12804-1 (610204), страница 4
Текст из файла (страница 4)
В Ретре гадатели садились на землю, шептали слова, рылись в ее недрах и по вещам, находимым в ней, судили о будущем. Сверх того, в Арконе и в Штетине жрецы бросали на землю три маленькие дощечки, у которых одна сторона была черная, а другая белая: если они ложились вверх белым, то обещали хорошее; черная означала бедствие. Рюгенские женщины славились гаданием; они, сидя близ разложенного огня, проводили многие черты на пепле, которых равное число знаменовало успех дела.
Праздники славян
Любя народные торжества, языческие славяне установили в году разные праздники. Главный из них был по собирании хлеба и совершался в Арконе таким образом: первосвященник накануне должен был вымести святилище, неприступное для всех, кроме него; в день торжества, взяв из руки Святовида рог, смотрел, наполнен ли он вином, и по тому угадывал будущий урожай; выпив вино, снова наполнял им сосуд и вручал Святовиду; приносил своему богу медовый пирог, длиной в рост человека; спрашивал у народа, видит ли его, и желал, чтобы в следующий год этот пирог был уже съеден идолом, в знак счастья для острова; наконец, объявлял всем благословение Святовида, обещая воинам победу и добычу. Другие славяне, торжествуя собирание хлеба, облекали петуха в дар богам, и пивом, освященным на жертвеннике, обливали скот, чтобы предохранить его от болезней. В Богемии славился майский праздник источников. Дни народного суда в Вагрии, когда старейшины, осененные священными дубами, в мнимом присутствии своего бога Прова решали судьбу граждан, были также днями общего веселья. Мы упоминали, единственно по догадке, о языческих торжествах российских славян, потомки которых доныне празднуют весну, любовь и бога Лада в сельских хороводах, веселыми и шумными толпами ходят завивать венки в рощах, ночью посвящают огни Купалу и зимой воспевают имя Коляды. Во многих славянских землях сохранились также следы праздника в честь мертвых: в Саксонии, в Лаузице, Богемии, Силезии и Польше, народ 1 марта ходил в час рассвета с факелами на кладбище и приносил жертвы усопшим. В этот день немецкие славяне выносят из деревни соломенное чучело, образ смерти; сжигают его или бросают в реку и славят лето песнями. В Богемии строили еще какие-то театры на распутьях для успокоения душ и представляли на них, в личинах, тени мертвых, этими играми торжествуя их память. Не доказывают ли такие обычаи, что славяне имели некоторое понятие о бессмертии души, хотя Дитмар, историк XI века, утверждает противное, говоря, будто бы они временную смерть, или разрушение тела, считали совершенным концом бытия человека.
Культ погребения
Погребение мертвых было также священным действием между языческими славянами. Немецкие историки - более догадкой, основанной на древних обычаях и преданиях, нежели по известиям современных авторов - описывают его следующим образом: старейшина деревни объявлял жителям смерть одного из них посредством черного жезла, носимого со двора на двор. Все они провожали труп с ужасным воем, и некоторые женщины, в белой одежде, лили слезы в маленькие сосуды, называемые плачевными.
Разводили огонь на кладбище и сжигали мертвого с его женой, конем, оружием; собирали пепел в урны, глиняные, медные или стеклянные, и зарывали вместе с плачевными сосудами. Иногда сооружали памятники: обкладывали могилу дикими камнями или ограждали столбами.
Печальные обряды завершались веселым торжеством, которое называлось стравой и было еще в VI веке причиной великого бедствия для славян: греки воспользовались временем этого пиршества в честь мертвых и наголову разбили их войско.
Российские славяне - кривичи, северяне, вятичи, радимичи -совершали над умершими тризну: показывали свою силу в различных воинских играх, сжигали труп на большом костре и, заключив пепел в урну, ставили ее на столбе в окрестности дорог.
Этот обряд, сохраненный вятичами и кривичами до времен Нестора, изъявляет воинственный дух народа, который праздновал смерть, чтобы не страшиться ее в битвах, и печальными урнами окружал дороги, чтобы приучить глаза и мысли свои к этим знакам человеческой тленности.
