы. Отметим, уточняя сведения Асеева, что масоном был, правда недолго, и Л.Д. Троцкий. Как видно из закрытых масонских источников - письмо адепта берлинской эмигрантской ложи "Великий свет Севера" С.А. Соколова достопочтимому мастеру ложи А.К. Елухину от 12 марта 1937 года, "Троцкий был некогда в течение нескольких месяцев рядовым членом одной из французских лож, откуда согласно уставу был исключен за переездом в другую страну без извещения и за неуплату обязательного сбора" (49, С. 234).
Правда в 1922 году на IV конгрессе Коминтерна Л.Д. Троцкий решительно отрицал свою принадлежность к ордену. Протестуя против разговоров о его и В.И.Ленина якобы масонстве, Л.Д. Троцкий публично выразил недоумение "почему подобные обвинения не адресуют нашим товарищам Зиновьеву, Радеку, особенно Бухарину, который вполне подходит для масонства" (49, С. 79).
"Товарищи", впрочем, тоже уже давно под подозрением у историков. Что касается В.И. Ленина, то речь здесь идет о масонской ложе "Союз Бельвиля" Великого Востока Франции, в которую он якобы входил до 1914 года. Согласно другой версии, ложа, в которую якобы входили Ленин и Зиновьев, называлась "Ар э Травай" (12, С.267). Архив ее, к сожалению, погиб в годы Второй мировой войны. Косвенным подтверждением этой версии может служить публикация московской журналистки Екатерины Деевой, в которой утверждается об обнаружении французскими масонами книги почетных посетителей Великой ложи Франции за 1905 год, где якобы имеется и запись В.И. Ульянова (Ленина) (14, С.4). Все это, однако, частности.
Гораздо важнее другое. Несмотря на то, что документального подтверждения эти сведения пока не получили, каких-либо препятствий для вхождения большевиков (по крайней мере до 1917 г.) в заграничные масонские ложи не было. Ведь как и их коллеги меньшевики, все они были социал-демократами, входили в одну и ту же партию - РСДРП, хотя и принадлежали к разным ее фракциям.
Активное же участие в работе масонских лож меньшевиков, как и вообще социалистов Европы и Америки, никогда не вызывало сомнений.
Можно, конечно, сомневаться, был или не был, скажем, Г.Е. Зиновьев масоном. Но то, что он предлагал через различные оккультные организации и масонские ложи Западной Европы "вытащить" Советский Союз из экономической дипломатической изоляции - это факт. И надо думать, что такого мнения придерживался не только Григорий Евсеевич. В этом-то, собственно, и состоял интерес "кремлевских насельников" и ОГПУ к масонам.
Сейчас можно уже утверждать, что ОГПУ, а через него и Политбюро ЦК ВКП(б), не только было осведомлено о роли масонства в мире, не только держало "под колпаком" наши отечественные масонские кружки и группы, но и стремилось извлечь из этого определенную пользу.
Представляет большой интерес история масонской структуры 1920-х - 1930-х годов - "Единое Трудовое Братство". Организовал его в начале 20-х годов в Петрограде уже хорошо известный к тому времени оккультист Александр Васильевич Барченко. Организационное становление его относится к периоду 1920-1922 гг. В качестве морально-этического кодекса этого сообщества легли составленные А.В.Барченко "Правила жизни". В 1923 году был, наконец, принят и официальный устав "Единого Трудового Братства". Название этого кружка обнаруживает его связь с другим аналогичным ему кружком александропольского грека Георгия Ивановича Гюрджиева - "Единое Трудовое
Содружество" (1919 г.).
Свое сообщество члены кружка однозначно рассматривали, по словам А.В. Барченко, как передовой отряд в борьбе человечества на арене истории, объединяющий своих членов на почве помощи телесно и духовно страдающему человеку, независимо от его политических и религиозных убеждений, в обладании приобретенным опытом древних цивилизаций, а также залечивании социальных ран средствами, имеющимися в распоряжении Братства.
Поворотным пунктом в судьбе А.В. Барченко стало его близкое знакомство с всемогущим тогда начальником Спецотдела ОГПУ Глебом Ивановичем Бокием.
Масонами и масонством этот видный чекист заинтересовался еще в Петрограде в годы своей работы в местной Чрезвычайной Комиссии.
В Москве же в состав "Единого Трудового Братства" вошли следующие лица: начальник Спецотдела ОГПУ Г.И. Бокий, член ЦК ВКП(б) И.М. Москвин, зам. наркома иностранных дел Б.С.Стомоняков, работник Спецотдела Г.И. Бокия Е.Е. Гоппиус, а также старые товарищи Г.И. Бокия по Горному институту инженеры Миронов и Кострикин.
