Диссертация (1101310), страница 13
Текст из файла (страница 13)
по Claudel-Gide: 233]. Впрочем, заметим, что иЖид после ссоры не мог остаться беспристрастным к бывшему другу. Еслисравнить его отзывы о ранних драмах Клоделя, пусть даже самых религиозных,62например «Залоге» (1911, 1913) или «Извещении Марии» (1912), с его жеотзывом об «Атласном башмачке» (1929, 1943), где он увидит по преимуществулишь самодовольство автора-католика, то можно убедиться, что некоторымобразом его мнение о гениальности Клоделя оказывается поколебленным – ивряд ли это связано с действительным оскудением таланта автора «Атласногобашмачка». Скорее можно предположить появившуюся даже у столь открытогок диалогу человека, как Жид, предвзятость по отношению к некогда одному изсамых чтимых им авторов.Что же касается эпохи дружбы между писателями, то по объяснимымпричинам – ведь именно Жид будет публиковать произведения Клоделя в«NRF» – в ходе их диалога чаще обсуждались произведения Клоделя; к томуже, разговоры о содержательной стороне произведений Жида почти всегдасвязаны для корреспондентов с религиозным вопросом.
Клодель, отметим,значительно чаще своего собеседника делился собственными творческимизамыслами и даже проблемами текущей литературной работы; тогда как Жидпоступал так не слишком часто, хотя и неизменно – регулярной высылкой своихкниг – заботился о том, чтобы Клодель его читал. Анонсировал особеннымобразом он лишь несколько книг, в частности, «Возвращение блудного сына» и«Тесные врата», вероятнее всего, по причине преимущественной значимости вних религиозного содержания – которое, по его мысли, Клоделя должно былозаинтересовать (а по мнению некоторых исследователей, лично для Клоделя иразрабатывалось). О работе над другими своими произведениями Жидраспространялся меньше и даже соблюдал в этом значительную – вероятно,искреннюю – скромность: так, в письме от 1 апреля 1911 г. он сказал, например,о том, что его «Изабель» не слишком достойна быть напечатанной в однойсерии с клоделевским «Залогом» [Claudel-Gide: 170].
В периоды же собственнойтворческой засухи он оставлял Клоделю небольшие заметки о своем состоянииздоровья, например в 1906 г.: «Я должен был прекратить всякую работу – даже63чтение – из-за слишком частых бессонниц, сделавших из меня полного дурака»[Claudel-Gide: 68] или в 1910 г.: «Я почти разучился спать» [Claudel-Gide: 127].Самая интенсивная переписка между Клоделем и Жидом приходится навремя написания первым «Пяти Од» (1901-1908), «Залога» (1908-1910) и«Извещения Марии» (1911); одна из «Од» и обе драмы были напечатаны в еготолько начинающем свою деятельность журнале.
Работая в Китае над «Одами»,Клодель рассказывал другу о своих творческих сомнениях и удачах. «В головенет драмы, – пишет Клодель на Рождество 1906 г. – Устал от их условности ификтивности. Сейчас предпочитаю оду – это поэзия в чистом и неделимомсостоянии, когда в уме остаются только движения и пропорции» [ClaudelGide: 69-70]. «Работаю мало, – рассказывает он Жиду в декабре 1907 г., – итолько над “Одами”: они идут тяжело, поскольку впервые вынужден без всякогоразвития фабулы или объективной теории биться над тяжелым словом и чистымдвижением мысли» [Claudel-Gide: 79].Лично для Жида «Оды», по крайней мере, первая из них, оказалисьпроизведением поистине значимым. Вот что он написал в своем Дневнике в мае1905 г.: «Я захожу в офис “Оccident” чтобы забрать “Музы” Клоделя.
Тенесколько фраз, что я успеваю прочесть по дороге, полностью овладеваютмоимимыслями.Этосотрясениевсегомоегосуществаисловнопредупреждение, которого я уже почти месяц ожидал» [Claudel-Gide: 49]. Какзамечает П. Массон, эта фраза связана с состоянием душевного неравновесия, вкоторомпребываетЖидвовремянепростойлюбовнойисториисМ. Шлемберже, и попытками из этого состояния выбраться. Влияние «Муз»помогло Жиду разорвать приносящую много беспокойств связь – он вынес изоды Клоделя по преимуществу «аполлонийскую суровость», которая сотряслаего и стала для него поводом к переосмыслению собственной жизни»[Masson: 48]. Позже Жид отправил Клоделю слова благодарности за оду(правда, с несколько непонятной хронологической оговоркой – «зимой» вместо64«весной»): «Я благодарю Вас, Клодель, за то, что Вы написали “Оду к Музам”.Эта пища воистину поддержала меня этой зимой» [Claudel-Gide: 51].Жидтакжебылнеизменноискреннимпоклонникомраннихдраматургических произведений Клоделя.
