Диссертация (1101310), страница 20
Текст из файла (страница 20)
Однако Жамм был неумолим и даже послалв редакцию журнала телеграмму13, формально запрещающую публикациюписьма. Вот как описал эту ситуацию Жид в письме Клоделю от 23 февраля1910 г.: «Я попросил его (Жамма. – Т.К.) – дружественно и не без страха13Télégramme de F. Jammes à A.Gide. Orthez, 3 janvier 1910 [Gide-Jammes: 334]94(поскольку знаю, с каким трудом он выносит критику) позволить намнапечатать письмо Филиппа без неприятного и загадочного вводного абзаца.Увы! Я слишком хорошо предчувствовал ответ... Я отправил ему сердечноеписьмо...; но если он не хочет мириться, что я могу с этим сделать?» [ClaudelGide: 123].
Именно с этого момента, как подчеркивает Р. Малле, в отношенияхмежду Жаммом и Жидом наметилась трещина, которой уже никогда полностьюне удалось зарубцеваваться. Действительно, несмотря на то, что в апреле 1911 г.Жамм написал Жиду примирительное письмо, после которого их общениевозобновилось, общение это стало касаться, однако, тем исключительнолитературных – тогда как до размолвки переписка Жида с Жаммом была полнаи духовной составляющей.В начале 1910 г., пока Клодель работал над драмой «Залог», а его «Оды»должны были выйти отдельным томом в издательстве «Occident», Жид попрежнему неустанно просил друга отправить что-нибудь в «NRF». Соблазнятьпритом он его пытался самыми разными способами, и не в последнюю очередьфинансовыми. Так, он продолжал спрашивать Клоделя о ходе работы над«Залогом»: «Как продвигается ваша работа? Как драма? Нет необходимостинапоминать Вам, с какой радостью «NRF» опубликовал бы ее...
но кроме того,Вы наши бы в этом и значительную прибыль … Говорю Вам это как секрет, таккак мы пока еще не можем этого делать регулярно» [Claudel-Gide: 120].Клодель, нужно отметить, довольно легко согласился на предложение Жида,и несмотря на неизменно трепетное отношение к публикации своихпроизведений, особенно поэтических, предложил, соблазненный условиями«NRF», отправить в журнал одну из своих од, находящихся пока еще в печати в«Occident», (из этого цикла до тех пор читателю были известны только«Музы»). «Спасибо за финансовые предложения! ...Может быть, я мог бы датьвам одну из “Пяти Од”? Но формат вашего журнала не подходит» [ClaudelGide: 122], – выразил он 17 февраля 1910 г., тем не менее, свои привычныеопасения.95Жид, разумеется, проявил более чем серьезнуюзаинтересованностьпредложением Клоделя.
Он понимал, однако, что для автора «Оды» вопрос ееоформленияпринципиален,поэтомупопробовалпредложитьдовольнокардинальное решение проблемы – напечатать произведение отдельнымвкладышем к журналу. Впрочем, не без резонной оговорки о том, чтостихотворения Клоделя, и в частности его стих памяти Филиппа, прекрасносмотрятся, даже когда напечатаны просто [Claudel-Gide: 123].Клодель в ответ обосновал свои опасения следующим образом: «Проблемаскорее в том, сколько текста поместить на страницу... чтобы не мешать ритмучтения» [Claudel-Gide: 125].
Чтобы попробовать разрешить проблему, уженаходившийся в Праге Клодель предложил Жиду обратиться к Шапону(директору «Occident»), печатавшему «Оды», чтобы посмотреть их верстку.Жид так и поступил, чем серьезно напугал медлительный (Клодель постоянножалуется Жиду на то, что публикация тома продвигается чрезвычайномедленно) «Occident», так что Шапон даже отправил в первых числах марта1910 г. Клоделю телеграмму с просьбой об официальном разрешении наотправку верстки в «NRF». Клодель понял, что поступил с издательствомнесколько неосторожно, и потому сам отправил Жиду верстку третьей из «Од»– «Магнификат». После разрешения некоторых недоумений (сначала Жиддумал, что к публикации Клодель предлагал четвертую из «Од», болеедлинную, которую непросто было бы расположить нужным Клоделю образом вформате журнала), Жид приступил к подготовке публикации оды Клоделя в«NRF».Довольно характерный диалог между Клоделем и Жидом произошелотносительно орфографических особенностей оды.
Так, 17 апреля 1910 г. Жидспросил, не является ли опечаткой встречающаяся в ней форма espéciale вместонормативной – spéciale. Клодель ответил, что никакой ошибки не было: «Да,нужно именно espéciale. Я предпочитаю эту столь французскую форму формеspéciale, сухой, схоластичной и недостаточно веской. Начальная же é давит,96словно большой палец» [Claudel-Gide: 132].На эту публикацию в «NRF» Клодель пошел отчасти вынужденно (на самомделе, ему не слишком хотелось разбивать впечатление читателя, которое привыходе всех од единовременно и в едином томе стало бы, разумеется, болеецельным), но, как он объяснил в письме Жиду – сделал он этопреимущественно «ради рекламы издания, которое <его> разоряет» [ClaudelGide: 127]. – за издание тома «Од» в «Occident» он заплатил более двух тысячфранков.В конце концов, «Магнификат» был напечатан в майском номере «NRF», ирекламу выходящему изданию «Од» как в этом, так и в несколькихпоследующих номерах, Жид при этом действительно сделал: «Рекламу “Од”разместим, не беспокойтесь...