Это была большая политика, суть которой, говоря словами А.В. Барченко, заключалась в том, чтобы при помощи ряда мистических сообществ, традиционно пользующихся авторитетом на азиатском континенте, "добиться этим путем изменения политического курса и прорыва революционнойбазы на Восток". Яснее, пожалуй, и не скажешь. В Москве А.В. Барченко призывал советское руководство повернуться лицом к Востоку. У Востока, заявлял он, свой путь развития, путь эволюции и бескровного разрешения социальных противоречий на основе овладения наследством древней науки, якобы уцелевшей в Шамбале.
Большое место в деятельности Барченко этого времени занимала практическая работа по подготовке созыва в Москве съезда религиозно-мистических сообществ России и Востока. С этой целью, начиная с 1925 года, им были установлены связи с хасидами, исмаилитами, мусульманскими суфийскими дервишами, караимами, тибетскими и монгольскими ламами, а также алтайскими старообрядцами, кержаками и русской сектой голбешников. Конечно, сидя в Москве, сделать это было довольно затруднительно. Впрочем, А.В. Барченко и не сидел. "В этих условиях, - отмечал он, - я выезжал из Москвы в разные районы Союза: в Крым, в Ленинград, на Алтай, в Уфу, в бывшую Самарскую губернию, а также в Кострому" (16, С.374).
На все эти поездки нужны были, конечно, деньги и немалые. Деньги давало ОГПУ. "Денежными средствами, - рассказывал в 1937 году А.В. Барченко, - как и всем моим материальным обеспечением субсидировал член группы Бокий Глеб Иванович. Начиная с 1925 года, от него в общей сложности получено около 100 тысяч рублей" (16, С. 375).
Имея такого могущественного покровителя, "Единое Трудовое Братство" не только благополучно пережило "масонские дела" второй половины 1920-х годов, но и просуществовало вплоть до 1937 года. Неожиданный арест Г.И. Бокия 7 июня 1937 года и последовавшие затем аресты других "братьев" из этого сообщества, в том числе и самого А.В. Барченко, положили конец "Единому Трудовому Братству". Расстреляли А.В. Барченко в апреле 1938 года. Еще раньше, 15 ноября 1937 года Особым совещанием НКВД был приговорен к расстрелу и его покровитель Г.И. Бокий. Среди обвинений, предъявленных ему, наряду со связями с английской разведкой и подготовкой покушения на И.В. Сталина, значилась, между прочим, и организация им масонской ложи.
Достойно упоминания, что следователь, ведший дело Г.И. Бокия и А.В. Барченко - некий Али Адхенович Али (бывший пом. нач. ОБХСС города Перовска Кызыл-Ординской области) был 15 июня 1938 года арестован и вскоре расстрелян (4, С.14-16). ОГПУ умело хранить свои тайны.
Глава 3. Масоны в современной России
Первым российским интеллигентом, посвященным в 1990 г. в одной из парижских лож Великого Востока Франции (L "Ouvre Fraternel), был москвич, философ по образованию Г.Б. Дергачев. Инициатива исходила от самого Г.Б. Дергачева. Узнав, что его приятель француз-масон, Г.Б. Дергачев попросил его о содействии в приеме в ложу. 4 декабря 1990 г. по предложению уже самого Г.Б. Дергачева был посвящен, как и он сам, сразу в третью степень и его друг - художник. Первоочередной задачей новоявленных советских масонов, возвратившихся из Парижа в Москву стала усиленная вербовка ими новых кандидатов в масонство среди своих друзей и знакомых.
Справились они с ней блестяще. В результате, когда представительная делегация Великого Востока Франции (отставной полковник французской армии А.В. Липский, историк А. Комб и др.) прибыла в апреле 1991 г. в Москву, ей было представлено еще пять москвичей, жаждущих посвящения. Состоялось оно 28 апреля 1991 г. В Подмосковье (26, С.63-65).
Вместе с Г.Б. Дергачевым и его другом художником масонов в Москве стало уже, таким образом, целых семь человек. Это как раз то минимальное количество членов, которое необходимо для официального открытия масонской ложи. Ее в тот же день и открыли. Назвали ложу "Северная звезда". Возглавил ее, естественно, Г.Б. Дергачев. Регулярная работа ложи наладилась несколько позже - в ноябре 1991 г. Ровно через год после открытия Северной Звезды в апреле 1992 г., опять же, в Москве была открыта еще одна ложа Великого Востока Франции - Свободная Россия. Это дало возможность посещения Москвы самим великим мастером Великого Востока Франции Жаком Робером Рагашем.