Киевские и волынские славяне издревле погребали мертвых; некоторые имели обычай вместе с трупом зарывать в землю сплетенные из ремней лестницы; ближние умершего язвили свои лица и закапывали на могиле его коня.
Язык славян
Греки в VI веке считали язык славян весьма грубым. Выражая первые мысли и потребности необразованных людей, рожденных в суровом климате, он должен был казаться диким в сравнении с греческим языком, смягченным долговременной жизнью в гражданском порядке, удовольствиями роскоши и нежным слухом людей, искони любивших приятные искусства. Не имея никаких памятников первобытного славянского языка, можно судить о нем только по новейшим, из которых самыми древними считаются наша Библия и другие церковные книги, переведенные в IX веке св. Кириллом, Мефодием и их помощниками.
Но славяне, приняв христианскую веру, заимствовали с ней новые мысли, изобрели новые слова, выражения, и их язык в средних веках, без сомнения, так же отличался от древнего, как уже отличается от нашего. Рассеянные по Европе, окруженные другими народами и нередко ими покоряемые, славянские племена утратили единство языка, и в течение нескольких столетий образовались различные наречия, из которых главными можно назвать следующие.
Наречия древнеславянского языка
Русское
Русское, более всех других образованное и менее других смешанное с иностранными словами. Победы, завоевания и государственное величие, возвысив дух российского народа, воздействовали и на его язык, который, будучи управляем дарованием и вкусом писателя, может равняться ныне в силе, красоте и приятности с лучшими языками древности и наших времен. Будущая судьба его зависит от судьбы государства.
Польское
Польское, смешанное со многими латинскими и немецкими словами: на нем говорят не только в бывшем Королевстве Польском, но и в некоторых местах Пруссии, дворяне в Литве и народ в Силезии.
Чешское
Чешское, в Богемии, Моравии и Венгрии, по утверждению Иорданову ближайшее к нашему древнему переводу Библии, а по мнению других богемских ученых, среднее между кроатским и польским. Венгерское наречие называется словинским, но отличается от чешского большей частью только в выговоре, хотя авторы Многоязычного словаря признают его особенным. Впрочем, и другие славянские наречия употребляются в Венгрии.
Иллирическое
Иллирическое, то есть болгарское, самое грубое из всех славянских - боснийское, сербское, самое приятнейшее для слуха, как находят многие - славянское и далматское;
Кроатское
Кроатское, сходное с вендским в Стирии, Каринтии, Крайне, также с даузицским, котбузским, кашубским и люховским. В Мейсене, Бранденбурге, Поммерании, Мекленбурге и почти во всем Люнебурге, где некогда славянский язык был народным он уже заменен немецким.
Происхождение языка
Однако эти перемены не могли совершенно истребить в нашем языке, так сказать, первобытного образа, и любопытство историков хотело открыть в нем следы малоизвестного происхождения славян. Некоторые утверждали, что он весьма близок к древним азиатским языкам, но исследования доказали, что это мнимое сходство ограничивается весьма немногими словами - еврейскими или халдейскими, сирийскими, арабскими, которые находятся и в других европейских языках, свидетельствуя лишь об их общем азиатском происхождении; и что славянский имеет с греческим, латинским, немецким гораздо больше связей, нежели с еврейским и другими восточными языками.
Это великое, явное сходство встречается не только в единозвучных с действиями словах, которые обозначаются ими - ибо названия грома, журчания вод, крика птиц, рева зверей могут на всех языках быть похожими между собой от подражания естеству, но и в выражении самых первых мыслей человека, в ознаменовании главных нужд домашней жизни, в совершенно произвольных именах и глаголах.