Именно он познакомил парижскиелитературные круги с поразившим его «Златоглавом», а после своей первойвстречи с Клоделем в 1900 г. с недоумением рассказывал Р. Малле о том, чтоКлодель считает одним из лучших писателей современности Ж. Ренара: «Былоудивительно слышать это от автора “Златоглава”» [Claudel-Gide: 254]. Жидсумел опубликовать в журнале «Ermitage» одну из первых пьес Клоделя,«Обмен», а в 1901 г. оставил в этом же журнале краткую критическую заметку осборнике клоделевских драм «Древо»6.
Сам же Клодель, напротив, был склоненпересматривать свое юношеское творчество весьма скептически – так, когдаему приходится вычитывать корректуры своих ранних пьес, он ужасается: «...Яв холодном поту читал корректуры. Боже, каким же глупым можно быть в 20лет! Как я мог писать эти экстравагантности?» [Claudel-Gide: 171].Что касается «Залога», первой драмы, написанной Клоделем послезначительного перерыва в драматургической работе, то автор долго сомневалсяв том, окажется ли возможным ее публиковать – она представлялась емуслишком роялистской, что могло ему дорого стоить в отношении дальнейшейдипломатической карьеры.
Однако как только Клодель выслал рукопись драмыЖиду, тот ни секунды не усомнился в том, что она должна быть немедленнонапечатана в «NRF»: «Я не способен высказать ничего другого, кроме своейкрайней взволнованности; неотложность Вашей драмы превзошла все моиожидания, а Вы знаете, насколько велики они были. Позиции разныхперсонажей невероятно убедительны; Вы даете познать новое измерение себя.И Тюрлюр ничуть не слабее Синь, Куфонтена или Папы» [Claudel-Gide: 148].Клодель в ответ на это отмечает, что Жид, кажется, угадал именно то, в чем онсам видит особенное достоинство новой драмы: «...Впервые я сумел взять в6Gide, A.
L'Arbre de Paul Claudel // Ermitage. Decembre 1901. P. 401-411.65узду лиризм, являющийся моим большим врагом; впервые я сумел развитьобъективных и внешних персонажей – что значит, что вслед за способностямивыразительными начинают развиваться и зрительные» [Claudel-Gide: 157]. Жидневероятно одушевлен этим замечанием: «Какими бы ни были прекраснымиВаши великие “Оды”, они заставляли меня однако бояться, что Вы...довольствуетесь планирующим полетом.
Вот почему персонаж Тюрлюра, вотпочему Ваша сегодняшняя фраза: “лиризм, являющийся моим большимврагом”, вселяют огромную надежду в мое дружеское сердце» [ClaudelGide: 159]. Об «Извещении Марии», второй из драм Клоделя, опубликованных в«NRF» под кураторством Жида, отзывы последнего также были самымиположительными: «Отъезд Анна Веркора – одна из самых прекрасных вещей,что я знаю.... Это следует нести в театр... и поскорее» [Claudel-Gide: 189]. Неменее лестно Жид отзывался и о «Полуденном разделе», и о религиозных«Гимнах» Клоделя [Claudel-Gide: 67-68; 99].Отношение обоих писателей к литературной критике в собственный адрес –довольно богатый сюжет. Так,одна из ранних критических работ Жидапосвящена Клоделю – это отзыв о сборнике драм «Древо». В этой краткойстатье Жид заметил, что «Древо» Клоделя, вероятно, – крестное, потому чтоконцы креста встречаются на всех дорогах клоделевских драм, и «все этидороги ведут в Рим», но, несмотря на это, невероятно прекрасны» [Gide1999: 115-116].Жак Ривьер7 – общий друг Клоделя и Жида, а после Первой мировой идиректор «NRF» – написал о каждом из них важнейшие исследования.
Самоекрупное эссе о Клоделе «Поль Клодель, христианский поэт» вышло в 1907 г. вжурнале «Occident», еще одно, менее объемное, «Лирическое искусствоКлоделя», посвященное его «Одам» и «Гимнам», – в 1910 г. в «Art moderne».Р. Маллет приводит отзыв8 критика Г. Жан-Обри о первой из этих статей: автор78Rivière, Jacques (1886-1925) – литературный критик и публицист, с 1919 по 1925 гг. директор “NRF”. Былженат на Изабель Ривьер, сестре Алена-Фурнье.Jean-Aubry, D. Propos // Occident. Juillet 1912.66отзыва называет ее вообще первой из масштабных работ о Клоделе и«вдохновленной именно такой силой и такой верой, которые нужны, чтобыговорить о подобном Мастере» [цит.