Сколько нужно подписчиков, чтобы Ваширасходы покрылись?» [Claudel-Gide: 143].Что же касается рекламы одынепосредственно внутри «NRF», то Жиду пришло в голову сделать на майскомномере торжественный «манжет»: «Этот номер содержит “Магнификат” ПоляКлоделя». Клоделю журнал заплатил при этом 200 франков.
В конце концов,Клодель остался доволен публикацией, и даже технической ее стороной: «Радтому, какую форму принял “Магнификат” у вас. Разные способы печати даютэффект стихов, позволяющих следить за мыслью с разной дистанции. Мнекажется, это лучшее из моего творчества за последнее время» [ClaudelGide: 133].Отметим, что не только Жид занимался продвижением Клоделя как автора,но и поэт-дипломат по мере своих возможностей пытался – хотя, разумеется, нев столь значительном масштабе – рекламировать «NRF» среди своих знакомыхв тех местах, где находился, и организовывать подписку на журнал.
Несколькораз он жаловался Жиду на проблему с доставкой журнала: «Вам надо следить задоставкой. Трем пражским подписчикам, которых я вам добыл, майский номердо сих пор не дошел» [Claudel-Gide: 134].Другой важнейшей формой сотрудничества поэта с журналом стала97переводческая деятельность Клоделя. Когда у него не было своих новыхпроизведений для «NRF» или он хотел предложить на суд общественностикакое-то из иноязычных произведений, ему понравившихся, он отправлял Жидупредложение перевести эти произведения – и почти никогда не встречал отказа.Интересноотметить,однако,чтопостороннимавторам,желавшимопубликоваться в «NRF», дружеские или родственные связи с Клоделем неслишком помогали: так, однажды Клодель ходатайствовал перед Жидом за своюдальнюю родственницу, дочь Р.
Базена, отправившую эссе в «NRF», а в другойраз предложил переводы словацких сказок, сделанные его чешской подругой, –однако ни то, ни другое не было напечатано.Первым из авторов, переводчиком которых для «NRF» стал Клодель, былГ.К. Честертон, журнал напечатал его понравившуюся Клоделю «Ортодоксию».Любопытно, что Клодель о Честертоне при всем том совершенно ничего незнал: так, 16 марта 1910 г он написал Жиду, что, вероятнее всего, Честертон –англиканин, так как «с английским отсутствием логики всего можно ожидать»[Claudel-Gide: 129].
Жид, получив предложение о публикации перевода,согласился сразу же,незамедлительно назвав эту книгу – апологиюкатолицизма – очень нужной и важной. В данной ситуации, как и во множестведругих подобных, не всегда понятно, был ли Жид движим искреннимстремлением отстаивать принцип плюрализма, лежавший в основе концепцииего журнала, или же желанием любой ценой сохранить отношения с Клоделем.Как бы то ни было, начиная с августа 1910 г. «Ортодоксия» в переводе Клоделяначала публиковаться по частям, снабженная необходимым для незнакомого сЧестертоном французского читателя комментарием и предисловием ВалериЛарбо, специалиста по современной английской литературе, к которомуКлодель относился с большой теплотой – особенно после религиозногообращения Ларбо в 1910 г.Честертон долго не отвечал на письма Клоделя, связанные с вопросами обавторских правах (журнал проявлял в этом отношении некоторое беспокойство,98поскольку, по слухам, издатель Честертона был весьма суров с неосторожнымипереводчиками).
Как бы то ни было, серьезных неприятностей «NRF» удалосьизбежать, хотя и опубликовать полностью произведение действительно неполучилось,затосампереводЧестертонувесьмапонравился:автор«Ортодоксии» написал Клоделю, что нашел французский текст «исключительнохорошим» [см. Claudel-Gide: 154], о чем Клодель сообщил Жиду в письме от 12ноября 1910 г..Другим автором, которого Клодель открыл для «NRF», стал еще одинангличанин, Ковентри Патмор.
Знакомство с ним французской публики тожепроизошло при помощи переводов Клоделя и вступительной статьи Ларбо.Ларбо упросил Клоделя в июне 1911 г. отправить в «NRF» в числе прочихпереводов также поэму «Эрос и Психея», чего тот поначалу делатькатегорически не хотел, боясь, что ее религиозный смысл будет понятпревратно: «По слезной просьбе Ларбо я решился, не без серьезных сомнений,отправить ему перевод крупной поэмы Патмора “Эрос и Психея”...
Я боюсь, чтоэту смесь священной и мирской любви неверно поймут. Там увидят тольконенавистные мне женопоэтические транспозиции, хотя тут все наоборот:...плоть как полуироничный символ куда более высшей реальности» [ClaudelGide: 176].Мы уже упоминали о том, что переводы Патмора вызвали в ноябре 1911 г.критическую статью14 А. Даврея в «Mercure de France», которая довольносильно задела авторское самолюбие Клоделя, однако защищать свой перевод онне стал (хотя Жид и Шлемберже и предлагали ему это), сославшись на то, чтолучшей и единственной защитой перевода может быть только его приятие –хотя бы частью публики: «Если мои переводы смогут хоть на минуту овладетьсердцем и мыслью человека деликатного...
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