Мы знаем, что венеды издревле жили в соседстве с немцами и долгое время в Дакии (где латинский язык со времен Траяна был в общем употреблении), воевали в Империи и служили греческим императорам; но эти обстоятельства могли бы ввести в славянский язык только некоторые особенные немецкие, латинские или греческие слова и не принудили бы их забыть собственные, коренные, необходимые в древнейшем обществе людей. Из чего вероятным образом заключают, что предки этих народов говорили некогда одним языком: каким, неизвестно, но, без сомнения, древнейшим в Европе, где история находит их, ибо Греция, а после и часть Италии, населены пеласгами37, фракийскими жителями, которые прежде эллинов утвердились в Морее и могли быть единоплеменны с германцами и славянами.
В течение веков удаленные друг от друга, они приобретали новые гражданские понятия, придумывали новые слова или присваивали чужие и должны были через несколько веков говорить уже на различных языках. Самые общие, коренные слова легко могли измениться в произношении, когда люди еще не знали букв и письменности, верно определяющих выговор.
Письменность
Это важное искусство - немногими чертами изображать для глаз бесчисленные звуки - Европа узнала, как считают, уже в позднейшие времена, и, без сомнения, от финикийцев, или непосредственно, или через пеласгов и эллинов. Нельзя вообразить, чтобы древние обитатели Пелопоннеса, Лациума, Испании, едва вышедшие из дикого состояния, могли сами придумать письмена, требующие удивительного разума, и столь непонятного для обыкновенных людей, что они везде приписывали богам их изобретение: в Египте - Фойту, в Греции - Меркурию, в Италии - богине Карменте; а некоторые из христианских философов считали десять заповедей Моисея, рукой Всевышнего начертанных на горе Синай, первым письмом в мире. К тому же все буквы народов Европы: греческие, мальтийские, так называемые пеласгские в Италии, этрурийские (доныне видимые на монументах этого народа), галльские, изображенные на памятнике мученика Гордиана, готфские, кельтиберские, бетские, турдетанские в Испании, руны скандинавов и германцев более или менее похожи на финикийские и доказывают, что все они произошли от одного корня. Пеласги и аккадцы принесли их с собой в Италию, а наконец и в Марселию к тамошним галлам38.
Испанцы могли научиться письму от финикийцев, основавших Тартесс и Гадес за 1100 лет до Рождества Христова. Турдетане во время Страбона имели письменные законы, историю н стихотворения. Каким образом европейский север получил буквы, мы не знаем: от финикийских ли мореплавателей, торговавших британским оловом и прусским янтарем, или от народов Южной Европы? Второе кажется вероятнее, ибо руническое и готфское письмо ближе к греческому и латинскому, нежели к финикийскому. Оно могло в течение веков чрез Германию или Паннонию дойти от Средиземного моря до Балтийского с некоторыми изменениями знаков.
Как бы то ни было, но венеды или языческие славяне, обитавшие в балтийских странах, знали употребление букв. Дитмар говорит о надписях на славянских идолах: ретрские кумиры, найденные около Толлензского озера, доказали справедливость его известия; надписи их состоят из рун, заимствованных венедами от готфских народов. Этих 16-ти рун, подобно древним финикийским, весьма недостаточно для славянского языка, они не выражают самых обыкновенных его звуков и были известны едва ли не одним жрецам, которые посредством их обозначали имена обожаемых идолов.
Кирилл и Мефодий
Богемские, иллирические и российские славяне не имели никакой азбуки до 863 года, когда философ Константин, названный в монашестве Кириллом, и Мефодий, его брат, жители Фессалоники, будучи отправлены греческим императором Михаилом в Моравию к тамошним христианским князьям Ростиславу, Святополку и Коцелу, для перевода церковных книг с греческого языка, изобрели славянский алфавит, образованный на основе греческого, с добавлением новых букв: Б, Ж, Ц, Ш, Щ, Ъ, Ы, Ю, Я, Ж.
Эта азбука, называемая Кириллицей, употребляется доныне, с некоторыми изменениями, в России, Валахии, Молдавии, Болгарии, Сербии и других странах. Далматские славяне имеют другую, известную под именем Глаголицы, или Буквицы, которая считается изобретением св. Иеронима, но ложно, ибо в IV и в V веке, когда жил Иероним, еще не было славян в римских владениях.














